Те, кому благоволил бог солнца, получали посох. Почитая силу солнца, они назвали его маной и поместили в свой Халидом — Священный посох. Так появились Камбиты.

Те, кому благоволила богиня войны, были одарены кольцом. Вызывая духов мира, они использовали разрушительную силу богини, вливая ее в свой Халидом — Священное кольцо. Это положило начало Дапенам.

Тем, кому благоволил бог моря, был дарован меч. Превознося источник жизни, они накапливали человеческую жизненную силу и даровали ее своему Халидому — Священному мечу. Так родились Латемы.

С тех пор прошли тысячелетия.

***

— От него разит душами — душами, которые пострадали от несправедливой смерти.

Пока я обдумывала слова Хирона, мой взгляд остановился на Священном мече, и мои зрачки сузились,. До этого сосредоточенный на сопротивлении моей силе, сейчас он разразился возмущенными воплями:

«Несправедливая смерть? Как можно быть несчастливым, отдавая свою жизнь по божьему велению? Нет, они должны испытывать благодарность за честь стать частью меня. Их благородные жертвы способствовали росту моих сил. Теперь я обладаю способностью побеждать мерзких созданий, скрывающихся во тьме, таких как ты, одним ударом!»

Несмотря на все более взволнованные протесты меча, то, что меня назвали мерзким существом, вызвало у меня глубокое неудовольствие. Я всерьез размышляла, не уничтожить ли мне меч, но в конце концов отказалась от этой идеи, когда вспомнила про обожженные и все еще не зажившие пальцы на своей руке. Вместо этого я спрятала руку под стол и снова сосредоточилась на Священном мече.

— Наконец-то становится понятным, почему все предыдущие владельцы Священного меча безвременно скончались.

Фактически, Священный меч переходил из рук в руки каждые десять лет. Я раньше упускала из виду эту деталь, потому что носители постоянно попадали в руки Апокалиты. Однако это откровение показывало новую перспективу.

— Итак, ты намеренно проигрывал Апокалитам, чтобы регулярно лишать своих владельцев жизненной силы?

В ответ на мои обвинения меч прекратил свои оживленные протесты, погрузившись в молчание. Мои губы изогнулись в усмешке над резкой сменой его поведения, и я недоверчиво покачала головой.

— Примечательно, что это существо еще более злое, чем мы.

— Это действительно чрезвычайно мерзко, — добавил Хирон.

Меч упорно отказывался отвечать, терпя наши насмешки.

Постукивая кончиками пальцев по столу, я размышляла о более значительных последствиях этого открытия. В оригинальном романе об этом не упоминалось. С другой стороны, история едва ли углублялась в мировую мифологию. Очевидно, что все было далеко не так просто.

— Когда он умрет? — спросила я, переводя взгляд обратно на меч. — То есть твой нынешний владелец. Сколько времени ему осталось жить?

Заметив нежелание Священного меча сотрудничать, я схватила его и без колебаний влила в него свою силу.

Безумно мерцая голубым светом, он воскликнул:

«Я отвечу! Я отвечу!»

Удовлетворенная, я небрежно пожала плечами и вернула меч на стол, прежде чем откинуться на спинку стула.

«Что ж, ему было суждено умереть, но ты вмешалась».

— Другими словами, его кончина неизбежна?

Изменив позу, я скрестила ноги и игриво покачала ступней, погрузившись в размышления. Я изогнула шею, чтобы посмотреть на кровать, где лежал без сознания жалкий святой рыцарь, пребывающий в блаженном неведении о своем ужасном положении.

Мужчине было суждено умереть. Он уже должен был быть мертв. На самом деле, он действительно должен был умереть, чтобы исполнить свое предназначение. Со всех сторон ситуация была очень благоприятной для меня.

— Неплохой поворот событий...

***

Ренеггер молча моргнул, устремив взгляд в потолок. Не только дерево было восстановлено, но и его структура была цела и как будто совсем не тронута боем.

Во сне он видел его первое столкновение с Апокалитами. Это произошло вскоре после того, как он стал обладателем Священного меча. Эти существа обладали устрашающими способностями, выходящими за пределы человеческих возможностей, но при этом они не попадали под общепринятую характеристику монстров. В грациозных движениях их крыльев была поразительная красота, а их пленительные жесты завораживали. Даже их бесстрастные лица воплощали собой совершенство. Они были монстрами, и все же они ими не были, были похожи на людей, но отличались от них.

В то время в их присутствии он был объят страхом из-за их подавляющей ауры. Его боевое мастерство ограничивалось безрассудными взмахами меча. Именно тогда он стал свидетелем того, как женщина-змея взлетела с башни, бросив случайный взгляд на поле боя. Она казалась неподвластной времени, возносясь к небесам на своих великолепных крыльях. Это был последний раз, когда он видел ее. После этого побежденные Апокалиты рассеялись, скрываясь по всему континенту.

Однако по какой-то причине сегодня она появилась в его снах. После длительного отсутствия она вернулась и снова стояла перед ним. Глядя прямо на нее, он наблюдал, как шевелятся ее губы, но услышать слова или понять их смысл никак не получалось. Как бы он не напрягал слух, он не мог их уловить. Она внезапно замолчала, и ее фигура постепенно растворялась в воздухе. Чувство необъяснимой печали поселилось в нем. Он страстно желал протянуть руку и схватить ее, но это было бесполезно — всего лишь мечта. Осознание этого пробудило его.

В смутном замешательстве Ренеггер поймал себя на том, что размышляет, почему ему приснился такой сон. Он тряхнул головой, чтобы прогнать эти мысли, пытаясь приподняться, но скоро понял, что его руки крепко связаны, и это мешает ему шевелиться. Это осознание немедленно вернуло его к реальности, и события предыдущего дня нахлынули на него. Сейчас он был пленником Апокалиты.

— Досадно... — пробормотал он, вертя головой по сторонам.

Он предположил, что его перенесли в лабораторию Апокалиты, но, похоже, это было не так. Окружение больше походило на обычное деревенское жилище.

— Ты уже проснулся? — раздался голос сзади.

Повернувшись на звук, он с трепетом посмотрел на нее. Первое, что привлекло его внимание, были ее волосы: каскад абсолютной темноты, окутывающий ее подобно полуночно-синему занавесу.

Словно почувствовав его взгляд, она остановилась и повернулась к нему лицом. Когда их взгляды встретились, он не мог не заметить живость в ее светло-зеленых глазах, как будто в них была сама суть природы. Однако ее узкие зрачки были черными, как глубины ада. Жизнь и смерть смешались в ее взгляде — ироничный сочетание.

Внезапный порыв ветра раскачал лампу, освещавшую комнату,и ее фигура на мгновение скрылась в тени. Она казалась хрупкой, как будто легкий ветерок мог унести ее прочь, но ее присутствие излучало бесспорное могущество и опасность.

Осознание пришло к нему в одно мгновение — это была она.

— Карина Апокалита...

***

— Откуда тебе знакомо мое имя? — спросила я, мои глаза сузились, как у змеи.

Я молча ждала. На краткий миг он, казалось, засомневался, грезит ли он все еще или его сон слился с реальностью. Однако это сомнение быстро рассеялось, когда он сжал кулаки, впившись ногтями в ладони. Очевидно, боль послужила убедительным подтверждением реальности.

После продолжительного молчания он разжал кулак и произнес:

— Как я мог не знать о тебе?

— Полагаю, я, должно быть, приобрела неплохую репутацию, если обладатель Священного меча знает мое имя.

Мой голос сочился сарказмом, но он продолжал молчать. Я наблюдала, как вместо ответа он старательно поднялся и сделал шаг вперед. Его тяжелые травмы затрудняли даже небольшие движения, не говоря уже о свободной ходьбе, и все же он неумолимо продвигался вперед. Казалось, его подпитывала только решимость. И вот он подошел довольно близко ко мне. Он пристально изучал мое лицо, как будто искал в нем что-то.

Было похоже, что его сейчас мучает какой-то неразрешимый вопрос. Наверное он не мог понять, почему он все еще жив после того, как напрямую напал на меня и ранил. Действительно, при обычных обстоятельствах такое положение дел было бы необъяснимым.

— Почему ты пощадила меня? — наконец спросил он.

— Как тебя зовут? — я не стала отвечать на его вопрос.

— Почему ты решила не обрывать мою жизнь?

— Тебе не кажется несправедливым, что ты явно что-то знаешь обо мне, в то время как я остаюсь в неведении о твоей личности?

— Карина Апокалита! — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Да, безымянный. Кто ты?

Осознав бесполезность этого диалога, он приоткрыл губы и устало вздохнул.

— Ренеггер Латем, — морщинка прорезала его лоб, но он произнес свое имя.

Когда я ответила мягким смехом, его взгляд стал пристальнее.

— Позволь мне спросить еще раз: что побудило тебя сохранить мне жизнь?

Его голос звучал размеренно, не слишком высоко и не низко. Он мягко ласкал уши, нежный и умиротворяющий. Слушая его, я как будто была благословлена, получая откровения от самих богов. Несомненно, он был настоящим рыцарем во всех смыслах этого слова. Эта правда только еще больше разожгла мой интерес.

Ренеггер поднял свои связанные руки, пытаясь схватить меня за локоть. Несмотря на свои травмы, он проявил неожиданную силу. Но его сила уступала моей. С легкостью освободившись от его хватки, я протянула руку, чтобы погладить его по подбородку, чем вызвала его удивление.

— Почему ты поражен моей силой?

Я обошла его кругом, и остановилась у него за спиной. Мои пальцы коснулись его запястий, отмеченных красными лентами бинтов. Тепло распространилось от его кожи к моей. Усмехнувшись, когда он вздрогнул и незаметно отстранился, я протянула палец, чтобы слегка почесать его ладонь, и улыбаясь прошептала:

— Я предупреждала тебя совершенно серьезно. Ты не сможешь превзойти меня.

Вместо ответа он сжал кулаки. Мой взгляд опустился на сеть голубых вен, которые выступили на его руках, когда мышцы напряглись. Проведя пальцем по одной из них, я ослабила веревку, которой были связаны его руки. Снова встретившись с ним взглядом, я увидела, что теперь в чистоте его глаз отражались бескрайний голубой океан и кристально чистое небо. Его энергия была такой же чистой и незапятнанной, как у первозданного источника, разжигая мое внутреннее желание претендовать на нее.

— Мое намерение очевидно, — начала я, склонив голову набок, — я собираюсь увидеть, как ты исцелишься, и освободить тебя, как только эта цель будет достигнута.

— Ты действительно ожидаешь, что я в это поверю? — Ренеггер усмехнулся.

— Ну, мой дорогой, я абсолютно уверена, что ты в это поверишь... — ответила я игривым тоном.