— Капитан Чжао, вы уверены, что хотите встретиться с этим мальчишкой? — пронзительный голос перекрывал шум дождя, доносясь из-за угла коридора.

— Вы уверены, что это он? У парня явно присутствуют психические отклонения, иначе его не зарегистрировали бы в нашей больнице!

Подошвы кожаных ботинок ритмично постукивали по плитке, создавая отголоски тревоги. Женский голос продолжил:

— Ву Мэн - сирота, не получил профессионального образования, в полицейских академиях, но правоохранительные органы часто обращались к нему за советом. Он помог раскрыть множество громких дел, но…

— Во время одного из расследований, — перебил капитан Чжао, — Он поймал сам себя. Парень сдался, считая себя убийцей, а настоящий преступник всё ещё на свободе.

Медбрат добавил:

— Этот человек страдает паранойей.

— Капитан, вы действительно думаете, что он может быть… — предположила девушка.

— Мы не сможем знать этого наверняка, — произнес капитан Чжао. — В любом случае, давайте встретимся с этим выдающимся полицейским консультантом.

Так передо мной, предстало это трио. Я всмотрелся в них сквозь железные прутья, стараясь уловить особенности их фигур. Тот, чей пронзительный голос разрывал тишину, был медбратом в психиатрической лечебнице - знакомый мне, с ним я часто пересекался. Два других человека, вызывали во мне любопытство, ибо я их прежде не встречал. Один оказался мужчиной лет сорока, другой — женщиной, лет тридцати.

— В чём дело на этот раз? — без лишних предисловий произнес я.

Капитан Чжао приподнял бровь, в его глазах отразилось удовлетворение.

— Мэри, иди и займись оформлением документов.

— Вы забираете его просто так? — медбрат ахнул, не в силах осмыслить сказанное. Капитан Чжао скользнул взглядом в его сторону, затем кивнул.

— Это именно тот человек, которого я искал.

...

Полночь. Летние ливни приходят и уходят, но этот дождь, казалось, собирался оставаться надолго. Капитан Чжао привёз нас с Мэри на место преступления. Трудно было не поверить, что убийца преднамеренно выбрал этот день для своего злодеяния, ведь дождь смыл бы все улики, кроме, увы, самого тела.

На западе сельской местности простиралась железнодорожная линия, обрамленная заборами, призванными уберечь детей от опасности. На одном из заборов безжизненно висело женское тело. Запястья её были вывернуты, и протиснуты в щель между прутьями. О, как пугающе это напоминало некое гротескное искусство. Живот был разорван, а внутренности отсутствовали, оставив лишь кожаную оболочку. Отяжелевшие ноги, почти разрывали человеческую плоть. Тело раскачивалось яростью ветра. Доносились звуки стука каблуков о металл, создавая иллюзию, ходьбы. При тусклом свете двух жёлтых фонарей это место преступления выглядело ужасающе прекрасно и отталкивающе одновременно.

Если присмотреться, можно заметить, что у неё выколоты глаза, и остались лишь две пустые глазницы. Первыми, кто наткнулся на тело, стали двое ремонтников, пришедших устранять неполадки в проводке. Внезапный шторм обрушился на местность, оборвав электрические провода. Опасаясь, что они могут повредить проходящий мимо поезд, департамент отправил своих работников под проливным дождём чинить их. Когда они прибыли, вокруг царила полная тьма, а их фонарики лишь смутно прорезали мрак. Сильный ветер и ливень усложняли работу: им приходилось ползти вдоль забора и медленно осматривать электропроводку над головой. К счастью, электричество было отключено, и они могли не беспокоиться о поражении током.

В конце концов мужчины нашли неполадку, затерянную в переплетениях забора. Её конец лежал рядом с железнодорожными рельсами. К счастью, она не обвила сами пути. Они вдвоем принялись распутывать провода, и, завершив это занятие, уже собирались донести о происшествии начальству. Но в этот самый миг один из рабочих, произнес:

— Брат Лю, ты слышал? Кажется, кто-то приближается.

Брат Лю осветил пространство фонариком, вращая его влево и вправо, ничего не обнаружив, он выругался:

— Прекрати нести чушь, кому же придёт в голову ходить под дождем, в такую ночь…

Но ещё до того, как он успел закончить, его уши уловили постукивающий звук - что-то определённо прерывало вечернюю тишину. Это уже не был дождь. Вокруг только грязная дорога. Обычная обувь не издавала бы такого звонкого отзыва при шаге по трясине… если, конечно, этот человек не брёл по железнодорожным путям

Брат Лю уже собирался осветить рельсы фонариком, когда внезапная вспышка молнии сделала это за него. В её свете они увидели, как на заборе неподалёку, из-за ветра колышется мёртвое тело. Страх обрушился на них и, пробежав несколько сотен метров, прежде чем прийти в себя, мужчины вызвали полицию.

Взглянув на двух всё ещё испуганных взрослых, я поднял руку, чтобы смахнуть дождь с лица. Несмотря на плащ, защищавший меня от ливня, я был полностью промокшим. Опустившись на колени, я тщательно изучил пространство под висящим телом. Здесь не было ни капли крови, ни остатков внутренних органов. Но, что ещё более тревожно, не осталось и следов. Земля вокруг железнодорожных путей утопала в грязи, однако область вокруг тела оставалась чистой. Единственные следы принадлежали двум рабочим, что находились минимум в четырех метрах от жертвы. Как же убийца смог повесить тело на железный забор, расправиться с несчастной женщиной и исчезнуть, не оставив ни единого следа? Можно ли считать, это местом изначального преступления?

— Вы достаточно насмотрелись? — спросил капитан Чжао. — Моим людям нужно снять тело. — в ответ, я кивнул.

— Отнесите тело в морг к коронеру*… — произнес он, внимая мрачной сцене, а затем добавил с неким сарказмом. — Хотя, похоже, убийца уже начал вскрытие.

(П.п.: Коронер (англ. coroner), в Великобритании, США и некоторых др. странах англосаксонской системы права должностное лицо, в обязанности которого входит установление причин смерти, происшедшей при невыясненных обстоятельствах либо внезапно. Обычно К. ведёт расследование, когда есть подозрение в насильственных действиях, повлекших смерть.)

Я нахмурился, в уме выстраивая вопрос.

— Капитан Чжао, я помню, что у вас есть, известный судмедэксперт. Департамент даже предоставил ему личный набор инструментов, чтобы проводить вскрытия на местах преступлений. Почему он не с нами?

Капитан Чжао медленно вздохнул, и на его лице мелькнуло привкус сожаления.

— Вскоре этот мир будет в ваших руках, юнцы. В конечном счёте, именно один из вас унаследует этот набор инструментов. Но разве это важно - откуда вам известно так много обо мне?

— Капитан Чжао и Мэри вон там. — произнёс я, указывая на женщину, которая несла на спине рюкзак. — Вы, похоже, современные Холмс и Ватсон, ваша слава опережают вас. Но почему вы обращаетесь ко мне за помощью, когда я даже сам себе помочь не могу?

Мэри, стоящая в стороне, добавила с доброжелательной иронией:

— Это паранойя, ни больше ни меньше – мания вины. Пациенты часто верят, что совершали ужасные грехи без малейшей причины, и что им следует понести суровое наказание. Как человек, сотрудничавший с правоохранительных органами, вы использовали своё психическое расстройство в качестве инструмента. С еë помощью, вы воспринимаете всë, с точки зрения преступников, словно сами становились соучастником преступления.

Я почесал затылок, смущённо спрашивая.

— Так, минутку, я же не убивал этих людей?

Капитан Чжао остановил Мэри, его голос звучал с нотой настойчивости.

— Прекращай с ним играть, пока, он снова не начал капризничать. Что думаешь обо всëм, увиденном? — обращаясь уже ко мне, спросил капитан.

Прошло несколько месяцев, как меня поместили в психиатрическую больницу, и однообразие повседневной жизни стало для меня тяжким бременем. Утомительный ритм существования отнимал силы. Я закрыл глаза, позволяя уму погрузиться в раздумья. Подобно тому, как гремит далекий гром, меня охватил вопрос, кем на самом деле был убийца.

...

Из всех моих переживаний ничто не вызывает у меня столь яркого чувства ненависти, как женщины, оставившие меня. Эта женщина, носившая под сердцем моего ребёнка, в конце концов, отвергла жизнь, отказываясь даровать миру то, что было священным - моё дитя. Вместо того чтобы стать матерью, она выбрала путь аборта. Она покинула меня, произнеся слова, что я недостоин, что я бесполезен. Мне кажется, все женщины на свете схожи в этом. В самом деле, моя жизнь свелась к выживанию, собирательству объедков и мусора. Но когда придёт час, я докажу, что они ошибаются. Я покажу им, кто на самом деле безполезен!

Вспорю её живот, ибо она упорно отказывается даровать мне нашего дитя. Выколю ей глаза, чтобы она не имела возможности уйти к другому, отвергнув мою любовь.

...

Открыв глаза, я обвел взглядом присутствующих и произнес:

— Убийца - бродяга лет сорока. У него длинные, спутанные волосы, покрытые грязью. Он не имеет ни времени, ни средств, чтобы привести себя в порядок. Чёрный цвет - его безмолвный спутник, а длинные ногти говорят о его пренебрежении к собственному облику.

— Как вы пришли, к таким выводам? — Мэри смотрела на меня с явным недоверием.

— Это просто воображение. — на губах появилась легкая улыбка.

— Я изучил рану на животе женщины. Кожа вокруг раны рваная, что говорит о том, что разрез был нанесен тупым предметом. Если бы мне пришлось гадать, я бы предположил, что убийца разорвал её живот своими ногтями. А затем, не сдерживая себя, вытащил внутренности голыми руками. В конце концов, он выколол ей глаза.

После паузы я добавил:

— Думаю, что это, вероятно, был лучший ужин, которым он смог полакомиться за последнее время. Бродяга, не имевший возможности попробовать мясо, ощутил восторг от еды.

В этот миг все полицейские исказились от отвращения. Действительно, зрелище было жутким. В безмолвной ночи, стоя на коленях на сырой земле, кто-то издыхал в своём безумии, острыми ногтями разрывая живот женщины. Внезапно разразилась молния, и её свет выхватил из тьмы его извращённое лицо; он безжалостно запихивал в рот человеческие органы.

Капитан Чжао тихо хлопнул меня по плечу, обернувшись к остальным.

— Объявите в розыск человека с таким описанием. Если он убийца, нельзя дать ему возможность, далеко уйти!

— Возможно, это бродяга-каннибал, — заметил капитан Чжао, качая головой.

— Дождь смыл почти все улики, иначе нам не пришлось бы напрягаться в поисках. Поскольку вы провели немалую количество времени в психиатрической больнице, позвольте протянуть вам руку помощи. Вы поможете нам разгадать эту загадку, а я освобожу вас из заточения, согласны?

— Да, сэр! — быстро воскликнул я, отдав честь. Психиатрическая лечебница - не то заведение, которое я хотел бы называть своим домом. Так как, моя болезнь, не порождала агрессии, мне предоставили часы свободы, чтобы бродить по унылым просторам территории. Мой круг общения сокращался до угрюмых медбратьев и настороженных сотоварищей по несчастью. Конечно, среди нас находились и убийцы, однако я не представлял опасности, чтобы попасть в их общество.

— Опять же, — вздохнул я, полагая, что слова мои заполняют тишину.

— Я не могу выяснить, является ли это место, изначальным местом преступление, и остаётся загадкой, как убийца смог ускользнуть от сюда.

— После того, как мы поймаем преступника, всё прояснится, — с ноткой утешения произнёс капитан Чжао.

В это время, вдалеке раздался мелодичный свисток поезда. Люди, словно муравьи, разошлись по обе стороны от путей, освобождая пространство. Мимо пронёсся поезд, оставляя за собой лишь шлейф воспоминаний. Капитан Чжао с неподдельным интересом уставился на стремительно ускользающую машину. Железный забор, оборванный электрический провод, исчезнувшие следы, бродяга-каннибал - этот случай действительно манил своей загадочностью.

— Отчёт коронера готов! — внезапно громко заявил кто-то из толпы.

— Тащите его сюда! — приказал капитан Чжао.

Капитану Чжао передали телефон. Пока он читал отчёт, морщины на его лбу заметно углубились.

— Это действительно изначальное место преступления. Женщина была убита около двух часов назад. Нам потребовался час, чтобы добраться сюда, и рабочие бегали туда-сюда около тридцати минут, прежде чем вызвали полицию. Это означает, что...

— Когда они обнаружили тело, — подхватил я его мысль, — Убийца всё ещё находился на месте преступления!