Поздней ночью, после победы, Мин Ю и его команда покинули уличную баскетбольную площадку, выйдя на пустынный тротуар. Фонари отбрасывали длинные тени, а в воздухе витала усталая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом города. Мин Ю, растянув губы в неестественной улыбке, медленно поднял руку, призывая к вниманию.

— Ребят, у меня для вас отличные новости.

Лу Шэнь, всё ещё возбуждённый игрой, резко повернулся:

— Есть что-то лучше, чем сегодняшняя победа? А ну, выкладывай!

Остальные замерли в ожидании, брови взлетели вверх, глаза сузились от любопытства. Мин Ю неспешно достал четыре толстых пачек банкнот с рюкзака, перетянутую бумажной лентой. Купюры хрустнули в его пальцах.

— Помимо победы и погашения долгов, мы ещё и заработали. Вот ваша доля. Продолжайте слушаться меня — и ваша жалкая школьная жизнь изменится к лучшему.

Он бросил на тротуар 20 миллионов вон. Четыре аккуратных стопки по пять миллионов — каждой ладони хватило бы, чтобы накрыть одну из них целиком.

Команда остолбенела. Джун Хо застыл с полуоткрытым ртом, пальцы непроизвольно дёрнулись, будто проверяя реальность происходящего. Хару Линь медленно провёл языком по пересохшим губам. Лу Шэнь не знал, какую эмоцию ему выдавить.

— Э… Это… — выдавил из себя Джунг Хо. Мин Ю флегматично махнул рукой:

— Чего ждёте? Берите.

Они взяли. Неловко, почти виновато, словно боялись, что деньги испарятся от прикосновения.

— Мы даже не знаем, как тебя отблагодарить… — пробормотал Хару, крепко сжимая пачку.

— Не надо благодарностей. Вы это заслужили. Просто продолжайте побеждать. — голос Мин Ю звучал ровно, но в глазах читался холодный расчёт.

— Но и это ещё не всё, — он резко изменил выражение лица, снова надев маску дружелюбия. — Разве победу не стоит отметить?

— Надеюсь, таких побед будет больше. — хрипло усмехнулся Лу Шэнь.

— Ну так идемте.

Мин Ю развернулся и зашагал вперёд, не сомневаясь, что они последуют за ним. Так и вышло. Они шли, перебрасываясь шутками, вспоминая ключевые моменты игры, но теперь в их голосах звучала новая нота — жадность, возбуждение, преданность.

…

Воздух в заведении был густым и сладковатым, пропахшим дешёвым парфюмом, табачным дымом и алкоголем. Багровый свет алых лампочек лизал стены, отражался в стёклах витрины бара и скользил по обнажённым плечам девушек, которые прижимались к стойке, стараясь поймать взгляд потенциальных клиентов. Шум голосов и приглушённая музыка создавали иллюзию веселья, но в углу, поодаль от всеобщего внимания, царила иная, напряжённая атмосфера.

Там, за массивным столиком из тёмного дерева, сидели две группы мужчин, чьи позы и взгляды выдавали в них не случайных посетителей. С одной стороны — люди, облачённые в униформу чёрных кожаных курток, лица их были каменными и непроницаемыми. Напротив, словно нарочито контрастируя, расположились крепкие мужчины с загорелой кожей, одетые в бежевые рубашки, полотнища которых оттеняли их смуглость.

— Послушайте, господин Чанрат, — начал Тэ Хван, тщательно подбирая слова. — Мы никак не можем быть причастны к такой полномасштабной краже оружия. Обезоружить практически всех ваших людей… это попросту невозможно.

Сидящий рядом с ним Сон Во, человек с умными, хитрыми глазами, кивнул, скрестив руки на груди:

— И это не говоря уже о том, что это нам обоим не выгодно, — добавил он, разводя руками. — Зачем нам резать сук, на котором сидим?

Чанрат усмехнулся, но в его глазах не было и тени веселья. Он наклонился вперёд, уперев локти в стол, и его пальцы сомкнулись в замок, язвительно замечая:

— Если говорить о ваших возможностях, то я их и вправду могу переоценить, но вот насчёт выгоды… вам, как никому другому, будет выгоднее всего выставить нас ненадёжными перед доном!

— Но ведь эти убытки могут и на нас сказаться. Цепная реакция так сказать. Поэтому я до сих пор не вижу связи с тем, чтобы кто-либо из моих людей мог такое сотворить. — беспристрастно ответил Тэ Хван.

Внезапно спокойствие Чанрата лопнуло. Он резко ударил ладонью по столу, заставив звякнуть стаканы. Его лицо исказила ярость, а голос сорвался на крик:

— Тогда объясните мне, какого чёрта после того, как один человек! Один! — он ткнул указательным пальцем в воздух, — практически у всех моих людей чуть ли не голыми руками спёр оружие и смог моим же человеком заставить прийти сюда и ждать его именно у этого столика, где мы последний раз вели переговоры!?

— Как это возможно…? — прошептал Сон Во, больше самому себе.

В этот момент за спиной Чанрата возникла тень. Из полумрака, словно из ниоткуда, вышел крепкий высокий мужчина. Его тёмные каштановые волосы были слегка ниспадали чуть ниже лопаток сзади и чуть ниже глаз спереди, а лицо обрамляли ухоженные усы и небольшая бородка. На нём были чёрные джинсы и белая рубашка с множеством мелких чёрных узоров, рукава которой были небрежно закатаны до локтей. Обнажённые предплечья покрывала паутина татуировок, едва скрывавших старые, поблёкшие шрамы.

В его руке, движущейся с убийственной плавностью, был чёрный «Глок», дуло которого он уверенно упер в затылок Чанрата. Незнакомец улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли тепла:

— Савади, мой болтливый друг.

Повисла гробовая тишина. Все присутствующие замерли, будто поражённые параличом. Музыка и смех у барной стойки казались теперь доносящимися из другого измерения.

Чанрат медленно, с трудом повернул голову, костяшки его пальцев побелели от того, как сильно он вцепился в стол.

— Т-Тэ Саги? — его голос дрогнул и сорвался на хрип. — Т-ты…!?

Тэ Хван, сидевший напротив, напротив, рассмеялся. Это был невесёлый, сухой, похожий на карканье звук.

— Хе-хе-хе, давно не виделись, племяш.

— И тебе привет, дядя Хван. — вежливо кивнул он в сторону дяди, не сводя глаз с Чанрата.

Тот в свою очередь, опомнившись от шока, рванул взглядом в сторону своих людей в бежевых рубашках, которые сидели недвижимо:

— А вы чего так ровно уселись!? — прошипел он, его лицо побагровело. — Стреляйте!

— Ты это мне? — спросил Тэ Саги с притворным удивлением. — Неужели так сильно хочешь покончить с собой? Я ведь ещё даже с предохранителя не снял.

— Гх…!

— Ой, или ты это «своим» парням сказал? — продолжал Тэ Саги, и его улыбка стала ещё шире и холоднее. — Ну, отчасти они могут тебя послушать.

Он щёлкнул пальцами. Звук был негромким, но он сработал, как спусковой крючок. Парни в бежевых рубашках резко, почти синхронно, вскочили с мест. Однако стволы их пистолетов направились не на Тэ Саги и не на людей в кожаных куртках, а на их собственного босса — Чанрата. Их лица были пустыми и безэмоциональными, будто они выполняли самую обыденную работу.

Чанрат с трудом перевёл взгляд с дула пистолета у своего затылка на своих же людей, чьи стволы были по-прежнему направлены на него. В его глазах плескалась смесь невыносимой боли, ярости и полнейшего недоумения.

— В-вы… — его голос сорвался, превратившись в хриплый шёпот. — Вы все на его стороне!?

Тэ Хван, сидевший напротив, тяжело вздохнул и потер переносицу, будто устав от разворачивающегося спектакля:

— Эй, эй, может, притормозишь? Хоть у нас и есть конфликты, но сейчас он нам ещё живым нужен.

— Я прекрасно понимаю, дядя, что если убью его, то дон сразу же подумает на нас, — произнёс он, и в его голосе звучала насмешка. — Но вот только наш друг Чанрат уж больно болтливый. А болтливые люди, как правило, живут недолго.

Тэ Саги свободной рукой, двумя пальцами, сделал спокойный, но властный жест в сторону людей в бежевых рубашках. Те, как по мановению волшебной палочки, опустили оружие и снова уселись на свои места, но на этот раз отодвинулись от Чанрата, дистанцируясь от него.

— Что за херню ты несёшь? — выпалил Чанрат.

— Племяш, мне лучше тоже объясни, что ты только что устроил? Весь наш диалог пошёл под откос. — покачал головой Тэ Хван, его взгляд на племянника был полон смеси одобрения и тревоги.

Сон Во, всё это время молча наблюдавший, скептически приподнял бровь:

— Опять твои игры, Саги?

Тэ Саги повернул голову к нему, и его улыбка стала чуть шире:

— Верно подмечено, Сон Во. Но а если перейти к делу, — он снова посмотрел на Чанрата, — то оружие вам, Чанрат, сейчас не нужны, ведь сейчас же мирное время, не так ли? Зачем копить железо, если не планируешь войну?

— Ублюдок! — прохрипел Чанрат, пытаясь подавить стон.

— Тсс, — Тэ Саги приложил палец к губам. — Неужели тебя больше всего волнует факт пропажи оружия, а не то, что твои же люди предали тебя, а? Вот это, по-моему, куда интереснее.

Чанрат замер, его глаза расширились от нового удара.

— Как ты…!

— А вот теперь мы перешли к делу, — голос Тэ Саги стал тише и опаснее. — Смотри каков расклад — стукачей не любят все, верно говорю, парни? — он обвёл взглядом всех присутствующих, и в ответ ему кивнули даже его собственные товарищи в кожаных куртках.

— И причём здесь я!? — попытался вырваться Чанрат, но в его голосе уже слышалась паника.

— При том, что за пару недель до выхода из тюрьмы я узнал одну вещь от человека, которого ты сам же и подставил, — Тэ Саги наклонился ближе к его уху, понизив голос до ядовитого шёпота. — Он сказал мне вот что… а хотя, знаешь, лучше ты мне ответь, что он мне мог сказать, а? Освежи свою память.

— Да откуда же мне знать!? — Чанрат почти взвыл от отчаяния и боли. — Что ты вообще несёшь!?

— Ох, — с притворной грустью вздохнул Тэ Саги, — похоже, твой пропитанный текилой мозг не способен активировать память. Но ничего, возможно, у меня есть мотиватор для тебя. Либо я скажу это всем, — он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание, — а либо только тебе одному, и ты признаешь поражение и уходишь тихо. Выбирай.

Чанрат замолчал. Его тяжёлое, прерывистое дыхание было единственным звуком, который он издавал. Пот струйками скатывался с его висков. Тэ Хван, наблюдавший за этой сценой, нахмурился. Его пальцы сомкнулись на краю стола.

— Чанрат, мы что-то не знаем? — спросил он, и его голос приобрёл стальные нотки. — Судя по твоей реакции, ты и вправду стукач!?

Сон Во тихо хихикнул, потирая руки.

— Ох, дону это сильно не понравится, ха-ха.

— Твой долбанный племянник не умеет вести дела! — выкрикнул Чанрат, глядя на Тэ Хвана. — Так что его мог сдать вообще кто угодно из вас!

Ответом стал резкий, короткий удар рукояткой «Глока» по затылку. Чанрат ахнул и клюнул головой вперёд.

— Эй, эй, не игнорируй моё присутствие, — голос Тэ Саги прозвучал прямо у его уха, ледяной и спокойный. — Я ведь всё слышу.

— Гх… — Чанрат с трудом выпрямился, в глазах у него поплыли тёмные круги.

— Вот как мы поступим, — объявил Тэ Саги, возвращаясь к своему прежнему тону, будто только что обсуждал погоду. — Ваша контора больше не будет иметь доступа к оружию. А ты сам тихо и мирно уходишь. Скажи спасибо, что сейчас мирные времена и один выстрел в воздух привлекает кучу внимания. Иначе разговор был бы куда короче.

— Раз лишь один выстрел в воздух привлекает кучу внимания, то какого чёрта ты убил Чалерма!? — прошипел Чанрат, вспомнив одного из своих людей, найденного на днях с пулей в голове.

Тэ Саги наклонил голову, изображая задумчивость.

— Раз твоя догадливость как у пятилетнего ребёнка, то я скажу — это была крайняя мера. Что означает, что если ты не уйдёшь с дел, то с тобой будет то же самое. И я даже готов ещё раз отсидеть в тюрьме за это. Считай это моей инвестицией в спокойствие семьи.

— Ублюдок!

Тэ Хван развёл руками, его лицо выражало деловую уверенность:

— Что ж, и так всем понятно, что ты здесь стукач. Прознав об этом дон, тебе легко не отделаться.

— Чего вам нужно от меня!? — выкрикнул Чанрат, и в его голосе прозвучала последняя, отчаянная нота.

Тэ Саги ухмыльнулся.

— Хе, а вот это наконец твоя первая правильная мысль. Тебе нужно распустить всех тайцев. Всю твою группировку. Здесь им больше нечего ловить.

Все присутствующие:

— …А?

Чанрат смотрел на него, будто тот вырос на три головы.

— Э-это… НЕВОЗМОЖНО!

— Ну, есть другой вариант, — Тэ Саги с невозмутимым видом снова упёр дуло в его затылок.

Чанрат попытался блефовать, глядя в пустые глаза своих бывших подчинённых.

— Хе, ты не выстрелишь…

БАМ!

Оглушительный хлопок выстрела разорвал воздух. Чанрат дико закричал, схватившись за ногу, из которой постепенно начинала хлестать кровь.

— ААА! Ёбанный псих!

— Следующий выстрел будет в другую ногу, затем в бёдра, затем руки, уши, щёки… В общем, живым ты будешь, но ходить — уже другой вопрос.

— Кх!!! — Чанрат из последних сил пытался сдержать рёв, его тело билось в конвульсиях от шока и боли.

Тэ Хван с тревогой посмотрел на племянника:

— Племяш, ты поаккуратнее что ли… Не стоит тут весь пол в ковёр превращать.

— Не переживай, дядя Хван. Ведь Чанрат явно усвоил урок и понял, что нужно сделать, верно? — он присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с лицом Чанрата.

Тот, закатывая глаза от боли, что-то беззвучно прошептал.

— Чётче! — скомандовал Тэ Саги.

— Д-да… — выдохнул Чанрат, и в этом звуке была капитуляция.

— Что ж, — Тэ Саги встал, отряхнул рукав рубашки от несуществующей пыли. — А теперь вали отсюда. Твои, точнее, уже мои ребята за тобой проследят. Но не волнуйся, — он добавил с издевательской учтивостью, — дрочить они тебе не помешают.

Чанрат, с помощью двух своих бывших подручных, которые теперь смотрели на него без всякого интереса, кое-как поднялся на одну ногу.

— Кх… ублюдок!

Тэ Саги сделал лёгкий, насмешливый реверанс:

— Ты мне тоже приятен, но извини, я не гей.

Чанрат что-то бессвязно пробормотал, и его, почти без сознания, поволокли к выходу.

Тэ Хван громко расхохотался, с облегчением откинувшись на спинку стула.

— Ха-ха-ха! Как всегда наглец, племяш! Ничего не попишешь.

Дверь за Чанратом и его провожатыми захлопнулась, оставив в багровом полумраке клуба тяжёлое, но уже иное напряжение. Сон Во первым нарушил тишину, его практичный ум уже переключался на следующие задачи. Он отхлебнул из своего бокала, прежде чем задать вопрос:

— Но что нам делать с остальными тайцами? Их не так мало, чтобы просто игнорировать.

— Это уже забота моего дяди Хвана, — заявил Тэ Саги, кивая в сторону главы семьи. — Поэтому, дядя Хван, считай, они под твоим контролем. Но, чтобы дон не заподозрил, что мы отделяемся от него, во главе там будет стоять наш человек.

Тэ Хван фыркнул, и его лицо расплылось в широкой, одобрительной ухмылке. Он с силой хлопнул племянника по плечу.

— Хе-хе, ну ты и хитрожоп! Давай выпьем хоть, отметим твоё возвращение!

— Тебе как всегда трудно отказать, дядя Хван.

— Садись давай, — Тэ Хван грузно опустился на стул и указал на место рядом. — И ты это, ствол-то прибери. Расслабься уже.

— Хм? Я что, забыл надеть штаны? — спросил он с наигранной невинностью.

Тэ Хван фыркнул и расхохотался ещё громче:

— Чёртов пошляк! Я про пистолет, ха-ха!

— Упс, — Тэ Саги с лёгкой, почти актёрской грацией окончательно убрал «Глок» с глаз долой.

Через мгновение Тэ Саги, Тэ Хван и Сон Во разом подняли свои рюмки, и двое последних громко, почти по-братски выкрикнули:

— За твоё возвращение!

Они опрокинули напиток в глотку единым движением. Тэ Хван с силой поставил стопку на стол, с удовлетворением выдохнув.

— Ладно, ребят, мне нужно отлучиться, — он поднялся, потирая поясницу. — Завтра будет сбор в честь тебя, племяш. А вы двое пока тут развлекайтесь, я уже староват для таких ночей, хе.

Тэ Саги поднял взгляд, его губы тронула насмешливая улыбка.

— Да ну, дядя Хван, в жизни не поверю, что ты не осилишь пару дамочек.

— Да иди ты! — отмахнулся Тэ Хван, уже отходя от стола, но по его спине было видно, что он улыбается.

— Пока-пока, дядя Хван!