Среди предметов Кремниевого мира, чья польза была известна в Истинном мире, большинство функционировало по предельно простым алгоритмам.

Взять, к примеру, то же ледяное сердце. Разве могли обычные люди без духовного зрения хотя бы догадаться о назначении столь сложного артефакта, если они даже меню с вариантами выбора не видели?

В этом отношении магические предметы, хранящиеся в сокровищнице императорского дворца, отличались элементарным принципом действия. Для их использования требовалась лишь крупица мыслей. Иными словами, они приводились в действие одним лишь «намерением».

Прошлой ночью, изучая имеющиеся диковинки Кремниевого мира с помощью духовного зрения, Сонджин, разумеется, внимательно исследовал и подарки от братьев и сестёр.

〚Светоносный камень: камень, излучающий столько света, сколько пожелает пользователь〛

〚Тепловой камень: камень, выделяющий столько тепла, сколько пожелает пользователь〛

«Выделяет ровно столько, сколько пожелаешь» – предельно простой принцип. Именно поэтому даже люди, лишённые духовного зрения, могли свободно ими пользоваться.

Но где пролегает граница этого «сколько пожелает пользователь»?

Поскольку отдельной шкалы настройки температуры у них не было, границы возможностей следовало выяснить заранее. Поэтому Сонджин сначала провел эксперимент с камушком, подаренным Сисли, мысленно представив предельно низкую и предельно высокую температуры.

Охлаждаться ниже комнатной температуры тепловой камень ожидаемо не стал. Впрочем, умей он снижать температуру, его бы не назвали тепловым.

«А если задать максимальный жар?»

Стоило положить камень на землю и пожелать жара, как вокруг него в мгновение ока образовалась бурлящая лужа лавы. Зрелище ошеломило даже Сонджина, пусть он и подозревал нечто подобное.

«...У него вообще нет верхнего предела?!»

Эксперимент со светоносным камнем показал ровно то же самое. Сонджин прервал испытание на полпути лишь из опасения, что излучение перемахнет через ультрафиолет и начнет искрить радиацией.

«Для работы предметов Кремниевого мира требуется лишь соблюдение [Условия]».

Сонджин сжал камушек в ладони. Раз уж вещь работает, ломать голову над источником энергии и фундаментальными принципами мироздания не имело смысла.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Тем временем руководство владений в шатре маркграфа оживленно обсуждало предстоящее столкновение.

— Сэр Ильма считает так же?

— Да, глава рода. До сих пор они словно прощупывали нашу оборону перед генеральным ударом. Но следующая атака будет иной.

— Воспользоваться ночью, чтобы получить преимущество... Мысль простая, даже незамысловатая, но оттого предельно эффективная, — произнёс Хендрик Зигсмунд, устало потирая виски. — Трудно поверить, что мы имеем дело с безмозглыми тварями.

— Они уже проявили дьявольскую хитрость, пустив ледниковых троллей на штурм стены. К тому же за два минувших боя мы воочию убедились, насколько безупречно ими командуют.

— Да, всё так. Видимо, сказывается присутствие Лорда ликантропов, которого заметили ранее.

Под упомянутым «Лордом» они подразумевали Базру, павшего от руки Сонджина. Впрочем, принц счёл излишним встревать в разговор: пока жив Берсеус Дасиано, на место павшего вожака неизбежно встанет другой сородич и исполнит ту же роль.

— Враги занимают господствующие высоты по сравнению с нами, зажатыми в низине, — взял слово сэр Себастьян. — К тому же перевес в численности и физической мощи на их стороне. Они вряд ли станут откладывать штурм нашего наспех сколоченного лагеря на завтра.

Слова начальника стражи легли на присутствующих тяжким бременем.

Лобовое столкновение у самых ворот владений на заведомо невыгодных условиях. Тут не до хитроумных маневров. Единственное подкрепление, на которое можно уповать – это спецотряд Лилиум, да и те, дай бог, если только-только выехали из столицы.

— Подумать только, мы так нелепо потеряли ледяную стену!.. — громко выдохнул старик Винсент. Создателю трех рубежей обороны было невыносимо тяжело принять происходящее.

— Единственная неизвестная переменная — если у врагов есть иной план, ради которого они согласятся упустить ночное преимущество, — невозмутимо продолжил сэр Себастьян. — Возможно, они снова бросят в бой ледниковых троллей. Или же...

В тишине шатра голос начальника стражи прозвучал зловещим эхом:

— В дело вмешается ещё один демонический контрактор. Либо сам демон во плоти.

Столило прозвучать этим словам, как взгляды присутствующих дружно скрестились на дальнем углу шатра.

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

Проследив за ними, Сонджин наконец понял, почему Ильма дала столь уклончивый ответ на его недавний вопрос.

Там, прямо на полу, валялась отрубленная человеческая голова. Почерневшая, чудовищно изуродованная коррозией, она полностью утратила человеческие черты.

Сущность, прятавшаяся на утесе, действительно была контрактором.

— Выходит, живьём взять не удалось, — констатировал Сонджин.

Приняв эти слова за упрёк, старик Винсент мгновенно вспыхнул:

— Моей вины тут нет! Когда я настиг мерзавца, его уже наполовину сожрала скверна, он издыхал! Знаешь ли ты, чего мне стоило отсечь и притащить сюда хотя бы башку, насквозь пропитанную демонической скверной?! Ты слушаешь меня?! Знаешь, как далеко мне пришлось за ним гнаться по твоей милости?!..

Пока старик возмущенно сыпал оправданиями, принц пропускал его вопли мимо ушей, прислушиваясь к пояснениям Короля Демонов:

[Скорее всего, коррозия пожирала его заживо на протяжении долгого времени. Такова плата, когда простой смертный контрактор слишком долго использует духовное зрение.]

«И всё из-за духовного зрения?»

[Обычные люди – не ты, Ли Сонджин. Черпать чувства демона напрямую означает подвергать себя чудовищному воздействию скверны. Даже ты без поддержки кристалла долго бы не протянул! Куда уж смертным выдержать такое.]

Судя по всему, к моменту погони тело контрактора уже практически умерло, и им напрямую двигал вселившийся демон.

«А я-то думал, как ему удавалось так долго улепётывать от Рыцаря Декарона...»

В голове Сонджина наконец разрешилась давняя загадка. Вот почему тролли, сокрушившие стену, так и не дошли сюда. Кукловод просто умер по пути.

«Значит, и второй с высокой вероятностью уже погиб от коррозии?»

[Скорее всего. Если только он сам не является истинным демоном. Когда тварь полностью овладевает плотью, отличить демона от контрактора по одной лишь скверне невозможно.]

«Ясно-понятно».

Сонджин повернулся к пыхтящему от ярости Винсенту:

— Старик, у него было при себе ледяное сердце?

— ...Ледяное сердце?

Юношм молча продемонстрировал собственный кристалл, и лицо ветерана вытянулось:

— А, эта ледышка... Ну да, сжимал он в лапе какую-то ледяную глыбу.

— Ты принёс её?

— ...А надо было?!

— ...

— Откуда мне знать?! Я думал, он швырнуть её в меня хочет перед смертью! С чего бы мне подбирать какой-то булыжник?!

Глядя на растерянного старика, Сонджин с силой прижал ладонь ко лбу.

Ну да. Откуда ему знать природу артефакта? Он и так перепугался, когда преследуемый на глазах начал обращаться в чудовище. Понять можно. Понять можно, но...

— Почему всякий раз, когда этому деду что-то поручаешь, всё летит к чертям? — не сдержавшись, пробормотал Сонджин.

Рыцарь Декарона побледнел, словно получил пощечину:

— Д-да как ты смеешь... такой сопляк, и такие дерзости в мой адрес?!

Старик покачнулся от нанесённой обиды, но Сонджину было не до его чувств. Его тревожила другая мысль:

«Враги сознательно бросили контрактора на верную смерть от коррозии прямо под нос гарнизону? Даже не позаботившись о возврате ледяного сердца?»

Неужели у них такой запас этих артефактов и расходных марионеток?

К тому же лазутчик, атаковавший крепость в ущелье, больше себя не проявлял. Если он уцелел и решил присоединиться к основной орде...

«...Вот же дерьмо».

Рано или поздно на лагерь обрушатся новые ледниковые тролли. Тот самый худший сценарий, о котором говорил сэр Себастьян.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Ау-у-у-у-у!

Ровно в полночь протяжный многоголосый вой возвестил о начале вражеского наступления.

Гр-р-р! Гав-гав!

Р-р-а-а-а!

Сдерживаемая на протяжении многих дней ярость вырвалась на свободу по приказу вожака. С налитыми кровью глазами полчища ликантропов лавиной хлынули вниз по склону. Звериный натиск был настолько страшен, что мороз продирал по коже даже бывалых Рыцарей Волка.

— О Верховный, спаси меня... — с дрожью в голосе прошептал солдат.

Бойцы стояли за наспех врытыми бревнами частокола, выставив вперед длинные копья в ожидании удара. Только так можно было сбить напор мчащихся быстрее лошадей тварей при первом столкновении. Дальше неизбежно начнется кровавая мясорубка.

Глоть.

Защитники острее кого-либо ощущали обреченность этого рубежа. И тем более диким казалось им то, что предстало перед глазами.

— ...Как он может быть настолько спокоен?

Солдаты с недоверием косились на юношу, стоявшего перед ними.

В самом центре строя, впереди всех защитников, юный принц на коне невозмутимо взирал на приближающуюся толпу чудищ.

— Не опоздайте с отходом, Ваше Высочество, — шепнул Масаин.

— Знаю-знаю.

Сонджин сидел в седле на передовой вовсе не для геройской атаки, а чтобы дать дёру в тыл в ту же секунду, как враг добежит до частокола. Масаин и остальные согласились на его безумный план лишь после того, как он раз десять поклялся немедленно отступить.

— Уж не знаю, сработает ли ваша задумка... — Ильма с обнаженным мечом в руке тоже бросила на него тревожный взгляд. — Но прежде чем копья второго ряда вонзятся во врага, вы обязаны пустить коня в галоп.

— Не стоит переживать, госпожа Ильма. Лучше ещё раз напомните солдатам, что я им велел.

Тем временем ликантропы приближались с пугающей скоростью. Сметясь со склона, передние ряды ворвались в зону поражения стрелков.

— Залп! — дал знак сэр Себастьян.

Лучники в задних рядах синхронно спустили тетивы.

Фью-фью-фью-фьють!

Стрелы, напитанные аурой, то и дело впивались в тела чудовищ, но бешеный натиск не ослабевал. Регенерация позволяла монстрам игнорировать раны, если только им начисто не срубали конечности.

Хрясь!

Впрочем, были и исключения. Стрела самого сэра Себастьяна, окутанная плотным слоем внешней ауры, насквозь пробила сердце передового вожака. Начальник стражи вскинул лук, подбадривая бойцов:

— Стреляйте! Не жалеть стрел, пока они не врежутся в частокол!

Под градом первые чудища оказались всего в нескольких метрах от заграждения.

Топ-топ-топ-топ!

Земля и бревна частокола задрожали.

— Приготовиться! Ваше Высочество, назад!

Стоило Ильме вскинуть руку, как Сонджин натянул поводья, заставляя коня пятиться. Масаин заслонил принца собой, нацелив острие Митры вперёд.

— Первый ряд!

Из-за бревен синхронно взметнулись тяжелые копья. Налетевшие с размаху ликантропы нанизались на острия, взвыв от боли. Но следом за ними, сметая пробитых сородичей, накатила новая волна. От массы тел державших копья солдат отбросило назад.

— Второй ряд!

Копья второй линии вонзились в прорвавшихся тварей, заставив их яростно биться в агонии.

— Сэр Масаин! — крикнул Сонджин, разворачивая коня.

Убедившись, что принц начал отход, Масаин проревел на все поле боя:

— ВСЕМ ЗАКРЫТЬ ГЛАЗА-А-А-А!

Голос одного из сильнейших святых рыцарей, усиленный аурой, раскатился громом, и в то же мгновение светоносный камень сорвался с ладони Сонджина, взмыв высоко в ночное небо.

«Сияй!»

Вспых!

Ослепительно белый вихрь распорол ночной мрак над полем боя.

Свет оказался настолько ярким, что без труда пробивал наглухо зажмуренные веки. Сонджин на секунду даже испугался, не переборщил ли он с приказом и не шарахнул ли по полю ядерным излучением.

Ликантропы, чье зрение было предельно обострено для ночной охоты, с воплями повалились на землю, катаясь по снегу и зажимая горящие глазницы лапами. Их штурм прекратился в одно мгновение.

Впрочем, досталось и своим...

— А-а-а-а-а-а! Что это, мать вашу, за свет?! Мои глаза-а-а-а-а! — вопль Рыцаря Декарона, щедро напитанный аурой, заставил звенеть барабанные перепонки.

Сонджин на скаку цокнул языком. Старик, видимо, напитал зрение аурой на полную катушку, вот ему и выжгло сетчатку ярче всех.

«Я сколько раз объяснял! Глаза закрой, дед бестолковый!»

Самый мощный боец, который должен был рубить ослепленных врагов в капусту, теперь катался в снегу рядом с тварями!

— Сейчас! Бей их! — скомандовала Ильма, дисциплинированно выполнившая указание принца.

Рыцари Волка с обнаженными клинками ринулись на беспомощных монстров.

Вжих! Вжих!

Окутанные аурой клинки безжалостно сносили головы катающимся по земле тварям.

Бум, бум, бум.

Следом на сражении выступили четыре Бинсу, заранее выставленные Сонджином на склоне. Развевающиеся короткие плащи с гербом Зигсмундов и чернеющие на груди солнечные символы Верховного Бога придавали им вид великих рыцарей из древних легенд – истинных воинов, порожденных божественным чудом.

— О Верховный... — шептали потрясённые бойцы.

〚Настройка режима: Авто / Ручной〛

Поскольку противников, требующих филигранного контроля, перед ними не было, Сонджин заранее перевел великанов в автоматический режим. Правда, ради короткого взгляда духовным зрением пришлось долго уламывать Короля Демонов. Тот уступил лишь после клятвенного обещания, что принц не полезет в драку лично.

«И эти туда же... Всем лишь бы задвинуть меня в самый дальний угол!» — ворчал про себя Сонджин, улепетывая на коне в глубь лагеря с зажатым в руке ледяным сердцем.

Теперь от него требовалось не управление, а лишь чёткая мысленная директива:

«Вперёд! Все ликантропы перед вами – враги! Растоптать их!»

Повинуясь воле хозяина:

Гр-р-р-р!

Ледяные тролли дружно ринулись на ослепленную группу чудищ.