На следующий день в школьном коридоре Мин Ю встретил Чан У. Тренер стоял у своего кабинета, застывший, как монумент. Решимость читалась в каждой морщине, в напряжённой линии сжатых губ. Его взгляд, тяжёлый и непреклонный, упал на Мин Ю, пригвоздив его к месту.

— Ты больше не будешь играть за команду, — произнес он, не скрывая своего гнева, но и не повышая тона. — Я выгоняю тебя из баскетбольного клуба Йошидо и, если потребуется, из школы. Если ты не прекратишь свои выходки, я обращусь в полицию. Скажи спасибо, что не вызвал твоих родителей.

Мин Ю слушал, понимая, что опасность была абсолютно реальной. Но вместо страха он ощущал лишь безразличие. Его уголок губ дрогнул, а затем растянулся в улыбку. Не весёлой, а холодной, почти саркастической:

— Ты не понимаешь, тренер, я не собираюсь сдаваться так просто. Ты сам знаешь, что такое стритбол — это игра. И я просто играю.

Чан У, казалось, даже не удивился этой наглости. В его глазах лишь вспыхнуло презрение и окончательное разочарование. Он не желал больше тратить ни секунды. Молча, с видом человека, выбросившего мусор, он развернулся и твёрдыми шагами ушёл в сторону спортзала, проходя мимо Мин Ю.

Как только тренер оказался позади него, улыбка на лице Мин Ю исказилась, стала широкой, неестественно широкой. Гримасой, которую он никогда не позволил бы себе на публике. В глазах, обычно полностью пустых и безжизненных, промелькнула тень чего-то отстранённого и расчётливого:

“С этого момента придется действовать, он стал препятствием для моей цели…”

Мин Ю резко изменил направление, двинувшись не к классу, а в противоположную сторону — к учительской. Его шаги были быстрыми, но не бегущими, а лицо — сосредоточенным. Он скользнул взглядом по стенам и по углам потолка.

“Камер нет. Отлично."

Он замедлил шаг у поворота, прислушался, и бросил взгляд в пустой коридор — никого.

Достав телефон, он глянул на время:

“До конца большой перемены девять минут. Учителя начнут возвращаться с чаем из столовой минут через пять. Но на этот случай у меня уже есть отмазка: ‘Искал классного руководителя, чтобы поговорить о проекте’. Сработает.”

Дверь в учительскую была не заперта. Мин Ю бесшумно скользнул внутрь, прикрыв её за собой. Комната, пропахшая кофе, бумагой и старой мебелью, встретила его пустотой. Его глаза быстро пробежались по столам, полкам, стопкам папок. Он действовал методично: быстрые движения рук, перебирающих документы, взгляд, выхватывающий ключевые слова — фамилии, отчёты. Прочитал пару строк — и тут же клал всё точно на место, не оставляя следов беспорядка.

И вот он — низкий стол в углу, заваленный старыми спортивными журналами. Взгляд Мин Ю упал на толстую зелёную папку, торчащую из-под него. Он присел на корточки, отодвинул стопку и вытащил её. На обложке, от руки: «Чан У. Личное».

Мин Ю открыл папку, и его пальцы заскользили по листам. Трудовая книжка, копии дипломов, медицинская справка, договор об аренде жилья… Информация складывалась в картину. Адрес. Состав семьи: жена, дочь двенадцати лет, двухлетний сын. Номера телефонов.

— Отлично, — мысленно констатировал он, сканируя строки. — Осталось заполнить два пробела: точный распорядок дня и транспорт. В его районе, судя по адресу, нет подходящих серых мест, что мне нужны…

В этот момент его слух уловил далёкий, но неотвратимо приближающийся звук — шаги в коридоре и смех. Время вышло.

Мин Ю одним движением закрыл папку и сунул её точно под тот же край стола. Встал, сделал шаг к двери и внимательно прислушался. Шаги уже рядом. Не раздумывая, он резко, но не слишком шумно, открыл дверь и вышел, тут же повернувшись, чтобы закрыть её за собой. Перед ним, в двух метрах, замерли два учителя с кружками в руках, удивлённо глядя на него.

— Мин Ю? Ты что здесь делаешь? — спросила одна из них, нахмурясь.

— Искал миссис Пак, хотел уточнить по завтрашнему проекту, — ответил он, натянув на лицо маску лёгкого смущения. — Но, кажется, опоздал.

— Она, по-моему, в библиотеке, — бросила вторая учительница, уже теряя интерес.

— Спасибо. — кивнул Мин Ю, направляясь прочь спокойным, ученическим шагом. — Тогда я пойду.

Когда он завернул за угол, ведущий к его классу, последняя мысль перед тем, как надеть привычную маску безразличия, была ясной и чёткой:

“Первый пробел заполнить довольно просто, но транспорт… хе-хе, у меня ведь есть некие должники.”

…

Последний звонок прорвался сквозь воздух, не звоном, а резким, пронзительным воплем, возвещавшим конец последнего урока.

В классе царила знакомая суматоха окончания учебного дня: смех, скрип стульев, гул голосов. Но для Мин Ю все это было приглушённым, будто доносилось из-за толстого стекла. Его собственные мысли гудели громче. Он, не глядя по сторонам, молча принялся собирать учебники в рюкзак. Сложив все вещи, Мин Ю вскинул рюкзак на плечо и, проходя мимо парт, направился к выходу.

Дверь класса распахнулась, выпуская поток уставших за день тел, и Мин Ю влился в него. Но уже на первом же повороте, у стеклянной витрины со спортивными кубками, его течение намертво перехватили. Они стояли стеной — Джунг Хо, Лу Шэнь, Хару Линь и чуть поодаль, прислонившись к стене, Хун Жэнь.

Джунг Хо сделал полшага вперед, и тень от его широких плеч легла на Мин Ю.

— Сегодня не идешь на тренировку?

— Я буду тренироваться на улице, — ответил он, глядя не в глаза Джунг Хо, а куда-то мимо, на пыльный луч в конце коридора. — К тому же тренер выгнал меня из команды, так что он не позволит мне играть с вами.

— Хм? — нахмурился Джунг Хо.

Лу Шэнь, всегда двигавшийся как неисправная пружина, вдруг замер:

— А? — выдавил он, и слог вышел сорванным. — Какого хера?!

— Пиздец… — прошептал Хару Линь.

И тогда с места у стены тронулся Хун Жэнь. Он подошел и встал слева от Мин Ю, вплотную, плечом к плечу:

— Ясно, значит мы с тобой.

— Эй! — взорвался Лу Шэнь, размахивая руками, будто отбиваясь от невидимых врагов. — Вы чего, вот так просто согласитесь с тренером? Без всяких возражений?! — он перевёл взгляд на Мин Ю, громко выкрикивая. — Ты же наш капитан, Мин!

— Не думал, что скажу это когда-нибудь, — голос Хару Линя звучал устало и честно, — но Лу прав. Так просто это оставлять нельзя.

Джунг Хо, наблюдая за ними, выпрямился, объявляя:

— Решено. Тогда мы тоже уходим.

Они двинулись. Не как группа, а как единый поток, увлекающий Мин Ю за собой по коридору к выходу. Лу Шэнь, загребая воздух, как пловец перед заплывом, добавил:

— Согласен! Мы тебя так просто не бросим!

— Вот именно! — вскочил Хару Линь. — Мы ему устроим такую…

— Остановитесь, ребят.

Мин Ю сказал это негромко, но они застыли на полпути к широкой лестнице, ведущей вниз. Он выступил вперед, обернувшись к ним. Солнце из высокого окна падало ему на спину, оставляя лицо в тени, но они видели жест — ладонь, выставленную вперед, как стоп-сигнал.

— Не нужно так радикально расформировывать клуб, вы так только всё усугубите.

— Тогда что нам делать? — спросил Джунг Хо, отсекая все лишнее. — У тебя есть план?

Тень на лице Мин Ю сдвинулась и он изобразил фальшивую дерзкую ухмылку, которая была отчётливо видна на свету:

— Есть один: вам просто нужно остаться в команде и пойти на тренировку…

— То есть ты предлагаешь оставить всё как есть? — недоверчиво переспросил Джунг Хо.

— Мы тебя так просто не оставим! Мы… — снова вспыхнул Лу Шэнь, но Мин Ю снова остановил его взглядом.

— Послушайте, я ещё недоговорил. — он сделал паузу, давая словам осесть. — Вы пойдёте на тренировку, но тренируйтесь так, словно вам не хватает ключевого игрока — то есть меня. И тогда тренеру придётся вернуть меня в команду.

Джунг Хо медленно кивнул, и в его глазах вспыхнуло понимание, смешанное с уважением.

— Ты прав. Без тебя у нас не будет нужного командного духа. Связка не сработает.

Лу Шэнь, наконец вникнув в суть, широко ухмыльнулся, и его энергия тут же нашла новый выход.

— Значит, будем тренироваться на похуй!

Хару Линь, уже вернувшись к своей привычной роли, тут же вставил шпильку, качая головой с мнимой укоризной:

— Ты всегда тренируешься на похуй, Лу.

— Иди нахуй! — рявкнул Лу Шэнь, но беззлобно, и его кулак легонько ткнулся в плечо Хару.

Мин Ю наблюдая за этой привычной возней, вздохнул и поправил рюкзак на плече.

— В общем, вы идите тренироваться в зал, а я буду на улице.— он развернулся и начал спускаться по лестнице. Его команда провожала взглядом его удаляющуюся спину.

На полпути он обернулся, чтобы помахать им на прощание, и бросил напоследок:

— Удачи вам на тренировках.

Лу Шэнь резко рванулся к перилам, перегнулся через них и, сложив руки рупором, выкрикнул вдогонку:

— Эй, Мин! Не проигрывай там асфальтовым крысам!

Его голос гулко разнесся под сводами. Хун Жэнь просто поднял свою ладонь и медленно помахал ею. Джунг Хо тоже поднял руку в прощальном жесте. Хару Линь, прислонившись к стене, просто поднял два пальца в небрежном салюте.