Перевод: Astarmina

Дверь кареты отворилась, и гости начали выходить. Однако первой вышла не жрица Пис, а мальчик с короткими серебристыми волосами.

Рэйчел узнала мальчика в белых чистых одеяниях священнослужителя.

«Почему ты вышел оттуда?»

Энок, помощник из «Папа, привет», которого часто принимают за главного героя. Когда-то Рэйчел усердно его искала, но до сих пор не могла найти, а теперь он неожиданно появился.

Легкий ветерок всколыхнул его серебристые волосы. Мальчик был настолько красив, что казалось, будто за ним сияет ореол света.

Рэйчел увидела вокруг него кружащиеся призрачные цветы. Быстро хлопнув себя по щекам, она вернулась к реальности.

Вышедший первым мальчик остановился у дверцы кареты, помогая спуститься жрице Пис.

— Добро пожаловать!

— Сестра моя!

Две женщины обнялись. Наблюдая за их непринужденным общением, Рэйчел подумала, что оно отличалось от их встреч в храме.

Может, всё дело в поместье? Эвелин отбросила условности и формальности.

Вскоре женщины отстранились друг от друга, расспрашивая о новостях, и на одни только ответы потратили почти пять минут.

— О боже, что со мной! Как я могла оставить гостей во дворе? Давайте пройдем внутрь и продолжим беседу.

Рэйчел пристально посмотрела на Эвелин. Этот взгляд был молчаливым напоминанием о том, зачем пригласили священника.

Заметив ее взгляд, Эвелин неловко улыбнулась и направила их внутрь.

— Это моя дочь Рэйчел. Вы ведь встречались раньше?

— Действительно выросла. Однако...

Жрица Пис замялась. Рэйчел не удивилась её реакции, зная, какие слова могли сорваться с её уст.

Вместо этого она посмотрела на мальчика, стоявшего позади жрицы. Хоть он и выглядел моложе, чем в оригинале, это определенно был Энок.

В оригинальной истории он появляется в вестибюле главного здания как «безымянный серебровласый мужчина». Он излучает священный свет, убивая врагов, носит на спине обессилевшую Рэйчел и решает другие проблемы, когда они с разделяются в боковом здании из-за ловушки.

Лишь перед спуском в подвал он наконец раскрывает своё имя.

«Так ты священный рыцарь из храма! Я не видела тебя, когда ходила в храм раньше».

Теперь, даже в следующем круге, она сможет его найти. Рэйчел внимательно изучала его лицо.

Он хмурился, явно чувствуя себя неуютно с момента появления во дворе и до входа в особняк, но даже с этим выражением оставался красивым.

В оригинале он никогда не злился, всегда был мягок, но теперь, еще не избавившись от юношеской непосредственности, он честно выражал свои эмоции.

— Святая мать...

— Не сейчас. Давайте сначала поговорим в гостиной.

Энок попытался что-то сказать жрице, но был остановлен. Рэйчел убедилась в правильности своих предположений.

Они перешли в гостиную на первом этаже, куда следом прибыла горничная с подносом.

После того, как перед каждым поставили чашку и разлили чай, горничную отпустили.

— Не удивились моему внезапному приглашению?

— Чему тут удивляться? Даже если бы сестра Эвелин сказала, что собирается убить дракона, я бы не удивилась.

Жрица спокойно ответила на вопрос Эвелин, а сидящий рядом Энок широко раскрыл золотистые глаза. Точнее, он отреагировал на имя Эвелин.

— Правда? Это та самая госпожа Эвелин?

Мальчик, всю дорогу хмурившийся, засиял, будто встретил своего героя. Рэйчел не понимала его реакции и посмотрела на Эвелин.

— Не знаю, какую Эвелин ты имеешь в виду, но если это Эвелин, когда-то служившая в храме, то да, это я.

От ответа Эвелин лицо Энока просияло, словно ребенок получил рождественский подарок.

Рэйчел вновь задумалась о прошлом Эвелин. Для неё та была просто красивой аристократкой, и она совершенно не понимала, почему Энок так реагирует.

— Святая мать, кто этот статный юноша?

На вопрос Эвелин Энок выпрямил плечи и расправил грудь.

— Мой протеже.

— Святая мать?

— Представься.

— Слуга Господа Люкса, Энок.

За это время жрица Пис успела отпить чай. Энок, осознав свое излишнее возбуждение, успокоился.

— На самом деле, не я хотела поговорить со святой матерью, а моя дочь.

Все взгляды обратились к Рэйчел. Она спокойно улыбнулась.

— Здравствуйте. Как сказала моя мать, я просила пригласить вас. Думаю, вы уже почувствовали, что я хотела бы проконсультироваться насчет моих способностей, тела и этого особняка.

На ее слова жрица Пис задумчиво спросила:

— Рэйчел, похоже, вы уже многое знаете.

— После несчастного случая на лестнице я начала видеть зловещие видения будущего через сны. В основном о своей смерти.

Не было необходимости упоминать о смерти и возвращении во времени. Сны были самым безопасным объяснением.

— В первом сне я умерла, когда на меня упал обломок с крыши.

Эвелин кивнула на ее слова.

— В день, когда Рэйчел очнулась, с крыши упала доска. Она предсказала это происшествие до того, как оно случилось.

— Что было дальше?

— Статуя, колодец, карета, шершни, грабители, розовые кусты, молоток, лестница в подвал. И даже кукла — всё это причины моей смерти, которые я видела во снах.

Хотя Рэйчел еще не умирала из-за куклы с кинжалом, она включила и её в список.

— Так много?

Эвелин, впервые услышавшая об этом, выглядела потрясенной.

«Она, вероятно, думала, что даже при зловещих предсказаниях их будет всего несколько».

Казалось, она была удивлена, что Рэйчел знала гораздо больше, чем она предполагала.

Затем Эвелин заговорила:

— Святая мать, на самом деле несчастный случай с Рэйчел не был падением с перил лестницы.

Рэйчел повернулась к Эвелин. Она впервые слышала об этом. До сих пор считала, что её предшественница, в тело которой она вселилась, пострадала в результате падения с лестницы.

Жрица Пис кивнула, предлагая продолжить, и Эвелин продолжила:

— За несколько дней до этого я чувствовала на себе чей-то взгляд. Я ощущала присутствие и пыталась выследить его, но оно мгновенно исчезало.

— И даже с вашими способностями вы не смогли его поймать, сестра?

Жрица Пис естественно упомянула о способностях Эвелин. Рэйчел про себя недоумевала, какие способности могут быть у её обычной матери, позволяющие ловить нечто подобное.

— Да. О несчастном случае с Рэйчел я сказала семье и слугам, что она опиралась на перила и упала, но... — Эвелин посмотрела на Рэйчел. Она явно колебалась. — На самом деле, черная тень схватила ее, и когда я заметила, тень исчезла на месте. Похоже, Рэйчел не помнит этого.

Что это такое? Страшно! Рэйчел вздрогнула, ощутив мурашки, и потерла руки.

Хотя оригинальная игра и была в жанре хоррор, до сих пор не было ни призраков, ни монстров. Случались несчастья, но они были далеки от ужасов, а теперь Эвелин вдруг заговорила о черной тени.

— Теперь моя очередь. Я чувствую зловещую ауру вокруг тела Рэйчел и этого особняка.

Рэйчел уже слышала это раньше и не испытала особых эмоций, но Эвелин сломала веер, который держала в руке.

Девушка почесала щеку, наблюдая, как Эвелин сломала веер, который явно был слишком прочным, чтобы сломаться от обычного усилия одной руки.

— Зловещая аура?

— Вы имеете в виду ауру Темного Лорда?

На вопрос Эвелин ответила не жрица, а Рэйчел. От её ответа Эвелин ужаснулась.

Она встала с дивана и схватила ее за плечи.

— Что ты говоришь? Ты занималась черной магией?

Черная магия. В этой стране черная магия считалась крайне злой силой. Черных магов в Кудасе строго преследовали.

В прошлом некий черный маг вызвал великого демона, в результате чего целое малое королевство было стерто с карты.

Эвелин, обычно снисходительная к детям, смотрела на Рэйчел так, будто черная магия — единственное, что она не могла простить.

Рэйчел было так больно от хватки на плечах, что она не могла ответить. Жрица Пис встала и остановила Эвелин.

— Не в этом дело. Она не заключала договор с Темным Лордом, а стала его целью.

После объяснения жрицы Эвелин ослабила хватку и тяжело опустилась на диван.

— Почему?

Жрица Пис подошла к Рэйчел и влила в неё священную силу. Пульсирующая боль в плечах мгновенно утихла.

— Не беспокойтесь слишком сильно. Благодаря покровительству бога они пока не могут навредить ей.

Наконец Эвелин с облегчением вздохнула и извинилась.

— Вы знали об этом, Рэйчел?

— Это тоже часть зловещих предзнаменований.

Рэйчел уклончиво ответила. Было странно, что они так естественно принимали её способности.

— В таком случае, давайте осмотрим внутреннюю часть особняка, как просила Рэйчел?

Четверо вышли из гостиной. В коридоре Рэйчел заметила Анри, который беспокойно расхаживал. Эвелин радостно окликнула его:

— Дорогой?

Обычно в это время он всегда уезжал в столицу. Но в этот раз он остался в особняке, никуда не поехав.

Эвелин была рада этому, но Рэйчел прищурилась.

«Почему он не поехал?»

— Вы беспокоились о Рэйчел, да? А ведь не слушали, когда я предлагала вам присоединиться!

Эвелин, улыбаясь глазами, похлопала мужа по спине. Рэйчел, видя его болезненную гримасу, мысленно помолилась за спину Анри.

— Святая мать, можно поговорить с вами наедине перед вашим уходом?

— Конечно.

— О чём, дорогой? Я могу рассказать вам всё, что вы хотите знать.

Эвелин сказала это игривым тоном, но Анри ответил, что ничего важного.

— Приятно видеть вас вместе. Я встречусь с вами перед отъездом. Или, может быть, хотите пойти с нами сейчас?

На предложение жрицы Анри решил присоединиться к ним.

Сначала они осмотрели коридор первого этажа, недалеко от гостиной. Жрица и Энок сразу остановились перед бюстом в коридоре, украшенном картинами и статуями для посетителей.

Белоснежный гипсовый бюст был детально проработан, вплоть до каждой морщинки.

Это была искусно выполненная статуя, но именно она стала причиной смерти Рэйчел во втором круге.

Увидев выражение ее лица, жрица Пис, казалось, в чём-то убедилась и попросила перенести статую во двор. Эвелин позвала слугу и велела ему сделать это.

Затем они принесли куклу из комнаты Рэйчел и вышли с ней во двор.

— Давайте сначала проверим эти предметы. Откуда они взялись?

На вопрос жрицы выражение лица Анри едва заметно напряглось. Рэйчел невольно прищурилась.

Если подумать, Анри был подозрительным. Он также был братом Пари Эмпоруса, который убил её.

Хотя ей не хотелось его подозревать, Анри был холоден только к ней, и это вызывало небольшие подозрения.

— Статуя изначально была в особняке, а куклу моя дочь получила в подарок от моего брата. В чём вообще проблема?

— Да, есть проблема. Если посмотреть на нижнюю часть статуи, видны следы дополнительного гипса. Если поскрести здесь...

Жрица Пис ударила посохом по нижней части статуи, а затем соскребла треснувшую часть.

Кто-то резко вдохнул. Между обломками статуи показался желтоватый череп. Жрица аккуратно разбила статую так, чтобы не повредить череп, и его облик полностью обнажился — череп с верхней частью, словно срезанной пилой.

Рэйчел видела этот череп в игре.

Прыгающий гигантский череп, который преследует героя. Этот назойливый череп из первого этажа неизбежно приводил к смерти при столкновении, а во время погони создавал ловушки, обрушая пол первого этажа.

В игре он исчезал только после встречи с Эноком.

[Уровень опасности: 89%]

Рэйчел заметила появившееся перед ней голубое окно.

«Уровень опасности снизился!»

Этот показатель не снижался, когда она просто избегала опасности.

— Похоже, статуя изначально была полой, но кто-то поместил внутрь череп и заделал отверстие.

Жрица Пис изучала осколки разбитой статуи. Затем её взгляд переместился на куклу для игры в прятки.

— Давайте проверим и это на глазах у всех.

Маленькая куколка с вьющимися золотистыми волосами, голубыми глазами, в розовом платье была очень красива, но встреча с ней в игре превращалась в настоящий триллер.