Маркус подождал несколько минут, пока шаги Эвелин и Джона померкли, затем сделав движение к Гарри. Его кулак столкнулся со скулой младшего вампира, но он даже не дернулся. Маркус был аккуратен, он не хотел, чтобы кровь испортила рукава его рубашки или блейзера.

- О чем ты думал? - прорычал Маркус, его глаза сверкали от ярости. - Ты пытаешься покончить жизнь самоубийством? Потому что именно так вы закончите с девушкой, если Зейн узнает!

- Но он не узнает, ты не расскажешь ему, - прошипел Гарри с таким же не дружелюбным выражением лица.

- Мы говорим о Зейне, он узнаёт все рано или поздно. Гарри, ты мертвец, - Маркус закрыл ладонью лицо. - Я был тем, кто нашел тебя и просил Зейна превратить… ты нашел лучшее время, чтобы добавить мне еще больше неприятностей.

- Мне жаль.

- Так и должно быть, - его лицо чуть смягчилось. - Не достаточно слов от меня или Джона, чтобы спасти тебя, если он узнает. Зейн любит девушку больше жизни, Гарри! Это ужасное предательство.

- Я извинился.

- Зейн любит тебя! Ты как сын для него… Давай надеяться, что я неправ и у нашего Короля все-таки есть сердце, чтобы не убить мальчика, которого он вырастил.

- У Зейна хватит сил на все, когда речь идет об Эвелин. Если она любит меня, то он лично убьет меня.

- Нет, надежда есть. Ты должен доказать, что достоин жизни, и заставить его простить тебя.

- И как же? - мрачно рассмеялся Гарри.

- Искуплением грехов.

- Как?

- Дашь Зейну нечто, что он хочет больше Эвелин, что ищет всю свою жизнь. Гарри, если ты поступишь точно так, как скажу я, то, может, есть шанс спасти и тебя, и девушку. Есть некоторые вещи, которые важнее для Зейна. Он может любить ее больше жизни, но есть то, что он хочет больше, чем девчонку. Ради этого он забудет обо всем.

- О чем ты говоришь? - Гарри совершенно не понимал старого вампира.

- Гарри, то, о чем я говорю, секретно, ты не можешь слить эту информацию кому-либо. Понял, Гарольд? Или я сам вырву твое сердце.

“Есть ли что-то желаннее для Зейна, чем Эвелин?” - спросил сам себя Гарри, но кивнул.

* * *

Было холодно, ветер веял вокруг Джона и Эвелин. Хоть вампир, казалось, совершенно не возражал против болезненных покалываний ледяного воздуха, Эв чудилось, словно ее щеки резали лезвиями. Ее телу было холодно, и она закуталась в пальто, топчась на месте и нетерпеливо ожидая прихода Маркуса. Джон в то же время отказывался смотреть на разъяренную Блэкберн.

- Что здесь делает Маркус? - практически закричала Эвелин. - Какую дурацкую игру ты затеял, Джон? Ты придумал все это? - она била кулаками в его грудь, но не получала никакую ответную реакцию.

- Я не знал, что он придет.

- Я не верю тебе.

- Мне наплевать, - засмеялся он. - Я бы не предал вампира, тем более Маркуса. Не переживай, принцесса, это маленькое происшествие, все хорошо. Маркус не скажет ни слова, как и я, - затем его лицо покрылось ненавистью. - Но о чем ты думала, когда выкинула такую штуку? Ты не видела Зейна? Если бы зашел он, а не Маркус, то Гарри бы умер еще до того, как ты успела бы крикнуть что-то! Зачем ты поцеловала его? Разве вы не понимаете, как рисуете? Разве поцелуй стоит того, чтобы умереть?

Лицо Эвелин было опустошенным, она не могла позволить Джону прочитать ее мысли. Но глубоко внутри себя она прошептала согласие с его словами. Оно того стоило, и она знала, что Гарри, будь он здесь, сказал бы то же самое. Этот поцелуй стоил многого. Тепло окинуло ее, и девушка поблагодарила холодный ветер, ведь краснота щек, казалось, была именно из-за него. Джон ничего не понял.

- Зейн будет носиться с тобой до разумных пределов. Он не котенок, с которым можно играть. Если будешь так вести себя, то он взорвется, и ты будешь сломана и разбита, а не он, поверь.

- Я не мучаю его.

- Конечно, нет, - прошипел Джон, но его лицо почему-то стало не таким враждебным. - Ты любишь Гарри?

“Люблю?” - но она не ответила, не могла и не бы, ведь ответ был положительным, тогда Эвелин рисковала бы не только своей жизнью. Как бы она ни ненавидела сейчас Этана, Зейн сделал ему больно из-за нее, но не такой судьбы Эв хотела для Гарри.

К счастью, Эвелин не успела ответить, потому что показалась фигура Маркуса. Она быстро осмотрела его руки и одежду - крови не было. Облегчение накрыло ее, когда девушка обработала информацию, но это не уменьшало ее страх. Может, не было свидетельства схватки, но это еще ничего не значило.

Маркус улыбнулся ей, и Эв собиралась сказать что-то, кода он внезапно переключил внимание на Джона.

- Почему бы тебе не пойти и не доложить Зейну, что я вернулся? И скажи, что я бы предпочел провести встречу сегодня. Я слышал, Александр вернулся пару дней назад? Давненько мы не собирали Дворян вместе. Я скучал по вам, хоть вы и те засранцы.

Голос Маркуса был таким же авторитетным, как и Зейна. Джон кивнул, как обычно он общался с Королем, когда тот просил или приказывал.

- Я доведу тебя до комнаты, - и через секунду Эвелин поняла, что с ней говорил Джон.

- Нет, почему бы мне не сделать это? Нам есть о чем поговорить, уверен.

Она сжала губы. Ей не нравилась быть рядом с Джоном, как и ему, но Маркус? Его теплая улыбка не успокаивала. Она чувствовала, что спокойнее быть с Джоном.

Эвелин не успела сказать что-либо, Джон слабо кивнул, как поступал при разговорах с Зейном, и через секунду исчез, оставив Эв и Маркуса вдвоем.

Типично. Когда она не хотела видеть его, он шел за ней, как тень, а когда хотела, Джон убегал, будто был испуганным щенком. Ей наполовину хотелось попросить Маркуса научить ее так общаться с ним, если Джон будет надоедать. Эвелин ни разу не видела, чтобы вампир преклонялся так кому-то кроме Зейна.

- Я живу довольно долго, - объяснил Маркус, увидев любопытство в ее глазах. - Я первый вампир, обращенный Зейном, и я единственный, кто примерно того же возраста, как Зейн, кроме Венис и остальных из Семерки, конечно. Джон обязан оказывать мне уважение, - вежливо он указал ей на нужное направление. - Надеюсь, ты не против прогулки. Я мог бы вызвать машину, но мне нужен свежий воздух, и я бы хотел поговорить с тобой, а делать это при водителе будет неудобно. Все здесь работают на Зейна, все, что будет сказано в компании, состоящей из более, чем двух человек, достигнет ушей Короля.

“Гарри”.

- Я пойду.

- Чудесно, - воскликнул он.

Они шли нормальным шагом, чему была благодарна Эвелин. Ее сердце пережило многое за последний час, она бы не смогла бежать за вампиром.

- Итак, - наконец заговорил Маркус, - что ты собираешься ответить Зейну?

Эвелин нервно сглотнула. Тревога прошлась по ее организму. После всего она уж точно не думала о предложении, точнее, полностью забыла.

- Вы можете быть прекрасной парой. Ты и Зейн, как два влюбленных из сказки. Он - чудовище, а ты стала его красавицей, которая будет вести его по доброй тропинке.

Эвелин почти засмеялась, вспоминая в это время о предложении Люцифера и ее нетерпении принять его, о манипуляциях с Джошем и Эдом, о поцелуе с Гарри. О какой доброй дорожке шла речь? Она была так же зла и бессердечна, как Зейн. Может, это его влияние. У нее были хорошие намерения, но все, чего она касалась, горело. Эвелин чувствовала себя проклятой. Той, кого стоит запереть. Ей спокойнее быть изолированной и запертой. Поэтому она держалась на расстоянии от Элис и отказывалась находить друзей среди слуг. Они были в безопасности, не общаясь с ней.

- Быть хорошей не значит делать все правильно, - сказал Маркус. - Тебе позволено испытывать слабость. Ни один герой не может быть безгрешным. Нормально иметь чувства и погружаться в себя. Ты делаешь многое для Зейна просто потому, что живешь. Ты правда делаешь много хорошего.

- Ты прочитал мои мысли?

- Нет, просто понимаю людей. Твои мысли написаны на твоем лице. Не волнуйся, мы с тобой семья в каком-то смысле, я не скажу Зейну.

- Почему ты так хорошо ведешь себя со мной? - он не нравился ей, слишком уж добрый. Единственный, кто был добр к ней во дворце, - Гарри. Было странно, что он не один такой.

- Ты кузина Элис, а я ее муж. Мы с тобой семья, а в семьях отношения дружественные, - он казался таким искренним, что Эвелин почувствовала себя неуютно. Но это не значило, что она перестала быть настороже. - Я добр к тебе, потому что мне тебя жаль. Элис рассказывала о твоей любви к Этану, и она переживала за вас и делилась этим со мной, пока Зейн не заставил меня улететь в Австралию. Это был единственный раз, когда мы говорили и я чувствовал, что не надоедаю ей, но все касалось вас с Зейном. Думаю, я должен поблагодарить тебя за это.

- Ты мил со мной из-за хороших воспоминаний?

- Да к тому же мне жаль тебя, - он нерешительно положил руку на ее плечо. - Зейн хочет сделать тебя своей, Джон - тот еще козел, делающий людям больно, Гарри безнадежно влюблен в тебя, но это опасно для вас двоих. Остальные во дворце либо боятся тебя, либо плохо думают. Тебе, наверное, одиноко.

Сердце Эвелин заныло, а плечи чуть приспустились. Она хотела свернуться в комок и заплакать, ведь Маркус был прав. Ей было одиноко. Вес проблем был непереносим, а поделиться было не с кем. Ей нужен был кто-то, кто выслушает и поймет. Маркус затронул неплохую тему.