Погруженная в шок и разочарование, Чжэн Шуи вдруг услышала, как Ши Янь тихо произнёс «сестра». Её захлестнули ещё более невыразимые чувства.

Она поняла, что пришла та самая Ши Хуаймань, которая редко показывалась на людях.

Девушка не ожидала, что первая встреча с сестрой Ши Яня пройдёт в такой неловкой обстановке.

Чжэн Шуи, к сожалению, слишком хорошо знала, что такое предательство. 

Тем более они с Цинь Сяомином были супругами так много лет, а теперь всё рухнуло в один момент, и скандал неожиданно всплыл на всеобщее обозрение. Никто не сможет сразу принять такой удар.

Те, у кого психика послабее, могли бы и вовсе решить свести счёты с жизнью.

Но для его сестры Чжэн Шуи была всего лишь незнакомкой, и даже не имела права утешить её.

Поэтому девушка, стараясь сдержать свои эмоции, медленно повернулась.

В больничном коридоре было тихо, как в морге, и дул прохладный ветер.

Через две секунды Чжэн Шуи развернулась и уткнулась лицом Ши Яню в грудь.

Она держала глаза открытыми, но не моргала.

Если бы грудь Ши Яня не поднималась и не опускалась во время дыхания, Чжэн Шуи могла бы подумать, что это сон.

Девушка дважды похлопала себя по щекам, глубоко вздохнула и снова повернулась.

Из-за затуманенного сознания ей казалось, что всё это иллюзия, поэтому Чжэн Шуи беззастенчиво разглядывала глаза, нос и рот женщины, стоящей перед ней.

Трижды совершив эти манипуляции, она поняла, что это никакая не иллюзия.

В коридоре больницы продолжала царить гробовая тишина, несмотря на присутствие трёх живых людей.

Чжэн Шуи стояла, как статуя, неподвижно глядя на женщину.

Ши Янь приобнял девушку за плечи и спокойно сказал:

— Шуи, поздоровайся с сестрой.

Поздороваться с сестрой.

Сестра.

Чжэн Шуи наконец моргнула. У неё от напряжения онемела шея, а сознание словно молнией пронзило.

Ши Хуаймань — это Сун Лэлань, а Сун Лэлань — это Ши Хуаймань.

За эти несколько секунд Чжэн Шуи пыталась поставить себя на её место.

Если бы однажды отец привёл домой Энди Лау и сказал её матери: «Дорогая, на самом деле Энди Лау — мой родной брат. Я привёл его, чтобы сделать тебе сюрприз, ты рада?»

Что бы сказала её мать?

Эта слабая женщина, вероятно, упала бы в обморок на месте.

Чжэн Шуи сама чувствовала, что была на волоске от обморока.

Этот волосок позволил Чжэн Шуи выдавить из себя:

— Сест... сестра.

Это сухое слово прозвучало так, будто она должна была лежать в палате интенсивной терапии.

Сун Лэлань, не проявляя эмоций, кивнула.

Она не знала, какое выражение лица принять, после того как услышала критику из уст этой девушки.

Но в следующий момент женщина услышала, как эта девушка сказала ей: 

— Вы так похожи на Сун Лэлань.

Сун Лэлань снова не знала, как реагировать, и только кивнула.

— Да, все так говорят. 

Чжэн Шуи: «…»

Сун Лэлань одной фразой снова довела Чжэн Шуи до крайней степени неловкости.

Она пережила вторую «социальную смерть».

И без шанса на реинкарнацию.

(Прим. пер. Социальная смерть — термин, который обозначает крайнюю степень социальной неловкости или унижения. Человек ощущает себя настолько опозоренным, что ему кажется, будто он не сможет восстановить свою репутацию или вновь почувствовать себя комфортно среди людей).

Внезапно дверь палаты открылась, и медсестра пригласила Сун Лэлань внутрь.

Женщина кивнула и посмотрела на Чжэн Шуи и Ши Яня:

— Я пойду.

Чжэн Шуи молча стояла, только Ши Янь произнёс: 

— Ага.

Сун Лэлань направилась в палату.

Чжэн Шуи смотрела на пустой коридор и холодно спросила:

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

Сун Лэлань, услышав это, внезапно остановилась, обернулась и сказала:

— О да. Я вышла замуж, только забыла сообщить об этом своим фанатам.

Чжэн Шуи: «…»

Она спрашивала Ши Яня.

* * *

Когда дверь палаты закрылась, Чжэн Шуи медленно повернулась и посмотрела на Ши Яня.

Она выглядела так ошеломлённо, словно потеряла душу.

Ши Янь, несмотря на то что его племянница лежала на больничной койке, а сестра сталкивалась с крупнейшим скандалом в своей карьере, не смог сдержать улыбку.

Он протянул руку, погладил Чжэн Шуи по волосам и, несмотря на то, что они были в больнице, не устоял и поцеловал её в ушко.

— Почему ты такая милая?

Но Чжэн Шуи не тронул этот поцелуй.

Она с пустыми, лишёнными эмоций глазами, спросила:

— Тебе смешно?

Если бы Ши Янь знал, что его ответ определит, спать ему сегодня на диване или в гостиной, он бы точно не стал так бесцеремонно улыбаться.

* * *

Цинь Шиюэ, увидев Сун Лэлань, тут же почувствовала желание заплакать от обиды.

— Мама, я видела новости.

Опустив голову и всхлипнув, она добавила: 

— Прости.

Сун Лэлань глубоко вздохнула.

— Глупышка, за что ты извиняешься передо мной?

Все эти годы она старательно скрывала свой брак, чтобы дать семье нормальную жизнь. Она не хотела, чтобы они страдали от пристального внимания прессы.

Но когда Сун Лэлань узнала, что дочь попала в аварию и потеряла сознание, все секреты перестали иметь значение, и она помчалась в больницу прямо из студии.

Эти полчаса пути были для неё настоящим адом, и только матери могли понять её переживания.

Поэтому, когда она услышала от врача, что с Цинь Шиюэ всё в порядке, Сун Лэлань почувствовала, что все силы покинули тело, будто она прошла через врата ада.

В тот момент женщина не думала о своей звёздной репутации и просто разрыдалась на плече у мужа в переполненной больнице.

То, что их сфотографировали, было неизбежно, и винить здесь некого.

Вскоре в палату вошёл и Цинь Сяомин с группой людей.

Меньше чем за два часа новость об их паре распространилась по всему интернету.

Поэтому, после того как он убедился, что здоровью дочери ничего не угрожает, его телефон не замолкал. Звонили отовсюду, телефоны его помощников и секретарей тоже разрывались от звонков.

Тем временем в больницу прибыли и сотрудники дорожной полиции вместе с виновником аварии.

В этом ДТП Цинь Шиюэ была настоящей пострадавшей.

Днём, от нечего делать, она решила найти предлог, чтобы встретиться с Ю Юем, но получила отказ. Тогда девушка решила прокатиться на машине.

Однако, вместо того чтобы развеяться, Цинь Шиюэ до полусмерти напугал водитель, который перепутал дорогу и ехал по встречной полосе. Испугавшись, девушка резко повернула руль и врезалась в придорожное дерево.

Очнулась она уже в больнице. 

К счастью, Цинь Шиюэ просто потеряла сознание от испуга, и обошлось без серьёзных травм.

Однако, узнав, что виновник принял лекарства от простуды и сел за руль в утомлённом состоянии, она чуть снова не потеряла сознание.

Водитель, увидев, что с пострадавшей всё в порядке, немного успокоился.

Но когда полицейские заговорили о компенсации, он вспомнил о повреждённом дорогущем спорткаре и в отчаянии начал просить пощады, дрожа всем телом. 

Когда взрослый мужчина вдруг расплакался, Сун Лэлань, которая и без того не хотела его видеть, почувствовала ещё большее отвращение.

Для неё было важно только одно — что с дочерью всё в порядке.

Она опустила поля своей шляпы и махнула рукой:

— Главное, что с ней всё хорошо, остальное меня не волнует.

Как только она это сказала, Цинь Шиюэ вскочила с кровати.

— Почему это не волнует?! Я не умерла только потому, что мне повезло, а ему что, тоже повезло?! Как такой человек вообще смог получить права? Разве он не знает, что нельзя водить машину уставшим?! Не можешь держать глаза открытыми – не садись за руль! Я в живых осталась, потому что молодая и быстро среагировала, а если бы это был пожилой человек?! Если его не наказать, он в следующий раз снова кого-нибудь покалечит!

Все в палате, включая полицейских и врачей, были настолько шокированы, что не могли произнести ни слова.

Они с изумлением смотрели на Цинь Шиюэ, а она, богатая наследница, продолжала уверенно и громко говорить:

— Он должен возместить мне ущерб! Мою машину! Мои медицинские расходы и моральный ущерб! Он должен заплатить всё до последнего юаня! Даже если ему придётся продать всё, что у него есть! 

После этих слов Цинь Шиюэ не успокоилась, а, прижавшись к подушке, тяжело дышала, её грудь бурно поднималась и опускалась.

Тут она заметила Ши Яня и Чжэн Шуи у дверей палаты.

А также появившегося неизвестно откуда Ю Юя.

Осознав, что образ нежной и утончённой принцессы разрушен, Цинь Шиюэ медленно отвернулась и закрыла глаза, будто бы решив покинуть этот мир.

* * *

Поскольку с Цинь Шиюэ было всё в порядке, вся семья не могла оставаться в больнице.

Цинь Сяомин остался с дочерью, а Сун Лэлань поспешила заняться срочными вопросами с командой пиара.

Когда Ши Янь провожал сестру, снаружи уже собралось много журналистов.

Там были представители телеканалов, газет и развлекательных изданий. Камеры были направлены во все стороны, привлекая внимание прохожих.

Сун Лэлань, привыкшая к таким ситуациям, легко избежала встречи с журналистами и даже не появилась ни у главного входа, ни на парковке.

А вот Чжэн Шуи не могла оставаться такой спокойной.

Совсем недавно Чжэн Шуи считала, что та случайная встреча и совместное фото в аэропорту были единственной возможностью увидеть Сун Лэлань вблизи.

Обычные люди и звёзды шоу-бизнеса кажутся разделёнными невидимой стеной: знаменитости всегда находятся на экране, рядом, но недосягаемо, словно они живут в параллельной реальности.

Но вот вдруг оказывается, что эта знаменитость — родная сестра твоего парня.

На осознание этого факта Чжэн Шуи понадобился всего час, и она считала, что справилась с этим весьма неплохо.

Когда Сун Лэлань уже садилась в машину, Чжэн Шуи наконец вспомнила, что должна извиниться.

— Простите, сестра... Я не знала, что вы мама Сяо Юэ.

— Ничего страшного, незнание не грех.

Женщина обернулась и посмотрела на своего брата: 

— Но Ши Янь разве не сказал тебе?

Чжэн Шуи: «...»

Сун Лэлань и не подозревала, что этим вполне логичным вопросом она толкнула младшего брата в адскую пропасть.

* * *

Закат был кроваво-красным, словно замедленный кадр в кино, разворачивающийся на горизонте.

Когда машина Сун Лэлань уехала, Ши Янь попытался взять свою девушку за руку, чтобы пойти к парковке.

Но как только он коснулся её пальцев, Чжэн Шуи резко оттолкнула его.

Ши Янь, не ожидавший такого, отшатнулся на два шага назад. Он приподнял брови и посмотрел на Чжэн Шуи.

— Что случилось?

Смелый вопрос!

В эту секунду ты остался без отношений.

Чжэн Шуи развернулась и пошла к выходу из больницы так быстро, что Ши Янь сразу понял: дела у него плохи.

Он поспешил за ней, пытаясь уговорить её:

— Шуи?

Чжэн Шуи не обращала на него внимания и шагала ещё быстрее.

Ши Янь попытался снова взять девушку за руку, но она вырвалась.

Ещё одна попытка — и снова неудача.

Когда они вышли из больницы, Ши Янь крепко взял её за руку, так что вырваться было невозможно.

Чжэн Шуи перестала бороться, но и не двинулась с места. 

Она злилась, смотрела на другую сторону улицы и ни разу не взглянула на Ши Яня.

Ши Янь наклонился, чтобы заглянуть ей в лицо:

— Ты злишься?

Чжэн Шуи молчала.

На улице было много людей, и Ши Янь, зная свою девушку, понимал, что она может сделать что-то непредсказуемое. Он сказал:

— Давай поговорим дома.

Чжэн Шуи ответила:

— У меня нет дома.

Ши Янь: «…»

Он тяжело вздохнул, встал перед ней и, слегка наклонившись, попытался успокоить:

— Я не рассказал тебе сразу, потому что хотел сделать сюрприз.

Но получилось только напугать.

Да?

Чжэн Шуи холодно усмехнулась и отвернулась.

Ши Янь взял её лицо в свои руки и нежно погладил большим пальцем:

— Не злись, хорошо?

Чжэн Шуи по-прежнему молчала, её взгляд был направлен на что-то за его плечом.

Она смотрела туда долго.

Ши Янь спросил:

— На что ты смотришь?

Чжэн Шуи моргнула, словно обдумывая что-то.

— Интересно, они принимают ненужных парней?

Ши Янь проследил за её взглядом.

На другой стороне улицы была старая лавка с огромной вывеской «Приём подержанных вещей».

Рядом стоял громкоговоритель, который на повторе кричал: «Принимаем старьё!»