Матау проснулся лежа лицом вниз в сточной канаве. Его спаситель бесцеремонно сбросил его туда, после чего исчез. Он поднял голову и огляделся, убедившись, что сейчас полночь, а сам он находится где-то в разрушенном Га-Метру.

- Эй? - Позвал он. – Нокама? Венуа? Ную? Онева?

Темнота молчала. Матау пожал плечами и с неохотой добавил:

- Вакама?

Не дождавшись ответа, Тоа Матау поднял руку, чтобы счистить песок со своего лица. Первым, что он увидел, когда зрение прояснилось, было его собственное отражение в жидком протодермисе, наполнявшем канаву. Но то, что смотрело на него, было не Тоа. Это была морда ужасного монстра.

- Нет! - вскричал Матау. Руками он ощупал свою голову, отчаянно надеясь, что это не правда. Однако так и было. Он почувствовал угловатые черты лица, где раньше находилась гладкая, твердая поверхность маски Канохи.

- Но это не я. – Неуверенно сказал он. Тут в нем загорелась ярость – к своему внешнему виду, к Макуте, что разрушил город, ярость к Вакаме, что завел их в ловушку. Он с размаху ударил по луже, исказив свое отражение.

Как будто его можно исказить еще больше, подумал он. Когда вода успокоилась, он увидел другие звериные фигуры позади себя. Это вернулись остальные Тоа.

- Все хорошо, Матау. – проговорила Нокама.

Матау взглянул на неё и на других. Теперь они больше не Тоа, даже не Матораны и не Турага. Теперь они чудовища… монстры… существа из страшилок для Маторанов.

- Хорошо? - огрызнулся он. – Ты считаешь, что это хорошо? -

- Мы все живы, - ответила Нокама. – И мы найдем выход. Вместе.

- Как и полагается друзьям. – Добавил Венуа, чей голос стал еще мягче, чем когда-либо.

Матау повернулся к Вакаме и подошел вплотную к Тоа Та-Метру.

– Что-то я не слышу тебя, тупоголовый. В чем дело – занят составлением нового гениального плана?

Вакама отступил на шаг и прорычал:

- Я с планами закончил.

- Что ж, это первая замечательная новость с тех пор как я стал уродом. – Ответил Матау.

Нуджу вклинился между ними:

- Неважно как мы сейчас выглядим. Было бы лучше, если мы использовали свои способности, чтобы понять, как мы стали… тем, что мы есть теперь.

Нокама кивнула.

– Чем раньше мы это сделаем, тем быстрее спасем Маторанов.

Неудовлетворенный, Матау повернулся к ним.

– Ну и как по-твоему мы это сделаем, если нас самих нужно спасать?

Никто не ответил. А потом голос, отягощенный возрастом и мудростью, нарушил спокойствие, однако, говорившего нигде не было видно.

- Если вы мудры… и хотите вернуть свой прежний облик…

Шесть странных фигур явились из мрака, лицо каждого напоминало голову Ракши, а тело – как у Рахи. Тот, что стоял впереди, был темно-красного цвета, и он переводил взгляд с одного Тоа на другого.

- …тогда вы выслушаете. – Сказал он.

Рудака стояла во мраке комнаты, в которой располагались солнечные часы. Мощный механизм был испорчен с начала двойного затмения в Метру Нуи – момента, которого так ждал Макута, и в который он осознал свою судьбу. Но Тоа сокрушили его, победили, и теперь он был заключен в протодермисе.

Черная как смоль, вице-королева Висораков пристально смотрела на камень в своей ладони. Камень был неровный, похожий на темный обсидиан, она отколола его от поверхности вещества, сковывающего Макуту. Даже столь малый, он причинил ей великую боль, ведь только Тоа может нарушить целостность этого протодермиса безболезненно.

- Отдыхай, мой Макута, - Пропела она камню. – Спи и знай, что пока ты спишь, я приближаю твое пробуждение.

Она улыбнулась той улыбкой, от которой храбрейший Висорак будет удирать в поисках убежища.

- Тоа вернулись, как ты и говорил. Сейчас их разбитые тела принесут мне, и я смогу вытянуть их элементарные силы. С чьей помощью я разобью ненавистные оковы, мешающие нам воссоединиться!

Рудака осторожно, любовно поместила камень Макуты поверх своего сердца. Камень стал пульсировать ему в такт.

- И потом не будет нужды в этих играх, - прошептала она. – Вместе, ты и я, будем…

Рудака резко остановилась. Выражение её лица застыло будто камень. Холодно, она спросила:

- В чем дело?

Висорак отступил от сгустившихся теней, выражая большое желание обратиться в бегство. Но если новости, которые он принес не будут сообщены, она его из под земли достанет и… От одних этих мыслей Висорак содрогнулся и начал доклад. Рудака слушала внимательно. Спустя пару мгновений она перебила:

- Тоа? Почему ты говоришь так, будто они еще живы?

Пасть Висорака пересохла. Он быстро осмотрел комнату, убеждаясь, что выход близко. Затем очень тихо ответил на вопрос.

Реакция Рудаки была незамедлительна. Развернувшись, она ударом превратила колонну в пыль. Висорак начал отступление, пока её злость не обернулась на него.

Но вице-королеву интересовал не жалкий паук. Нет, гнев её касался довольно необычной группы существ, чьё имя она выплюнула, словно яд:

- Раага!

- Китонгу.

После произнесения имени, Раага Норик помолчал в ожидании ответа. Но выражение лиц Тоа говорило, что им не встречался никто с таким именем.

Наконец, Онева сделал вид что понял.

- Кит Онгу. – произнес он, как само собой разумеющееся.

Норик быстро взглянул на Тоа Хордика Камня и продолжил.

- Китонгу – самое благородное Рахи, величайший знаток ядов. Он, без сомнения, наша единственная надежда устоять против орды Висораков. Если вы желаете вновь стать Тоа, Китонгу вы должны найти.

- Но… что с нами случилось? – спросила Нокама.

- В вас течет яд Висораков, Хордика. – Тяжело ответил Норик. – Если его не нейтрализовать, он возьмет верх… и Хордиками вы останетесь. Навсегда.

Нуджу нахмурился. Он строил об этом теории с того момента, как незнакомцы появились. Посмотрев на Норика, он тихо спросил:

- Также, как и ты?

- Я – Раага. Норик меня зовут. - Затем это причудливое существо указало на своих компаньонов и представило их. – Гааки, Бомонга, Куалус, Поукс, Ируини.

Последовала тишина. Её нарушил Матау, который неловко спросил:

- Ну… а с тобой что произошло?

- Все в свое время, - ответил Норик. – И оно еще не пришло.

Нокама тряхнула головой. В самом деле, неважно, что эти «Рааги» из себя представляют. Её волновало то, что им известно.

- А вы отведете нас к этому Китонгу?

Ируини зашелся в смехе. Норик повернулся и сурово посмотрел на спутника: - Ируини!

- Я не понимаю. – Нокама смотрела на обоих.

- Так Ируини хочет сказать, что это будет… нелегко, - ответил Норик. – Мы пришли в Метру Нуи в поисках Китонгу, но есть те, кто… эээ… сомневается в его существовании.

Глаза Нуджу сузились:

- А ты?

Норик выпрямился в полный рост и гордо произнес:

- Я верю.

Нокама кивнула.

- Тогда и мы должны.

- Да что ты, сестра, - прервал её Матау. – Может, стоит обдумать-обсудить это? Вместе? – Он повернулся к Вакаме, который сидел вдали от остальных. – Что скажешь, ваятель масок?

Тоа Хордика Огня смотрел на пламя. Тон его голоса говорил о том, что мысли витали очень далеко.

- Я хочу сказать, что мы пришли в Метру Нуи спасать Маторанов. А не охотиться на Рахи.

- И ты знаешь, как это сделать? – Надавил на него Норик. – Может быть, используя свои способности Хордики? Которыми ты так и не научился пользоваться.

- Не знаю.

- Не знаешь, или не хочешь посвятить нас в свои размышления? – С вызовом спросил Норик.

Вакама отвернулся от огня и тяжело взглянул на Раагу. Потом он встал и растворился во тьме, бросив лишь: - Никого из вас.

- Вакама! – Позвала Нокама, шокированная его поступком.

Норик опередил встревоженную Тоа Хордика:

- Я с ним поговорю.

- А как насчет нас? – спросил Матау. Норик улыбнулся, но на лице у него было мало веселья.

- Приготовьтесь. Мы испытаем легенду.

Немного времени потребовалось Норику, чтобы успокоить Вакаму и прийти с ним к компромиссу. Вернувшись к Тоа Хордика, они оба сообщили, что спасение Маторанов более приоритетное дело, чем поиск Китонгу. Также, все шесть Тоа согласились с тем, что постепенное становление Хордиками не должно быть помехой перед спасением спящих жертв Макуты.

Никто не сомневался в успехе операции – во всяком случае, ни один не решился признаваться в своих сомнениях. До сих пор нерешенным оставался вопрос, как доставить Маторанов из города на поверхность. “Ликан II” не подлежит восстановлению, а даже если бы и подлежал, тысячу Маторанов ему не унести. В итоге Матау предложил собрать материал и детали, построить из них летательные аппараты и завершить начатое.

Легче сказать, чем сделать: весь город наводнили Висораки и сошедшие с ума Рахи. Пережив множество опасных приключений, Тоа Метру собрали все самое необходимое и начали строить и прятать воздушные корабли. Как только Матораны станут свободны, не будет необходимости задерживать побег из города.

Несмотря на победы, Тоа Хордика утеряли сплоченность и все больше действовали поодиночке. Они быстро освоили спиннеры Ротука, которые теперь носили, но звериные стороны их души подчиняться не спешили. Очень часто они позволяли гневу управлять собой, особенно если была угроза бедствия. Вакама целыми днями ходил наполненный яростью и, наконец, стал избегать остальных Тоа. Большую часть времени он проводил среди руин, бродил вдалеке от стоянки каждый день, как будто разрывая невидимую цепь, что связывала его с Нокамой и остальными. Он осмотрел развалины когда-то гордо стоящего города, как будто отражавших, чем Тоа были, чем они были когда-то раньше и чем они стали теперь.

Он настолько запутался, что он иногда не замечал, как сильно изменился Метру Нуи. Архивы разрушены землетрясением, а все Рахи, живущие там, сбежали и скитались по городу. Практически фатальное напоминание последнего произошло на одной из его прогулок, когда дикий кот Муака выпрыгнул из-за каменной насыпи прямо напротив него. Муака рыкнул на Вакаму, его мышцы напряжены, и когти готовы разорвать Тоа Хордика. Вакама отреагировал чисто инстинктивно. Он присел, подобрался, тоже выставил вперед когти и зарычал наподобие Рахи. Его действия не были спланированы, он, как животное, показывал свою силу. Механизм спиннера Ротука, который был теперь частью его анатомии, пришел в боевую готовность.

Муака сделал шаг назад. Это существо выглядело похожим на других двуногих, что ловили Рахи давным-давно, но оно действовало по-другому, как зверь. Как очень грозный зверь. Придя к выводу, что добычу можно найти и побезвреднее, Муака ретировался.

Вакама заставил себя расслабиться. С огромным усилием, он подавил восстание Хордики и позволил разуму вернуться.

- Что за… - начал он.

- Оно тебя не тронет.

Тоа Хордика Огня повернулся и увидел приближающегося Норика. Раага незаметно следовал за Вакамой, когда тот ушел из лагеря. К слову, чутье Хордики помогало Вакаме сводить на нет возможность преследования.

- У меня свое мнение об этом. – Ответил Вакама.

Норик посмотрел вслед Муаке.

- Ты его напугал. Муаки по натуре одиночки, и им неприятно, когда рядом кто-то есть. Он указал на Вакаму. – В тебе есть нечто от них.

В этот момент Раага заметил, что Ротука спиннер Вакамы все еще активен и готов к запуску.

- Осторожнее с этим. – Сказал он. – Эта штука очень могущественна.

Вакама только сейчас осознал, что огненный спиннер работает, и позволил ему рассеяться. Знание, что это оружие вызывает у Рааги такое же уважение, как и у Муаки, дало ему некоторое удовлетворение.

- Я как раз собирался это проверить... мудрец, - ответил он с большим сарказмом в голосе. Затем отвернулся и пошел прочь и вновь его остановил голос Норика.

- Как насчет твоих друзей?

Вакама приостановился, и зло произнес:

- Бывших друзей. Они думают, быть предводителем очень просто, пускай сами попробуют.

- Ты прав. – Кивнув, ответил Норик. – Но без тебя они не справятся. А ты без них.

- С чего ты взял?

- Не я, а Великий Дух. – Уступил Норик. - Единство, Долг и Судьба. Если ваша задача спасти Маторанов, вы это сделаете вместе. Такие вещи изменить нельзя.

Вакама пристально смотрел на Раагу, обдумывая его слова. Потом опять отвернулся и скрылся в ночи.

- Увидишь. – Огрызнулся он.

Норик наблюдал, как он уходит. Да, Вакама, я так и поступлю, сказал он себе. Ты как медведь в эти темные дни. Больше… больше, чем ты сам думаешь.