Глава 3

Войдя в свою комнату, Грейс нахмурила брови, вспомнив о руке, что сжимала бутылку.

«Надо было хоть тряпку на руку намотать, прежде чем браться за бутылку. Уже отвыкла».

Проглотив эту досадную мысль, Грейс, шедшая по тёмному коридору, внезапно остановила шаг. Повернув голову, она увидела своё отражение в залитом лунным светом окне.

Вьющиеся длинные светлые волосы, мелкие и изящные черты лица, гармонирующие с тонкими и выразительными глазами, носом и губами, юные светло-зелёные глаза. Рост был не маленьким, но из-за хрупкого телосложения она казалась моложе своих лет.

Служанки каждый день восхищались и хвалили её, но Грейс какое-то время совсем не нравилась себе. Она пробовала даже делать макияж, но лишь казалась ребёнком, накрасившимся как взрослый.

«Как было бы хорошо, если бы одним лишь взглядом можно было заставить противника дрожать», — думала она тогда. Учительница фехтования, обучавшая её, усмехнулась и сказала:

— Поверьте мне, леди, у вас уже есть прекрасное оружие.

—Оружие? Моя внешность?

—Видите ли, чтобы поймать крупную рыбу, нужна хорошая приманка. Нельзя показывать свою сеть. Обычно такие рыбы первыми нападают. Нужно полностью ослабить бдительность противника, а затем… нанести решающий удар.

С тех пор Грейс стала использовать свою внешность как оружие. Невинная и непрактичная дворянская барышня — она приняла кроткое выражение лица, вела себя скромно и благоразумно, любые оскорбления пропускала мимо ушей, лишь покорно улыбаясь.

В результате герцогская чета Тейлор сочла Грейс удобной пешкой, которую можно использовать и выбросить, и оставили на её попечение даже документы, требовавшие подтверждения и решения главы дома. Под этой идеальной маской Грейс ждала своего часа и собирала информацию.

Она уже собиралась снова тронуться с места, как из конца коридора донёсся насмешливый голос.

— Твой жених в порядке?

Приблизилась Розетта Тейлор, точная копия герцогини.

— Племянник самой Её величества императрицы. Повезло тебе, Грейс.

Любые оскорбления она пропускала мимо ушей. По привычке Грейс уже было собралась перевести это в пустой звук, как Розетта злорадно усмехнулась.

— С сегодняшнего дня ты становишься невесткой её величества, да?

До того хотелось плюнуть в это самодовольное лицо, но сейчас ещё нельзя было портить отношения. Грейс сладко улыбнулась и кивнула.

— Спасибо, Розетта.

В её элегантном и мягком голосе звучала неподдельная благодарность, от чего лицо Розетты, напротив, исказилось. На любую колкость, на которую следовало бы вспылить и ответить, Грейс всегда отвечала такой ледяной улыбкой. Именно это каждый раз выводило Розетту из себя. Моментов, когда хотелось плеснуть водой в это высокомерное лицо, было, наверное, больше, чем песчинок на пляже. Розетта прилипла к Грейс и язвительно произнесла:

— Да, улыбайся так всю жизнь, кукла. Раз уж ты стала невестой Саксена, живи и терпи, служа ему.

Слушая оскорбления Розетты, Грейс подумала: «Только что я размахивала винной бутылкой над головой того самого «жениха».

— И после свадьбы не смей приходить в дом Тейлор, Грейс. Это не твой дом.

—…

—Не твой дом.

Розетта мягко прошептала это, презрительно окинув Грейс взглядом, и грациозно развернулась. Грейс застыла на месте, уставившись на то место, где та только что стояла.

Даже в такие моменты её лицо, благодаря вошедшей в привычку маске, оставалось безмятежным. Вырвавшийся кашель смеха был больше похож на улыбку, чем на усмешку. Но одна фраза, которую она сдержать так и не смогла, резанула сердце острее лезвия.

«Не мой дом?»

Грейс крепко сжала губы и ушла.

Верну. Всё, что принадлежит дому Тейлор. Людей, вещи, даже каждый глоток воды и дуновение ветра, что проносится над землями…

«Ничто из этого не ваше».

Её бормотание, больше похожее на движение губ, потонуло в шуме ветра за окном.

***

Той ночью в герцогство Тейлор прибыл незнакомец.

Его иссиня-черные волосы были неприлично прямыми для мужчины, а лицо, хоть и красивое, казалось суровым из-за резких черт и холодного взгляда. Стражник у входа в поместье, мужчина внушительного телосложения, почувствовал от пришельца столь внушительную ауру, что не посмел даже поднять на него глаза, проверил только документы и открыл ворота.

Сопровождающий незнакомца тихо фыркнул.

— Зачем понадобилось подделывать документы? У вас же и так есть приглашение, можно было просто явиться.

На ворчание адъютанта, Джозефа Бакстона, Холтер Ричмонд лишь усмехнулся и вынул из кармана визитную карточку.

[Его светлости герцогу Ричмонду.

—От Грейс Тейлор.]

Утончённый почерк идеально сочетался с личностью отправительницы.

— Интересно. Это точно простое приглашение?

—Вас зовут на свадьбу, конечно это приглашение.

Холтер пожал плечами и убрал карточку во внутренний карман. Затем, бросив взгляд на замок Тейлор, тонувший в летней тьме, пробормотал:

— Где это видано, чтобы невеста лично отправляла приглашение…

—…

«Говорит, если я явлюсь на её свадьбу…»

Холтер медленно прищурился.

«…то обрету самую надёжный меч для защиты своей тайны. Разве это можно назвать простым приглашением?»

Джозеф лишь покачал головой, словно ничего не понимая, а Холтер погрузился в раздумья, поглаживая подбородок кончиками пальцев.

Самую надёжный меч для его «тайны». Что бы это могло значить?

Что эта девушка о нём знает?

***

На следующее утро массивные двери часовни, расположенной в замке Тейлор, распахнулись настежь.

Серебристо-белые гобелены, символизирующие святость, сплошь покрывали стены часовни, а повсюду стояли пучки белых лилий, олицетворявших чистоту и сладость. Слуги суетливо сновали туда-сюда, занятые последними приготовлениями к идеальной церемонии, а священники, присланные из столицы, были поглощены службой, предваряющей грядущее бракосочетание.

Приглашённые аристократы тоже были заняты собственными туалетами. Свадьба в таком старинном замке Тейлор! Да ещё и жених — молодой господин из могущественного графского дома Саксен, родни императрицы. Многие пребывали в приятном ожидании предстоящего торжества.

Однако в тот же момент раздался возглас.

— Да как вы ухаживали за господином?!

— Прошу прощения!

Графиня Саксен, фыркая, развернулась к сыну и, сменив гневное выражение на страдальческое, испустила скорбный вздох.

На таком красивом лице синяк! Да ещё в этот самый день!

У молодого господина под одним глазом и на лбу красовались синюшные пятна. Лекарь срочно принёс и наложил мазь, снимающую синяки и отёки, но из-за блеска синяки лишь выделялись ещё больше. К тому же, похоже, у него проявилось похмелье, которого раньше не было, и Джек Саксен морщился от накатывающей головной боли.

— Как же… Как же так вышло? — с плачущим видом спросила графиня.

Джеку Саксену тоже было не по себе. Как это часто бывает после пьянки, он вообще ничего не помнил. Он раздражённо фыркнул, словно материнская забота ему надоела.

— Не обращайте внимания.

Графиня внимательно разглядывала синяк на лице сына и пробормотала:

— Форма синяка точно… похожа на какую-то бутылку.

—Да не обращайте вы внимания!

Тут граф Саксен, сидевший, развалившись на диване, грубо вспылил.

— С таким лицом он пойдёт в часовню, как же не обращать внимания! Судя по всему, напился и грохнулся об стол! Наверное, упал на винные бутылки, бестолковый сын!

Он смерил сына взглядом, затем вскочил с места и закричал:

— Сейчас уже не скроешь это лицо, поздно! Хватит мазать эту чёртову мазь, готовься! И ты тоже, прекрати там копошиться и выходи!

Джек Саксен нахмурился на резкие слова отца, излучая свирепость, а графиня, закусив губу, разозлилась.

— И это герцогский дом, а не могут даже нормально управлять замком! Как можно допустить, чтобы на лице почётного гостя появились такие синяки! Да и где сама герцогиня! Свекровь приехала, а она и носа не показывает!

Она, обмахиваясь веером, чтобы согнать жар с лица, вышла вслед за мужем.

— Когда вернёмся в графство, надо будет научить эту наглую девчонку обычаям дома Саксен!

Графиня, несколько раз повторив про себя, что «Саксены — великий дом, давший империи императрицу», направилась в часовню. Она была настолько воинственна, что даже знатные дамы, шедшие туда же, сторонились её.

Однако, дойдя до длинной лестницы у входа в часовню, её безостановочный шаг на мгновение замер. Взгляды гостей, собравшихся небольшими группками и болтавших о предстоящей свадьбе, и даже герцогской четы Тейлор, леди Розетты и юного господина Уильяма — устремились в одну точку.