╾──╼ ⟡ ╾──╼

— Когда выдаётся необычайно тёплый год, порой даже среди леденящей стужи демонических земель распускаются цветы. Говорят, этот редкий дурманящий аромат сводит с ума волков и ликантропов. Посему, если в ветре со стороны пустошей почудится благоухание бутонов, держи охотничьих псов взаперти и ни под каким предлогом не выходи за порог.

Маленькая Луизе всегда лишь презрительно фыркала на эти грозные предостережения бабушки. Так продолжалось до тех пор, пока однажды на прогулке она не вдохнула незнакомый сладковатый аромат.

«...Макс».

Преданная собака, которая, невзирая на заботы о сосущих молоко щенках, непременно сопровождала её в положенный час прогулки.

Так было ровно до того дня, пока в преданных глазах четвероногого друга отчётливо не блеснула неприкрытая жажда крови.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

— Макс.

Придя на псарню ни свет ни заря, Луизе усердно помахала перед мордой пса кусочком вяленого мяса без специй.

Надменный волкодав скользнул взглядом по её лицу и демонстративно отвернулся. Щенок той самой собаки, тоже названный Максом, в отличие от матери наотрез отказывался открывать ей своё сердце.

Луизе не знала, крылась ли причина в принудительном подчинении или в запахе материнской крови, который пёс впитал в щенячьем возрасте.

В итоге ей, как и всегда, пришлось ни с чем плестись обратно в дом.

— Кхм, опять к тому псу ходила? В последнее время ты вроде туда не заглядывала, — поинтересовался её отец, в одиночестве завтракавший на скорую руку. Должно быть, он уловил исходивший от неё собачий запах.

Поковыряв ложкой остывшее рагу, подвинутое ей в качестве порции, дочь рассеянно отозвалась:

— Последние дни Макса не было во владениях.

— Да? Старик Бен вроде строго следит за вольерами, а этот проказник всё равно умудряется сбегать. Сегодня прибывает высокопоставленный гость, не к добру, если зверь будет слоняться по округе без присмотра.

Её отец, Себастьян Бартель, служил начальником стражи владений.

По всем правилам он должен был сейчас вместе с маркграфом объезжать сторожевые заставы на границе с демоническими землями, заменяя задержавшегося командира рыцарей Волка.

Однако, получив весть о том, что молодой господин везёт важную персону, он сделал исключение и остался в замке.

Вместо него под этим предлогом на границу ушёл бывший маркграф Винсент Зигсмунд. Формально старик вызвался охранять нынешнего главу рода, чьё воинское мастерство оставляло желать лучшего, однако все прекрасно понимали, что это лишь удобный предлог сбежать от принца. Он с давних пор недолюбливал род Святого Императора.

— Когда мама вернётся, тебе придётся сразу отправиться на границу?

На вопрос Луизе отец взял меч со стола и пожал широкими плечами:

— Пожалуй. В этом году стоит непривычное тепло, и ликантропы ведут себя тревожно.

С тёплым ветром и впрямь время от времени доносился едва уловимый цветочный аромат. Заталкивая внутрь накатившую тревогу, Луизе отправила в рот ложку пресного рагу.

— Послушай, Луизе.

Поглядев на неё некоторое время, Себастьян с лёгкой заминкой продолжил:

— Как продвигается... твоя служба? Справляешься?

— ...

— Управляющий очень хвалил тебя. Он человек строгий и не щедр на похвалу, но говорит, что ты прекрасно справляешься с обязанностями.

Взгляд отца на мгновение скользнул по её ладоням. Он наверняка знал, что она до сих пор не оставила путь меча и по ночам тайком тренируется в одиночестве.

Луизе лишь криво улыбнулась в ответ:

— Да, мне нравится. Думаю, эта работа мне подходит.

«А даже если бы и не подходила, то что с того?»

Прибывший наконец во владения принц Морес оказался совсем не таким, каким его представляли слухи. Вопреки ожиданиям из кареты вышел статный юноша, отчего встречающие на миг опешили. Его недовольное лицо поначалу отдавало высокомерием и холодом, но стоило ему одарить маркграфиню светской улыбкой, как воздух вокруг словно озарился теплом.

Домочадцы и прислуга дома Зигсмунд были очарованы в одно мгновение. Впрочем, раз уж он умудрился с ходу приручить гордого и неприступного Макса, этот юноша явно был не из простых смертных.

«Но ведь хозяйка Макса это я...»

Обида всё же неприятно кольнула её самолюбие.

— Спасибо за помощь. Ваша сила поражает.

Пока они перетаскивали сундуки принца в покои, женщина, легко державшая на весу по огромному кофру в каждой руке, дружелюбно подала голос:

— Я Эдит, личная горничная Его Высочества. Надеюсь на приятное сотрудничество во время нашего визита.

— Луизе.

«Обычной горничной тут и не пахнет. Пользователь ауры подобного уровня – несомненно тайный телохранитель в юбке».

Луизе предпочла сделать вид, будто ничего не заметила.

Раз принц прибыл по тайному зову молодого господина, он наверняка явился расследовать дело о целебном чае. В таком случае желание держать под рукой грозного бойца на случай непредвиденных бед было вполне оправданным. Однако, перенося вещи, Луизе внезапно уловила исходивший от саквояжа принца резкий цветочный аромат:

— ...Запах роз?

В морозных землях Зигсмунд такие цветы не росли, поэтому с этим густым запахом она сталкивалась лишь тогда, когда маркграфиня или юные барышни душились столичными духами.

— А?

Эдит сперва удивилась, но тут же понимающе закивала:

— А-а, ха-ха, это наверняка обеззараживающие духи госпожи Джибриль! Она тщательно попшикала ими вещи для профилактики чумы в дальних странствиях. Его Высочество терпеть их не может, поэтому мы вытряхивали сундуки, но запах, видать, въелся. У вас поразительно тонкий нюх, госпожа Луизе!

Пропустив эти объяснения мимо ушей, Луизе ощутила непонятный страх. Этот запах отличался и от того, что было в лесу, и от приторного аромата целебного чая. Но почему же внутри всё кричало о надвигающейся катастрофе?

И дурные предчувствия девушки оправдались в тот же день.

Принц, только что сидевший за праздничным обедом, вернулся в покои полумёртвым.

Уловив знакомый сладковатый шлейф, примешавшийся к запаху пота и роз, Луизе остолбенела от ужаса:

— ...Целебный чай?

И в этот миг принц, чуть открыв глаза, невозмутимо выдал:

— А? Да, он самый.

Луизе пребывала в полнейшем смятении.

Этого гостя привёз молодой господин, отправившийся в столицу именно ради расследования дела о целебном чае! Она была уверена, что принц прибыл искоренить заразу, так неужели он не знал о её смертельной опасности?!

— Зачем же вы его выпили...

Но раздумывать было некогда: из носа принца внезапно хлынула алая струйка и, успев лишь прошептать приказ позвать экзорциста, он потерял сознание и рухнул на кровати.

Луизе в панике прикусила губу.

«Что же делать?!»

Перед ней лежал сам принц империи. Случись с ним непоправимое, и на плаху пойдёт не только она сама, но и весь род маркграфа. По-хорошему следовало поднять на ноги всех лекарей и священников замка. Однако его слова не выходили из головы: «Он ведь не просто так велел держать всё в тайне».

К тому же за то недолгое время, что она видела принца, девушка успела отчётливо ощутить: за его показной небрежностью и легкомысленными шутками кроется странная непререкаемая сила, которой невозможно противиться.

«Сначала выполню приказ».

Приняв решение, Луизе натянула одеяло, скрывая следы крови, и бесшумно выскользнула из покоев. Разыскав свиту принца Мореса, она без лишнего шума привела нужную женщину.

— Что стряслось?

Заметив Луизе в сопровождении сэр Шарон, молодой рыцарь на часах с удивлением приподнял бровь. Будучи опытным пользователем ауры, он совершенно не догадывался о драме, разыгравшейся за закрытыми дверями.

Экзорцист окинула караульного холодным взглядом и раздражённо цокнула языком.

Пока сбитый с толку рыцарь хлопал глазами от такой ледяной грубости, Шарон обернулась к Луизе и бросила:

[Ты жди снаружи.]

— ...!

Встретившись с ней взглядом, Луизе похолодела от охватившего её первобытного ужаса.

В полумраке коридора призрачно мерцали странные серебристо-серые глаза.

«Разве они не были чёрными?..»

Луизе растерялась. Когда она только нашла её, та показалась ей чудаковатой девицей с глуповатой ухмылкой на лице. Но сейчас от этой женщины веяло колоссальным величием, не уступающим мощи прежнего главы рода Винсента, а быть может, и многократно превосходящим его. Противиться этому неземному давлению было выше человеческих сил.

Но страшнее всего был её взгляд. Глаза, способные единым взмахом смахнуть наносной блеск обманчивого мира и заглянуть в самую пульсирующую бездну мироздания. Этот нечеловеческий взгляд насквозь прожигал плоть Луизе, выворачивая наружу сокровенные мысли и саму её душу.

Пока девушка стояла парализованная страхом, женщина отвела глаза и негромко обронила загадочные слова:

[...Значит, в итоге ты избрала именно эту стезю.]

[Впрочем, что я могу поделать. Таков был выбор того ребёнка...]

— ...

[Приготовься к тому, что придёт с севера.]

С этими словами дверь захлопнулась прямо перед носом остолбеневшей Луизе.

При такой чудовищной кровопотере человек не мог подняться на ноги за сутки, но принц тем же вечером выглядел живее всех живых, а ночью и вовсе в одиночку разгуливал по замку.

— Уважаемый гость спал спокойно, без происшествий?

Явившись на службу с первыми лучами солнца, Луизе чутко уловила перемены в обстановке и обратилась к ночной страже.

— А? Луизе, это ты. Принц всю ночь мирно почивал у себя. Путь из столицы неблизкий, он так вымотался с дороги, что даже к ужину выйти не смог.

«Опытные караульные ничего не заметили?»

Луизе втянула носом морозный воздух коридора. Там отчётливо витал свежий след запаха принца: тонкий аромат роз, въевшийся в его одежду, ни с чем нельзя было спутать. И эта невидимая цепочка тянулась прямиком на второй этаж к дверям кабинета маркграфа.

«Неужели?..»

Пойти на столь безумное святотатство в первую же ночь? Луизе усилием воли отогнала бредовую догадку. Однако сразу после этого приближённые молодого господина во главе с Германом развили подозрительно бурную деятельность.

— Луизе, выручи нас, — окликнул её Герман в коридоре. — Нам нужно отобрать пару человек из тех, кто крепко сидит на целебном чае и страдает сильными видениями. У тебя поразительное чутьё на таких людей.

— Это нетрудно.

Благодаря острому обонянию Луизе безошибочно вычисляла тех, от кого сильнее всего разило сладковатым чаем. Именно она когда-то первой забила тревогу о вреде настоя, а затем не раз помогала Ордэну в его расследовании.

— Зачем они вам?

— Мы заберём их в столицу как живые улики против гильдии Мило для Трибунала инквизиции.

— И это остановит поставки чая?

«Неужели всё решится так просто?»

На то, чтобы собрать хоть какие-то крохи улик, у них ушли месяцы!

Заметив недоверие на лице девушки, Герман устало вздохнул:

— Таков приказ Его Высочества. Он намерен лично поставить маркграфу ультиматум. Нам остаётся лишь подготовить жертв и изъять образцы чая в лавках в качестве вещественных доказательств.

Догадки Луизе подтвердились: принц прибыл сюда, чтобы разрубить этот узел.

«Но неужели маркграф пойдёт у него на поводу?»

Как бы то ни было, сам принц Морес вёл себя так, будто дело уже сделано. Он безвылазно сидел в покоях и при каждом удобном случае требовал немедленно доставить к нему главу рода:

— Ну и когда прибудет маркграф Зигсмунд?

— Э-э, Ваше Высочество, гонец уже в пути, скоро...

— Я спрашиваю когда конкретно?

— Поймите, осмотр пограничных застав требует времени...

— Так какого числа он соизволит явиться?

— Ваше Высочество, пощадите...

Пока несчастный Герман чуть не плакал от непрестанных придирок, принц вдруг замолк и уставился в пустоту расфокусированным взглядом.

В этот краткий миг Луизе приметила слабый серебристый огонёк, промелькнувший в его зрачках.

— Хочу поскорее вернуться домо-ой. Если не поторопиться, мы упустим время, и я застряну здесь на целую ве-е-ечность, — словно малый ребёнок, капризно протянул принц Морес.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

На исходе третьего дня пребывания принца во владениях отряд рыцарей Волка наконец вернулся в замок. Они привели пленных и доставили колоссальный обоз спасённых припасов. И в тот же час с передовой демонических земель примчался гонец со срочным донесением от главы рода.

— Подтверждено аномально масштабное движение ликантропов. Численность прорывающейся на юг стаи составляет около... двух... двух тысяч?!

Лицо Германа посерело от ужаса.

— Рыцарям Волка немедленно выдвинуться на рубежи. Начальнику стражи Себастьяну Бартелю поднять всех боеспособных воинов графства...

Когда его голос дрогнул, стоявший рядом молодой господин Ордэн перехватил послание и ровным тоном продолжил доклад:

— Ваше Высочество. Сообщают, что во главе стаи замечен Лорд Ликантропов.

Лицо Ордэна было мрачнее тучи.

На владения Зигсмунд надвигалось бедствие невиданных масштабов.

— За последнее десятилетие стычки с монстрами случались регулярно, но их число ни разу не превышало пары сотен. Расследование о чае придётся отложить, сейчас всё маркграфство должно мобилизовать все свои силы.

— ...

— Переговоры с моим отцом теперь невозможны. Вашему Высочеству разумнее всего немедленно отбыть в столицу.

К удивлению, реакция принца оказалась совершенно неожиданной. Поглядев в потолок и задумчиво почесав щёку, он негромко выдохнул:

— Да уж. Так я и думал.

Морес поднялся с кресла со своей привычной недовольной миной:

— Сэр Масаин, соберите личных рыцарей. Командир Бруно, приведите сэр Шарон и сэра Валери.

Рыцари спешно покинули комнату, а принц принялся натягивать походную одежду. Луизе проворно подскочила к нему, помогая одеться.

— Что вы задумали, Ваше Высочество? — почуяв неладное, растерянно спросил Ордэн.

Щёлк.

Застегнув на поясе портупею с Щелкунчиком, принц буднично бросил:

— Мы тоже выступаем в демонические земли.