╾──╼ ⟡ ╾──╼

— Кармен, раз уж тебе так тяжело, давай закончим. Может, придумаем какой-нибудь другой способ?

Спросил Сонджин, глядя на Кармена, который после пятого по счёту щелбана снова катался по земле.

«Я ведь о тебе беспокоюсь, Кармен. Умом ты и так особо не блистал, а сейчас у тебя будто в реальном времени уровень интеллекта стремительно падает, так что мне как-то не по себе».

— Кх-х-х, нет! Я... я могу терпеть!

— Правда?

— Разумеется!

Юноша тяжело вздохнул.

«И надо же было ему заупрямиться в таком вопросе».

— Как бы то ни было, ты слишком преувеличиваешь. Меня вот отец бил куда сильнее.

— ...

На это Кармену возразить было нечего.

Если судить объективно, боль вовсе не была настолько невыносимой, чтобы кататься по траве: взбучки от командира Бруно ощущались гораздо болезненнее. Слова принца о том, что он соизмеряет силу удара, скорее всего, были чистой правдой.

Однако происходило нечто необъяснимое. Всякий раз, стоило пальцу юноши врезаться во лоб, как Кармена на миг захлёстывал леденящий смертный ужас.

Словно громадный булыжник или лезвие топора обрушивалось сверху, раскалывая череп пополам. Именно поэтому рыцарь невольно срывался на позорные истошные вопли.

Вместе с тем его не отпускало странное чувство дежавю: крайне неприятное ощущение, будто он забыл нечто жизненно важное.

— Его Высочество прав, сэр Кармен. Истязать своё тело не единственный выход. Может, всё же подумать над другим способом?

Направляя божественную силу на наливающийся синевой лоб рыцаря, священник Густав сказал:

— Возможно, вы не можете совладать с гневом из-за того, что внезапно покинули сияние столичной благодати. Когда мы вернёмся, вам непременно станет легче, так что не торопите события.

— ...

В глубине души Кармен и сам жаждал прекратить это безумие сию же секунду.

Хоть это был всего лишь щелбан, боли он приносил несусветные. Дошло до того, что рыцарь уже всерьёз подумывал, не лучше ли снова выпить горького чая Мельбурн от непутёвой служанки.

Беда была в святых рыцарях Волка, которые без зазрения совести глазели на всё происходящее.

— Сколько он ещё выдержит?

— Судя по его воплям, он уже на пределе, разве нет?

— И это рыцарь императорского дворца? Да он же сопляк желторотый, ха-ха-ха!

«Аргх...»

Невзирая на уговоры священника Густава, взбешённый до глубины души Кармен вскочил на ноги и решительно подошёл к Сонджину:

— Прошу вас ещё об одном разе, Ваше Высочество!

— ...Эх, ладно. Как скажешь.

Перед вздохнувшим принцем Кармен во всё горло рявкнул:

— Ебанат конченый!

И следом...

Щёлк!

Земля ушла из-под ног от чудовищного удара, и в голове Кармена всё мгновенно побелело.

— Э? Кармен!

— Сэр Кармен, вы в порядке?!

— Кар...

Глаза закрылись сами собой, а встревоженные крики вокруг отдалились и затихли где-то на грани восприятия.

И сквозь мутную пелену угасающего сознания, словно во сне, донёсся чей-то голос:

— Ты в порядке?

Кармен в полубессознательном состоянии огрызнулся про себя:

«Сам же ударил, а теперь издеваешься?!»

В ответ раздался тихий смешок, и перед ним протянулась рука. Лица говорившего разглядеть не удавалось, но вокруг словно разлился мягкий, ослепительный свет.

— С твоим скверным характером ты вряд ли умрёшь своей смертью. Сгинешь ведь где-нибудь в глуши, так что отныне держись-ка лучше в Жемчужном дворце.

Да. Когда-то кто-то уже говорил ему эти самые слова. Но кто же это был? Стоило попытаться вспомнить, как сердце сжалось от необъяснимой щемящей тоски.

— Я знала, что однажды это случится! Если с наследным принцем что-то случится, я никогда тебе этого не прощу!

Картина внезапно сменилась, и рядом зазвучал полный яда девичий голос. Знакомые нотки, вечно читавшие ему нотации.

Мчась на коне во весь опор вслед за кем-то, ушедшим далеко вперёд, Кармен отрешённо подумал:

«Опять тот самый кошмар. Я ведь снова о нём забуду, как только проснусь».

— Всё из-за тебя! Ты! Ты во всём виноват! Если бы только сэр Масаин был здесь!..

Вслед за этим, как обычно, обрывки воспоминаний замелькали в беспорядке, и буря неописуемых, противоречивых чувств сотрясла его душу.

— Так это ты? Тот самый паршивец, который провёл прошлую ночь с моей Оливией.

— Глупец! Ты хоть понимаешь, чьё недовольство навлёк на себя?..

А затем, как и всегда, он увидел себя... куда более юного, одиноко стоящего в саду императорского дворца.

— Ты, небось, из тех ублюдков, кому суждено кое-как перебиваться наёмничеством, а потом сдохнуть где-нибудь в глуши.

Да. Уж это он помнил наверняка.

Личность этого человека он не забыл бы ни за что на свете.

— Я как раз оставил отличную зазубрину на нужном месте, так что благодари меня по гроб жизни. Ха-ха-ха!

Разве мог он забыть эти странно мерцающие серебристо-серые глаза, с насмешкой смотрящие прямо на него?

«Проклятье! Чёртов принц Морес!»

Пока Кармен захлёбывался в накатившей волне слепой ярости, в его сознании внезапно зазвучал леденящий душу голос, пробуждающий разум:

[Жизнь твоя уж слишком зыбка, вот душа и не может найти покоя, блуждая на грани жизни и смерти.]

«...Что?»

Едва прозвучали эти слова, как парящее в невесомости тело ощутило непреодолимое притяжение, и Кармен начал падать вниз.

Бешено колотившееся сердце постепенно замедлило свой бег, тело окутало тёплое чувство покоя, а мелькавшие перед глазами обрывки видений отдалились и растворились без следа.

Настала абсолютная, благословенная тишина.

Пока он наслаждался этим умиротворением с закрытыми глазами, чья-то рука коснулась его лба. От места прикосновения по всему телу разлилось живительное тепло, несущее одновременно прохладу и покой.

И тихий, наставительный голос произнёс:

[На этот раз держись крепче. Времени, когда ты можешь цепляться за жизнь благодаря этой крошечной ране, осталось совсем немного.]

«...Что?»

Прежде чем Кармен успел осознать смысл сказанного, непререкаемый голос приказал:

[Открой глаза.]

— ...!

Повинуясь приказу, Кармен рефлекторно распахнул веки.

Первым, что предстало перед его глазами, были склонившиеся над ним встревоженные лица.

— Кармен! Ты в порядке?!

— Сэр Кармен!

— Вы пришли в себя, сэр Кармен?

Рыцарь ошарашенно захлопал глазами.

«Что происходит? Разве совсем недавно не было точно такой же сцены?»

Очнувшись, он обнаружил, что лежит прямо на земле посреди лагеря. Вокруг тесной толпой стояли командир Бруно, священник Густав и другие спутники.

А экзорцистка сэр Шарон, приложив ладонь к его лбу, щедро изливала на него божественную силу.

— А... благода...

— ...

— ...Сэр Шарон?

Пытаясь выдавить слова благодарности, Кармен запнулся: в глазах экзорцистки на долю секунды мелькнул призрачный серебристый свет. Однако когда он моргнул, глаза сэр Шарон вновь стали привычно чёрными. Она лишь растянула губы в широкой усмешке:

— Хе-хе. Вам полегчало, сэр Кармен?

— А... да...

Опираясь на её руку, Кармен поднялся на ноги.

Хотя он только что был без сознания, тело чувствовало себя на редкость свежим и отдохнувшим.

«...Что это было?»

Ощущение нереальности происходящего было столь сильным, будто он всё ещё спал. И тут взгляд Кармена наткнулся на принца, который с недовольной миной смотрел на него со стороны.

— Как самочувствие, Кармен?

— Ах, да. Всё в порядке, Ваше Высочество.

Тогда юноша недовольно скривился и проворчал:

— Ещё бы не в порядке! Из-за твоего упрямства мне теперь влетит по первое число!

— ...Что?

— ...Ничего, забудь.

Оставив озадаченного Кармена позади, Сонджин развернулся.

Когда рыцарь неожиданно рухнул без чувств, перепуганный юноша первым делом побежал за сэр Шарон из опасения, не нанёс ли он парню тяжёлую травму, требующую вмешательства самого императора.

Конечно, силу удара он рассчитывал, но ведь однажды уже ненароком проломил череп Кеннету Дигори. Явившийся по его зову в теле сэр Шарон Святой Император некоторое время молча смотрел на сына.

При свидетелях он ничего не сказал вслух, но ледяной взгляд императора выражал предельно ясную мысль:

«И то верно, слишком уж долго ты сидел без происшествий».

Видимо, будучи занятым важными делами, он лишь мельком подлечил Кармена и тут же ушёл, но было очевидно, что позже юноше придётся выслушать порцию нотаций.

«Тьфу! И надо же было этому болвану всё испортить! А ведь в последнее время я уже почти стал образцовым сыном!»

[...Ты сейчас шутишь, да?]

Впрочем, у этой нелепой случайности оказался и неожиданный положительный эффект.

Святые рыцари Волка, прежде смотревшие на Кармена с опаской, теперь весело гоготали, поглядывая на него как на забавного новобранца-недотёпу.

— Эй, салага! Подумаешь, щелбан получил, а воплей-то развёл, будто убивают!

— Впервые в жизни вижу, чтоб от щелбана в обморок падали! Ха-ха-ха!

Кармен тут же вспыхнул:

— Да чтоб вас! Сами подставьтесь, а потом умничайте!

— «Да чтоб вас»? Ого, парень ещё не образумился! Надо бы добавить ещё разок!

— Погоди, не трогай его, а то ещё расплачется!

— Кто тут расплачется?! Хватит ржать! Думаете, это смешно, да?!

— Ха-ха-ха-ха!

Прежде воины при первой же дерзости с его стороны обнажили бы клинки и устроили потасовку, но теперь любые его возмущения вызывали у них лишь взрывы хохота.

Даже вице-командир святых рыцарей Волка, которого Кармен недавно обложил отборным матом и едва не нажил смертельного врага, теперь по-свойски закинул ручищу толщиной с бревно ему на шею и добродушно смеялся.

Наблюдая за этой картиной, предводительница ордена Ильма с восхищением произнесла:

— Неужели вы предвидели даже такой исход, Ваше Высочество?

— А?

— Наказать его на глазах у всех, но без унижения достоинства, вызвать сочувствие у остальных рыцарей и тем самым сблизить их... Тонкий расчёт!

— ...!

Командир Бруно тут же посмотрел на юношу с нескрываемым благоговением и восторгом.

«Вообще-то я ничего такого не планировал...»

Почесав щёку, Сонджин проводил взглядом уходящего в окружении рыцарей Кармена.

«Ну, впрочем, так ведь даже лучше?»

Пусть всё и пошло не совсем по плану, результат превзошёл ожидания.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Тем временем Даша, снова собиравшая хворост в отдалении от лагеря, насторожилась, уловив бесшумное приближение множества людей.

«...Сегодня они подобрались слишком близко».

Уже несколько дней разведчица время от времени ощущала присутствие нескольких десятков преследователей, неотступно шедших за караваном.

Они держались на значительном расстоянии, поэтому нанятые Торговой гильдией Мило наёмники ни о чём не подозревали и беззаботно продолжали путь.

Сперва Даша думала, не метят ли чужаки в отряд принца Мореса, но после нескольких дней наблюдения она пришла к выводу, что их истинной целью была именно гильдия Мило.

В те редкие дни, когда купеческий караван разбивал лагерь поодаль от свиты принца, преследователи неизменно подкрадывались именно к обозам Мило. Шедшие по пятам больше десяти дней неизвестные сейчас приближались, даже не пытаясь скрыть своё присутствие.

«Они идут через чащу. Готовят нападение прямо сейчас?»

На всякий случай Даша нащупала под юбкой рукоять скрытого кинжала. Все остальные работники, собиравшие хворост, уже вернулись на стоянку. Рядом с ней оставалась лишь Оливия в своей неизменной белой косынке.

«А что, если все новички заодно?..»

Теперь подозрения главы гильдии казались ей более чем оправданными. За последние дни она не раз замечала, как некоторые из недавно нанятых слуг по ночам тайком отлучались из лагеря и возвращались обратно.

Судя по тому, как ловко они обводили вокруг пальца наёмников охраны, это были весьма опытные наёмные убийцы.

Оценив расстояние до приблизившихся шагов, Даша сбросила охапку хвороста и выпрямилась.

«Ну конечно. Неспроста тогда аккурат к сроку произошла та драка со старыми работниками. А я-то удивлялась, почему в гильдию удалось внедриться с такой лёгкостью».

— Эх, а я-то думала, с чего это нас так легко наняли.

— ...?

На мгновение Даша решила, что случайно произнесла свои мысли вслух, но повернув голову, она увидела Оливию. Женщина, тоже смотревшая в сторону леса, уставилась на Дашу округлившимися глазами.

— ...Ой?

Потерев свои сбритые брови, Оливия вдруг расплылась в лукавой улыбке:

— Я так и подозревала... Неужели вы тоже?