```text

Богиня Времени, сидя на диване, объяснила причину своего появления в поместье Макклейнов. Сен, Адриана и Великая ведьма смотрели на неё широко раскрытыми от изумления глазами.

— Вот почему я здесь. Вы — те самые частицы, необходимые для воскрешения Даниэля.

Несмотря на изможденный вид, тон её оставался высокомерным.

Её серебристые волосы были настолько длинными, что расстилались по ковру под диваном подобно роскошному полотну, и никто не решался подойти ближе.

Однако Сен, чеканя шаг, прошла прямо по волосам и, протянув руку, вцепилась в тонкую шею богини, сжимая пальцы.

— Ты! Это ты... моего брата!..

— Кхе, кха-а!..

Богиня была уверена, что составила идеальный план. Благодаря помощи Жизни она собрала всю необходимую информацию и совершила чудо, чтобы передать её. То есть, снизошла лично.

Она верила, что сможет вырвать Даниэля из лап проклятой Смерти.

Но была одна вещь, которую она упустила из виду: не умея сопереживать другим, она и представить не могла, какой прием её ожидает.

— Кьи-и! Ку-э-э!

Богиня Времени издавала звуки, похожие на визг резаной свиньи. Оказалось, что боги, если их душить, страдают и чувствуют боль точно так же. Осознав это, Сен сжала пальцы еще крепче.

— Верни мне брата! Верни моего брата, слышишь?!

Сен, по лицу которой катились крупные слезы, сейчас была полной противоположностью той обычной девушке, которой она казалась мгновение назад; её эмоции взорвались с неистовой силой.

Глядя на эту сцену, Адриана чувствовала, как сердце сжимается от боли и горечи.

Сен верила, что как только с концом света будет покончено, у неё наконец-то появится семья.

Но стоило им одолеть апокалипсис, как Даниэль исчез.

Сен, надеявшаяся на обычную жизнь, до последнего притворялась, что всё в порядке, хотя ей было невыносимо тяжело это принять.

Но появление Богини Времени, которая была никем иным как виновницей случившегося, заставило её потерять рассудок, и наружу вырвалась зловещая жажда крови, присущая ей в бытность ассасином.

— Ты-ы-ы!..

Откуда-то из складок одежды выскользнул кинжал, который, казалось, она давно отбросила. Сен занесла его, намереваясь вонзить прямо в переносицу богини.

У-у-унг!

Но её рука замерла в воздухе, скованная кольцом маны, возникшим на запястье.

— ...!

Сен впилась яростным взглядом в Великую ведьму, преградившую ей путь. Её облик, прежде напоминавший кошку, теперь походил на раненого волка, чья аура заставила кожу старухи покрыться мурашками.

Однако Великая ведьма не отступила и молча удерживала Сен.

— Давай сначала выслушаем её.

— Выслушаем? О чем тут говорить?!

Хрусть, хруст!

Сен рванулась с такой силой, что кольцо маны впилось в кожу, и по запястью потекла кровь.

— Сен!

Адриана, испугавшись за неё, бросилась на помощь, но опоздала. Сен, напротив, использовала сковывающее её кольцо как опору, подпрыгнула и взмыла в воздух.

Хлысть!

— Кха-а-а!

Гибкий удар ногой снизу вверх пришелся богине точно в челюсть. Та отлетела за диван, а её длинные серебряные волосы накрыли мебель, словно покрывало.

— И впрямь, сущий зверь.

На этот раз Великая ведьма сковала и ноги девушки. Сен закричала, срывая голос, а по её щекам продолжали течь слезы:

— Из-за этой женщины! Из-за неё брат погиб! Она заставила его терпеть в застывшем мире столько времени, что он едва не сошел с ума! И вы предлагаете мне просто забыть об этом? Просто стоять и смотреть?!

— А-а-ах!..

— Иди сюда! Я тебя на куски разорву!

Богиня Времени, потирая ушибленную челюсть, поспешила отползти подальше от рычащей Сен. Только сейчас она осознала, насколько опасно было спускаться на континент, лишившись всей своей силы.

Она и представить не могла, что люди, которых она всегда презирала, смогут нанести ей такой сокрушительный удар.

— Если бы Макклейн увидел тебя сейчас, он был бы в восторге!

— Его всё равно нет! Брата больше нет!

Пусть это длилось всего три года, но Сен изо всех сил старалась отмыться от крови, пролитой в Карательном отряде. Конечно, добрые дела не могли стереть её темное прошлое.

Тем не менее, она жила, стараясь помогать другим. Она хотела стать человеком, который в будущем приносит пользу, а не вред.

Но вся решимость этих трех лет рухнула в тот миг, когда перед глазами предстало божество, бывшее корнем всех бед. Убить богиню.

Охваченная жаждой мести, Сен отчаянно сопротивлялась путам.

Понимая, что если она будет молчать и дрожать от страха, ситуация не изменится, Богиня Времени еще раз подчеркнула цель своего визита.

— У тебя так вскипела кровь, что ты не расслышала моих слов? Скажу предельно ясно: Даниэля Макклейна можно вернуть к жизни!

— Не лги! Снова сыплешь сладкими речами, чтобы что-то у нас отобрать!

Сен кричала так, что на шее вздулись вены.

Этот полный боли крик на мгновение заставил богиню замолчать, но она не отступила.

— Подумайте сами! Даниэль Макклейн мертв. Ни я, ни Бог Жизни больше не властны над ним. Есть лишь одно божество, способное на это.

Ответ пришел не от Сен, а со стороны Адрианы.

— Богиня Смерти...

Адриана прошептала это с затаенной надеждой, и Сен, словно очнувшись, резко повернула голову к ней.

Адриана с мрачным лицом переспросила богиню:

— Неужели она может вот так удерживать умершего?

Если так, то не получается ли, что финал каждого — лишь игрушка в руках Богини Смерти?

Однако Богиня Времени покачала головой.

— Нет, даже Смерть не может пробуждать души умерших по своей прихоти. Тем более сейчас, когда она лишилась своего могущества.

— Тогда как же?..

— Вероятно, дело в уникальности Даниэля Макклейна. Это связано и со мной: его ментальная сила вышла за пределы человеческой. Хотя он до конца отказывался от этого, его дух можно считать духом полубога.

Богиня Времени предполагала, что из-за того, что он слишком долго находился под воздействием её власти, он не уснул в состоянии души, а смог пробудиться.

Даже она не знала всего, что касалось владений Богини Смерти.

Переведя дух, Богиня Времени снова четко объяснила:

— Послушайте. Сейчас Даниэль находится в плену у Богини Смерти, подвергаясь всевозможным страданиям и пыткам! Единственный способ спасти его — это воскрешение, и, как ни странно, для него это возможно.

На этот раз Великая ведьма, хранившая молчание, подняла руку и спросила:

— И как же это осуществить?

Вопрос, которого богиня так ждала.

Богиня Времени сжала кулаки и воскликнула:

— Эрис Анен Сериер. Если у нас будет частица Даниэля, которую хранит та эльфийка, которой он доверял до самого конца, — этого будет достаточно.

Её глаза сияли так же ярко, как и серебристые волосы.

— С её помощью мы вырвем Даниэля из когтей Богини Смерти!

*

— Кха-а!

Богиня Смерти, обливаясь потом, без сил растянулась на полу. Я, стоя рядом, с довольной улыбкой вытер пот со лба.

— Фух! А хорошо-то как. Знаешь, возможность потеть даже после смерти — это великое благословение.

— Я сейчас правда сдохну. Больше не могу.

Богиня Смерти, которую я силой заставил тренироваться, ползала по холодному полу. Похоже, прохлада, окутывающая тело, была ей приятна, потому что она старалась занять как можно больше места на полу.

Её лицо настолько расслабилось, что она могла бы уснуть прямо сейчас, если бы пол не был таким твердым.

— Эй, сначала прими душ. Ходить в таком виде неприятно.

Богиня Смерти не выказывала ни малейшего желания вставать. Оправдывая свое имя, она притворилась мертвой.

— Вставай. Я помыться хочу, тут есть где?

— Перестань меня трогать. Говорят, даже медведь уходит, если притвориться мертвым, почему ты не можешь просто оставить меня в покое?

— А ты знала? Притворяться мертвым перед медведем — не самая лучшая идея.

— Проверял?

Богиня Смерти слегка приподняла голову и посмотрела на меня. В ответ на её недоверчивый взгляд я лишь пожал плечами.

— Нет, в книге читал.

— Ну да, зачем тебе притворяться мертвым перед медведем. Это медведю впору притворяться мертвым перед тобой.

— ......

В её словах была доля правды, так что я промолчал. Тем не менее, я снова напомнил, что мне нужно место для мытья, на что Богиня Смерти раздраженно огрызнулась:

— Откуда здесь взяться такому месту?! Зачем мертвым мыться! И вообще, я за всю жизнь ни разу не потела, так что мне это было не нужно!

Даниэль Макклейн хлопнул себя по лбу, но тут же, словно что-то осознав, медленно попятился.

А затем картинно зажал нос двумя пальцами.

— Что? Ты это к чему?

Этот жест крайне не понравился Богине Смерти. Когда она медленно поднялась и, сидя на полу, прислонилась к кровати, Даниэль с благостным выражением лица покачал головой.

— Нет, ничего.

— У тебя на лице написано, что это не «ничего». Это выглядит очень неприятно и действует на нервы. В чем проблема?

— ...Ну, подумай сама.

Даниэль намеренно отступил еще на шаг. Его жест, красноречиво говорящий о нежелании находиться рядом, разозлил богиню еще сильнее.

— Ты живешь здесь с самого сотворения континента и ни разу не мылась... не значит ли это, что ты просто грязнуля?

Лицо богини вспыхнуло пунцовым цветом.

Она, только что жаловавшаяся, что не может встать, вскочила на ноги и пронзительно закричала:

— Ты всё перепутал! Я не моюсь, потому что я не грязная! Я изначально чиста и непорочна, мне просто незачем мыться!

— Да-да, конечно. Парни в общежитиях тоже не чувствуют запаха в своих комнатах. Когда привыкаешь, всем кажется, что всё нормально.

Богиня Смерти, окончательно взбешенная тем, что он говорит с ней таким снисходительным тоном, топая ногами, направилась к нему.

— Нет! Всё совсем не так!

Я-то знал.

Когда она обнимала меня раньше, от неё вовсе не несло вонью; напротив, мой нос уловил пленительный, дурманящий аромат, который буквально лишал рассудка.

Но я надеялся, что если буду так себя вести, она создаст хотя бы душевую или какое-нибудь место для мытья.

И еще.

«Наверное, это потому, что у нас давно не было нормального разговора».

Я чувствовал, что стал гораздо разговорчивее и оживленнее, чем раньше.

Поскольку я слишком долго молчал, ожидая Эрис, этот разговор — если не считать беседы с Богиней Времени — был первым за долгое время полноценным общением с кем-то.

И против воли на моем лице появилась легкая улыбка.

То, что ей не нужно было мыться, не означало, что места для этого не существовало. Конечно, мечтать о душевой или роскошной купальне было глупо, но когда я последовал за богиней за пределы замка, там обнаружилась текущая серая река.

— Это еще что? Почему она такая грязная?

— С чего ты взял, что она грязная? Вода в реке Преисподней чище любой воды на континенте, ясно тебе?

На вид вода была мутной, словно в неё сливали отходы, но когда я зачерпнул пригоршню, она оказалась кристально прозрачной, так что её слова не были ложью.

— Хм-м.

— Она кажется такой только из-за того, что в Преисподней всё в таких тонах.

Услышав это, я огляделся. Черный лес, окружающий огромный замок, из которого мы только что вышли, и серое небо без единого облака.

Внешне это напоминало леса Мира Демонов, но здесь не было того липкого воздуха и тяжелой маны.

— Эх, ты мне не веришь?

В конце концов, Богиня Смерти первой вошла в реку. Температура воды была приятно прохладной, поэтому она не колебалась.

Оказавшись в воде, Богиня Смерти с озадаченным видом зачерпнула воду. Её реакция была странной, и я подумал, не случилось ли чего с водой, но, похоже, всё было в порядке.

Я осторожно вошел в реку, и прохладная вода покалыванием отозвалась во всем теле. Ощущение того, как смывается горячий пот и жар внутри постепенно утихает.

— О, вода и впрямь отличная.

Мне захотелось поплавать, поэтому я окунулся с головой и, разбрызгивая воду, поплыл на глубину. В центре река оказалась довольно глубокой, что было в самый раз для плавания.

— Хм-м-м.

Услышав рядом странный стон, я покосился в сторону и увидел Богиню Смерти, которая, погрузившись в воду по плечи, зажмурилась от удовольствия.

— Хм-м-м-а-а.

— ......

— О-о-ох.

— ......

— Фу-у-ух.

Я хотел проигнорировать её и продолжить плавать, но эти томные звуки начали меня раздражать, и я обернулся.

Теперь она полулежала в воде, так что на поверхности остались только лицо и грудь. Вид того, как она наслаждается моментом с закрытыми глазами, невольно приковывал взгляд.

— Что это за реакция?

— Кхм.

Услышав мой голос, Богиня Смерти пришла в себя и поспешно поднялась. С покрасневшим лицом она принялась оправдываться:

— Я... я просто не знала, что отдаться течению реки может быть так приятно.

— Чего?

Я подумал, что она несет какую-то чушь, словно новорожденный ребенок, но Богиня Смерти, замявшись, добавила:

— Раз я повелеваю тьмой, зачем мне лишний раз двигаться? Так что это первый раз в моей жизни, когда я вот так тренировалась, а потом вошла в реку, чтобы помыться.

— ......

— Оказывается, это довольно приятно.

Я знал, что обладание абсолютной силой означает, что ты многого лишаешься.

Например, Кулика.

Он спас зверолюдей, стал героем-основателем и взошел на трон первого императора, но из-за своей подавляющей мощи был вынужден отдалиться от своего народа.

Думаю, Богиня Смерти чувствовала нечто подобное.

Могущественные и многогранные способности, позволяющие не шевелить и пальцем, напротив, лишили богиню самых простых и естественных вещей.

Глядя на спину богини, которая смущенно отвернулась, я погрузился в раздумья. И самой яркой мыслью, пронзившей мой разум, была одна возможность.

«Если я и дальше буду проводить время с Богиней, смогу ли я понять, почему она хотела уничтожить этот мир?»

Богиня Времени говорила, что она просто хотела уничтожить мир, потому что он слишком погряз в пороках. Я знал, что это не совсем ложь.

Но не в том ли дело, что боги, обладая безупречной силой, просто не могли смотреть на мир правильно?

Может быть, именно из-за того, что они не знали таких простых радостей, их спасение континента от разложения приняло столь циничный, насильственный и радикальный метод, как уничтожение?

— Ва-а-а.

Богиня набирала воду в ладони и смотрела, как она стекает сквозь пальцы. Глядя на то, как она смеется над таким простым действием...

Я не мог не задаваться самыми разными вопросами.

*