— Кто ты, твою мать, такой и какого хрена это с нами делаешь?! — закричал Митч таинственному человеку.

Мужчина улыбнулся.

— Я мистер Бонси*, владелец Карнавального Дома, но большинство людей здесь зовут меня просто Бонси, так что вы все можете называть меня так же, — ухмыльнулся он и придвинулся ближе к нам.

Теперь я могла почувствовать его запах. От него несло чем-то вроде гнилого мяса. Желудок скрутило. Мужчина ходил на цыпочках, как делают маленькие дети, играя в прятки, стараясь, чтобы их не услышали остальные. Он обошёл нас кругом, пританцовывая. Затем остановился рядом со мной и погладил по голове костлявыми пальцами. Я зажмурилась. Даже когда он убрал руку, я все еще чувствовала холод его прикосновения.

— Никогда больше к ней не прикасайся! — зарычал Коди, заставив меня подпрыгнуть.

Я открыла глаза и увидела, что Коди подошёл Бонси, его лицо покраснело, а кулак поднят вверх.

Бонси ничего не сказал, он просто лукаво улыбнулся Коди.

— Что ж, — начал Бонси, перекладывая хлыст из правой руки в левую. — Нам так много нужно сделать, так много. Ладно, первая подсказка, да, первая подсказка.

Он зашагал взад и вперед, его голос становился тише и выше. Теперь он сгорбился. Словно изменился с Волан-де-Морта на Добби. Я посмотрела на Коди, пожав плечами. Что он имел в виду под подсказкой?

— Какая подсказка? — выплюнул Митч.

Я видела, что Митчелл теряет самообладание. Его лицо тоже покраснело, а руки сжались в кулаки, как он делал, когда злился. Билли вообще ничего не сказала. Она была бледнее, чем когда-либо, и дрожала.

— Подсказка. Вам нужна подсказка. Ладно, ладно... Когда часы пробьют четыре, беги от двери. Да, вот так, когда часы пробьют четыре, беги от двери.

Бонси снова посмотрел на нас и ушел обратно в тень. Свет зажегся, и мы увидели, что он исчез.

— Что, черт возьми, это значит?! — закричала я. — И зачем он дал нам подсказку? Подсказку для чего? О, боже, я ничего не понимаю.

— Эй, успокойся, — тихо сказал Коди.

— Когда часы пробьют четыре, беги от двери... от какой двери? — вслух задумался Митчелл.

— Ребята? — прохрипела Билли. В горле у нее пересохло.

— Да? — спросила я.

— Дверь, — сказала она, указывая. — Она там.

Я посмотрела туда, куда она указывала, и, конечно же, там была дверь. Всего в нескольких метрах от нас по коридору, высокая и белая. Но на ней не было ни ручки, ни чего-либо еще.

— Странно, — протянула я.

Мы пошли к двери. Митч толкнул ее, но она не поддалась. Затем он попытался пнуть ее своим огромным ботинком, но ничего не произошло.

— е думаю, что нам следует находиться возле этой двери, — Коди сглотнул, откидывая темные волосы с глаз. — Тот мужик сказал "Когда часы пробьют четыре, беги от двери", может, нам стоит начать бежать прямо сейчас?

— Но как мы узнаем, когда будет четыре? — спросила я. — Часов нет.

Как только закончила предложение, то услышала нечто, от чего мое сердце замерло.

Музыка.

Но на этот раз все было по-другому. Вместо каллиопы был барабан, и он бил очень быстро и громко. Он был таким громким, что я чувствовала, как трясется земля. Я схватила Коди за руку. Барабан остановился. Мы все переглянулись, ожидая, что что-то произойдет.

Затем услышали один удар барабана. Он снова прекратился примерно на две минуты.

— Странно, — заявил Митчелл.

Затем это произошло снова, на этот раз в барабан ударили дважды.

— О нет, — ахнула я.

— Что? — хором спросили все остальные.

— Барабан ударил один раз, остановился и теперь ударил снова дважды... в следующий раз, вероятно, три, а затем четыре. Барабан, должно быть, часы! Нам пора, пойдем!

Барабан ударил снова, на этот раз три раза. Мы все снова посмотрели друг на друга.

— Бежим! — крикнул Митчелл.

Мы все побежали так быстро, как только могли. Я услышала, как барабан ударил четыре раза. Затем стихло. Все, что я слышала, это топот наших ног по ковру и биение моего сердца в груди. Никто не сказал ни слова, пока мы продолжали бежать.

Через 5 минут непрерывного бега Коди схватил меня за руку и остановил.

— Ребята, смотрите! — крикнул он, указывая вперед.

Я посмотрела вперед и увидела, что мы снова у белой двери, но на этот раз она была открыта.

— Мы что, только что бегали по кругу? — спросила Билли.

— Думаю, да, — пробормотала я, пытаясь отдышаться после столь долгого бега.

— Эй, Эви, Билли, оставайтесь на месте, — сказал Митчелл. — Мы с Коди снова побежим, а затем снова встретимся с вами, если сделаем круг.

— Что? Нет! — закричала я. — А что, если мы не будем ходить по кругу и разойдемся? Мы, наверное, больше никогда не увидимся! Нам нужно держаться вместе.

— Эвелин права, — сказала Билли. — Мы должны держаться вместе.

Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, снова раздался отвратительный звук музыки, заполнивший наши уши и заставивший дрожь пробежать по позвоночнику.

— О, ради бога, — вздохнула я, скрещивая руки на груди.

Но мои руки не задержались там надолго. Я посмотрел на Коди и увидел, как его глаза расширились от страха.

— Бегите! — заорал он, схватив меня за руку и потащив за собой.

Билли начала кричать, и они с Митчеллом тоже побежали. Я все еще не понимала, что происходит, поэтому, будучи дурой, я оглянулась и начала кричать, когда увидела человека с ножом. Он одет в слитный костюм клоуна, а на лице нарисована злая красная улыбка. Спереди и на рукавах костюма черные и белые полосы. Остальная часть была полностью черной, а вокруг шеи белый кружевной воротник. На голове незнакомца красовалась маленькая красная шляпа.

Я посмотрела вперед и побежала так быстро, как только могли нести меня мои ноги. Голова кружилась, и я чувствовала, что сейчас упаду, но продолжала бег. Я слышала ужасную карнавальную музыку над головой, и клоунские ноги, топочущие позади нас.

Не могу поверить, что это происходит. Я говорила себе, что все это сон, но воображение больше не работало. Это была реальность, причём очень суровая.

Наконец, после долгого бега, мы снова наткнулись на белую дверь.

— Быстро! Все сюда! — заорал Митч, дернув Билли за руку и пройдя через дверь.

Я побежала за ними и захлопнула дверь. Вздохнула с облегчением, когда поняла, что мы находимся в маленькой красной комнате размером с кладовку, и никаких признаков клоуна не было.

Только когда я услышала испуганные крики Коди, то поняла, что натворила. В панике я закрыла дверь перед Коди, и он был там, с клоуном.

— Господи! — завопила, начиная толкать дверь, так как на ней не было ручки. Она не поддавалась. — Коди! Коди! Ты там?! Коди, толкни дверь!

— Эвелин! — услышала я Коди. — Эвелин, он меня поймал! Он меня поймал! Эвел...

Голос парня оборвался.

— Коди! — завыла я. — Ребята, боже мой, что я наделала?!

Я опустилась на колени, закрыла глаза руками и громко, отчаянно зарыдала.

Билли ничего не сказала, но наклонилась и обняла меня. Митчелл сделал то же самое.

Мы застряли в этом жутком доме, за нами гнался клоун-убийца, а парень, которого я любила, вероятно, был мертв. Не думала, что может быть хуже, но как же я ошибалась.

_________________

* Костлявый