Во время следующего перерыва состоялся такой разговор:

– О боже, Таканаши-сан. Твой глаз сегодня не золотой?

– Уф, Мори-сама, это не твоё дело, не стоит беспокоиться.

– Не зови меня Мори-сам. Говоришь, что не моё дело, да? Но Тогаши-кун, кажется, очень переживает по этому поводу?

– Ух… Это, э-э-э…

– Что случилось? Что-то случилось? Не хочешь ли ты поговорить со мной об этом?

– Эм, ну…

– Всё будет хорошо. Я выслушаю тебя, обещаю. Более того, это я, человек, которого называют "экспертом по любовным консультациям", единственная и неповторимая Нибутани Шинка. Удовлетворенность моими консультациями составляет 95 %, а первая консультация бесплатна.

– Это какая-то новая разновидность мошенничества, не так ли?!... Наверное, здесь есть какая-то супербольшая плата за услуги или что-то в этом роде!

–  А-ха-ха, я бы ни за что не сделала ничего подобного. В конце концов, я не то чтобы особенно... нет, по правде говоря, я немного беспокоюсь о тебе. Ведь любой бы забеспокоился, если бы что-то, что раньше всегда было золотым, вдруг стало чёрным, не так ли?

– ...А… они вообще съедобны, когда чернеют?

– Ты говоришь о бананах! Что с тобой?! У тебя что, мозги тоже помутились, Таканаши-сан?... Ладно, я не этого хотела. Давайте я попробую ещё раз.  Разве не страшно, когда что-то внезапно меняется?

– Когда что-то внезапно меняется… Это пугает, да...  Конечно, может быть страшно, когда банан вдруг становится черным.

– Почему ты вспоминаешь о бананах?... Неважно. В любом случае, похоже, что Тогаши-кун тоже беспокоится о тебе, учитывая внезапное изменение цвета твоих глаз. И даже если ты не хочешь считать это любовной консультацией, я всё равно готова выслушать тебя. Тогда я, возможно, даже смогу дать тебе несколько советов.

– ...П-правильно. В твоих словах есть какой-то смысл, я думаю. Тогда... Не могла бы ты выслушать меня, пожалуйста?

– Конечно! Что ж, тогда решено. И поскольку ты, вероятно, не хочешь, чтобы нас подслушивали, может, проведём консультацию в клубной комнате? Там никого не будет.

– Понятно. Я не против.

– Хорошо. Тогда, может, встретимся там во время обеда?

– Принято.

– ...То, как она себя ведёт, кажется действительно странным. 

– Хм?

– А, нет, ничего, ничего. Ну, до встречи.

Даже если учесть, что тема была крайне необычной, разговор всё равно получился очень неловким. Эта неловкость исходило в основном от Нибутани. Она  была не из тех людей, которые могут сказать что-то вроде "о, боже". Все устоявшиеся черты характера стремительно рушились.

А ещё, я не часто видел, как Рикка и Нибутани общаются друг с другом без других. Они были довольно необычной парой. В большинстве случаев, когда они были вместе, присутствовала либо Шичимия, либо Казари-чан, либо кто-то из Саммеров. Поэтому, наверное, было немного не по себе, когда они оставались только вдвоём

Не то чтобы они были в плохих отношениях друг с другом, просто им не о чём было поговорить друг с другом. Рикка была чунибьё, а Нибутани уже входила во фракцию реабилитации от чунибьё.

Расставшись с Риккой, Нибутани подошла к тому месту, где мы с Миёши-сан подслушивали их разговор. Первое, что вырвалось из уст Нибутани было:

– Нет, подождите секунду, кто это вообще был? Это было ужасно. Я даже начинаю думать, что мне нужно пересмотреть свои убеждения относительно людей с чунибьё, – превращение Рикки заставило Нибутани трепетать от страха.

Такой реакции я ещё не видел. Хотя я был шокирован тем, как изменилась Рикка, я не был в ужасе от этой перемены. Другие члены клуба, хотя и были обеспокоены, но не боялись Рикки и того, какой она стала.

Ладно, если бы Нибутани завтра вдруг начала вести себя как чунибьё, я бы тоже начал её опасаться.

– На данный момент я успешно выполняю то, что вы мне поручили. И всё же, почему мы встретились в этой мрачной клубной комнате? Подошла бы любая другая аудитория, разве нет?

– А, ну, это... ах, да, потому что Рикка, вероятно, будет чувствовать себя спокойно, находясь там. 

Я запинался, пытаясь уклониться от её вопроса. Когда я посмотрел в сторону Миёши-сан, я увидел широкую ухмылку на её лице.

Миёши-сан… Она каким-то образом догадалась, что мы сможем заглянуть в кабинет директора. Возможно, это из-за того что ей попался на глаза один из телохранителей Декомори.

Я тоже хотел подглядывать, и она воспользовалась этим, чтобы заставить меня и Нибутани выполнить план, который она беспечно придумала. 

– Кабинет директора. Разве это не удачное место? Я лично думала, что это идеальное место для тебя, Мори-сама. Самое! Престижное! Место! В! Школе! Где находится?

– ...Думаю, ты права. Это, конечно, прекрасное место, верно?

Миёши-сан слишком искусна в манипулировании другими с помощью лести! А Мори-сама слишком проста!

❖

И вот, сейчас проходил обеденный перерыв.

Я был наедине с Миёши-сан перед монитором в комнате ожидания, примыкающей к кабинету директора.Необычная пара номер 2. Я очень нервничал. Было бы менее нервозно, если бы Саса была с нами (ещё одно подтверждение того, что я сильно завишу от неё); но, к сожалению, похоже, Саса была на обеде с другими девушками.

Оказывается, они не всегда находились вместе.

– Настуно – хорошая девочка, не так ли? Даже если бы она знала, что всё так обернётся, она бы, наверное, сказала: "Ах~ Это совсем не моё дело~", – и не пошла бы с нами, верно?

– ...В таком случае, ты хочешь сказать, что ты плохая девочка, Чи-сама? Ты дьявол?

– Я не плохая девочка. Почему ты так думаешь?

– ...Ведь хорошая девочка не стала бы заставлять Мори-сама так одеться, не так ли?

– Аха-ха, это верно

“Так одеться”, – Нибутани ждала в кабинете директора в загадочном костюме ангела. 

“Рикка-чан, похоже, любит такие вещи, и если ты наденешь это, то она сможет открыть тебе своё сердце. Верно, Архангел Мори-сама?!” – такими словами Чи-сама, дьявол, снова уговорила Нибутани согласиться с ней. Так Нибутани стала косплеером.

В основе её плана лежала такая же, как у Шичимии, идея. Нибутани, как и следовало ожидать, поначалу была против надеть костюм таинственного ангела.

– Нет-нет, это уже слишком!

– Нет, вовсе нет. Танцевальный клуб планирует использовать этот костюм в следующий раз.Неужели кандидат на пост президента клуба слишком застенчив, чтобы надеть его? – однако дьяволу удалось её переубедить.

И таким образом (в планах Чи-сама не было ни малейшей бреши!), Нибутани неохотно согласилась стать архангелом.

– Ну, во всяком случае, этот наряд Мори-саме идёт. Очень даже идёт. Аха-ха-ха-ха!

– Это да!

Архангел Мори-сама – серьёзно, это так хорошо подходит ей, что даже смешно. Она была похожа  на "человека, созданного из света", как Рикка назвала Нибутани некоторое время назад.

И рядом со мной её полная противоположность, дьявол Чи-сама. Судя по тому, как она была рада текущему расположению дел, похоже, её прозвище ей тоже очень даже подходило.

Пока мы вдвоём рассматривали, как одета Нибутани, оказалось, что в клубную комнату зашла Рикка.

– Я здесь... Что это с твоим нарядом, Мори-сама?

– Ты последний человек, которого я хотела бы удивить своим нарядом!

– Я думаю, что тебе идёт! Ты должна носить его постоянно!

– Я скорее умру, чем сделаю это!

Они выглядели очень близкими во время этого диалога. В отличие от прежнего неловкого разговора, сейчас эти двое были откровенны друг с другом.

Предполагал ли дьявол, что костюм архангела поможет растопить лёд  между ними? Поэтому она включила костюм архангела в свой план? Если так, то она просто великолепна. Однако, учитывая широкую ухмылку на её лице, я в этом сомневался.

– Я верю, что лучшее в Мори-сама проявляется, когда с ней играют. Поэтому мне нужно больше с ней возиться.

Сказав это, Миёши-сан посмотрела на меня и ещё больше сузила глаза. Она была ужасающе убедительна.

– А, я вроде как понимаю то, что ты имеешь в виду. И всё же, похоже, она сама совсем не осознает этого.

– Я люблю, когда с человеком можно поиграться. Независимо от группы, наличие одного члена, с которым легко играться, имеет огромное значение, не так ли? А когда ты с нами, Тогаю, то количество таких людей увеличивается в два раза, и это иногда бывает очень весело.

– ...Как я и думал, ты просто забавляешься ситуацией.

Дьявол Чи-сама, похоже, получала огромное удовольствие. Однако мне бы хотелось, чтобы ты поставила себя на моё место и поняла, каково это, когда с тобой так обращаются.

– Всё-таки Мори-сама влюблена в тебя, Тогаю. Честно.

– …Да, конечно.

– Разве ты не заметил? Она же почти не общается с другими мальчиками, верно? Что? Вечно популярная Мори-сама общается только с Тогаю? Что это может значить?

– Имею в виду, ну... Разве она не общается со мной только потому, что ей так легче? Нибутани просто играет со мной и получает удовольствие так же, как и ты, Чи-сама.

– Но буквально на днях из уст Мори-сама прозвучало: "Если бы он не встречался с Таканаши-сан, я бы призналась Ютану в любви”.

– А?! Это же ложь, да?!

– Хе-хе-хе, всё верно, это была ложь. Тем не менее, твоё лицо стало ярко-красным. Ты мне поверил? – дьявол победно захихикал.

Со мной играют... манипулируют... издеваются… Ей удалось повеселиться за мой счёт три раза подряд…

– И всё же, Тогаю, если предположить, что ты расстанешься с Риккой-чан, я думаю, что вместо Шичимии-сан или Радужноволосой-сенпай ты будешь встречаться с Мори-сама. Это моя женская интуиция.

– Прости, но само предположение, что мы с Риккой расстанемся, просто невозможно.

– Хе-хе, это правда. Бедная Мори-сама, ты совершенно не знаешь, что тебя только что отвергли… Хех, это идеально подходит к архетипу персонажа, который я использую, чтобы поиздеваться над ней. В любом случае, теперь, когда я повеселилась, давай вернемся к комментированию того, что происходит в реальности.

“Пошли", – жестом приказала Миёши-сан, повернувшись к монитору.

”Того, что происходит в реальности”...

Не став возражать, я тоже вернул своё внимание к монитору.

В зале клуба Рикка и Нибутани сидели лицом друг к другу, как на официальном собеседовании. Они выглядели так, словно проводили серьезную консультацию. Однако наряд одной из них выглядел весьма неуместно.

– Итак. Хотя ты и не знаешь, почему, но сейчас у тебя нет никаких способностей. Это верно, Таканаши-сан?

– Да…

Оказалось, что сейчас проходил отчёт о текущем положении Рикки. Нибутани торжественно кивнула, а Рикка несколько грустно улыбнулась ей.

– Понятно. Но ведь потеря сил это не так уж и плохо, разве нет?

– Это не так уж и плохо?

– Ну, даже если у тебя нет никаких способностей, это ничего не меняет, верно?

– Д-да. Это так… Но, – Рикка, казалось, на мгновение замешкалась, однако она продолжила, – мне нужно немного измениться, не так ли? Вот почему... Поскольку ты, кажется, эксперт в области любви... Я прошу совета. Что ты думаешь, Мори-сама?...

Я был ошеломлён словами Рикки. Раньше она никогда не говорила мне ни о чём подобном. Рикка считает, что ей нужно измениться?...

– Ваши отношения с Тогаши-куном зашли в тупик?

– Нет. Мы всё ещё по уши влюблены друг в друга.

– Я не понимаю! Что ты недовольна тогда?

Нибутани разозлилась и ударила по столу перед собой. Однако, увидев, как потрясена Рикка, она извинилась за свой поступок, прочистила горло и вернулась к тому, как сидела до этого. 

Ну, ха-ха, это правда, что мы вдвоём всё ещё очень сильно любили друг друга.

– ...Во всяком случае, это хорошо, что ваши отношения удачно складываются. Тогда почему ты думаешь, что тебе нужно измениться, Таканаши-сан?

– Это…

– Это совершенно не в тему, но ты можешь поверить, что Мори-сама называет себя экспертом по любовным отношениям, хотя у неё самой никогда не было парня? Аха-ха, это слишком забавно. Я определенно должна подразнить её в следующий раз.

– Неужели тебе обязательно нужно было поднимать эту тему сейчас!

Миёши-сан прервала Рикку абсолютно бесполезным в данное время комментарием! Но, учитывая, сколько раз это происходило, можно предположить, что она делает это специально.

Как бы то ни было, оказалось, что Рикка, к сожалению, снова потеряла дар речи. Хорошо, что я ничего не пропустил, но это означало, что я не имел ни малейшего представления об истинном смысле её слов.

– Я просто делаю. Или, ну… 

– А, ты просто делаешь это?

Выслушав Рикку, Нибутани подперла подбородок руками, обдумывая её ответ. Подумав несколько секунд, Нибутани сказала:

– Ну, у меня следующие мысли на этот счёт: я не верю, что люди могут внезапно поменяться, отсутствие перемен – это то, что и делает людей людьми. Если бы это было неправдой, то таких вещей, как война, не существовало бы…

– ......!

Рикка всерьёз слушала загадочную речь, которую Нибутани произнесла ни с того ни с сего. Однако там, где находились мы с Миёши-сан, речь вызвала взрыв смеха.

–  Аха-ха, это, это! Это то, что я хотела увидеть! Мори-сама должна была внезапно сказать что-то вопиющее… Ах, мой желудок…

– Да, это должно было случиться!

Вспомнился случай, когда от Нибутани прозвучали слова "вечные связи". Не то чтобы я плохо думал о ней из-за этого. Это было частью того, что делало Нибутани Нибутани. Хотя, возможно, я так думаю, потому что какая-то часть меня симпатизировала ей.

– Даже во время занятий в клубе она однажды сказала: "Танец – это что-то вроде карты, иллюстрирующей будущее твоей жизни". Боже, мне и так трудно сдерживать смех, а тут ты ещё что-то говоришь. Ладно, поскольку Нацуно обычно добавляет что-то вроде: "Ооо~! Какое мудрое высказывание~", – мне сейчас ещё удаётся сдерживать смех.

– Занятия в вашем клубе выглядят очень весёлыми.

Кажется, что каждый из Саммеров держит другого в узде. Если бы кто-то из них пропал или к ним добавился ещё один человек, то это были бы уже не Саммеры. Какая прекрасная у них была дружба. Это удивительно, как хорошо их отношения были устроены.

– Но я всё ещё не понимаю, почему ты считаешь, что тебе нужно измениться, Таканаши-сан, – Нибутани продолжила свои слова.

Я должен сосредоточиться на экране.

– “Все вокруг меня, кажется, двигаются вперёд. А что касается меня… А? Я всё ещё остаюсь на месте” – такое чувство ты испытываешь, верно?

– Да, именно так, – Рикка кивнула в ответ на слова Нибутани.

Казалось, что какая-то её часть находит отклик в словах Нибутани.

– Но, как я вижу, это совсем не так. С моей точки зрения, ты сильно выросла, Таканаши-сан. А в моей жизни, наоборот, произошли какие-нибудь значимые изменения с того момента, как я стала старшеклассницей? Нет, в этом плане у меня нет ничего нового. Я не смогла повзрослеть со средней школы.

– ......

– В конце концов, перемены не происходят внезапно. Люди резко не взрослеют. Поэтому я считаю, что это лучше, когда люди растут и меняются в том темпе и направлении, в котором они хотят. Я планирую поступать именно так.

– …Верно, – как бы выражая своё согласие, Рикка глубоко кивнула.

– Ну... На данный момент, Таканаши-сан, тебе следует начать с восстановления своих сил. В противном случае Тогаши-кун, скорее всего, будет волноваться. Это классический пример беспокойства из-за внезапных перемен.

Внезапно постеснявшись своих слов, Нибутани быстро пробормотала их и поспешно села. Это было очень простодушно и мило с её стороны. Более того, её поведение подходило к её костюму ангела.

– Да, я тоже…

Именно тогда, в тот самый момент, когда Рикка собиралась ответить Нибутани:

– Де-де-деко-деко-деко?! – в комнату ворвался крик.

На мониторе высветился силуэт неизвестного человека… Хотя я говорю "неизвестного", я знаю только одного человека, который бы мог так влететь в комнату. 

Оказалось, что Декомори пришла в клуб в то время, когда там никого не должно было быть. С её приходом в помещении клуба воцарился хаос.

– М-мастер?! Что вы делаете-дес?! И кто это-дес?!

– Э-э-э-э-э?! Я?!

Больше всех от такого поворота событий была потрясена Нибутани. Неизвестная младшеклассница ворвалась в клубный зал, который был выбран местом встречи, исходя из того, что в нем не должно быть людей, не говоря уже о костюме архангела, в котором она сейчас находилась. Это было само собой разумеющееся, что она смутилась.

– А, эм, Декомори, это…

– Враг, который пытается соблазнить Мастера-дес?!

Не слушая объяснений Рикки, Декомори бросилась на Рикку, чтобы защитить её. Декомори оказалась лицом к лицу с Нибутани.

– Сволочь… Кто ты-дес?!

Не зная, кто такая Нибутани (в костюме архангела), Декомори указала на неё пальцем. Какой безрассудный поступок. Никогда бы не подумал, что смогу осмелиться на такое [1].

Что касается Нибутани, которая, казалось, не могла сдержать своего волнения, то она:

– Хе-хе-хе, я архангел, – сказала какую-то глупость, натянуто рассмеявшись.

Она была настолько охвачена хаосом, что можно было видеть, как маленькие птички летают вокруг её головы.

Из-за её совершенно идиотских слов, человек рядом со мной был вне себя от смеха. Приятно видеть, что кому-то нравится, как всё обернулось.

В ответ на идиотское заявление Нибутани Декомори сузила глаза. Похоже, она сильно озадачилась её словами.

– А? Ты архангел-дес? С таким совершенно чёрным, как у гиппопотама, лицом-дес?!

– Что? Я убью тебя.

– Ик-дес! Это совсем не похоже на архангела-дес!

Нибутани нахмурилась и пригрозила Декомори. Похоже, удар противника разрядил обстановку, в которой она находилась. Как и ожидается от человека, которому угрожала Нибутани, Декомори в страхе отпрянула от неё. Она заметно трусила.

Но что ещё важнее. Совершенно чёрный гиппопотам. Число людей, знающих контекст этого названия, было слишком мало.

– Декомори, этот человек не совершенно чёрный гиппопотам. Она Архангел Мори-сама. Более того, она не плохой человек.

– М-мастер! Нет, но любой, кто выглядит так глупо, должен быть плохишом-дес! Мастер, вас обманывают-дес!

– Кого ты называешь глупым! Думаешь, мне нравится так одеваться?!

– Если тебе это не нравится, зачем ты это носишь-дес? Разве ты не знаешь-дес? “Девушка, которой не нравится собственная внешность, не девушка. Иначе канджи, обозначающее ‘нравится’, писалось бы по-другому[2]"-дес!

– ...Погоди-ка. Откуда ты знаешь это?...

Нибутани снова начала нервничать. Дрожа всем телом, Нибутани с тревогой посмотрела в сторону Декомори…

– А? Это то, что Декомори хочет спросить у тебя-дес. Почему ты не знаешь мудрого изречения, написанного в Мабиногионе-дес?

– Стой, подожди... Ты, почему ты знаешь о Мабиногионе?

– А? У тебя какие-то странные и подозрительные вопросы. Мабиногион… Нет, Декомори не может сказать большего, чем было сказано-дес.

– Говори!

– В Мабиногионе написано: "Тайны должны храниться. Тайна укрепит тебя"-дес. Вот почему Декомори не может сказать большего по этому вопросу-дес!"

– А-а-а-а-а–а-х!  Автор этого может идти умирать! Боже, хватит уже! Эй, ты же никому не показывала этого?! Никто больше не знает, что там, да? Это должно храниться в секрете!

– Очевидно-дес. Более того, это семейная реликвия-дес. Семейная реликвия – это не то, что можно легкомысленно выставлять напоказ-дес. Хотя Декомори не выставляет её напоказ, она перечитывает её каждую ночь перед сном-дес. Создательница Мабиногиона делится своим сознанием с Декомори, укрепляя её-дес. И таким образом, рано или поздно, вместе с Библией, создавшей мир, Декомори…

– А, а, а, поняла! Я поняла! Давай перестанем об этом говорить. Удивительно, удивительно, Мабиногион – это потрясающе! Но ты никогда и никому не должна говорить о нём! Поклянись Мабиногионом! Ну что ж! Кажется, я помешала вам двоим, так что мне пора уходить! До встречи, Таканаши-сан!

Нибутани-сан, чей голос несколько раз срывался во время разговора, выглядела испуганной. Как только она закончила говорить, то поспешно покинула клубную комнату.

Если это ещё не стало очевидным, Нибутани была автором Мабиногиона. Любой бы понял это по тому, как подозрительно она вела себя сейчас.

– Ха, как и ожидалось от Декомори. Декомори избавилась от плохиша, Мастер.

– В-верно.

И, конечно же, Декомори этого совершенно не понимала. Ну, я думаю, что эта её забывчивость – одна из положительных сторон Декомори.

И всё же, Нибутани-сан, неужели ты оставила за собой такую постыдную книгу?

Поскольку она основательно высмеяла меня за мою Темную Тетрадь ещё на первом году старшей школы, я и не ожидал, что она сама когда-то допустила подобную оплошность.

Впрочем, все, наверное, совершали нечто подобное.  Верно… В конце концов, я сам тоже. Поэтому я не буду это комментировать. К такому выводу я пришел.

– Эта девушка – наследница конгломерата Декомори, не так ли? Хе-хе, а есть ли видеозапись того, что было сейчас? В следующий раз мне нужно будет немного поспрашивать об этом.

– ……

Как и ожидалось, человек рядом со мной оказался настоящим дьяволом.

* * *

Пояснения автора перевода на английский:

[2] Канджи 好 (“нравится”) записывается путем сочетания канджи 子 и 女, которые также используются в слове “девушка” (女子).

Пояснения автора перевода на русский:

[1] В Японии это считается вопиющим жестом.