Дом на юге города был почти вдвое меньше, чем их старое поместье. В нем пришлось ютиться сотням слуг и хозяевам.  Дом казался переполненным людьми.

Большинство уже догадались, зачем управляющий Сюй собрал их на переднем дворе. Учитывая нынешнее положение семьи Хуа, увольнение части слуг казалось вполне логичным решением. Вот только никто не знал, на каких условиях это произойдет.

 - Старшая молодая госпожа здесь, - прошептал кто-то, и все посмотрели на маленькую фигурку, выходящую из ворот.

Никто не ожидал, что после того, как пожилая госпожа заболеет, всю ответственность за руководство семьей и домом возьмет на себя ничем не примечательная старшая барышня. И все ее действия окажутся такими разумными и достойными похвалы.

 - Приветствуем старшую молодую госпожу, - поклонились ей все.

 - Оставьте эти формальности.

 Ин Чунь и Бао Ся принесли большой стул тайши и поставили его на ступеньках. Хуа Чжи грациозно села.

Окинув собравшихся пристальным взглядом, Хуа Чжи сложила руки на животе, спросив:

 - Все здесь?

Управляющий Сюй, поклонившись, ответил:

 - Согласно Вашим указаниям, вся домашняя прислуга собралась здесь. Работников, что сейчас находятся вне дома и тех, кто трудится в двух деревнях, мы не уведомили.

 - Не забудьте известить их позднее.

 - Конечно.

Хуа Чжи подняла голову:

 - Я попрошу всех разделиться на две группы: с договором о проживании [1] и посмертными контрактами.

[1] Договор о проживании. Согласно этому договору слуги жили в качестве зависимых работников при хозяине. Тот обеспечивал их едой, жильем и выплачивал заработную плату.

Управляющий Сюй быстро разделил толпу, расставив слуг в соответствии с контрактами.

 - Те, кто заключил с нами договор о проживании, подойдите к Нян Цю, чтобы получить жалованье за этот месяц.  Семья Хуа отпускает Вас на свободу.

Все начали удивленно переглядываться, как же это, отпустят всех? Просто так? Даже тех, у кого заключен многолетний контракт? Их не продадут?

 - Касательно тех, кто заключил посмертные контракты. Если вы захотите покинуть семью Хуа, мы не станем вас удерживать.

Хуа Чжи, взяв шкатулку у Ин Чунь, открыв ее, небрежно пролистала купчие.

 - Вы все усердно работали на благо семьи Хуа, разделив с ней трудности и не доставляя хлопот. Семья Хуа помнит о вашей преданности, и никогда не поступит бесчестно.

Хуа Чжи поднялась:

 - Я не тороплю вас с решением. Просто сообщите о нем управляющему Сюю до завтрашнего полудня.

С уходом Хуа Чжи весь двор пришел в волнение: кто-то глупо хихикал, кто-то взволнованно хмурил брови, но многие просто тихо ушли, увидев, как кто-то плачет, получив свой контракт назад.

Хоть семья Хуа и распустила слуг с благими намерениями, суровая реальность заключалась в том, что не все могли выжить в этом жестоком мире, оставшись без защиты семьи Хуа.

Управляющий Сюй, выпрямившись во весь свой рост, смотрел вдаль, наблюдая за происходящим во дворе. В глубине души он восхищался старшей барышней все больше.

Без лишних слов действия Хуа Чжи позволили оставшимся почувствовать себя более непринужденно. А пока люди спокойны, у них не возникнет дурных мыслей и беспорядка.

Слуги из двора пожилой госпожи поспешили вернуться обратно. Нянюшка Су торопилась рассказать хозяйке о решении старшей барышни.

Нянюшка Су, преисполнившись беспокойства, вопрошала:

 - Что же будет, если все решат уйти?

 - Ты хочешь уйти?

 - Как может уйти эта старая служанка! – затараторила нянюшка Су, по мере своих слов начиная понимать.

Пожилая госпожа тепло улыбнулась.

 - Хоть молодым и не хватает опыта, они гораздо смелее стариков. Чжи`эр поступила правильно. Те, кто захочет уйти – уйдут, те, кто решит остаться – останутся. Все будут довольны.

Нянюшка Су хотела еще что-то сказать, но пожилая госпожа, покачав головой, слабо улыбнулась:

 - Прямо сейчас все члены нашей семьи должны поддерживать ее решения. Если я не выступлю не ее стороне, как Хуа Чжи сможет управлять этим домом? Я знаю, о чем ты беспокоишься. Давай делать все постепенно. Если у девочки не получится, я возьму все в свои руки.

 - Эта старая рабыня поняла свою ошибку.

 - Я знаю, что ты переживаешь о будущем семьи Хуа. Ступай и расскажи всем новости, делай так, как велит старшая девочка.

 - Да.

Реакция всех больших и малых господ на эту новость, оказалась весьма разнообразной. Те, чьи шкурные интересы оказались сильно не затронуты с любопытством наблюдали за развитием событий.

Среди же четырех супруг, чьи интересы наиболее пострадали от решения Хуа Чжи: вторая госпожа от неожиданности уронила чашку, третья – стиснула зубы от злости. Старшая госпожа, хоть помочь ничем и не могла, на этот раз приняла правильное решение, безоговорочно встав на сторону дочери. Четвертая госпожа, поразмыслив, тоже решила принять сторону Хуа Чжи, частично из-за влияния своего мужа, а отчасти потому, что последние действия старшей барышни, внушили женщине веру в силы племянницы.

Потягивая чай Хуа Чжи ждала, пока служанки начнут свой рассказ.

Бао Ся принесла тарелку фруктов. Девушка выглядела так, словно хотела что-то сказать, но не осмеливалась.

Хуа Чжи намеренно не стала расспрашивать ее, и все служанки в комнате начали фыркать от смеха. Это был не первый раз, когда старшая барышня подшучивала над Бао Ся, но та постоянно об этом забывала.

Свирепо посмотрев на них, Бао Ся решила взять инициативу в свои руки, заговорив:

 - Я слышала, что вторая госпожа так рассердилась, что перебила всю посуду в доме. Барышня, Вы не боитесь, что она начнет создавать неприятности в будущем?

 - Мужчин в доме не осталось, так откуда ей взять силы и время на учинение проблем? – казалось, Хуа Чжи совсем не удивилась реакции второй тети.

Второй дядя, рожденный от наложницы, в семейной иерархии занимал подчиненное положение. Его женитьба на барышне из уважаемой семьи Ци, хоть и считалась большой удачей, все же не возвысила его до уровня основной ветви. Хоть Второй дядя и изучил все тонкости светского этикета, его поведение отличала некая поверхностность. Не взирая на его попытки прижиться в высших слоях общества, происхождение накладывало свой отпечаток на мировоззрение Второго дяди, изрядно ограничивая его.

Среди четырех невесток семьи Хуа, Вторая госпожа слыла самой прижимистой. Было бы странно, не разозлись она, узнав новость о роспуске слуг. От Третьей тети в ближайшее время, вероятнее всего, тоже стоит ожидать возмущения.

 - Барышня, займемся подсчетами. Пожилая госпожа дала нам восемьсот таэлей, старшая – двести, вторая госпожа – шестьдесят, а третья – сто. Четвертая госпожа выделила двести таэлей.

 - Запиши это. В будущем, доход будет распределен в соответствии с их взносами. Ин Чунь, сколько денег осталось у меня?

Улыбнувшись, Ин Чунь заправила волосы за уши.

 - Две тысячи двести серебряных таэлей, двадцать золотых, а также немного украшений и драгоценностей.

Глаза Бао Ся распахнулись от удивления. Они умудрились так много спрятать! И это осталось после того, как Хуа Чжи передала часть денег мужчинам семьи, которых отправили в изгнание.

Хуа Чжи знала, что все обстоит не совсем так. Она много лет копила деньги в тайнике, откладывая понемногу на «черный день», но никак не ожидала, что однажды, такой день настанет.

 - На этот раз тысячи таэлей должно быть достаточно.

Бао Ся хотела было спросить, зачем эти деньги, но Фу Дун, быстро отреагировав, закрыла ей рот рукой:

 - Госпожа, эта служанка пойдет проверить, есть ли на кухне все необходимое.

Усмехнувшись, Хуа Чжи наблюдала, как обе девушки уходят.

Среди четырех служанок Бао Ся была самой прямолинейной, и пусть особым умом девушка не блистала, но в трудные моменты действовала смело и решительно. Как девушка общительная, она часто помогала узнавать новости других дворов. Ин Чунь была уравновешенной и осторожной, она отвечала за все дела двора Хуа Чжи. Нянь Цю, как самая дотошная, распоряжалась расходами, и вела учетную книгу. Фу Дун, робкая и застенчивая, могла провести на кухне весь день. Девушка проявляла недюжинный талант в кулинарии.

У каждой из них имелись и свои недостатки: Ин Чунь была слишком осторожной, Бао Ся – несколько безрассудной, Нянь Цю – весьма придирчивой, а Фу Дун – слишком робкой, от страха она заливалась слезами на каждом шагу. Но Хуа Чжи не стремилась их менять, ведь ей не нужны были четыре одинаковые куклы. Девушки нравились ей такими, какие они есть, яркими и живыми.