При звуке ее игривого голоса Ренеггер прикусил губы. Их красный цвет, контрастирующий с белоснежным лицом, был настолько соблазнителен, что Карина ничего не могла с собой поделать и неотрывно смотрела на него. Его лицо было таким красивым...

Он приблизился к девушке, потеснив ее к столу, стоящему позади нее.

— Лучше убей меня сейчас, — сказал он ясным голосом, — я не хочу молить о пощаде врага.

*Взмах!*

Карина схватила Ренеггера за запястье. Она чувствовала, как нож касается ее затылка. Он рассмеялся.

— Ты не хочешь со мной дружить? — Карина сильно хлопнула его по руке. Ренеггер пошатнулся и покачал головой. Он расчесал свои спутанные волосы и прикусил губу. — Это невероятно! Почему ты не можешь мне поверить, просто учитывая то, что я спасла тебе жизнь? Я создала комфортные условия, чтобы ты поправился.

— Ты — Апокалита! И мой враг. Или я что-то путаю? — он говорил тихим голосом, ни на что не отвлекаясь. — Так что лучше убей меня сейчас. Даже просто стоять рядом с Апокалитой ужасно для меня.

Карина саркастично рассмеялась и легонько погладила его острую линию подбородка. Ее горячее дыхание слегка коснулось его:

— Есть кое-что, чего ты не знаешь.

Ренеггер почувствовал прикосновение Карины и посмотрел на нее.

— Три года назад пала башня Апокалиты. — она наклонилась вперед, черные волосы повисли, как стена дождя. — Кто разрушил ее?

Глаза Карины внимательно следили за Ренеггером и она продолжила:

— Я. И убила отца собственными руками.

Ренеггер посмотрел ей прямо в глаза.

— Я больше не Апокалита. — ее зеленые глаза казались виноградными лозами. Лозами с шипами, достаточно острыми, чтобы пускать кровь при прикосновении.

— Так ты — предатель?!

Возможно, он уже попал в ловушку этой лианы. Чем больше пытаешься вырваться, тем больше застреваешь.

***

Большие капли дождя разбивались о землю, орошая ее. Дождь не собирался заканчиваться, бесконечно ниспадая ливнем. Не было и намека на то, что он должен прекратится. Он лил на зеленые горы, на поросшую травой землю, на башни, залитые человеческой кровью, и на груды мертвых тел, нагроможденных друг на друга.

*Ба-бах!*

Прогремел взрыв. Пламя неукротимо раздувалось. Капли дождя падали на жалящие щупальца огня, но он не угасал. Этот огонь, чистый и белый, нес адский жар. Это огонь, который никогда не погаснет.

Подул ветер. Он подхватил пламя, будто ведя его, как лучшего друга, за руку, и отправился далеко за горизонт. Волны огня разливались, подобно армии, наступающей на врага и не помышляющей об отступлении. Огонь лишь наращивал свою мощь.

*Кваг-ваг-ванг!*

Высокая башня рухнула. Люди, которые едва выжили при взрыве, оказались завалены обломками и мгновенно умерли. Здесь не осталось ни одного живого существа.

— Разве ты не здесь? — Саладин, свисающий с дерева, кричал и ерошил себе волосы. Его серебристые, сияющие белизной, как полночная звезда, пряди бешено развевались под его рукой. — Где ты, черт возьми?

*Ба-бах!*

Пламя охватило оставшуюся часть башни. Используя ее обломки в качестве пищи, огонь разрастался и набирался новых сил.

Саладин резко вдохнул и сжал кулаки. Прошло три года с тех пор, как пала башня Апокалиты. Все это время Саладин отдавал всю свою энергию собственному росту.

«Я найду тебя, когда стану старше».

Чтобы сдержать свое обещание и найти ее, ему пришлось повзрослеть. После двух лет тренировок Саладин, наконец смог пройти через второе рождение. Он научился скрывать признаки своего демонического происхождения, и он мог использовать адское пламя легче, чем кто-либо другой. Теперь у него была сила сражаться с Джейлом. Поэтому он немедленно отправился в путь, чтобы найти Карину.

На самом деле он сразу понял, что Карина собирается покинуть башню, потому что она всегда была равнодушна к работе башни, угрюма, а иногда даже выказывала признаки брезгливости. Он упустил из виду тот факт, что Карина подверглась преднамеренному нападению людей во время Войны Шинма. Если таково было ее желание, то он не имел права вмешиваться.

В то время он был уверен, что, куда бы она ни направилась, он ее найдет, поэтому он отпустил ее. Однако...

— Черт! — Саладин искал целый год, но не обнаружил никаких ее следов. Он не думал, что так долго не сможет увидеть ее.— Карина Апокалита! — закричал он громким голосом.

Он хотел услышать ее голос, который казался равнодушным. Теплый голос, холодное и дружелюбное прикосновение и красивое даже с циничной улыбкой лицо. Он ее упустил. Ему хотелось держать ее в объятиях и вдыхать запах ее тела. Но она не оставила после себя и следа. По-настоящему жестоко.

— Ты уже был здесь.

Саладин повернулся на звук. Там стоял Джейл с широко расправленными красными крыльями.

— Ты тащился в самом хвосте? Не повезло. — в детстве Саладин боялся Джейла, но не сейчас. Даже если он все еще не мог победить его, он уже мог дать ему отпор. Саладин выместил свой гнев на Джейле. — Ты нашел какие-нибудь следы Карины?

Но Джейл даже не взглянул на него. Он просто смотрел на землю, на которой Саладин устроил беспорядок и ответил:

— Думаешь, я тебе скажу? — Джейл повернул голову и, наконец, посмотрел на Саладина. Он видел в черных глазах парня кипящую ненависть, но в красных глазах самого Джейла не было ни тени эмоций. Пустота. Ни света, ни смысла. — Если ты будешь искать ее вот так, то никогда не найдешь.

— Хватит говорить глупости!

Джейл не ответил на его выпад. Он просто смотрел на Саладина пустым взглядом. Саладин ненавидел его за это молчание. Он ненавидел его манеру всегда изображать упрямство, стоять на краю и смотреть вниз.

Саладин процедил сквозь стиснутые зубы:

— Если ты и дальше будешь так вести себя, лучше попробуй сразиться со мной...

Джейл продолжал его игнорировать, лишь слегка взмахнул рукой. Дождь становился все сильнее. Но это был уже не естественный дождь.

*Бам-бам*

В падающих каплях дождя была кровь. Попавшие под ливень тела начали гнить. От разлагающихся трупов исходил смрад. Саладин нахмурился.

— В месте, полном мелкой жизни, должен быть хищник, — сказал Джейл, продолжая смотреть на Саладина. — Змея будет там.

Где есть жизнь, там будет и Карина.

Они быстро разошлись в разные стороны.

***

Неверие отразилось на лице Ренеггера, когда он увидел, как нежить перевязывает его раненую руку. Как будто сам акт лечения не был достаточно удивительным — нежить была одета в униформу горничной! Он был ошеломлен ситуацией, но не оказал сопротивления, когда она приступила и к другой его руке.

Отбросив свои разбегающиеся мысли, он украдкой взглянул на Апокалиту, сидящую в кресле рядом с ним. Карина была поглощена своей книгой, предоставляя ему возможность изучить ее внешность. Темно-синие волосы, мягко ниспадающие на плечи, были именно такими, какими он помнил их в своих снах. Она напоминала ночь, исключительно глубокую ночь.

— Где мой меч? — поинтересовался Ренеггер.

— В безопасном месте, — беспечно ответила Карина.

— Есть ли здесь такое место? —его резкий тон вызвал у Карины только смешок. Ренеггер нахмурился. Он заметил, как она закрыла книгу и с ухмылкой откинулась на спинку кресла.

— Что тебя беспокоит? — спросила Карина. — Я привела тебя сюда для твоего исцеления. Как только ты восстановишься, я тебя отпущу. Твой Священный меч будет возвращен, когда ты будешь готов уйти. Оставайся здесь, и о тебе хорошо позаботятся. Или ты предпочитаешь, чтобы я вела себя как типичная Апокалита?

Ренеггер прикусил щеку и погрузился в молчание. Если она говорила правду, он должен выразить свою благодарность. Однако она принадлежала к Апокалитам, чудовищным существам, ответственным за массовые убийства тысяч людей. Доверять ее словам было непростой задачей.

— Неблагодарный человек, как и все остальные! — внезапно рявкнул Хирон.

Внезапное появление говорящего змея, выползшего из ниоткуда, заставило Ренеггера напрячься. Он неусыпно следил за змеем, отказываясь терять бдительность.

— Это мой спутник-демон, — объяснила Карина. — его зовут Хирон.

— Ты можешь называть меня лордом Хироном.

— Если ты побродишь по дому, то, скорее всего, столкнешься с некоторыми животными, с которыми я живу. Не стоит удивляться, — продолжила Карина, поднимая Хирона и оборачивая змея вокруг своей руки, — впрочем, ты уже познакомилась с котом.

Ее слова задели совесть Ренеггера, и он нерешительно начал:

— Это было…

— Все в порядке. В любом случае, это, вероятно, произошло, когда ты был одержим Священным мечом. В конце концов, у него довольно извращенный характер.

Карина была права, хотя он и не хотел это признавать. Его воспоминания с того момента, как он схватил Священный меч, и до того, как выпустил его из рук, были, в лучшем случае, туманными. Использование Священного оружия в битве постоянно приводило к пробелам в памяти. Тем не менее, он принимал похвалу и критику, поскольку, в конечном итоге, это было результатом его действий.

Временами Ренеггера охватывало отчаяние, но он держал это чувство при себе. Осознание того, что из всех людей именно Карина каким-то образом быстро обнаружила это в нем, заставляло его чувствовать себя несчастным.

— Ты пострадаешь, если продолжишь поддаваться влиянию своего меча. Тебе следует проявлять осторожность. — добавила Карина.

— О чем ты говоришь?

— Мяу! — внезапно нарастающее напряжение было разрушено знакомым голосом. В комнату неторопливо вошел неживой кот и запрыгнул Карине на колени. Он замурлыкал и нежно потерся носом о ее руку.

— Несмотря на то, что на тебя так безжалостно напали, повезло, что тебя удалось вылечить. Не так ли, Йору? — нежно проворковала она, целуя кошачью голову.

— Что ты имела в виду, когда сказала, что я пострадаю, если я продолжу поддаваться влиянию Священного меча? — спросил Ренеггер, пытаясь игнорировать враждебные взгляды, которые кот продолжал бросать в его сторону.

— Это хорошо, что ты спрашиваешь меня об этом, — она усмехнулась, — означает ли это, что ты больше не считаешь меня врагом?