Наконец, в самом конце центрального прохода, мы нашли вход — широко распахнутые двери, так и манящие войти внутрь... Очевидное приглашение.

— Идём, Фэйт.

— Но, Аарон...

У меня было плохое предчувствие, сопровождающееся неприятными ощущениями в животе, которые не проходили, даже когда я пообещал «Ненасытности» скорое насыщение. Неужели, единственным решением было идти в эту очевидную западню?

— Ты ведь чувствуешь его, да? Ты знаешь, что Лорд-Лич наблюдает за нами оттуда. И неважно, каким путём мы пойдём, или через какую дверь проникнем, факт того, что на той стороне нас ждёт зло, не изменится, — сказал Аарон, положив мне руку на плечо.

— Ах-х... Ладно, пошли.

Он прав. Для нас пути назад нет. Хотя мне, да Аарону, как было видно по его лицу, тоже хотелось верить, что до дальше, пока мы не доберёмся до Лорда-Лича, больше сражаться не придётся. Пот, стекающий по вискам, намекал, что на Аарона нахлынули воспоминания, о его последнем разе пребывания здесь. Когда он вошёл внутрь, а я последовал следом за ним, то представший перед нами вид, был не теми руинами, которыми мы ожидали.

— Ч-что... за? — пробормотал я.

Каждую комнату и коридор внутри заливал яркий свет. На другом конце главного зала находилась обширная группа живых людей, улыбавшихся и приветственно подзывавших нас.

— Невозможно... Быть такого... не может... Они ведь все должны были... — Аарон, уронивший рядом свой обнажённый меч, едва мог связывать слова в предложения. Все его силы уходили на то, чтобы осмыслить происходящее. Ведь в прошлый раз всё было не так.

В прошлый раз, когда Аарон наведывался в Хаузен, Лорд-Лич поднял тела мёртвых горожан, и зловеще, словно марионетками, управляя ими, заставил Аарона отступить от натиска его собственных подданных.

На сей же раз, Лорд-Лич каким-то образом смог вернуть их всех к жизни. Из центра оживлённой толпы показались двое: одним из которых был очень юный мальчик, а второй — богато одетая женщина. Она оба смотрели на Аарона с душераздирающими улыбками на лицах.

— Отец?! — воскликнул мальчик.

— Дорогой, ты вернулся, — сказала молодая женщина. — Мы так долго тебя ждали.

Лицо Аарона застыло, и хоть он и пытался ответить им, но не мог... или скорее у него не получалось. Старик лишь в недоумённом молчании мог продолжать смотреть на их улыбающиеся лица. На членов его любимой семьи. Мёртвых, но ныне оживших.

«Как такое вообще возможно?» — таким вопросом я задавался, когда Грид заговорил:

Дело плохо, Фэйт. Это — заклинание «Галлюцинация». С помощью него Лорд-Лич придаёт мертвецам вид оживших людей.

— Ну, раз так, — начал я, преобразуя чёрный меч у меня в руках в форму косы, — то твоим лезвием мы развеем эту иллюзию.

Фэйт, постой. Как ты собираешься его развеять? Разрезав этих мясных-кукол, ты ничего не добьёшься. Для этого тебе нужно найти заклинателя. Только атаковав самого Лорда-Лича ты сможешь отменить действие заклинания.

Вернув Гриду форму чёрного меча, я сильно стиснул его рукоять. Сила чёрной косы оказалась бесполезна против полномасштабных заклинаний, таких как «Галлюцинация». Уничтожение людей перед нами, никак на него не повлияет, ведь они не были им созданы.

И хотя они всё равно уже давно умерли, я не смогу их вот так не задумываясь уничтожить. Они были не монстрами, а людьми Аарона, которых старик пришёл освободить из-под контроля Лорда-Лича. Именно поэтому-то в свою прошлую попытку он и отступил. Убийство его семьи и подданных при попытке добраться до Лича никак не совпадает с желаниями Аарона.

Окинув взглядом находящихся под заклинанием монстра улыбающихся людей, я решил задать Гриду вопрос, который не давал мне покоя с тех пор, как мы вошли в главный зал:

— Грид, если я убью их... рассеку этих людей... что с ними станет?

Внутри этих навевающих печаль трупов всё ещё заключены человеческие души, поэтому «Ненасытность» поглотит их. А что? С этим что-то не так?

— Но что случается после этого? Если я убью их… если поглощу их души… смогут ли эти люди отправиться на небеса? — Грид точно знал ответ на мой вопрос. Он обладал этим знанием. Знанием, которого я страшился.

Обычно, великий я ответил бы тебе, что о некоторых вещах в этом мире лучше оставаться в неведении, но... ты ведь серьёзно хочешь это знать, не так ли? Ну, полагаю, лучше момента для этого нам не найти.

Юлить таким странным образом было не свойственно Гриду, но, помявшись немного, он всё-таки продолжил:

Любая душа, поглощённая «Ненасытностью», обречена вечно покоиться внутри навыка. Проклятые души будут кружиться и сливаться друг с другом в этом бесконечном аду, из которого нет ни выхода, ни спасения.

Глубоко внутри я уже догадывался об этом, но всё-таки не ожидал настолько леденящей душу правды. Моё сердце пропустило удар. Как бы я себя чувствовал, если бы услышал это после того, как в течение своих странствиях убил бы какого-нибудь на деле не плохого человека? Не кого-то вроде Хадо, воров или преступников, а людей по типу Аарона или госпожи Рокси.

Это ли подразумевали Грид с Майн, когда говорили о негативной реакции людей на навыки Смертных Грехов? В любом случае я не могу позволить себе убивать горожан Хаузена. Их подчинил Лорд-Лич, чтобы в качестве оружия использовать их против Аарона. Я не могу обречь их на ад внутри «Ненасытности».

Но где прячется этот проклятый Лич? Весь зал пропитан запахом Короля монстров, но его самого нигде не видно. Может навык «Галлюцинация» обманывает и мои ощущения? Что же мне делать? Я только и мог, что недовольно цыкнуть.

Аарон, застывший рядом со мной, так и стоял, зачарованный видом шаг за шагом приближавшихся к нему родных. Он, как никто другой, должен был знать, что они были не более, чем иллюзией. Однако, так как Аарон всем сердцем жаждал, чтобы они вот так стояли прямо перед ним, то он не мог никак отринуть эту возможность.

Я понимал его чувства. Определённо. Если бы передо мной предстали мои отец с мамой, то я бы отреагировал точно также. Но мне нужно, чтобы он очнулся от этого, причём прямо сейчас.

— Аарон!

Необходимо как-то пробудить его от этого заклинания. Я уже хотел было взять его за грудки, но не успел даже схватиться за одежду, как Аарон встряхнул головой. Несмотря на всё, он частично сопротивлялся магии.

— Я в порядке. Просто на мгновение... вспомнил о прошлом. — Аарон поскрёб затылок, словно немного смутился. — Когда доживёшь до моих лет, Фэйт, поймёшь, что и сам придаёшь большое значение подобным воспоминаниям.

Подобрав свой меч и встав на изготовку, он снова повернулся к своей семье.

— Простите, что заставил ждать так долго, — обратился к ним Аарон. — Но теперь я здесь, чтобы освободить вас.

Как только это обещание слетело с его уст, яркий свет зала поглотила тьма. Некогда прекрасные стены замка разрушились, краска облезла, а камни потрескались. Всё вернулось к своему исконному виду.

Живые улыбки окруживших нас обитателей замка обернулись искажёнными и злобными лицами мертвецов. У каждый из них в руках было какой-нибудь предмет: мотыги, тесаки или топоры. Жена же Аарона держала посох, а сын крепко вцепился в рукоять святого меча.

— Как ты мог, отец? — закричал мальчик. — Ты бросил нас! Ты всегда был так занят своими делами и обязанностями, что, когда на нас напали монстры, не протянул нам руку помощи. А теперь ещё пришёл и убить нас?!

— Дорогой, прошу! — молила жена Аарона. — Пожалуйста, одумайся. Взгляни на нас. Любимый, мы всё ещё живы. Опусти меч и присоединяйся к нам. Под стражей Святого Рыцаря, который может нас защитить, нам будет намного спокойней. Прошу, иди ко мне.

За спинами сына и жены Аарона иссохшие мертвецы, некогда бывшие подданными, принялись бранить его. Проклинать и отчитывать Аарона. Ведь они просили его помочь и спасти их. Но даже под таким давлением тот не опустил меч.

— Прости, Фэйт, но тебе нужно позволить мне самому разобраться со своей семьёй и подданными. — Для меня это было облегчением, ведь я не смог бы с ними сражаться, не проклянув их души.

— Хорошо. Тогда я найду Лорда-Лича. Он определённо точно должен быть где-то здесь.

— Тогда вперёд.

Глубоко вдохнув, Аарон рванул прямо к шаркающим трупам его жены и сына. Я же, преобразовав чёрный меч в лук и вычислив лучший путь, огибающий зловещих мертвецов, направился к дальней части главного зала. Мне нужно успеть найти Лорда-Лича за то время, пока Аарон отвлекает нежить.

— Я впечатлён! — Раздался голос старика после того, как зал огласил звук столкновения святых мечей. — За время моего отсутствия ты стал куда сильнее, сын! Я рад, что послушался меня и продолжал тренироваться.

Попытка диалога оказалась безуспешна, так как никакого ответа не последовало, и в зале лишь раздавался лязг скрещиваемых мечей. Я должен покончить с этим. Расталкивая по дороге трупы, я всё продолжал углубляться в темноту зала.

Внезапно я ощутил пульсацию «Ненасытности» в своём покрасневшем глазу. Я заметил, что пространство впереди слегка колебалось, будто воздух втягивался куда-то.

— Грид, — обратился к нему я, — это ведь то, о чём я думаю?

Очень похоже на то. И раз навык ведёт тебя к твоей цели, то ты обязан отплатить ему. Устрой пиршество! Но также не дай ему себя поглотить!

Я всего лишь хотел убедиться в своей догадке, а не поучать меня тому, что уже знаю. Правда, времени высказать ему это не было. Подпрыгнув в воздух, я уклонился от надвигающейся на меня волны нежити. А, пока они не могли до меня достать, я натянул тетиву лука с волшебной стрелой и зарядил её заклинанием «Песчаная буря».

— Выкуси это! — воскликнул я и выпустил стрелу прямо в свою цель.

Она тут же исчезла в странном и едва заметном подрагивании воздуха. И, только стрела коснулась Лича, в замке раздался пронзительный вопль. Не успел тот утихнуть, как на пол свалилась огромная рука скелета, целиком обращённая в камень. В следующее мгновение показался и сам Лорд-Лич — костяной гигант, окружённый чёрной дымкой и поднявший над собой косу, словно он был самим воплощением Смерти.

Я тут же применил на него навык «Оценка».

· [Порождение Смерти]

· Лорд-Лич — Уровень 100

· Жизнь: 3640000

· Сила: 2560000

· Мана: 4565000

· Дух: 4346000

· Ловкость: 2347000

· Навыки: «Галлюцинация (Заклинание)», «Повышение Маны (Большое)», «Повышение Духа (Большое)»

Значения маны и духа у Лорда-Лича превышали четыре миллиона... Что произойдёт, когда я поглощу его? Я никогда не использовал навык на мострах, у которых хотя бы один параметр был более одного миллиона. Я, конечно, долгое время тренировался контролировать «Ненасытность», но хватит ли этого? У меня ещё свежи воспоминания о том, как я в поместье семьи Харт поглотил своего первого Короля монстров. Вкус души того Кобольда Налётчика был настолько восхитителен, что из-за навыка у меня случился припадок переполняющего блаженства. Однако времени на сомнения всё равно не было.

Некогда тебе предаваться этим жалким сомнениям, Фэйт! Я — великий Грид — здесь и сейчас гарантирую, что всё будет отлично. Удовлетвори свою жажду, и ничего не произойдёт. Обещаю. Ну, а теперь, перестань наконец колебаться! Время продемонстрировать великому мне красоту новых навыков, которым ты обучился!

— Тогда готовься удивляться. — На это Грид лишь рассмеялся.

Узнаю своего мальца! Таким и должна быть решимость! Будь ты хоть чуточку неуверенней, великий я помер бы от скуки.

Мне не хотелось, чтобы Лорд-Лич снова активировал «Галлюцинацию», поэтому, воспользовавшись своей ловкостью по максимуму, я бросился на противника, опёршегося на стену.

Чтобы проверить свою силу на практике, я вернул Гриду форму чёрного меча. Лорд-Лич же шагнул вперёд и приготовился к атаке своей косой. Судя по его замаху и стойке, казалось, что он пытается заманить меня поближе для контратаки. Однако, я понял — это блеф.

Маневрируя, я быстро сокращал расстояние между нами. Лорд-Лич, очевидно, был в два с половиной раза выше меня, поэтому, если я подойду ближе зоны поражения косы, то он станет беззащитен против моих атак. Лич тоже осознавал свои слабые места, а значит будет стараться держать меня на расстоянии, ведь, подберись я прямо к нему, то шансов у него не останется. Грид же подметил:

А ты действительно стал опытнее.

— Не оставаться же мне новичком всю мою чёртову жизнь.

Справедливо! Продолжай.

Парировав, несколько слабых замахов Лорда-Лича, я сильным ударов отправил его косу в полёт, а затем, неожиданно для монстра, схватил того за оставшуюся руку и оторвал её, выводя того из равновесия и подходя вплотную к нему. Теперь правая рука Лича была у меня.

Главный зал снова огласил громыхающий вопль Лорда-Лича, следом за которым последовал стук упавшей на пол косы. Но даже будучи обезоруженным монстр и не намеревался сдаваться. Отшатнувшись назад, он взял под свой контроль находящиеся позади меня трупы и с их помощью напал на меня. Их движения так кардинально изменились, а конечности присоединённые к сгнившим телам так резко двигаться, что, казалось, будто теми стали управлять невидимыми нитями. Трупы превратились в лишённых разума и сознания марионеток Лорда-Лича.

И хотя я понимал, что они лишь влачили жалкое подобие существования, но был не в силах сделать что-либо. Я не мог атаковать шедших в мою сторону мертвецов. Если «Ненасытность» поглотит их души, то они будут обречены на вечные страдания, которые, как мне казалось, были ещё хуже их нынешнего состояния.

Когда Лич увидел, что я не нападаю на трупы, на его искажённом и иссохшем лице появилось некое подобие ухмылки, за которой проглядывали гнилые зубы. А затем, встав в полный свой рост, Король монстров из тех оживших мертвецов создал между нами жуткую стену.

— Он понял, что я не могу навредить горожанам, — заметил я.

Плохо дело. Ну, и что теперь, Фэйт? Пробьёшься сквозь их тела, чтобы уничтожить Лорда-Лича?

— Я не могу. Разве тогда души этих людей не окажутся в бесконечном аду?

Окажутся, но с одними лишь благими намерениями тебе эту битву не выиграть.

Может Грид и был прав, но он кое о чём забыл — я был не один в конце-то концов. И, когда сзади раздался звук приближающихся шагов, у меня на душе сразу полегчало.

— Фэйт, прости за задержку! — Этот стойкий и храбрый голос принадлежал Аарону, державшему в каждой руке по одному сияющему священному мечу.

— Аарон, — обратился к нему я, — ваша семья, ваши люди... Что с ними стало?

— Они к нам не скоро присоединятся. Я перерезал им сухожилия на руках и ногах, и теперь двигаться они не смогут.

Быть способным проделать настолько ловкую и точную работу при таких тяжёлых и душераздирающих обстоятельствах... Аарон точно неподражаем. Но даже он скривился, лицезрев перед собою подобную сцену — стена из извивающихся трупов, которые раньше были его подданными, теперь защищала Лорда-Лича.

— И вот так снова всё сводится к этому, — пробормотал старик. — Как всегда отчаявшись монстр прибегает к подобному...

С этими словами Аарон воткнул один из своих святых мечей в каменный пол замка. Другим же принялся впитывать в себя святую силу, готовясь к использованию «Великого креста».

— Аарон?! — воскликнул я.

— Не бойся, Фэйт, — ответил он. — Мне стоило сделать это давным-давно. Если бы я смог это тогда, то сейчас нам не пришлось проходить через подобное адское побоище.

Увидев, как от меча Аарона начал исходить обжигающий свет, Лорд-Лич сразу же попытался напасть. Применив заклинание «Галлюцинация», заставил их взывать к старику. Они просили о помощи, умоляли Аарона сохранить им жизнь, но, несмотря на это, тот продолжал заряжать клинок своим умением.

Когда меч в его руках был полностью готов, старик выпустил «Великий крест» прямиком в Лича. Святой свет разлился по замку, освятив все стены. Горожане Хаузена растворились в этой ослепительной энергии, а их души были им очищены. Единственным, кто остался, был Лорд-Лич, чьи невероятные параметры маны и духа позволили тому пережить атаку Аарона.

Стиснув свои зубы, старик снова принялся заряжать свой меч, но его лицо стало бледнеть. Сквозь броню Аарона на боку стала проступать кровь. Чтобы не убить, а остановить свою семью, тому пришлось заплатить серьёзную цену. Я окинул взглядом святой меч, вонзённый в пол рядом с Аароном.

Один раз. Всего лишь один раз. Ты воспользуешься тем мечом, чтобы помочь Аарону, и этот случай будет первым и последним, когда ты сражаешься другим оружием. Понял?В моей голове прозвучал голос Грида. Этот чёрный меч, который чётко заявлял своё неприятие факта того, чтобы я использовал какое-либо оружие кроме него, дал мне этот единственный шанс.

Убрав Грида, я вытащил из пола второй святой меч и направил его остриё поверх сияющего меча Аарона так, чтобы они пересеклись. Старик же, недоумевая, окинул меня взглядом:

— Фэйт, что ты делаешь?!

— Позволь мне помочь.

Впервые в жизни я использовал умение «Великий крест». Вливая свою ману и волю в меч, я смотрел, как его лезвие начинается светиться белым.

— Фэйт, неужели ты...

— Именно. А теперь покончим с ним.

— Да, — согласился Аарон. — Раз и навсегда.

Мы влили всю нашу силу в сверкающие клинки и в унисон сказали:

— «Великий крест»!

Замок погрузился в объединённое сияние света, а наше поле зрения целиком поглотил очищающая святая белизна.