Ее изумрудные глаза сияли, как драгоценные камни. Большие, с глубокими двойными веками, глаза двигались медленно. Каждый раз, когда она моргала, длинные широкие зрачки сужались. Она была слишком красива, но, казалось, что ее не волновала собственная красота. Ее равнодушный взгляд и монотонный голос дополняли впечатление, складывающееся у окружающих, и делали ее еще более необычной в чужих глазах. Поэтому даже буйный пациент становился перед ней покладистым, а хмурые охранники слушались, словно верные псы.

С такой внешностью она могла бы высокомерно относиться к людям, но никогда этого не делала. Она всегда и со всеми была одинаково бесстрастна, со спокойными глазами и движениями. Поэтому у Сиэля появилось странное чувство ее превосходства. Именно потому, что Карина демонстрировала равнодушное отношение ко всему, пока работала здесь.

Сиэль очистил свой разум и заговорил с ней:

— Между прочим, в храме был еще один бой.

Карина вздрогнула.

— Да я слышала.

— Есть раненые. Я вынужден попросить тебя задержаться сегодня подольше.

— Хорошо.

Карина положила бинты и лекарства в корзину. Обычно, пациентов бывало всего около десяти в день, но сегодня, по его словам, число пациентов будет огромным.

К счастью, ранения у всех были легкие, а травмы — несерьезными. У девушки не осталось выбора, кроме как остаться. Все они, должно быть, были истерзаны возле храма. Если бы она оказалась в поле зрения Апокалиты, то точно уже была бы мертва. Так что, в какой-то степени, она была им благодарна.

Карина подошла к стонущему от боли мужчине, и, обеззаразив область раны, умелой рукой наложила пациенту повязку.

— Отлично. Охранник кое-что сказал мне. — заговорил Сиэль, который помогал больному исцеляющей магией. — Говорят, что об Апокалите ходит странный слух.

Карина замерла на месте с бинтом в руках и перевела взгляд на Сиэля. Он все еще был сосредоточен на лечении и смотрел прямо на пациента, в рану которого вливал магию.

— Какой слух?

— Они стали нападать на союзные войска.

Руки Карины задрожали, но она быстро спохватилась и продолжила перевязку, стараясь выглядеть по-прежнему невозмутимой.

— Может быть, у них появилась причина?

— Все тоже так подумали... И на этот раз она довольно серьезная.

— И какая же?

Сиэль ответил, накладывая лекарство на уже обработанную рану:

— Кажется, они кого-то ищут.

*Бум!*

Карина уронила корзину с бинтами, которую держала. Ее тонкие зрачки сузились в щелки.

— Поэтому, если кто-то обнаружит странного человека, он должен немедленно сообщить об этом. Лина, тебя это тоже касается.

Кажется, теперь она — самый странный человек на континенте.

Карина глубоко вздохнула.

***

*Бам!*

Ренеггер вскочил, судорожно ощупывая свое тело. Пошевелив руками, он с удивлением посмотрел на них. Каждая из мышц отдавала болью, но он мог двигаться. Это было невероятно!

Несмотря на то, что он буквально вернулся из мертвых, его блестящие платиновые волосы не потеряли своего блеска. Наоборот, они стали более яркими. Из-за потери крови мужчина стал еще бледным, и это лишь подчеркивало яркость волос.

Его губы мало-помалу раскрывались вслед за дыханием.

Живой!

Мужчина разразился гулким смехом. Тяжелое дыхание вырвалось наружу, все еще сочащееся аурой смерти.

Он не был рад тому, что остался в живых. Потому что он потерпел поражение. Апокалиты его растоптали.

Как только они подошли к храму Кухиран, вокруг разлилась странная энергия. Темная и мутная — она принадлежала Апокалите, поэтому жрецы, включая Ренеггера, быстро собрали силы, чтобы подготовиться к нападению. Однако их было недостаточно.

Вампир. Его сила была более ужасающей, чем они могли ожидать. Он вызвал ветер лишь раз, и сто воинов упали замертво. Он сделал лишь шаг — сто человек сгинули. Ветер дул ему в руки, и пламя поднималось к его ногам.

Куда бы он ни пошел, там не оставалось никого живого. Если хоть капля его крови попадет на человека, то плоть его сгниет, а тело разрушится. Тем не менее, Ренеггер продолжал бороться. Он беспрестанно орудовал мечом. Все время.

Но он потерпел поражение — не смог победить.

«Осторожно!»

Голос священного меча был громок, но Ренеггер не смог пошевелиться. Пламя поднималось. Это была ошибка, которую он не смог предотвратить. Он упал, накрытый волной пламени. Рухнул в самую бездну.

Он думал, что умрет. Думал, что должен умереть. Такой слабак не может быть обладателем священного меча! Он винил и упрекал себя. Святой меч должен перейти к более сильному. Ренеггер закрыл глаза.

Но он не умер. Хотел умереть, но остался в живых. Почему же?.. Он думал, что будет злиться, но злости не было.

Ренеггер был благодарен, узнав, что жив. Чувство благодарности захлестнуло его. Несмотря на то, что он был священником, которому пришлось рисковать своей жизнью ради богов, сейчас он чувствовал себя совсем одиноким.

Но он быстро подавил свои чувства и упрекнул себя. В том бою многие погибли. Он не должен радоваться тому, что остался в живых.

Мужчина медленно огляделся. Это место было похоже на обычный дом. Хоть он тщательно изучил взглядом каждый предмет, но не смог найти ничего особенного, за что можно зацепиться, чтобы понять, где он. Должно быть, кто-то из сельчан перенес его сюда и вылечил. Ренеггер чувствовал, что его раны перевязаны.

«Ты очнулся?»

Мужчина услышал голос Святого меча и быстро обернулся. Меч стоял рядом с ним у изголовья кровати.

— Да, я очнулся.

«Ты был слаб. Не выдержал темной магии и упал».

Ренеггер был побежден в бою и чуть не умер, но Святой меч был бессердечен в своих словах. Это было жестоко, особенно для человека, только что вырвавшегося из лап смерти.

«Ты знаешь, что это за место?»

— Разве это не дом благодетеля, спасшего меня? — Ренеггер снова огляделся.

Звонкий голос Святого меча вонзился ему в голову:

«Идиот!»

Когда мужчина собирался спросить, что тот имеет в виду, закрытая до этого дверь открылась. Ренеггер инстинктивно занял обороняющую позицию и схватил Святой меч. Однако вошла лишь маленькая кошка.

*Мяу!*

Кошка, мелодично мяукнув, вскочила на кровать Ренеггера. Она мурлыкала и терлась о него мордочкой. Мужчина всегда любил животных, но кое-что не давало ему покоя. Одна незначительная деталь. Это…

«...Нежить».

Это была кошка, от которой остались одни кости.

Ренеггер быстро пришел в себя и встал. Немного отойдя от кровати, он направил Святой меч прямо на нежить.

«Никто не собирается нападать на тебя. — голос меча привел Ренеггера в замешательство. Его голубые глаза высматривали пути отступления. — Это место пахнет Апокалитой».

От этих слов у Ренеггера перехватило дыхание. Холодный пот побежала с его лба. Из-за резких движений кровь засочилась из еще не заживших ран. Мужчина сильно разволновался, но Святой меч не спешил успокоить его. Нет, он не мог надеяться на утешение от Святого меча, ведь тот принадлежит Богу. А Бог никогда не был милостив.

«Убей Апокалиту! — яркий свет исходил от оружия в его руках. Святой меч, подвергший жизнь Ренеггера опасности, приказал ему, — Это твой долг!»

***

«Они стали нападать на союзные войска. Кажется, они кого-то ищут...»

Я нахмурилась и тряхнула головой. Волосы, которые были завязаны в идеальный хвост, выбились из прически. Они лезли в глаза и всячески мешались, но меня подобное не волновало.

Я знала, что это случится, но почему так рано?

Должно было пройти не меньше двух месяцев. Им должно было понадобиться еще два месяца, чтобы разрушить лагерь союзных войск и построить новую башню. Так было в оригинальной истории, поэтому я думала, что и в этот раз будет то же самое.

Однако мои ожидания явно не оправдались.

Чья это работа? Джейла? Нет, Саладина? Может, Луны? Или они все решили объединиться?

Я нахмурилась. Снова начала болеть голова. Мои нервы натянулись до предела, и я никак не могла успокоиться. Да и как можно быть спокойной, когда дело касается Апокалиты?

Мои братья и сестра кардинально отличались от меня. В то время, как я задавалась вопросами, для чего мы должны совершать злодеяния, они без промедления действовали. Они всегда безоговорочно выполняли приказы отца и убивали. Им не нужны были причины, тогда как я всякий раз искала их.

Они никогда не ставили под сомнение приказ, потому что были подопытными, выведенными с конкретной целью.

«Ты — цветок, который я вытащил из реки смерти», —вспомнились слова отца. Он всегда говорил подобные вещи моим братьям.

Он говорил, что мы — вещи, которых не существовало изначально. Вещи, которые он создал своими руками, и что мы должны подчиняться его приказам. В противном случае мы будем вещами, которым не стоит жить.

Братья не стали ему противиться. Они подчинились и стали следовать словам отца. Гнев нашего отца был их собственным гневом, а его разочарование было и их разочарованием тоже. Так они и жили. Как будто были одним целым с отцом.

Так насколько сильно они ненавидят меня после убийства отца и побега?

В частности, Луна была очень предана отцу, так что было ясно, что она разорвет меня на части, как только увидит.

— Ох, будто мне не хватало проблем. Может, мне просто уйти в горы и спрятаться в пещере? — я потерла виски кончиками пальцев. Однако, подумав об этом, я поняла, что сейчас ничего не смогу сделать.

Я ощупала свою шею. Черная ткань, обернутая вокруг раны, была влажной — снова пошла кровь. Из-за этой травмы я не могу использовать свои силы полностью.

— Нам нужно собрать как можно больше воинов.

По крайней мере, нужно достаточно, чтобы сбежать, когда они снова атакуют. Если не получится, есть другие варианты... Правда, это не то, чего я хочу. Прежде всего, важно продержаться как можно дольше.

Я предупредила, что завтра собираюсь отдыхать, так что это прекрасный шанс, чтобы уйти подальше отсюда.

Продолжая рассуждать, я открыла входную дверь. Что-то было не так. Дом будто стал другим. Даже вечером не может быть так мрачно. Было темно и тихо. Не было кошки, которая обычно приветствовала меня, не было Хирона, не прекращавшего ворчать на меня.

Я мгновенно увернулась и проследила взглядом за летящим мечом.

— Ха-ха…

Смех раздался из ниоткуда. Как я и ожидала, он стоял там. Человек, которого я спасла, и из-за которого едва не лишилась жизни.

— Ты! — появившись в темноте, он медленно приблизился ко мне. — Разве ты не член Апокалиты?

У него был чистый голос. На вид он был настолько невинен, каким не мог быть воин. Не думаю, что мы сможем поладить, ведь он — «верный паладин».

— Чего молчишь?

Я чувствовала, как он стискивает зубы. Он поднял свой меч и направил его острие на меня.

— Я рыцарь Латема.

Знаю. Не могу не знать.

— Нам не суждено стоять под одним небом.

Его меч сиял ярко-синим цветом. Переливающийся свет будто делал его клинок толще.

— Я не могу оставить тебя в живых.

Он оказался прямо передо мной в одно мгновение. Его сияющий меч пролетел мимо моего плеча и едва не вонзился в меня.

*Бах!*

Стена рухнула. Вспыхнуло голубое пламя. Деревянные стены начали гореть.

«Ох, я только сегодня утром проводила генеральную уборку».

— Ты не сможешь сбежать!

*Ба-бах!*