«Сколько времени прошло?»

Его раны были обработаны достаточно примитивным способом, а рядом с ним, в пределах досягаемости, была чаша с водой и едой. Также поблизости лежали его высохшие штаны.

— Всё это сделала та вампирша?..

Существовали филантропы, осуществляющие уход за ласточками, лечившие их; а были и люди, сначала ломавшие ласточкам лапки, а потом залечивающие их. Ко второй категории относилась и эта вампирша.

— Но каким образом она оказалась на необитаемом острове?

Он был полнейшим неудачником. Ему удалось сбежать от вампиров-террористов, но он всё равно по итогу угодил в какое-то вампирское логово.

Как ни посмотри, эта женщина вряд ли была ограничена законом, который приняли относительно недавно — луас запрещалось убивать. Но было немало луас, прятавшихся в джунглях или же под землёй, потому что им не нравилось, когда их ограничивали. Возможно, что эта вампирша была одной из них.

«Однако...»

Доён посмотрел на свою ногу с наложенной шиной. Эта женщина не только связала его, но и позаботилась о его травмах. Соответственно, вряд ли она собиралась причинить ему вред. По крайней мере, сейчас.

Объективно говоря, это он напал на неё первым. Но он мог сказать в свою защиту, что человек, помещённый в незнакомое место и заметивший непосредственную опасность позади, не мог просто подойти ко врагу и пожать ему руку.

Тут у него в голове мелькнула неприятная мысль.

— Только не говорите мне, что она оставила меня в живых ради моей крови.

Он был как медведь, у которого хотели отобрать его желчный пузырь.

[Прим.: Медвежья желчь — это секрет, вырабатываемый печенью медведя и скапливающийся в желчном пузыре. Сотни лет целебная жидкость используется в народной и китайской медицине для избавления от заболеваний печени, ЖКТ, желчевыводящих путей.]

Доён приподнялся и посмотрел на верёвку, фиксирующую его запястья. Он занервничал.

— Со мной действительно обращаются как с медведем?

Эта верёвка была достаточно крепкой, что удержать на привязи даже медведя. Обычный человек не смог бы смастерить такую. Но, в любом случае, хочет она его крови или же оставила его здесь ради каких-то других целей, самым важным было то, что она не собирается его пока что убивать.

Другими словами, было важно выяснить, что вампирша хочет от него. Так что Доён решил подождать, пока она вернётся в хижину. Он огляделся.

Здесь было много высоких деревянных ящиков, а на полках были расставлены всевозможные вещи. Это место больше было похоже на какой-то бревенчатый дом, нежели на хижину. Возможно, что дом построил кто-то, кто хоть немного разбирается в архитектуре: общая форма была передана весьма неплохо, но были мелкие неровности.

«Это...»

Если быть точным, это место выглядело скорее так, как будто было построено "кем-то, кто всё же не очень разбирается в архитектуре, но имеет кучу свободного времени".

Замерцали слабые тени на полу от стеклянных мобильных, бликующих на солнечном свете. Взгляд Доёна остановился на потолке. Сначала он не обратил на это внимания, но на потолке было очень много различных мобильных, каждый из которых отличался от другого. Это было немного похоже на ремесло какого-то примитивного племени. Да и потребовалось бы много времени, чтобы всё это сделать.

Ткань, на которой лежал Доён, тоже выглядела так, словно была соткана вручную. Теперь он уже не был уверен в том, что это место уместно было называть логовом вампиров — оно больше походило на обшарпанный деревенский бабушкин дом.

Доён посмотрел на дверь. Прошло уже много времени, но вампирша так и не появилась.

— Нам нужно поговорить, чтобы я понял, что здесь происходит.

Он чувствовал себя едой, которую положили в духовку и потом забыли оттуда достать.

Доён снова лег.

* * *

Скрип.

Дверь в комнату медленно отворилась, и в комнату проскользнула пара бледных босых ног. Доён лежал на спине, повернув лицо к двери, и выглядел мирно спящим. Но теперь на нём уже были надеты брюки. Увидев это, Камар со спокойной душой вошла в дом и потянулась к опустевшей миске.

— Я заговорил, потому что не похоже, что ты собираешься меня убить. — сказал Доён, и рука, которая собиралась схватить миску, дернулась.

Когда Камар посмотрела на него, Доён уже был с открытыми глазами, пристально смотрящими на неё. Камар вздрогнула и быстро отступила, затем рванула к выходу.

“Подожди!..

Доён подскочил вслед за ней и вздрогнул от резкой боли в ноге.

— Черт побери! — гневно выругался Доён, что заставило Камар остановиться.

Она поколебалась, решая, уходить ей или нет, да так и замерла в одном положении с поднятой ногой. Доён же просто сел обратно.

— Ты не сможешь мне помочь, если будешь просто смотреть на меня.

Камар ещё немного подумала, прежде чем подойти к Доёну и помочь ему опереться на стену. Мужчина окинул её беглым взглядом.

— Ты понимаешь, о чем я говорю?

Камар кивнула в ответ, но по-прежнему ничего не сказала.

— Но почему ты молчишь? — снова спросил Доён.

Камар поколебалась и заговорила:

“Долгое время… Не говорить...”

У женщины был нереально красивый голос. Её в принципе можно было описать самыми разными словами, и «красивая» было первым из них.

«Нельзя поддаваться, внешний вид бывает обманчив.»

Доён успокоился и спросил:

— Так ты поняла, что я сказал тогда?

— Да, ты сказал что-то плохое на французском.

«Да, это имеет смысл.»

“Нога болит? — осторожно спросила девушка, посмотрев на Доёна.

— А разве она может не болеть? Особенно когда тебя так пнули. — Доён буквально загорелся от негодования.

— Ты… человек? — нерешительно спросила Камар.

“Эй, разве это не очевидно, мисс вампир? Почему ты спрашиваешь?

Камар слегка покачала головой.

— Никогда не видела такого сильного человека, как ты. Я была крайне удивлена. Поэтому пнула тебя ногой. Прости.

Доён внимательно посмотрел на неё. Она была чем-то похожа на иностранку, которой никак не давался французский, так что разговаривала она не очень хорошо. Но по внешнему виду было сложно определить её национальность.

“Откуда ты? — спросил он, но Камар не ответила. Она плотно закрыла рот и просто взглянула на Доёна, явно не желая продолжать разговор на эту тему. — Та-ак, а как тебя зовут? — уже более цинично спросил Доён.

Он думал, что она и в этот раз промолчит, но она неожиданно кивнула и сказала:

“Камар.

Прим.: по словам анлейтеров, её имя также можно было перевести как «Камаль» или «Гамаль», что в африканском языке означает «цветок», в арабском «совершенство», в персидском «прекрасная». Но её имя решили перевести как «Камар», потому что предыдущие имена в основном давались мужчинам.