Сказав это, я сразу взлетела и, убедившись, что Джейл не последовал за мной, полетела вперед.

«Я могу чем-то помочь?» — спросил Хирон, появившись из ниоткуда.

— Не нужно, — ответила я, прижавшись лбом к его голове.

Приземлившись на восточную насыпь, я посмотрела вниз. Эта сторона была полна жрецов Латема. Так как это были люди, которые в основном используют магию лечения и сражаются на мечах, мои способности будут тут как раз кстати.

Когда я уже собиралась спрыгнуть, мой взгляд выцепил кое-кого в толпе. Этот человек, издалека казавшийся крохотным, на самом деле был довольно высоким по сравнению с другими.

— Это…

Ему хотя бы девятнадцать есть? Юноша был священником. Довольно непривычно наблюдать такое. Эти великолепные платиновые волосы, белоснежная кожа и холодное выражение лица — совсем не похоже на священника.

— Ах!

Я вспомнила! В оригинальной истории был только один священник с платиновыми волосами. Первая любовь главной героини и изначальный хозяин святого меча.

Как мастер святого меча, он обладал выдающимися навыками фехтования. И сейчас он оттачивал свои умения.

Везде, где бы он ни проходил, демоны ревели и падали замертво, а святая сила, которую он использовал, уничтожала жизни верующих в Апокалиту. Вокруг него не было тьмы. Воистину, он был совершенством, как будто Бог спустился с небес и стал жрецом.

Я не могла оторвать взгляда. Ради истории он должен умереть, но мне хотелось, чтобы он выжил. Нет, точнее, я надеялась, что он не доставит мне неприятностей, если умрет здесь.

Мне придется избегать его и сражаться где-нибудь в другом месте. Подумав об этом, я обернулась.

*Вшуу-у-х*

Налетел порыв ветра. В одно мгновение мои крылья сложились, а тело пошатнулось. Сделав сальто назад, я едва сохранила равновесие. И именно в этот момент…

Его голубые глаза обратились ко мне — наши взгляды встретились.

Я никогда не видела моря в этом измирении, но его голубые глаза, выглядели точно так же, как то море, которое я помню из своего мира.

Я не могла отвести глаз от этого ясного, глубокого, как морское дно, взгляда.

Несмотря на бесконечные крики людей позади меня, звуки безжалостного обстрела Джейла, рев крушащего землю Саладина... Несмотря на все это, я не могла пошевелиться.

Глубины моря захватили меня. Жаркий солнечный свет будто превратил меня в камень. Я словно заново родилась. По телу пробежались мурашки и волосы встали дыбом.

Совершенно отличное от меня существо. Предчувствие чего-то плохого отрезвило меня, и я инстинктивно обернулась. Что-то сильное схватило меня за ногу, но я оттолкнула его и быстро улетела. Однако взгляд жреца продолжал преследовать меня.

И мы проиграли.

***

*Бах!*

Он хлопнул по столу и сжал кулаки.

— Я думаю, что было бы лучше подготовиться в следующий раз.

Это были слова Джейла. Отец жадно смотрел на него, как будто тот был последней надеждой.

— Да... Нужно. Я не мог как следует подготовиться, потому что эти ублюдки начали войну неожиданно.

Он не мог сдержать своего гнева, и просто шевельнул челюстью.

Бледное лицо Джейла тоже было омрачено. Так же выглядели и другие братья. Это были грустные лица. Неужели мир рухнул? Было забавно смотреть на то, как они расстроены.

Что же это такое, на самом деле? Кто здесь Бог, и кто зло? Какого черта они выглядят так, будто с ними поступили несправедливо? Это действительно не имеет смысла.

Я посмотрела вниз, на свой раненый бок, стараясь унять дрожь в руках.

— Что там такое? — отец и Саладин одновременно подбежали к окну. Снаружи стояла огромная армия. Они продвигались к башне, как могучая волна, смывающая все на своем пути.

— Откуда, черт возьми, люди знают об этом месте?! — недоумевающе покачал головой отец. Грусть и отчаяние в его глазах погасли.

— Сейчас с ними будет трудно иметь дело, — сказала я, обнимая за плечи Саладина, и прячась за ним, — чтобы сбежать, нам нужно разделиться.

Джейл уставился на меня своим странным взглядом. О чем, интересно знать, он думает? Я старательно игнорировала его. В любом случае, взгляд его был сфокусирован не на мне, а на моей пролитой крови, так что мне было плевать на этого сумасшедшего ублюдка.

— Что вы думаете, отец?

Он закрыл лицо дрожащей рукой. Плоть, едва державшаяся на ней, казалось, оторвалась.

М-да... Это был последний признак того, что он человек. Я коротко цокнула языком.

— Да, Карина права, — ответил отец, проводя рукой вниз.

Он взглянул на нас своими пустыми глазами:

— Неразумно бежать всем вместе, поэтому пойдем порознь. Дети без кровных родственников бегут к святому храму. Джейл, возьми с собой своего брата и иди на север. Саладин, ты должен отправиться на запад со своими кровными братьями. Луна, бери своих, и идите на восток. И ты, Карина.

— Я останусь здесь. — сказала я. Саладин схватил меня за талию. Я никогда не была так близко к Саладину, а сейчас ощущала тепло и мягкость собачьей шерсти под рукой. — Ты не можешь остаться здесь один.

Отец задумался. Может, он был в восторге? Не знаю: на его лице не было мышц и плоти, поэтому понять, о чем он думает, было невозможно. Но, видимо, он не собирался меня прогонять.

Я тихо рассмеялась.

— Хорошо. Тогда мы с Кариной останемся здесь, а остальные пусть быстро уходят. Я созову вас после восстановления башни.

Луна отправилась первой. Даже не посмотрев на меня, она попрощалась с отцом и взлетела. Ее братья и сестры, последовали за ней. Подняв руку, Джейл призвал ветер и, кивнув на прощание отцу, улетел.

Вскоре после того, как он исчез, Саладин, стоявший за моей спиной, высунул голову. Пользуясь тем, что отец не смотрел на нас, он прошептал мне на ухо:

— Карина, я видел, как на тебя напали.

Его яркие глаза смотрели на меня не отрываясь, и я тоже молча смотрела на него. Я видела в его черных, заполонивших всю радужку, зрачках отражение своего взволнованного лица. Лица, перепачканного кровью, и не только моей.

Знает ли Саладин, что я специально допустила все это? Насколько он близок к правде?

— Я найду тебя, когда стану старше!

Я не знала, что означают эти слова. Да это и не важно, ведь мы больше никогда не встретимся.

— Пока, Саладин.

*Вшу-ух!*

Порыв ветра охватил Саладина. Попрощавшись с отцом, он исчез со своим огненным кланом.

Итак, в этой огромной башне остались только я и мой отец.

Отец все еще смотрел в окно и качал головой. Я старалась не обращать на него внимания. Когда двинулась вперед, Хирон взобрался на шею, ничего не говоря. Я точно знала, что буду делать дальше.

Но до того, как разразится буря, я хотела насладиться этой минутной тишиной. Вздохнув, закрыла глаза. Даже так, я отчетливо видела всю башню: пустые залы и винтовые лестницы, с высокого потолка свисала огромная люстра из чешуи дракона.

Мой отец всегда хвастался ей.

«Это дракон, которого я поймал сам. Вы когда-нибудь сдирали чешую с живого дракона? Как же прекрасен его рев!»

Я постоянно думала об этом. Неужели он был рожден, чтобы стать злым?

Я открыла глаза. Солнечный свет проникал в башню сквозь разноцветные витражи. Сегодня солнце было необычайно ярким.

Регенерация, наконец, завершилась.

— Отец.

Он смотрел в окно, не обращая на меня внимания, и размахивал кулаками, как сумасшедший.

— Эти чертовы ублюдки! Как они смеют нападать на меня? Они подобны собакам, которые гонятся за Богом!

«Говорит тот, кто не смог победить их!» — подумала я с легкой улыбкой.

— Все хорошо. У нас все под контролем. Если ты избавишься от них, то сможешь убить и Бога. Это будет несложно. Если убьешь Бога, то будешь править всем миром! Ты сможешь… — бормотал он, пытаясь успокоиться.

Отец всегда так говорил: «Прошло много времени с тех пор, как боги этого мира потеряли свою силу. Однако, мы можем создавать новую жизнь и управлять ею. Так мы станем Богами нового мира. Только Апокалита может поставить мир на колени».

Я взглянула на его лысый череп — никогда не могла понять желаний отца. Что он может получить, доминируя над миром? Что он может получить, став Богом? Стоит ли игра свечь? Неужели ему больше нечего было терять? Я этого действительно не понимала.

— Карина, у тебя еще остались силы?

По его виду, казалось, что он израсходовал слишком много сил в предыдущем бою. К тому же, много энергии ушло на «производство» новых демонов. Он выглядел так, будто задыхался.

— Да. У меня их достаточно, — ответила я, приблизившись к нему на шаг. — достаточно, чтобы убить.

«Ты слышишь намеки в моем голосе?»

Мужчина резко повернул голову и посмотрел на меня, говоря:

— Ты видишь это?

Я подошла к окну и посмотрела вниз. Люди приближались. Огромная армия людей, идущих на смерть. Но они не умрут.

— Ты действительно видишь это? Они приближаются?

Я махнула рукой:

— Разве ты не видишь сам?

Толпа людей была всего лишь иллюзией. Место, где только что были люди, оказалось пустым. Мост, широкое поле за ним — все было чистым и пустым, без единого следа людей. Руки отца затряслись.

— Ах ты, проклятая девчонка!

Он резко взмахнул тростью. Однако движения Хирона были быстрее. Змей обернулся вокруг трости и выбил ее из рук мужчины.

— Карина!

— Ах, было бы лучше, если бы ты закрыл этот рот.

«Сейчас сделаю».

Прежде чем я успела закончить предложение, Хирон бросился вперед и обвил шею отца, начав сдавливать ее.

Послышался громкий стон, но мне было все равно.

— Помнишь, что ты говорил, отец? — я подошла к нему ближе. Шаг за шагом. Чем ближе я подходила, тем больше дрожали его кости.

— Если ты не хочешь умереть, то должна убить меня. — жаль, что на нем не осталось плоти, и я не увижу выражение его лица. — Так что, я убью тебя.

Я протянула руку. Тьма, вышедшая из нее, поползла прямо в череп, к его ядру.

— Ха-а-а!

*Ба-бах!*

Огромная башня рухнула. И люстра, которой так гордился отец, была разбита.

Больше нет никаких следов и напоминаний.

***

— Что это?

— Осторожнее!

Земля под ногами сотрясалась, а в воздухе стоял оглушительный грохот. Жрецы и воины старались удерживать равновесие, сгибаясь и пытаясь найти что-нибудь за что можно держаться. Должно быть, это было сильнейшее землетрясение, которое они наблюдали в своей жизни. Каждый пытался понять, что происходит.

Однако дальше ничего не последовало, и вскоре некоторые из людей начали подниматься и осматриваться.

Пустыня не изменилась.

— На всякий случай, приготовьтесь к битве. Не известно кто и когда нападет, нужно быть готовыми. — Ренеггер обратился к взволнованным людям.

Хотя он еще не вырос в мужчину, он был на удивление силен.

Парень выпрямил спину и поднял взор к небу. Оно стало ясным и светлым после того, как битва закончилась. Как будто не было этой беспощадной бойни.