Юноша все еще был облачен в красный халат, оттеняющий его кожу до мертвенно-бледного, бумажного цвета; горло словно распилили, и когда он говорил, голос звучал сипло, пропуская воздух.

Это был призрак с лицом Мин И.

Он спросил девушку-культиватора:

— Есть ли здесь совершенствующая по имени Мин Юэ И?

Одна из душ девушки-культиватора [1], казалось, была зажата в его руке; она уже давно потеряла ясность рассудка и, отозвавшись, кивнула:

— Есть, это третья старшая сестрица пика Фэньцзин.

• [1] В даосизме считается, что у человека три души (хунь) и семь духoв (по). Потеря одной из них ведет к потере воли и рассудка.

— Третья шицзе? — юноша нахмурился, затем стиснул зубы и медленно, холодно усмехнулся. — Неудивительно, что она смогла сбежать от меня.

Вспомнив, что тогда он почти смог жениться на сестрице [2], но все испортил человек, появившийся неизвестно откуда, из-за чего ему пришлось инсценировать смерть и бежать; и когда он наконец с трудом выбрался снова, то обнаружил, что в городе Юнь был установлен массив истребления демонов. Не сумев войти, он окольными путями добрался до пика Фэньцзин.

• [2] Сестрица (姐姐) — здесь обращение «старшая сестра» (цзецзе).

Хотя на пик Фэньцзин обычным демоническим тварям хода нет, он побывал в Море Футу, признал господина Чжу Яня своим хозяином и получил тело культиватора, мало чем отличающееся от его прежнего облика, благодаря чему и смог проникнуть на пик Фэньцзин.

Во всем виновата эта толпа культиваторов; если бы не они, я бы уже давно был вместе с сестрицей навеки.

Юноша, посетовав про себя, повернул голову и посмотрел на девушку-культиватора рядом; чернота в его зрачках постепенно заполнила все глаза, не оставив ни капли белка, и он мрачно спросил ее:

— Девушка, я собираюсь найти человека, чтобы отомстить. Ты готова помочь мне?

Девушка не понимала, о чем он говорит, и покорно кивнула:

— Хорошо…

Юноша улыбнулся, протянул руку, толкнул девушку на землю и начал рвать ее юбку, намереваясь съесть это тело, чтобы иметь запас на случай непредвиденных обстоятельств.

Спрятавшаяся в стороне Мин Юэ И не ожидала, что этот Мин И окажется еще и похотливым призраком, который без лишних слов разорвал юбку культиваторши.

Издали донесся испуганный крик девушки; Мин Юэ И крепче сжала длинный меч и вышла из укрытия, с холодным выражением лица нанося удар по юноше, который был ни призраком, ни демоном.

Юноша, только собиравшийся открыть рот, не ожидал, что позади кто-то есть, и едва не был разрублен мечом пополам.

Он перекатился по земле, поднял мрачный взгляд и, увидев пришедшую, расплылся в свирепой улыбке:

— Отлично, так ты здесь. Как же тяжко мне было тебя искать. Верни мне сестрицу, верни ее мне.

Сказав это, он сложил руки когтями и бросился на Мин Юэ И.

Мин Юэ И бросила меч стоявшему рядом Пу Юэ Миню и приказала:

— Прими бой, я посмотрю, как там младшая сестрица.

Пу Юэ Минь поймал упавший ему в объятия широкий меч, небрежно блокировал атаку и обиженно уставился на ее спину, удаляющуюся к другому человеку.

Шизце всегда беспокоится о посторонних и даже не думает, сможет ли мой нынешний «уровень культивации» одолеть злого демона. Меня могут спровоцировать, и яд активируется.

Шизце… несправедлива. Глаза юноши покраснели от обиды.

Нападавший чахоточный призрак перевел взгляд на его лицо; его черные глаза внезапно сузились в круглые точки, он открыл рот, чтобы что-то сказать, но юноша-мечник внезапно нанес горизонтальный удар мечом.

Он поспешно отпрянул назад, уклоняясь от свирепой ци меча, и поднял голову, сложно глядя на Пу Юэ Миня:

— Это ты!

Пу Юэ Минь не ответил на его удивление; его пальцы, сжимающие меч, были бледными и худыми, он с отвращением смотрел на вылезшую тварь.

Еще чуть-чуть, и я мог бы воспользоваться невнимательностью шизце и коснуться ее.

Мертвая тварь.

С этой обидой он нанес следующий удар мечом.

Чахоточный призрак, увидев жажду убийства в его глазах, забыл о лежащей на земле культиваторше, развернулся и бросился бежать в другую сторону.

Мин Юэ И, поддерживая девушку, подняла голову и резко крикнула:

— Пу Юэ Минь, не дай ему уйти.

Пу Юэ Минь кивнул ей и мгновенно, словно красная вспышка, бросился в погоню.

Когда две фигуры исчезли в лесу, Мин Юэ И отвела девушку-культиватора под дерево.

— Старшая сестрица Мин. — Девушка медленно приходила в себя, глядя на женщину перед собой, едва не плача.

Мин Юэ И успокоила ее, спросив пониженным голосом:

— Ты в порядке?

— В порядке. — Пережив только что такой ужас, девушка тихо всхлипывала.

Мин Юэ И не выносила женских слез и уже собиралась обнять ее, как вдруг опустила взгляд и случайно посмотрела на землю.

Хотя вчера ночью прошел сильный дождь, сегодня слабый свет был хорош; золотистые лучи падали на землю, очерчивая четкие линии теней.

Но сейчас под девушкой-культиватором тени не было.

Мин Юэ И положила руку на голову девушки, закрывшей лицо руками в плаче, и мягко утешила:

— Младшая сестрица, не плачь, теперь ты в безопасности.

Девушка подняла жалобное лицо и всхлипнула:

— К счастью, я встретила старшую сестрицу, иначе сегодня меня, возможно, убила бы та нечисть, ни демон, ни призрак.

Мин Юэ И произнесла «мгм», сконцентрировала силу в ладони и спокойно, даже равнодушно раздробила красивую голову девушки-культиватора.

Недосказанные слова девушки исчезли на ветру, отдавая болотной вонью.

Как бы быстро Мин Юэ И ни уклонялась, избежать этого не удалось: брызнувшая при взрыве головы вонючая грязь испачкала подол ее юбки.

«Девушка-культиватор», лишившаяся головы, словно не заметила этого; она все так же сидела на месте, булькая болотной вонью, а из лопаток, разрывая кожу, дрожа, вылезли крылья.

Это был демон-бабочка, натянувший человеческую кожу.

Мин Юэ И убрала его в тыкву для ловли демонов и, не заботясь об очистке юбки от вонючей грязи, подумала о Пу Юэ Мине, погнавшемся за чахоточным призраком. Почувствовав неладное, она поспешно сложила ручную печать и бросилась следом.

* * *

В лесу, где кроны высоких деревьев закрывали солнце, чахоточный призрак упал на землю, словно пнутый мяч.

Он выплюнул клуб черной демонической ци, поднял глаза на идущего к нему юношу и громко закричал:

— Мин И, не убивай меня, посмотри, это же я.

Он давно не слышал этого имени.

Пу Юэ Минь остановился; он прижимал меч к щеке, терся красивым лицом о лезвие, а улыбка на губах была нежной:

— Кого ты назвал Мин И?

Прошло так много лет. Он думал, что тот его забыл, и поспешно сказал:

— Это я, Мин Чжэнь, мы вместе выросли, ты забыл?

Вместе выросли?

Он — прирожденный демон, с рождения он никогда ни с кем не рос вместе.

Пу Юэ Миню надоело слушать; он высунул алый язык и одержимо лизнул рукоять меча.

М-м, шицзе держала это.

Он был счастлив почти до того, что хотел выпустить змеиное жало и обвиться вокруг меча.

Эта настолько извращенная сцена поразила Мин Чжэня; видя, что за столько лет юноша превратился в такое, он подумал, что человек, которого ищет господин Чжу Янь — возможно, именно он.

Мин Чжэнь тут же сказал:

— Неважно, помнишь ты меня или нет, сейчас я нахожусь под началом господина Чжу Яня. Господин Чжу Янь послал людей искать тебя, он хочет, чтобы ты отправился в Море Футу…

Он не успел договорить, как что-то обвило его горло, и он мог издавать лишь свистящее мычание.

Мин Чжэнь высунул длинный бледный язык, его полностью черные глазные яблоки выкатились и повисли; он увидел, что его шею намертво сдавила неизвестно когда появившаяся тонкая змея, и его, как кучу гнилого мяса, потащили по земле.

Носок черного сапога опустился перед ним, а затем его лицо безжалостно придавили ногой.

— Это ты во всем виноват, а ведь мне, очевидно, можно было не лизать меч. — Пу Юэ Минь уставился на нечисть под ногами, которая не была ни человеком, ни призраком, ни демоном, и винил его.

— Я почти лизнул губы шицзе, проник внутрь, чтобы лизнуть ее неполноценное сердце, оставить на нем свой запах, ты виноват, ты виноват. Почему не пришел позже? Пришел бы, когда мы с шицзе закончили целоваться. Ты виноват.

Мин Чжэнь сейчас использовал человеческое тело; шею сдавило так, что он не мог дышать, не мог вымолвить ни полслова, а лицо, казалось, вот-вот будет раздавлено им в кашу.

Откуда ему было знать, что эти двое здесь собираются миловаться? Если бы знал раньше, не стал бы тревожить Мин И, и уж тем более не думал бы искать какую-то Мин Юэ И ради мести.

Он слишком хорошо знал Мин И: крайнее зло и крайнее добро — все зависит от настроения.

Сейчас Мин И — это крайнее зло.

Но теперь его лицо раздавлено, шея почти отделена от тела; если он умрет в этот раз, его, возможно, съедят, и в мире больше не будет Мин Чжэня.

Мин Чжэнь дрожащей рукой потянулся и резко схватил то ли слишком длинные черные волосы юноши, свисающие перед лицом, то ли подол халата.

Едва коснувшись, он вдруг услышал странный вскрик юноши.

— Как больно.

Что больно?

Мин Чжэнь, трясясь, попытался убрать руку, и тут услышал, как тон юноши, который только что был воплощением зла, стал совсем мягким.

— Шицзе…

Мин Юэ И, подоспев, как раз увидела, как длинные, подобные черному атласу волосы Пу Юэ Миня дергает лежащая на земле нечисть с высунутым языком.

Обнимая широкий меч, он повернул голову и посмотрел на нее; в его глазах стояла водянистая дымка, а уголки глаз жалко покраснели:

— Шизце, ты наконец пришла.

Мин Юэ И подлетела, одним ударом меча отрубила руку демона и протянула руку Пу Юэ Миню:

— Шисюн, дай мне руку.

Ресницы юноши от радости намокли, бледно-розовые тонкие губы слегка изогнулись в улыбке; он протянул ей ледяную бледную руку, словно несчастный смертный, попавший в беду и получивший спасение.

Почувствовав, что давящий носок сапога поднялся, лежащая на земле нечисть ощутила шанс на спасение.

Он перекатился по земле, а затем, словно страшась отстать хоть на шаг и рассеяться в мире, безумно бросился бежать, боясь, что если задержится хоть на мгновение, то станет душой, погибшей под мечом этих двоих.

Мин Юэ И, видя, что он убегает, хотела броситься в погоню, но только что спасенный Пу Юэ Минь вдруг без причин рухнул на землю.

— Шизце…

Мин Юэ И, не обращая внимания на нечисть, развернулась и присела рядом с ним:

— Шисюн, ты в порядке?

Пу Юэ Минь прислонился к ее плечу, поднял разгоряченное лицо с затуманенным выражением; его изящное тело неудержимо дрожало:

— М-м, мне плохо.

— Где плохо? Ты ранен? — испугалась Мин Юэ И, услышав это.

Девушка-культиватор оказалась демоном-бабочкой из Моря Футу, а нечисть из Моря Футу способна захватывать тела совершенствующегося.

Мин Юэ И подумала, что в него вселилась нечисть, поспешно призвала Фушэн, сжала его ледяное костлявое запястье и направила Фушэн внутрь, чтобы очистить демоническую ци в его теле.

Как и при их первой встрече, Пу Юэ Минь не выставил против нее защиты, и Фушэн с легкостью проник внутрь.

Его меридианы были чисты, демонической ци не было.

Мин Юэ И наконец успокоила свое высоко подвешенное сердце и собралась извлечь Фушэн, как вдруг случилось то же, что и в прошлый раз.

Он незаметно открыл свой духовный корень, и Фушэн, словно встретив сладкую росу, устремился внутрь так быстро, что она не успела остановить его; он вошел в мгновение ока.

Два духовных сознания, одно холодное, другое теплое, словно скользкие змейки, нежно сплелись вместе.

Сжались, обвились, стали неразличимы.

— Ах… — Фушэн в голове Мин Юэ И был настолько возбужден, что она почти не могла сосредоточиться на управлении духовной силой; потеряв контроль, она отпустила руку и прижала ее к трепещущему сердцу.

Она опустила голову, легко дыша; на щеках вспыхнул румянец, а поднявшаяся в глазах блестящая влага намочила ресницы.

Так приятно.

Юноша, которого она бессильно отпустила, медленно открыл глаза, глядя, как она мучается от желания; на его потрясающе красивом лице появилась затуманенная улыбка. Он схватил ее за запястье и нежно притянул в свои объятия, продолжая позволять еще большему количеству духовной силы обвивать ее, разделяя с ней радость от которой их души не хотели расставаться.

Мин Юэ И ослабла всем телом, бессильно прижатая к его груди; с пунцовыми щеками она прерывисто и сбивчиво дышала, изо всех сил стараясь сохранить ясность ума и извлечь Фушэн, но ее духовное сознание тонуло в редко испытываемом удовольствии, и ей оставалось лишь позволить ему уткнуться лицом в ее шею и плечо, липко тереться холодными губами.

Две невидимые духовные силы приняли свои истинные формы.

Красивая белая змея и лотос с закрытой сердцевиной.

Мин Юэ И словно увидела, как эта белоснежная маленькая змейка вползла на Фушэн, высунула алое жало и жадно лижет его, а сердцевина Фушэна медленно раскрывается, чтобы принять.

Несколько капель вязкой слизи с лепестков упали на змеиный хвост.

Белая змея, словно получив изысканное вино, возбужденно сузила зрачки в вертикальные щели, обвила Фушэн хвостом кольцо за кольцом и, вытянув голову, начала проникать внутрь.