Эпизод 25. Охота на свинью (3)

«Охота на свинью...»

Услышав название операции, офицеры пяти чувств переглянулись.

Мигак-гван осторожно подняла руку и спросила:

«Но... мы должны справиться с этим в одиночку?»

Она с беспокойством огляделась.

«Если она уже уехала на повозке, мы не знаем, ни куда она поехала, ни как далеко...»

Чокгак-гван тоже согласилась:

«Раз уж она сбежала вглубь страны, территория поисков слишком велика. Нашему управлению одним не справиться».

Они были правы.

Если ты не сверхчеловек, то догнать и поймать её практически невозможно.

К тому же, мы не воины и не полководцы, так что среди нас не так уж много умелых бойцов.

«Не волнуйтесь. Кто сказал, что мы будем действовать в одиночку?»

Но сила госслужащего не в физической мощи.

Это сила воинов и полководцев.

Сила госслужащего — в организации.

Различные ведомства, подведомственные учреждения и связи — вот те средства, которые мы можем использовать.

«Помощник».

«Да, офицер Чуняо-гван».

Из-за моей спины вышел мой личный помощник с подавленным видом.

«Простите. Я ни за что не должен был оставлять вас одного, офицер Чуняо-гван...»

«Это моя вина, что я захотел побыть один. Выше нос».

«Но ваше лицо!..»

Как он и сказал, моё лицо было в ужасном состоянии из-за разбитой губы и не стёртых следов крови.

«Сначала вам стоит заняться лечением...»

«Неважно, немедленно запросите экстренную аудиенцию у главных ответственных за северную, восточную и западную границы».

Сейчас не до этого.

И, наоборот, такой вид будет даже полезнее.

На мои слова помощник в итоге молча коснулся хрустального шара.

Примерно через 5 минут появились лица троих человек.

— Экстренная аудиенция, давненько такого не было.

— Север на связи. Жду доклада.

— Эй, южная граница! Слухи уже дошли. Говорят, вы всему Священному Ковену во въезде отказали?

Старик с длинной бородой — главный ответственный за запад.

Суровая молодая женщина-драконид — главный ответственный за север.

И дух ветра — главный ответственный за восток.

Все они отвечали за одну из границ Королевства Перепутья.

Я коротко обратился к этим колоритным личностям:

«Давно не виделись, уважаемые старшие коллеги».

Ответ последовал не сразу.

Вместо этого они, посмотрев на моё лицо, с серьёзным видом спросили:

— ...Что с твоим лицом?

— В базовые навыки инспектора бой не входит. Жду объяснений.

— Ох, у тех, у кого есть кожа, вечно одни проблемы.

Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Долго рассказывать о чрезвычайной ситуации — скучно и заумно. И не доходит сразу.

Но если они увидят моё разбитое лицо, то быстро и коротко поймут, что ситуация действительно критическая.

Эффект был очевиден.

Я тут же привлёк их внимание.

Не упуская момента, я сказал:

«В настоящее время за пределами южной границы похищена Святая Священного Ковена. А похититель, напав на данного служащего, незаконно въехал в страну и скрывается на её территории».

— ...Что?

«Похищение Святой — это очень серьёзная дипломатическая проблема, поэтому я бы хотел, чтобы ответственные за каждую границу оказали содействие».

При этом я выложил всё: и приметы похитителя, и нынешнее состояние Святой.

«Сейчас не время что-то скрывать».

Нужно было раскрыть все карты и просить о помощи.

Повод был достаточный.

Если с высокопоставленным гостем Ковена, пытавшимся пересечь нашу страну, случилась беда, они вполне могут возложить ответственность на нас.

— То есть, Святая стала сви... ох, это даже выговорить трудно.

Дух ветра, выслушав всё, почесал в затылке и сказал.

Вместе с ответом, которого я не ожидал.

— Прости, помочь не могу.

«...Что?»

— Это не наша юрисдикция.

«Ч-что вы такое говорите! Святую похитили!?»

— Именно это я и имею в виду, юный друг.

С этими словами ответственный за восток замолчал.

«В чём проблема?»

Я не понимал.

Просьба ведь была обоснованной.

Увидев выражение моего лица, ответственная за север заговорила:

— ...Если запрашивать содействие, делая акцент на похищении, то, поскольку это произошло за пределами королевства, это не входит в нашу зону ответственности, и активное реагирование и взаимодействие затруднены.

«Что? Но...»

— Однако, поскольку подозреваемый в этом похищении напал на инспектора и незаконно пересёк границу, если сделать акцент на нелегальном въезде и терроризме, то это становится делом, в которое должны вмешаться власти.

Нелегальный въезд и терроризм.

Услышав эти слова, я тут же понял, о чём она говорит.

Священный Ковен формально не имеет никаких отношений с нашим королевством.

Следовательно, инцидент, произошедший за пределами границы, строго говоря, не наше дело.

Точнее, у государственных органов нет повода вмешиваться и помогать.

Возможно лишь вялое содействие.

К тому же, поскольку это дело за пределами южной границы, другим границам вмешиваться неудобно.

Но если сделать акцент на нелегальном въезде и терроризме?

Тогда дело принимает другой оборот.

Это становится нашим делом.

В сущности, это одно и то же, но в зависимости от того, на кого нацелена основная цель, меняется и повод.

Нельзя делать акцент на похищении Святой.

Нужно сосредоточиться на том ублюдке, который посмел напасть на инспектора и незаконно въехать в страну.

Именно это она и имела в виду.

«Т-тогда...»

В тот момент, как я открыл рот, ответственная за север, постучав по хрустальному шару, сказала:

— Надо же, связь плохая, и я не расслышала слова ответственного за юг. Попрошу повторить.

Она официально дала мне ещё один шанс.

Переведя дух, я сказал:

«...Данный инцидент является нелегальным въездом! Подозреваемый напал на инспектора и незаконно въехал в страну, что также можно рассматривать как акт терроризма. Поэтому, как главный ответственный за южную границу, я прошу вас о содействии!»

— В чём заключается просьба о содействии?

«Запретить выезд со всех границ лицам с фиолетовыми глазами и установить контроль над передвижением транспорта, перевозящего свиней».

На чётко сформулированные слова наконец-то пришёл удовлетворительный ответ.

— Это соответствует пунктам о содействии, указанным в пограничных правилах. Просьба принята.

— Согласен. Начнём немедленно.

— Ух ты, сколько же мы не использовали протокол частичного закрытия границы?

После своих ответов они один за другим отключились.

Осталась лишь ответственная за север.

— Ты ещё не избавился от повадок новичка, инспектор Натан Кэл.

Драконид с северной границы.

Дхин Аскюрин едва заметно улыбнулась.

— Надеюсь на твой дальнейший рост, юный воин. Мне нравятся шрамы на твоём лице.

Это была своего рода поддержка от драконида.

Поддержка от старшего коллеги и такого же ответственного за границу.

«Спасибо, старший коллега».

На этом связь прервалась.

Наблюдавшие сзади офицеры пяти чувств с облегчением выдохнули.

«Камень с души упал. Теперь я немного спокойнее».

«Нет. Ещё нет».

«Что?»

Если так сильно расширить сеть, то сколько же времени уйдёт на поимку.

У эффективного способа поимки беглеца есть своя последовательность.

Первое: создать оцепление.

Второе: постепенно сужать это оцепление.

Третье: сформировать отряд преследования и гнаться.

И мы сейчас только что закончили первое.

Теперь этот проклятый ублюдок так просто не выберется из Королевства Перепутья.

Минимальное ограждение поставлено.

Следующий шаг — сужение ограждения.

«Помощник».

«Да».

Медлить нельзя.

«Соедините меня с маркизом Рейесом».

Южная граница находится на территории маркиза Рейеса.

То, что мы можем без проблем проводить иммиграционный контроль, в каком-то смысле, тоже его заслуга.

Раз уж мы превратили в сеть всю границу, то дальше нужно сузить её до нашей территории.

Не прошло и 5 секунд, как показался личный секретарь маркиза.

«Поместье маркиза Рейеса. Назовите цель вашего визита».

Немного протяжный голос. Сквозь него так и сочилась лень.

«Данный служащий — Натан Кэл, главный ответственный за южную границу, Чуняо-гван. Я прошу о немедленной аудиенции с господином маркизом Рейесом».

«У вас назначена встреча-а-а? Господин маркиз занят-т-т».

От такого крайне недружелюбного отношения я нахмурился.

«Это срочное дело. Прошу о скорейшем содействии».

Секретарь тяжело вздохнула и с пренебрежением ответила, словно говоря: «думаешь, ты такой один?»:

«Ха-а, если у вас не назначена встреча, то вы можете запросить аудиенцию через три дня... а-а-а-а-а-а!»

А потом она увидела моё лицо.

Взвизгнув, она вскочила с места.

«...Это чрезвычайная ситуация, так что соедините немедленно».

«Д-да! Д-да! П-поняла! М-м-м-маркиз! Господин маркиз!»

Что я вам говорил.

Лучше один раз увидеть.

Не прошло и минуты, как в хрустальном шаре показался кабинет маркиза.

«Здравствуйте, господин маркиз. Это Чуняо-гван Натан Кэл».

«Давненько мы с тобой не беседовали наедине. Что же такого срочного...»

И моё лицо сработало и на маркизе.

«...Что с твоим лицом?»

«Это связано с делом, о котором я сейчас буду говорить».

Без лишних слов перехожу к сути.

«В настоящее время Святая...»

Я замолкаю.

Повод. Думай о поводе.

Если уж Управление иммиграционного контроля, то маркиз тем более будет заботиться об ответственности и поводе.

Я тут же поправился:

«...в настоящее время на южной границе буйствовал нелегал. Он напал на данного служащего, контрабандой провёз существо, имеющее стратегическую ценность, и скрылся на территории страны».

«Напал на тебя? И скрылся? Нет, стратегическая ценность?»

«Обстоятельства были не в мою пользу. Это случилось в суматохе из-за внутренних дел... я думаю, это очень умелый человек».

Я объяснил ему всю ситуацию.

Кроме похищения Святой и свиньи.

Выслушав меня, он сделал серьёзное лицо.

«Так... и это произошло на моей территории, говоришь».

«Внутри границы, в Управлении иммиграционного контроля — это территория господина маркиза».

Иными словами, это означало: «на вашей земле сейчас террорист, так что быстро помогите».

Маркиз медленно покачал головой.

«Если ты вот так без предупреждения являешься с таким видом и просишь о помощи, даже мне трудно. Слишком уж внезапно».

«...»

«Но...»

По небольшой паузе я почувствовал, что он что-то прикидывает в уме.

«Если я помогу тебе, это может стать хорошей возможностью ещё раз доказать свою преданность государству».

Тут я смекнул, что должен делать.

«Именно так. Управление иммиграционного контроля во всеуслышание заявит о содействии господина маркиза».

Секретный приём купеческого рода.

Почесать там, где чешется.

Маркиз Рейес — такой же прямолинейный человек, как и пограничный патруль.

Его семья из поколения в поколение защищала юг, и он гордился тем, что досконально выполняет свою миссию по защите государства в качестве «пограничного маркиза».

Но хвалит его за это не так уж много людей.

Кто будет благодарить за ответственность и долг? Все воспринимают это как должное.

Именно на это я и нацелился.

«К тому же, мне довольно неприятен тот факт, что на моей земле находится такой нечистоплотный элемент».

«Ох, преступник на землях господина маркиза, это ужасно. Ведь во владениях маркиза так хорошо жить».

Сегодня слова так и льются. Может, потому что по голове получил.

«Раз уж ты так срочно просишь, значит, ситуация действительно критическая».

«Как только это случилось, я сразу же подумал о господине маркизе. Вы ведь справедливый и несокрушимый щит юга. Положиться можно только на вас».

И в качестве завершающего штриха: «только на вас».

Я изо всех сил почесал его доселе неудовлетворённое тщеславие.

«Но что значит „существо, имеющее стратегическую ценность“?»

На последний вопрос маркиза я помолчал.

«...Существо, способное изменить расклад сил в нынешнем королевстве».

Кто может быть важнее Святой Священного Ковена?

Если мы переманим её на нашу сторону, то сможем одним махом перевернуть и суд, и дело с паломниками.

«Вот только сейчас она превращена в свинью».

Я не лгу.

Просто не говорю всей правды.

«Хм...»

Услышав мой ответ, маркиз нахмурился.

И наконец, принял решение.

«Что я должен сделать? Ради спокойствия королевства, я помогу всеми силами».

Вот так.

Я тут же перешёл к сути.

«Разместите своих солдат. Перекройте все главные дороги, мосты через реки и ключевые перекрёстки».

Раз уж она сбежала на повозке, если перекрыть большие дороги, это сильно ограничит её передвижение.

К тому же, если перекрыть реки, то даже если она бросит повозку, она окажется в ловушке.

Это был самый идеальный способ сужения оцепления.

«Я так и сделаю. Но этого будет недостаточно, чтобы выследить этого нелегала».

«Это...»

От этого острого замечания я замолчал.

Этого я не ожидал.

Если подумать, даже если мы свяжем её по рукам и ногам, у нас нет людей для преследования.

А ведь третий этап — ключевой.

В этот момент маркиз сказал:

«Я дам тебе кавалеристов. Даю 50 человек, используй их по своему усмотрению».

«Г-господин маркиз!»

Вот это щедрый дядька.

«Я — меч, защищающий границу. И мне очень неприятно думать, что какой-то головорез посмел напасть на госслужащего и разгуливает по моей земле».

«О, да! Нельзя позволить гнусному преступнику оскорблять господина маркиза! Кто посмеет такое сделать со щитом юга!»

Да здравствует маркиз.

Мысленно ликуя, я отдал честь.

«От всего сердца благодарю за содействие!»

«Разберись с этим. Если понадобится ещё помощь, скажи моему секретарю».

На этом связь закончилась.

Ду-ду-ду-ду-ду-ду.

И примерно через 40 минут стук копыт, сотрясая землю, приблизился к нам.

«Мы прибыли по приказу законного защитника юга, маркиза Ихана Рейеса! Отдавайте приказ!»

«Добро пожаловать, те, кто служит щиту юга».

Я и мечтать не мог, что буду так рад видеть 50 мужчин.

Я крикнул им:

«Времени очень мало, поэтому буду краток!»

Быстро объяснив ситуацию, я указал на то, на что нужно обратить особое внимание.

«Подозреваемый в нелегальном въезде — способен к превращению или маскировке! Поэтому он может быть любой расы или пола, так что не теряйте бдительности, даже если увидите знакомое лицо!»

«Однако, по имеющимся на данный момент сведениям, фиолетовые глаза он, похоже, изменить не может. Запомните. Фиолетовые глаза! Они встречаются нечасто, так что опознать его будет легко!»

«Также, свинья, которая находится у подозреваемого, имеет огромную стратегическую ценность. Поэтому, наряду с задержанием нелегала, вы должны обязательно захватить свинью живьём!»

Солдаты, всё поняв, кивнули и ответили:

«В каком направлении сбежал этот наглец? Мы будем преследовать его в том направлении!»

«Это...»

В этот момент вперёд вышел Хугак-гван.

«Это я покажу».

«Хугак-гван?»

Он вдохнул.

«Я чувствую запах крови. Довольно сильный. Если не пойдёт дождь, я смогу его выследить. Доверьтесь мне, офицер Чуняо-гван».

Хугак-гван Бласжек — оборотень.

Запахи он чует до безобразия хорошо, поэтому его и назвали Хугак-гван.

Раз уж он учуял запах, то, вероятно, будет гнаться до самого горизонта.

Причин не доверять ему не было.

Я кивнул.

«Тогда доверяю и полагаюсь на вас. И Мигак-гван?»

«А? Да?»

От внезапного зова Мигак-гван подбежала.

«Вы умеете ездить верхом?»

«Да. С трёх лет езжу».

Будучи из кочевого племени, она, должно быть, ездит верхом так же хорошо, как и ходит.

Я указал на лошадь, привязанную в углу.

«Повезёте меня».

«...Что???»

«Я не умею ездить верхом».

«Э-э... тогда... это значит, что и я еду с вами?»

«Управление иммиграционного контроля будут охранять Чонгак-гван и Чокгак-гван».

Сейчас мобильность обеспечена только у Хугак-гвана и у тебя, кочевницы.

То есть, оставшиеся двое охраняют здесь, а Мигак-гван везёт меня и следует за отрядом преследования.

И чтобы узнать, что это за свинья, я обязательно должен ехать.

Такое было сильное предчувствие.

«А, хорошо! Тогда я приведу лошадь!»

Глаза Мигак-гван заблестели, и она тут же побежала.

И вскоре умело привела лошадь.

Когда я залез на неё сзади, Хугак-гван внезапно сделал глубокий вдох.

«С-с-с-с-с-с-с-с»,

до предела, так что его грудь сильно раздулась.

При виде этого я тут же заткнул уши и сказал:

«Мигак-гван, затыкайте уши».

«Что?»

Чонгак-гван и Чокгак-гван уже заткнули уши.

И в тот момент, когда Мигак-гван с трудом поднесла руки к ушам,

«АУ-У-У-У-У-У-У!!!!»

Волчий вой, сотрясающий небо и землю, разнёсся высоко в небо.

Шерсть, покрывающая всё его тело, встала дыбом, когти напряглись.

Это было характерное для оборотней действие, возвещающее о начале охоты.

Это означало, что с этого момента он полностью доверяется инстинктам и будет преследовать лишь одну добычу.

Он прыгнул и яростно понёсся по дороге.

«Запах крови... запах крови!»

С грубыми криками Хугак-гван мгновенно удалился.

«Следуем за этим оборотнем! Все в путь!»

Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду.

За ним последовал отряд из 50 кавалеристов.

Хугак-гван, бешено несясь на четырёх лапах, кричал:

«Кровь Чуняо-гвана! Кро-о-о-о-о-овь!!!!»

Эхом разнёсся вой, словно он полностью вернулся в дикое состояние.

Пора охотиться на мышь, нет, на свинью, попавшую в мышеловку.

Тем временем, Шахал была на грани безумия.

Прошло около двух с половиной часов с тех пор, как она сбежала.

«Проезд запрещён! Возвращайтесь!»

«Чёрт».

Это был уже четвёртый раз.

Дорожный контроль, видимо, начался внезапно, и все пути, ведущие из владений маркиза, были один за другим перекрыты солдатами.

«Так придётся делать ещё больший крюк».

Раздражённо выругавшись, она развернула поводья.

Чтобы выбраться из владений маркиза, нужно пересечь реку.

Но все мосты, которые она пыталась пересечь, были перекрыты.

К тому же, и большие дороги постепенно начали контролироваться.

«Может, бросить повозку».

Если путешествовать налегке, можно будет идти по узким тропам, и ограничений в передвижении не будет.

Но чтобы добраться до севера со Святой, нужно было проделать немалый путь.

Если она опрометчиво бросит повозку, то прибудет гораздо позже, чем планировалось, и неизвестно, когда эта свинья снова вернётся в облик Святой.

«Проклятье...»

В этой безвыходной ситуации Шахал, нахмурившись, погрузилась в раздумья.

В этот момент откуда-то донёсся странный звук.

«Кровь!!»

Чей-то крик.

Очень далёкий, но зычный крик, долетевший издалека и смутно различимый.

«А?»

Шахал повернула голову.

И стала свидетельницей.

«Кровь!!!»

Вдалеке, на краю большой дороги, с налитыми кровью глазами нёсся оборотень, которого она видела вчера.

«...А?»

Шахал издала растерянный звук.

Рёв оборотня зычно разнёсся по округе.

«КРОВЬ!!!!!»

За ним последовал стук копыт 50 кавалеристов.

Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду.

А среди них, на коне, ехал мужчина, которого она только что пнула, с залитым кровью лицом.

«Сначала прочешем ту дорогу! Ищите только фиолетовые глаза!»

«Найти нелегала! Найти ублюдка, посмевшего напасть на господина инспектора, и скормить его собакам!»

Впервые Шахал почувствовала страх.

Не страх от того, что миссия провалилась.

А первобытный страх, что она может умереть.