Наблюдая за тем, как девчонка под общий гогот и подначки нехотя осушила стакан почти залпом, Лю Хао с довольным видом приложился к своему бокалу и сделал внушительный глоток пива.

Смесь импортного пойла со спрайтом заходила чуть легче, но для человека непьющего всё равно была обжигающе резкой. Алкоголь мгновенно ударил в голову, и щеки девушки тут же залило румянцем. Спустя пару секунд после того, как она поставила стакан, из её горла вырвался милый звук икоты.

При виде этого Лю Хао почувствовал, как кровь прилила ниже пояса, а в груди заскребло предвкушение.

— Молодец! Мелкая, уважаю, до дна.

С одобрительной миной он выхватил у неё пустую тару и, словно заправский алхимик, снова смешал «коктейль», наполнив стакан до краев. Однако на этот раз настаивать на залпе не стал. Слегка приобняв стакан ладонью, он произнес:

— Мы не звери, мучить не будем. Теперь пей потихоньку. Хочешь — пой, не хочешь — просто сиди здесь, кушай фрукты. Угощайся, в общем.

Толпа расступилась, освобождая ей место, и пододвинула вазу с нарезкой.

Покрасневшая девушка послушно села на пустой край дивана. Лю Хао был в восторге: значит, спешить некуда. Раз она села, то, хочет она того или нет, в ближайшее время никуда не уйдет.

Таких девиц он перевидал немало, и с добрым десятком уже успел переспать. Все они были одинаковыми: наивные, протестующие девчонки, которых либо притащили друзья, либо сами прибежали за «острыми ощущениями». Перед первым стаканом ломаются, строят из себя недотрог, но стоит уговорить их выпить — и вот они уже сидят растерянные, кокетливые и податливые. Дальше дело техники: подливай вовремя да заговаривай зубы, пока она совсем не «поплывет».

А потом с ней можно делать что угодно. Хоть одному, хоть в компании.

Единственный минус — в процессе такая пассия почти не реагирует. В лучшем случае она чуть теплее трупа. Поэтому Лю Хао этот метод недолюбливал и относился к нему с легким презрением. Ничем не лучше борделей у площади! Там хоть и дороже, зато профи знают свое дело и технику. Снимать «отключившихся» девчонок — это забава для тех, кто ищет специфический кайф, замешанный на запахе перегара и гормонов. Для него это было лишь редким развлечением.

Если хотелось «продолжения банкета», можно было сделать пару фото или записать видео. Обычно это гарантировало еще несколько встреч в будущем, а иногда и вовсе позволяло держать их на крючке. Да, хлопотно, зато потом всё происходило «на трезвую». Ему нравилось смотреть, как эти девчонки, когда их припирали к стенке, дрожат от страха и бессилия — это зрелище ему никогда не надоедало.

Глядя на хрупкое, красивое тело девушки и представляя, что будет дальше, Лю Хао облизнул губы и улыбнулся еще шире.

Время шло. Внутри караоке-бокса царила на удивление гармоничная атмосфера.

Появление девушки стало лишь мимолетным эпизодом. Большинство присутствующих студентов и гопников её не знали. После того как вожак выпил с ней и шумиха улеглась, все вернулись к своим делам, разбившись на группки по интересам.

В конце концов, «приличное» сборище — это повод для гордости. Полезно знать нужных людей. Если завтра случится терка между бандами или придется идти стенка на стенку, всегда проще, если ты можешь окликнуть по имени кого-то с той стороны.

Понты, авторитет, статус. Малолетние недоумки без умолку болтали об уважении, братстве и чести, превращая эту убогую попойку в подобие аристократического приема столетней давности. Суть, впрочем, была та же.

Спустя несколько кругов стандартный плейлист KTV среднего возраста был почти исчерпан. Ночь становилась всё глубже.

Линь Ин, зажатая между местными «крутыми», послушно прикладывалась к стакану каждый раз, когда кто-то предлагал тост. Сама того не замечая, она осушала стакан снова и снова, и его тут же наполняли. Девушка раскраснелась, откинулась на спинку дивана, и взгляд её стал затуманенным.

Окружающие, будто не замечая её состояния, продолжали весело болтать, пить и горланить песни. Двое-трое шептались о чем-то, бросая на неё сальные взгляды, парочка других, казалось, вовсе потеряла интерес.

Линь Ин действительно не могла разобрать, о чем они говорят.

Потому что она по-настоящему опьянела.

Но пьяна была не её истинная сущность, а физическая оболочка. Это тело, подобно человеческому, обладало полноценной физиологией: оно ело, пило, спало и избавлялось от отходов. От голода оно чувствовало дискомфорт, от недосыпа — слабость. Единственное отличие заключалось в том, что, сколько бы это тело ни голодало в реальном мире, оно никогда бы не умерло от истощения.

Стоило признать: это была своего рода сверхъестественная проекция. Между «оригиналом» и физическим телом сохранялась странная связь, позволявшая ей насильно объединять два совершенно разных восприятия в одну точку зрения, в единое сознание. Поэтому, даже когда физическое тело проваливалось в сон, она продолжала наблюдать за происходящим из тени, готовая в любой момент нанести смертельный удар любой угрозе.

Впрочем, фраза про «угрозу» звучала двусмысленно, ведь на самом деле Линь Ин никогда с ней не сталкивалась. Те, кто возомнил, что могут ей угрожать, уже давно исчезли из этого мира.

Позволяя сознанию оставаться затуманенным и следуя естественным реакциям тела, Линь Ин привалилась к дивану, крепко сжимая пустой стакан. Она то и дело клевала носом, выглядя так, будто вот-вот свалится на пол.

Время близилось к одиннадцати вечера — пора, когда нормальные люди расходятся. Многие здесь были студентами; какими бы пофигистами ни были их родители, возвращение после полуночи сулило проблемы.

Пара шутников выбрала песню «Незабываемая ночь», и толпа дружно подхватила мотив. Когда музыка стихла, Лю Хао встал и хлопнул в ладоши, мгновенно приковывая к себе внимание. Изначально он планировал толкнуть пафосную речь — ведь целью собрания было укрепить контроль над школьными хулиганами и повысить их лояльность.

Но сейчас его помыслы были бесконечно далеки от «общего дела». Всё, о чем он мог думать — это та самая «долина», скрытая за воротником девичьей кофты.

— ...В общем, все оттянулись, так что на сегодня закругляемся. Всем пора по домам.

Бросив пару дежурных фраз и подбив итоги, Лю Хао официально завершил вечер. К его удивлению, мелкие сошки остались довольны; даже такая скомканная речь возымела эффект. Впрочем, неудивительно — для них эта ночь и так выдалась чересчур крутой.