«Кто мы?» — прорычала Чайрон.

«ЛЕГИОН БЕЗДНЫ!» — проревели солдаты в ответ.

«Кто мы?» — снова проревела она, ее голос легко перекрыл громоподобный марш бронированных ног по камню.

«ЩИТ ПРОТИВ ТЬМЫ!»

«Кто мы?»

«МЕЧ ЦИВИЛИЗАЦИИ!»

«Кто мы?»

«ЛЕГИОН БЕЗДНЫ!»

«Чего вы боитесь?»

«НИЧЕГО!»

«Перед кем вы преклоняетесь?»

«НИКЕМ!»

«КАК ДОЛГО ВЫ БУДЕТЕ СРАЖАТЬСЯ?» — прорычала Командир, ее голос гремел как гром.

«ВЕЧНО!»

«КТО МЫ?»

«ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРОЙ ЛЕГИОН!»

«ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРОЙ ЛЕГИОН!»

«ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРОЙ ЛЕГИОН!»

С каждым криком солдаты, державшие знамена, гордо поднимали их в воздух, а солдаты регулярных войск били кулаками по своим нагрудникам, заставляя стены сотрясаться от глубокого звона стали бездны.

Муравьи открыли ворота достаточно широко, чтобы Легион мог пройти колонной шириной в десять человек, и, даже увещевая своих солдат и заставляя их кровь кипеть, Чайрон опытным взглядом окинула платформу в тот момент, когда переступила порог.

Она не в первый раз видела пятый во время волны, но даже так... это было нечто иное. Интенсивность маны была абсурдно высока, а ведь не наступила даже середина волны. Сверху и снизу внешняя стена крепости образовывала отвесную преграду, поднимаясь во тьму над головой и исчезая в пустоте внизу. Пустота, образовавшаяся между крепостью и остальным пятым слоем, поражала воображение, но она не обращала на это внимания.

Ее внимание привлекла сама платформа.

Пока Легион маршировал через ворота и по мосту, их ноги ступали в унисон, она изучала каждый аспект платформы. В каналах под ней гудело огромное количество маны, которая, словно бушующий поток, проносилась по каналам и попадала в саму крепость. По всему периметру платформы муравьи вместе со своим ополчением уже вели тяжелые бои.

Бои были жестокими. На передовой муравьи обливались кислотой, слизью и грязью, сражаясь своими мандибулами, разрывая и раздирая бесконечный поток монстров, грозивших в любой момент прорваться сквозь их ряды. Было легко понять, в чем заключалась основная стратегия. Они хотели использовать свое самое мощное оружие — очищенную ману — с максимальной эффективностью, затягивая монстров в синюю зону и позволяя ей разорвать на части испорченных существ пятого.

Очевидным минусом было то, что это позволяло врагу подойти слишком близко. Монстры пятого слоя были слишком рады, когда их тащили вперед, позволяя им извергать слизь, паразитов и грязь по всей платформе. Поддержка старалась изо всех сил, обрушивая на наступающую орду мощные шквалы кислоты и сложные артиллерийские заклинания, но этого было недостаточно, чтобы сдержать натиск.

Чайрон расправила плечи и почувствовала, как затрещали и захрустели старые кости в ее шее. Прошло слишком много времени с тех пор, как у нее была возможность по-настоящему сразиться с мерзостью пятого. Сегодня будет хороший день.

Повернувшись спиной к хаосу, она смотрела, как ее солдаты маршируют в строю, красивом, словно на плацу. Их доспехи и оружие сверкали; знамена пятьдесят второго были безупречны, на них гордо красовались Железная Гора и скрещенные мечи, которые были символом этого Легиона на протяжении более двух тысяч лет.

Ее офицеры выстроились вокруг нее, когда последние войска прошли через ворота. Как только они займут свои места и заменят муравьев, ворота захлопнутся, отрезав их от остальной части крепости.

Она не могла ждать. Иногда было лучше, когда все было не так сложно.

«Помните о плане», — сказала она своим офицерам. «Не нужно ничего выдумывать. Эшелонированный строй, по три в глубину. Батареи магов сами определяют цели. Сменяйте друг друга по моей команде и держите строй плотным. Убедитесь, что центурионы внимательно следят за своими людьми. В напряженном бою легко зайти слишком глубоко. Если мы потеряем кого-нибудь из-за перегрузки, я возлагаю ответственность на вас».

Она пристально посмотрела на них, но они выдержали ее взгляд и кивнули, полные решимости не подвести своих товарищей. Она беспокоилась, когда к ней приставили таких молодых офицеров, особенно Джошена и Моррелию в качестве Трибунов, но пока они оказались перспективными воинами, как ей и говорили.

Теперь пришло время испытать их на прочность и увидеть их настоящие качества.

Она окинула взглядом дисциплинированные ряды своего Легиона. При виде этого зрелища ее сердце наполнилось гордостью. Командовать этими мужчинами и женщинами было величайшей честью в ее жизни.

Она снова повысила голос.

«КТО ВЫ?» — прорычала она.

«ЛЕГИОН БЕЗДНЫ!»

«ВРАГ ПЕРЕД ВАМИ!»

«УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ!»

«НЕТ ПОЩАДЫ МОНСТРАМ!»

«УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ!»

«КТО ВЫ?!»

«СИЛЬНЕЙШИЕ ПОД ЗЕМЛЕЙ!»

«ПОКАЖИТЕ МНЕ!»

Чайрон обнажила свой клинок и высоко подняла его, развернулась и зашагала во главе колонны. С каждым мгновением шум боя становился все громче, вонь слизи и шипящей плоти — все сильнее. Позади нее войска с каждым шагом выстраивались в боевой строй. Центурионы быстро перемещались среди войск, выискивая любой изъян в их движении, но ничего не обнаружили.

Левой рукой Командир держала щит, а правой крепко сжимала свой демонический клинок. Доспехи в форме наковальни тяжело сидели на плечах, но, поскольку мана, горевшая в ее еле, перетекала в металл, они стали частью ее самой, и она приняла это.

[ П/П: Здесь в качестве “наковальни” использовалось латинское слово incus, которым обозначают слуховую косточку среднего уха (наковальню).]

Как только она оказалась в пределах досягаемости, Чайрон подняла клинок, резко вдохнула и сделала яростный выпад, нанося безупречные колющие удары.

Она все еще находилась в сотне метров от места столкновения, ее клинок даже близко не касался монстров, но этого и не требовалось.

Из кончика ее оружия вырвался луч света, пронзивший тьму, словно кара. Свет столкнулся с крабоподобным чудовищем и пронзил его насквозь, разорвав панцирь, словно его и не было.«УБИТЬ!» — прорычала она.

«УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ!» — ответили ее солдаты.