«Чего это ты взъелся? Сейчас же идеальный момент выяснить, кто наш враг!»

Встревоженный Сонджин изо всех сил пытался урезонить Короля Демонов, но тот упёрся намертво.

[Поклянись, что сегодня больше не откроешь духовное зрение! Иначе, каким бы прекрасным, великолепным и неописуемо уютным ни было это гнёздышко, я туда ни за что не вернусь!]

...Похоже, кристалл пламени пришёлся ему по душе куда больше, чем он думал.

«Да я всего на секундочку! Буквально на одно мгновение, а? Как только всё закончится, мы хорошенько отдохнём, наедимся до отвала всяких вкусностей, и я поиграю с тобой сколько влезет...»

[...Хмпф! Если ты думал соблазнить меня едой, то глубоко просчитался! Этот благородный господин тебе не какой-то сопливый демон-новичок! Я, между прочим, великий Король Демонов Геенны!]

Король Демонов принялся яростно доказывать, что его не подкупить даже стейком из отборной медвежатины, сочащимся настоящим ароматом костра. При этом из его уст сами собой посыпались конкретные блюда вроде запечённой баранины и лимонного пирога – судя по всему, то, что особенно запало ему в память.

Мысленно запомнив весь этот сыплющийся поток заказов, Сонджин ответил:

«Я и без твоих напоминаний слежу за своим состоянием».

[Ты-ы-ы?! Ты это называешь «слежу»?!]

«В любом случае, если я ненадолго открою духовное зрение, хуже уже не станет».

[Не смеши меня! Будто я тебя не знаю! Ты что, остановишься на одном лишь взгляде?! Решишь покончить со всем прямо сейчас и снова станешь управлять ледниковым троллем, вытягивая собственную душу, как недавно было?! Или потом тайком сбежишь под сокрытием ауры и по-тихому всех перережешь?!]

«...»

На эту отповедь Сонджину не нашлось что сказать. Король Демонов попал в самое яблочко. Увидев его замешательство, демон взорвался от негодования:

[Это вообще чужие владения! Почему ты, не имея к ним ни малейшего отношения, обязан жертвовать собой ради этих жалких неудачников?!]

«...Что?»

Жертвовать? Кто?

Опешивший Сонджин с выражением крайнего недоумения уставился в пустоту, где, предположительно, находился демон.

«Я псих по-твоему?»

Какую чушь он несёт?

Это не имеет никакого отношения к непостижимым вещам вроде самопожертвования или альтруизма. Это чистейшее преследование собственной выгоды!

[...Выгоды?]

«Ага. Пошевели мозгами, Король Демонов. Жители владений Зигсмундов ведь подданные Империи. Они самостоятельно стерегут рубежи Делькроса и платят налоги маркграфу, которого я намереваюсь доить ещё очень долго. Короче говоря, они имущество отца и одновременно собственность нашей семьи».

[Э?]

«Иными словами, их жизни всё равно что "мои". Что плохого в том, что я хочу сберечь то, что принадлежит мне?»

[Что за бред ты мне втираешь?!]

Пока опешивший демон выражал своё недоверие, Сонджин свирепо прищурился и вперил тяжёлый взгляд в дрожащую ледяную стену:

«Что важнее, прямо сейчас моё настроение безнадёжно испорчено. Я никому не позволяю трогать моё. Нужно как следует выместить злость: либо прикончить кукловода, либо отжать у них ещё хотя бы парочку ледниковых троллей. Иначе меня от злости просто разорвёт на части!»

[Ц-ц-ц, тебе определённо нужно что-то делать со своим поганым характером...]

«Чего вякнул, выродок?»

Впрочем, долго пререкаться с демоном не довелось. Разобравшись с неотложными делами, к нему с обеспокоенным лицом подошла Ильма.

— Ваше Высочество. Мы приготовили для вас повозку, пусть и довольно скромную. Прошу, садитесь.

— А?

— Ваше Высочество помогли нам более чем достаточно. С остальным Рыцари Волка справятся сами. Возвращайтесь во владения вместе со старшим молодым господином.

Сонджин обернулся и действительно увидел, как один из Рыцарей Волка катит нечто вроде телеги. Для кареты великовата, для полноценной повозки маловата. Видимо, на базе, где лошади передвигаться не могли, это было главным транспортным средством.

Сонджин поморщился:

— Всё в порядке, госпожа Ильма. Я дойду пешком.

Забота о принце похвальна, но ехать в такой колымаге... от одной мысли становилось стыдно.

— Но, Ваше Высочество, вы выглядите неважно.

— Меня просто немного укачало. Пройдусь пешком, и всё пройдёт.

Честно говоря, после полудня скачки на спине трясущегося Бинсу странно было бы не словить морскую болезнь.

— К тому же это выглядит слишком нелепо. Какой идиот вообще станет в таком разъезжать?

— ...На ней обычно передвигается сам глава рода, Ваше Высочество.

— Ого. А подушка-то весьма мягкая! — мгновенно забравшись в тележку, произнёс Сонджин.

[...Ты чего это вдруг так резко переобулся? На тебя непохоже.]

«Незачем сейчас лишний раз портить отношения с маркграфом. С него ещё есть что поиметь».

Ради сиюминутной выгоды Сонджин был готов стерпеть каплю позора.

Грохоча колесами, тележка тронулась с места. Ордэн и сэр Валери пристроились по бокам, вливаясь в колонну отступающих войск. Переведённые в общую группу Бинсу номер один, а также номера шесть, семь и восемь медленно зашагали следом за ними.

Бум, бум, бум.

Солдаты вздрагивали от каждого тяжёлого шага и украдкой косились на принца, восседавшего в тележке.

База оставалась всё дальше позади, но Сонджин никак не мог отвести досадливого взгляда от ледяной стены. Заметив это, Ордэн негромко заговорил:

— Ваше Высочество. Затаившиеся в стене чудища вряд ли вылезут прямо сейчас. Оставить базу и перестроить рубеж обороны наш единственный выход. Число ледниковых троллей сильно сократилось, так что тыл можно со спокойной душой доверить Рыцарям Волка.

— М-м-м...

«Прав конечно, но...»

Сонджин с угрюмой миной смотрел на стену:

«Сумей мы прикончить кукловодов прямо там, базу можно было бы сохранить... Не хватило сил. Всего одного шага. Одного-единственного шага».

— Ваше Высочество, вы и так сделали для владений неизмеримо много, — вставил сэр Валери. — Скоро прибудут отряд Лилиум и принц Логан. Положение вовсе не безнадёжно.

«Нет, сэр Валери. Если в голове мелькает мысль: "Разве этого недостаточно?", значит, внутри ты прекрасно понимаешь, что этого мало. Мы могли добиться куда лучшего исхода».

— Мы в неоплатном долгу перед вашим Высочеством, — продолжил Ордэн. — Чем мы сможем вам отплатить? Сейчас солдаты растеряны и болтают глупости, но вскоре они осознают, сколь великое благодеяние вы им оказали.

«Ордэн, наивный ты дурень... Ты же так целое маркграфство на блюдечке мне преподнесёшь. Поучился бы у своего изворотливого папаши. Ты будущий маркграф или кто?»

Пока Сонджин размышлял под грохот шагов ледяных великанов, на него внезапно накатила сильная сонливость.

«Да уж, похоже, я и вправду устал сильнее обычного. Тело хоть и молодое, а возраст не обманешь... Стоило провести бессонную ночь, как это сразу дало о себе знать...»

Глаза слипались, а голоса спутников доносились всё глуше:

— Старший молодой господин, насчёт этих Бинс... Что, если прикрепить к ним герб рода Зигсмундов? Это уменьшит неприязнь среди солдат.

— Отличная мысль. Так их будет проще отличить от вражеских троллей. Распоряжусь сразу по возвращении. Кстати, как себя чувствует Его Высочество?

— Я поддержал его божественной силой, но по прибытии лучше сразу показать его священникам. Даже для нас этот бой был не из лёгких. Ума не приложу, как Его Высочество, будучи новичком в обращении с аурой, вообще продержался до сих пор...

Сонджин сквозь сон лишь криво усмехнулся:

«Не смешите меня, сопляки. Вам до меня как до луны пешком. Тоже мне, сравнили... Вам до меня... ещё шестьсот сорок лет... расти...»

Это были последние слова, которые он запомнил. Убаюканный мерным покачиванием скрипучей тележки, Сонджин провалился в глубокий сон.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Глубоко в хвойных лесах за снежной равниной.

Гигантский ликантроп с глухим рычанием нависал над женщиной. Это был Берсеус, потерявший тело Базры и занявший оболочку нового родича.

[Что всё это значит?! Уговор был совсем иным!]

Его новый носитель не принадлежал к роду Небраски, но обладал неплохой кровью и сильным телом. Звериные когти, острые как клинки, угрожающе застыли перед хрупкой на вид женщиной.

[Разве не твой господин обещал?! Взять пустую крепость в ущелье, ударить по владениям и на этой волне зажать базу ледяной стены в клещи с двух сторон! Стереть земли Зигсмундов в прах!]

Однако женщина под этим страшным давлением даже бровью не повела.

— Бетелла...

Из-под глубоко надвинутого капюшона алые губы скривились в улыбке.

— Слова моего господина верны от начала и до конца. Крепость в ущелье была пуста, и пусть собрать запланированное число ледниковых троллей не удалось, подготовка была достаточной.

[Тогда почему?!]

— Почему всё пошло наперекосяк, спрашиваешь? Берсеус, уж не потому ли, что кто-то умудрился разом потерять и родича, и «ледяное сердце», да ещё и сдать всё это прямиком в руки врагу?

[...!]

— Кому ты его отдал?

Из двадцати пяти ледниковых троллей, которых она собирала столь долгое время, под её началом осталось всего четверо. Женщина неторопливо перекатывала в пальцах собственное «ледяное сердце»:

— Ты должен понимать, сколь критической переменной это стало. Отвечай, Берсеус. Кому ты его проиграл?

[...Тот мальчишка назвался потомком Небраски], — уже менее уверенно прорычал Берсеус.

При воспоминании о сопляке, обозвавшем его дворовой псиной, кровь до сих пор приливала к голове, но потеря артефакта была его бесспорным промахом.

Услышав ответ, женщина озадаченно склонила голову:

— Потомок Небраски? Ну надо же, сомневаюсь...

[От него несомненно исходило присутствие Небраски! Ты смеешь мне не верить?!]

— Нет, я не думаю, что ты ошибся насчёт следа Небраски. Дело в другом.

Женщина подняла артефакт на уровень глаз:

— Как тебе известно, это порождение Кремниевого мира. Но мы находимся не там. Без духовного зрения эту вещь невозможно даже распознать, не говоря уже об управлении.

[Духовное зрение...]

— И это ещё не всё. Нужно уметь мощно воздействовать на ледяное сердце чистым мысленным зовом. А значит, наш враг не просто обладает духовным зрением, но и способен свободно управлять ментальным намерением, мгновенно создавая конкретные пламенные образы.

[...!]

Обладает духовным зрением и свободен в управлении намерением... На памяти Берсеуса во всем Делькросе существовал лишь один такой субъект.

[Хранитель уже вернулся?!]

Женщина с усмешкой пожала плечами;

— С чего бы? Ты даже представить не можешь, скольких трудов стоило моему господину это устроить. Все привыкли, что Хранитель успешно держит оборону, и забыли, что [Разлом] не то, с чем можно совладать в два счёта.

[Тогда кто же?!]

— Причинность была грубо нарушена там, где мы этого не ожидали. По всем законам земли Зигсмундов уже должны были пылать в огне. А среди тех, кто способен сдвинуть причинность и повелевать мысленными образами, остаётся лишь один, не так ли?

Берсеус мало что понимал во всех этих «образах» и «намерениях». Но об искажении причинности ему было кое-что известно:

[...Значит, вмешалось то проклятое отродье].

— Именно. Сам Избранный.

Перед глазами Берсеуса встало лицо юноши, преградившего ему путь и одним ударом снёсшего голову Базре. И эти холодные серые глаза.

[Точно. Я всё думал, где видел его раньше... Этот щенок... его пятно позора!]

Берсеус оскалил клыки и яростно зарычал:

[Я знал, что этот ублюдок отпетый распутник, но чтобы заделать ребёнка от ликантропа!..]

— Что?

[...Что?]

В следующую секунду оба одновременно недоуменно склонили головы набок.

«Минутку».

Матерью [Избранного] была дочь эрцгерцога Асейна. Каким боком там могла взяться кровь ликантропа?

После неловкого молчания женщина тихо вздохнула:

— Оставь пока Небраску в покое. Сейчас не до посторонних загадок. Раз уж мы начали, нужно добиться хоть сколько-нибудь значимого результата.

[И что ты намерена делать?]

— Ты продолжишь штурмовать ледяную стену. Если мои слуги сработают по плану, третья стена скоро рухнет. Тогда поведёшь ликантропов на приступ владений.

[А ты?]

— А я тем временем соберу дополнительные семена, которые мой владыка посеял для грядущей войны.

Берсеус недоверчиво хмыкнул:

[Вы и так выкопали кучу... неужели остались ещё ледниковые тролли?]

— Хи-хи.

Женщина тихо рассмеялась, глядя на зверя:

— Мой лорд, великий [Посев], сеет свои семена повсюду в этом мире без единого исключения. Разве смертным дано постичь бесчисленность его замыслов? Бетелла...