Эйден вздохнул. Он думал, что они застряли здесь по крайне мере еще на полгода. Мужчина взглянул на своего господина.

Человек может носить обиду в своем сердце до конца жизни, но он легко забывает о милости.

У него до сих пор не укладывалась в голове мысль, что Эльзия, будучи с виду обычной девушкой, смогла спасти жизнь принцу. Как же все-таки внешность бывает обманчива…

– Отдай распоряжение о подготовке к отбытию в столицу. Как только прибудет кронпринц Раймон, ситуация разрешится, – Иксион немного подумал и добавил, – люди из имперской армии могут остаться, а рыцари Фелтрона могут собираться домой.

Эйден был настолько обескуражен всем услышанным, что просто замер столбом, не в силах двинуться с места. Иксион мягко положил на его плечо руку, словно понимая, что творится у него в голове.

– Эйден Гибс.

– ... Прошу меня простить. Я… немного не в себе.

– Тебе не за что извиняться. Твое поведение говорит мне о том, насколько ты за меня беспокоишься. Иметь такого человека, как ты, в рыцарском корпусе очень хорошо. Даже несмотря на возникающие разногласия…

Иксион откинул полы палатки и вышел наружу, словно движимый какой-то силой. Внезапно он остановился, словно что-то осознал. Эйден двинулся за ним.

– Что толку в заслугах и чести, Эйден? Чем лучше будет моя репутация, тем сильнее на меня будут точить зуб Его Величество и кронпринц. Я всегда буду для них помехой.

– И все же, жениться на леди Эльзии все равно очень опрометчивое решение. Вы можете столкнуться с жесткой оппозицией со стороны имперского дворца…

– Правда в том, что меня бы устроила должность командующего рыцарями Фелтрона.

– Д-да? – Эйден резко повернул голову в сторону принца, округлив глаза.

В действительности, вступление в такую должность подразумевало отказ от титула и права наследования. Командующий рыцарями – это всего лишь императорский меч.

Рыцари Фелтрона были верны Иксиону, несмотря на то, что он не являлся их командором. Конечно, у него будет богатство и престиж высокопоставленного аристократа, но...

– С момента падения Артиза, который всегда доставлял неприятности, наступит эпоха мира и спокойствия…

Эйден не мог поверить в то, чему сейчас был свидетелем.

Иксион встал на колени и принялся собирать голубые полевые цветы.

На его памяти принц никогда не был замечен за подобными занятиями – он просто не обращал внимания на такие вещи, как колышущиеся на ветру цветы.

– У меня больше нет желания воевать. Это слишком опасно. К тому же, ввиду последних событий, больше некому будет тревожить мир в империи, – сказал Иксион, набирая полные руки васильков.

Эйден потерял дар речи, наблюдая за происходящим, в то время как Иксион был безмятежно спокойным.

– Эти цветы встречаются крайне редко… Или я их не замечал раньше?

– … А?

Эйдену казалось, что он бредит, глядя на то, как Иксион возвращается в казарму и аккуратно вкладывает цветы в толстые книги, чтобы засушить их. У Эйдена возникло ощущение, словно перед ним совершенно другой человек.

– Принц… Та́к вы видите будущее, о котором вы обещали мне подумать?

– Именно.

Он предпочел жить, сделав собственный выбор – отступить и довольствоваться малым, а не гнаться за властью, подставляя свою шею под удар. Кроме того, это был единственный способ легко и без заморочек воссоединиться с Эльзией Артиз, бывшей королевской дочерью вражеской страны.

Если Эйден действительно желал принцу добра, он должен был принять его решение и поддержать, а не отговаривать, навязывая свои стандарты, которыми жило большинство современных людей.

– Мои суждения были затуманены страхом перед кронпринцем. Пожалуйста, примите мои извинения... Конечно, я ничего не имею против вашей избранницы, – сказал он.

Иксион ничего не ответил, но выглядел так, словно знал это с самого начала.

– Но я не уверен, что в столице найдутся люди с такими же взглядами, как у меня. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы задать тон общественным настроениям и создать положительное мнение, так что... – Эйден говорил с решительным выражением на лице, – все, что теперь действительно важно – ваш счастливый брак.

* * *

Прошел месяц, и мы наконец добрались до маркизата.

Я понятия не имела, сколько вопросов вынуждена решать маркиза. Она потеряла много времени, отправившись на поле боя, чтобы встретиться с Иксионом, а затем еще и вернувшись в столицу, чтобы помочь мне.

Теперь, когда прошел еще целый месяц в пути, в маркизате накопилась гора работы, которую необходимо было разгребать.

– Чем заняты Ниэль и Хейм? – сразу же поинтересовалась Мела у старшего дворецкого.

– Молодой господин Ниэль отправился на охоту на юг, а молодой господин Хейм сказал лишь, чтобы несколько дней никто не входил к нему в комнату, кроме служанок с едой.

– … Ха, – вздохнула маркиза.

Сейчас ее лицо выглядело лет на десять старше.

Боже мой, у нее двое взрослых сыновей, и никто не желал помочь ей с делами поместья.

– Боюсь, придется нам на какое-то время отложить наше семейное знакомство. Надеюсь, ты меня поймешь.

– О, конечно! – быстро ответила я. – Возможно, поездка на охотничьи соревнования сможет улучшить имидж нашей семьи в случае победы. А что касается Хейма, то в подростковом возрасте вполне нормально закрыться в комнате!

– Я почти уверена, что он на охоте. Только не на дичь, а на девушек, – маркиза испустила глубокий вздох. – А Хейму так-то уже девятнадцать лет.

Такой возраст уже нельзя считать подростковым. В этом же возрасте Ридан стал герцогом и принял на себя огромную ответственность.

Я неловко рассмеялась, не найдя, что бы ответить.

Дворецкому было поручено познакомить меня с поместьем, пока маркиза помчалась по делам. Я смотрела на эти прекрасные живописные пейзажи и все больше понимала, что это место идеально подходит для меня.

Красивое, спокойное и тихое местечко.

Для моей безопасности ко мне даже прикрепили рыцаря-сопровождающего.

Я твердо вознамерилась похоронить здесь свои кости.