Я проснулся в слезах. Сам не знаю, почему.

Было темно, точно кто-то пролил чернила.

По ту сторону стены было слышно оживлённое постукивание. Слегка запоздало я понял, то это был дождь.

— Неприятный сон...

И настроение хуже не придумаешь.

Я почесал сонную голову и посмотрел на часы у кровати. Четыре утра. Хотя из-за мрака больше казалось, что ещё ночь.

А? Я лёг на спину и меня окутало нехорошее предчувствие.

— ... Незнакомый потолок.

Прямо передо мной был потолок. Но не в моей комнате.

И стоило осознать это, сонливость как ветром сдуло. Я поднялся и осмотрелся, кровь в жилах похолодела, сомнения сменились уверенностью.

Ну точно... Это не моя комната.

Похоже это была квартира.

В центре комнаты был круглый стол, на нём был пульт, салфетки и упаковки от закуски и сладостей. Похоже комната человека, который не привык убирать за собой. Я и сам неряха, но хозяин этой комнаты прямо решил не заморачиваться по поводу уборки.

За столом была тумба с жидкокристаллическим телевизором. А ещё были старые и новые приставки. GameCube, Nintendo 64, Dreamcast и Sega Saturn и ещё куча всего. Хозяин настоящий фанат.

— И всё же где я?..

Это была не моя комната, и не Нозоми.

Тогда чья? И почему я проснулся в чужой комнате?

Чтобы не оправдываться за диск Нозоми, я ведь собирался перемогать всего один день.

А теперь столько непонятного...

И тут одеяло зашевелилась.

Там что-то есть?!

Пока я оставался в застывшем состоянии из-под одеяла донеслось милое «ха-фу», а потом высунулось лицо...

— А, доброе утро, Юта-сан. Уже проснулся.

— Х-Ханамия?! Значит это...

— Да. Моя квартира. Ты не до конца проснулся? Юта-сан, ты же сам вчера решил переночевать здесь.

— П-переночевать?

— Прошлой ночью было так здорово, — Ханамия слегка улыбнулась.

— В-весело? Хватит издеваться... — сдавленно улыбаясь, я боязливо задал вопрос. — Мы ведь просто играли?

Мы просто заигрались допоздна, и я упустил последний поезд... Прошу, пусть всё так и будет.

— Хм. Для тебя это были лишь игры, Юта-сан, — Ханамия недовольно надулась. — Жестоко. Я-то абсолютно серьёзна...

— А?!

О чём она?! Чего так глубокомысленно?!

— А, точно. Я кое-что хорошее придумала, — Ханамия улыбнулась как маленький дьяволёнок, она вылезла из-под одеяла и оказалась на лежавшем мне.

— ... Ты чего без одежды?!

Во мраке комнаты Ханамия вытянулась, обнажив свою полную жизни кожу. Точно её тело было из стекла, от неё исходило мягкое белое сияние.

— Я всегда так сплю. Так куда приятнее, — призналась Ханамия. — И вообще, Юта-сан. Если вчера были лишь игры, значит можно считать, что всё самое интересное ещё впереди?

— Что?

— Сегодня воскресенье и в школу идти не надо, так что давай весь день поворкуем наедине, а?

В глазах Ханамии блестел обольстительный огонёк. Родинка на её правой ключице точно поглощала меня. А в голове я услышал, как будто нарост соскабливают.

— П-прекрати!

Стараясь сбежать, я подался назад.

— Хи-хи. Вот как. Жаль, — Ханамия гортанно захихикала и стала собирать одежду, разбросанную у ног. Я опустил взгляд, смотря на одеяло, и слышал шелест одежды.

— Ко мне редко кто-то приходит. Кстати, ты первый из парней.

— Неправда.

— Правда. Ведь ты для меня особенный.

Особенный... Приятные слова, но сейчас они нагоняют лишь тревогу.

Что вчера случилось? Ханамия ведь просто издевается? Или за пропущенное время я успел сделать ошибку? Нет... Тут я однозначно ответить не мог. Я же тоже мужчина. А оставшись с такой красавицей наедине, я вполне мог слететь с катушек.

И значит это была измена.

Я был неверен Нозоми.

Стоило представить, что она узнает, и волосы дыбом встали.

... Хм, лучше не думать.

Я отвёл взгляд. Решил осмотреть комнату.

— Бардак у тебя.

— Я настоящая неряха. Это моя мое-изюминка.

— Так себе изюминка.

Скорее недостаток.

Я посмотрел в окно, город накрыла штора из дождя.

— Дождь похоже останавливаться не собирается...

— Всю неделю так, погода совсем испортилась.

А? Вроде в понедельник говорили, что всю неделю будет хорошая погода.

Конечно синоптики могли ошибиться на день, но не на неделю же.

— Юта-сан, тебе не нравится дождь?

— Ну. Если выбирать, то скорее нравится. Когда я был в секции и с утра шёл дождь, тренировку отменяли.

— Ты про бейсбольную секцию.

— Верно. Но откуда ты знаешь?

— Секрет, — Ханамия хвастливо прижала палец к губам. Что-то мне любопытно. Может я Нозоми рассказал?

— Тогда ты был куда серьёзнее, чем сейчас.

— ... Даже это знаешь? Да. Каждый день тренировался, у меня вся левая рука в мозолях была... А теперь ни следа того, что было, — грустно улыбнувшись, я посмотрел на свою левую руку. На мизинце имелась небольшая мозоль, но руки стали до неузнаваемости мягкими.

— Ты так старался, так почему бросил?

— Потому что понял, что нет смысла стараться. Если нет результата, то и цены стараниям нет. Глупо стараться, если не знаешь, будет ли толк.

Уж лучше спокойно жить, не напрягаясь.

Так никто тебя не ранит... Вот чему я тогда научился.

— Логично. Такой ход мыслей мне нравится, — Ханамия улыбнулась и поднялась с кровати. — Раз проснулись, давай выпьем кофе.

Лёгкой походкой она направилась на кухню.

И вскоре вернулась.

— Вот, прошу.

Она поставила чашку на стол.

— Ага. Прямо настоящий.

— Летом друг на Гавайи ездил, и привёз оттуда сувенир. Недорогой, но очень вкусный.

— Ничего, что я такую ценную вещь пью?

— Да. Я предпочитаю чёрный чай. И ничего мутного не пью.

— Довольно грубо. Извинись перед любителями кофе во всём мире.

И всё же, понятно.

— Потому-то сувенир с того года остался.

— А?

— Тебе же его подарили, когда летние каникулы закончились?

— Ну да... Но в этом году, когда лето закончилось. Год бы он не провалялся.

Лето закончилось... Что она говорит-то?

Лето же только началось.

— ...

Я посмотрел на подозрительное лицо Ханамии, и почему-то у меня было дурное предчувствие. Прямо как в первый раз, когда перемотал время.

Жидкость в кружке начала плескаться.

Землетрясение? Нет, не оно.

Это моя рука дрожит.

— ... Эй, Ханамия. Какой сегодня месяц и число?

— А? Ты дату спрашиваешь? Так. Должно быть... — Ханамия посмотрела на календарь на стене, я тоже взглянул на него.

Видя цифры, я не верил своим глазам.

По спине побежал неприятный пот.

— Сейчас сентябрь. Пятнадцатое сентября.

Я собирался пропустить лишь день.

А прошло три месяца.