Балбесы сбежали и соседские старички и старушки высказались, а время шло. И вот настал вечер.

Сегодня все посетители были авантюристами. То есть все будут есть и пить.

Вечером столовая превращался в таверну.

Тут ели, пиши, шумели и так и засыпали, потому одной девушке было сложно управиться со всеми.

И тут ей на помощь приходили бывшие хозяева супруги Тилепп.

Они обожали готовку женщины, и ранее управляли «Омелой дракона императора», когда-то называемой «Асура».

Они хотели и дальше управлять гостиницей, но возраст сказывался, здоровье было уже не то, потому с грустью им пришлось оставить своё заведение.

Вечером в гостинице работы прибавлялось, потому Кара просила помогать в это время, и они сразу же согласились.

Наверняка им хотелось работать и дальше.

Ещё они хотели снизить нагрузку на Кару, хотя это было ни к чему.

У них стало больше свободного времени, и его надо было чем-то заполнять.

После ужина столовая превратилась в таверну, и Кара курсировала между столами. И старички сами ели, заодно принимая заказы и готовя закуски.

Тут уж было некогда расслабляться. Но они с энтузиазмом подходили к работе, и Кара считала, что это замечательно.

— Сестрёнка, принеси пива.

— Эй, сестрёнка, погоди немного.

— Хозяйка, можно ещё закуску.

— ... Ух.

— Когда закончу с работой, сделаю предложение госпоже Каре...

— Ничего у тебя не выйдет...

— Послушай мою песню!

«Как же шумно. И не надо тут спать, отправляйтесь в ваши номера. И кто тут этот тяжёлый флаг поставил?»

— Когда приезжаешь в столицу, стоит селиться именно здесь.

— Точно, еда вкусная, и хозяйка красавица.

— Выпивка тоже хороша!

— Как говорят, это «гостиница, где можно повстречать богиню».

Спасибо.

Слыша эти слова, мне и самой больше стараться хочется.

— Ещё бы хозяйка хоть иногда улыбалась.

— Точно. Никто ведь не видел, как хозяйка улыбается. Говорят, что её улыбка может осчастливить любого. Хозяйка, может улыбнёшься?

После этих слов суета стихла. Все сразу же посмотрели на Кару.

Немного страшно.

«Эй, и что делать?! Если улыбнусь, сработает навык «улыбка суккуба», «все, кто увидят улыбку, будут очарованы. Очарованные станут верными рабами», как раз из-за этого навыка у меня «побочный эффект, который делает почти неподвижными мышцы лица».

Пока Кара переживала, один авантюрист поднялся.

— Эй, прекратите. Наверняка у хозяйки в детстве случилось что-то шокирующее, вот она и не может нормально эмоции выражать. Так что не стоит заставлять её.

После слов авантюриста о прошлом Кары в столовой воцарилась тишина.

Однако ту ещё он историю придумал. Ладно бы на этом всё закончилось, но он принялся продолжать.

— Как я слышал, её улыбка настолько очаровательная, что мужья перестают любить своих жён и уходит. И родители одной такой женщины сказали, чтобы она больше не улыбалась.

В столовой снова воцарилась тишина.

«Это явно не из этой пьесы, там ведь экономка была!»

— А? А я слышал, что хозяйка настолько редко улыбается, что если ты увидишь её улыбку, то на всю жизнь лишишься своей удачи, и тебя будут преследовать одни только беды...

— П-погоди-ка. А я слышал, что те, кто видели её улыбку, настолько очарованы, что никак не могут выкинуть её из головы, всё время думают о хозяйке, в итоге сходят с ума и умирают.

В гостинице снова стало тихо.

«Да что за выдумки такие?! Я им монстр какой-то?!» — внутри Кара была в настоящем шоке.

— Х-хозяйка, ха-ха, е-если не хочешь, можешь не улыбаться, — сухо рассмеялся мужчина, который всё это начал.

Эй, это вообще-то ты начал! Возьми ответственность и сделай что-нибудь с этой атмосферой!

— Да, да, всё это по большей части ложь, потому не переживайте.

— И всё же жаль, что она почти не демонстрирует эмоций.

Она начала злиться и уже собиралась повысить голос, и тут общее внимание привлекли пожилые супруги Тилепп.

И благодаря им напряжённая атмосфера рассеялась.

«Ох, всё же мне стоит быть сдержаннее».

Поблагодарив в душе пару, Кара повернулась к клиентам.

— Простите. Как и сказал господин Тилепп, мне с рождения тяжело демонстрировать эмоции. Не сказать, что я вообще не улыбаюсь, просто я не демонстрирую эмоции внешне, что доставляет всем неудобства. Все слухи необоснованные. Если кто-то увидит мою улыбку, он не умрёт, потому не переживайте.

Супруги смогли снизить градус, а после того, как Кара подытожила, в помещении больше не ощущалось той странной атмосферы.

Пожалев о небрежных словах, все считали, что повторять подобного не стоит, и в столовой снова стало шумно.

Вечернее время.

— Господин Тилепп, спасибо вам.

Когда все разошлись по номерам и стало тихо, Кара выразила благодарность паре Тилепп.

— Да ничего, мы знали, что ты плохо выражаешь свои эмоции, ещё когда ты авантюристкой была. У женщины должны быть секреты, и не мне в них лезть. К тому же ты взяла в управление нашу гостиницу.

— Верно. Карачка, ты для нас как внучка.

— Если будут проблемы, ты всегда можешь обратиться к нам. Бабушка и дедушка только рады помочь внучке, а то своих внуков у нас нет, — они с нежностью говорили эти слова.

— К тому же... Выпивка тут вкусная, — подметил господин Тилепп. И серьёзная атмосфера испарилась. Прямо как во время ужина, вот что значит жизненный опыт.

— Хи-хи, спасибо большое. Если хотите, можете с собой взять. У меня ещё есть.

— Хо-хо, раз уж предлагаешь. Ну что ж, уже поздно, и нам пора... Идём, Каеде?

— Да, Татсуоми. До завтра, Карачка.

Назвав друг друга по имени, они выглядели такими счастливыми, и у Кары на душе тоже потеплело. Если она заведёт семью, ей бы хотелось, чтобы у неё отношения были такими же.

— Спасибо за сегодня.

— Дедушка, бабушка, до завтра.

Устав от работы, они всё же возвращались лёгкой походкой.

И вот так этот шумный обычный денёк подошёл к концу.

Сегодня было много работы, Кара потянулась и стала готовиться ко сну, завтра ей снова рано вставать.

Этой ночью её лицо во сне было таким же безразличным, но казалось чуточку умиротворённее.