Все началось, как и всё последующее, в комнате караоке-клуба.

— Тёмное и тихое, длинное и далёкое, — Мицуо как всегда говорил абсурдную нелепицу.

— Какого чёрта?! Это вообще что-то значит?! — клянусь, я уже говорила ему это столько раз, что невозможно сосчитать. Мы все решили попытаться узнать больше о предсказанном мною запахе крови.

— Что есть, то есть. Ничем не могу помочь, — пожал плечами Мицуо.

— Ну-ну, давайте-ка лучше подумаем об этом, — Тэндзики похлопал Мицуо по плечу.

— Может быть, тоннель? — предложила Нозоми, — Подходит больше всего.

Её рука уже танцевала через весь альбом, вычерчивая кучу вещей тоннелеподобного типа.

— Типа такого?

— Мм...больше.

— Большой тоннель, — с этими словами Комото развернул карту, — Тоннелей в округе немного. Что-то вроде него, но другое?

— Вроде метро? — спросил Касуми. Так случилось, что оба из них уже сдались в попытке использовать свои силы, сказав, что они просто не работают.

— Никого вокруг. Ночью, метро должно пустовать.

— И правда... Но «тихое» ли оно?

— Хм-м-м, неплохой пункт...нет, нет, подождите. «В глаза» не работает, потому что там никого нет. Потому что мы не встретимся ни с кем.

— Имеет смысл. Объясняет, почему мой тоже не активируется...нет слов, которые я могу уловить.

— Не имеет значения, Кодзи, — сказала Нозоми ровным голосом, — Можно уловить слова кого-то из нас. Вечно ты вину за свои косяки на что-то перекладываешь.

Комото сердито посмотрел на неё.

— Ну-ну, оставь его в покое, — снова Тэндзики.

От всего этого меня разбирал смех.

Тогда Касуми сказал:

— Ты тоже думай, Нананэ. Это ты начала!

Но мне было весело, и я просто продолжала смеяться. В этот момент смеяться начал и Мицуо. Он легко поддавался влиянию в этом плане и всегда присоединялся первым. Хмурое лицо Комото немного расслабилось и он тоже хихикнул. Даже Нозоми немного усмехнулась, а Тэндзики улыбался всегда. Остался один Касуми. Он поочерёдно переводил взгляд на каждого из нас, но и у него намёк на улыбку забрезжил на лице.

— Хорошо, давайте попытаемся исправиться, — сказал Комото, и мы все сели.

Впоследствии мы сузили круг поиска до подземной зоны под этой стройплощадкой и на следующий день пробрались туда. Но мы все исследовали, исследовали и так ничего и не нашли. Ни огромных сумок с деньгами, как в тот раз, ни даже крыс.

— Что происходит? — возмутился Мицуо.

— Так это т ы и предсказал! — раздосадованно ответил Комото.

Вскоре, мы заблудились. Несмотря на всю нашу предусмотрительность. Ранее мы были исследователями, сейчас же пытались найти выход. Впрочем, дорога перед нами заросла огромными сорняками, так что исследователями мы себя ощущали даже больше прежнего.

Мы проскользнули сквозь ржавые трещины железнего каркаса и на цыпочках прошли по узкому пути, под капающей сквозь трещины над нашими головами морской водой.

Четыре часа понадобилось нам, чтобы найти выход. Мы выбрались полностью измождённые.

— Аргх...и какой во всём этом был смысл? — прорычал Касуми, плюхнувшись на траву и раскинув руки в стороны.

— Никогда....снова... — бормотала Нозоми, опускаясь к земле.

— Я не знаю...это было довольно весело, — упрямо заметил Комото.

— Ах-ха-ха, конечно весело, — согласился Мицуо.

— И чья это вина? — огрызнулась я.

— Мне надо в душ! — Нозоми осматривала себя, — Я вся в грязи.

— Да уж, странно пахну, — я обнюхивала своё плечо.

И тогда я громко вскрикнула.

— Ч-что?

— Что случилось?

Все посмотрели на меня. Я же только и могла что понапрасну хлопать губами.

— Э-э-э-э-это! Этот запах...

— Ха?

— Что?

Все начали принюхиваться и тогда захлопали глазами.

— Ржавый метал...солёная вода....и острый запах тех бурьянов...подожди, Нананэ, ты имеешь ввиду...

Касуми уставился на меня.

— Ах...ха-ха...хм....

— Запах «крови»? Знаешь, вполне похоже на это... — сказал Мицуо.

— Действительно... Мы все так пахнем, — улыбаясь, заметил Тэндзики.

— Господи... — Комото покачал головой.

— П-простите... — сказала я.

— Ну, всякое бывает, наверное, — ответила Нозоми, хотя из всех нас она была самая истощённая, — Ничем не рискуешь — ничего не выигрываешь.

— Да, не беспокойся об этом, Нананэ, — согласился Комото.

— Нам не впервой! — рассмеялся Мицуо, — Сколько ещё глупостей мы совершим?

— Надеюсь, мы никогда не остановимся, — тоже рассмеялась Нозоми.

Вслед за ней последовали Комото и Тэндзики, но Мицуо вдруг нахмурился:

— Хотя можем ли мы звать это неудачей?

Странно, но почему-то я была на грани того, чтобы разрыдаться, и потому тоже засмеялась, пытаясь запрятать это ощущение.

— Да, давайте делать это вечно! Давайте никогда не будем учиться на ошибках! На всём пути в будущее, без разницы как много предсказаний мы сделаем!

Словно подстроившись под наше настроение, небо было чистым и голубым, без единого облачка.

* * *

Касуми и я проследовали за Киримой с Кит из тоннеля наружу, чтобы найти небо — всё такое же голубое.

Мне было нечего сказать, потому я промолчала. Касуми стоял рядом со мной — мрачный, словно отражал на лице моё внутреннее состояние.

Кирима взяла телефон и принялась куда-то звонить. Кит крепко спала на её спине. Не могу винить её. Она сделала всё возможное.

— Мм, да. Со мной всё хорошо...ха? Уже? Хорошо, поняла. Да, ты тоже будь осторожен, Кентаро. Да, обычное место. Пока.

Она повесила трубку и повернулась к нам.

— Полицейские уже в пути. Убедитесь, что вы не пойдёте туда, где когда-либо были раньше. Выбросьте ваши пейджеры, что-то вроде этого.

Она была явно привычна к таким вещам. Её инструкции являлись чёткими и ясными.

— Да, поняли, — кивнул Касуми.

— Вам есть куда идти?

— Мы разберёмся. А ты береги себя.

— Тебе того же. И тебе, Нананэ-сан.

— Мм, — я коснулась щеки спящей Кит, и сказала ей тихо:

— Прощай.

Кирима привязала Кит к спине своим ремнём, затем села на мотоцикл и погнала прочь. Мы глядели им вслед, покуда они не исчезли из нашего поля зрения.

— Итак...что будем делать сейчас? — вздохнул Касуми.

— Касуми-кун... — наконец сказала я, — Я лгала тебе.

— Ха?

— Я сбежала из дома. Я не ходила в школу. Я просто болталась от одного места к другому.

Всё, доселе спрятанное, вывалилось из меня. Не знаю, почему. Я просто чувствовала, что должна рассказать ему.

— Ох, — сказал он. И больше ничего.

— Прости. Я не должна была лгать. Я отвратительна.

— Что сейчас?

— Вернусь домой. Обратно в школу. Я не знаю, чем это обернётся... Я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу поладить со своей матерью, но, по крайней мере, я поговорю с ней. Если нам действительно нужно разорвать отношения, то...хорошо. Если мне придётся бросить школу, то я её брошу.

В действительности я ещё не думала об этом. Я просто говорила это вслух. Касуми молчал.

— Ах-ха-ха, это будет нелегко, да? — я заставила себя улыбнуться, и он улыбнулся в ответ.

— Знаешь, ты невероятна, — сказал он, и за его словами ощущалось настоящее тепло. Он говорил от всего сердца. Я не ожидала от него ничего подобного, моё сердце словно остановило биение.

— Я должен стать похожим на тебя, — наконец добавил он.

— Ч-что...ты идиот? Я не...я ничего.... — но все мысли, которые могли бы завершить эту фразу, как назло ускользали.

Касуми же просто смотрел на меня, мягко улыбаясь.

Я видела себя в его глазах.

— Ты видишь себя в моих глазах? — спросил он.

Я кивнула.

— Тогда ты видишь будущее. Мы встретимся снова. Я уверен в этом.

Я почти взорвалась потоком слёз, но заставила себя сказать:

— И так, как ты пахнешь?

— Думаю, как кровь? Так же, как и ты, — он поднял бровь.

— В таком случае, этот запах говорит нам о нашем будущем. В один прекрасный день ты и я снова по уши вляпаемся в какое-то дерьмо, — я драматично указала пальцем, словно учитель из аниме.

Мы рассмеялись.

Наш смех не та чистая, необузданная радость, какой он был раньше, но....в нём до сих пор было тепло. Тепло, что драгоценнее всего на этом свете.

— Увидимся!

— Ага!

Мы прокричали это, подняв наши руки и со всей силы дали друг другу пять. Громкий звук эхом разнёсся под голубым небом и мы разошлись своими путями, раз и навсегда.