Бэк Хви, будучи в облике тигра, направлялся к горе Инвансан, пересекая дворец, так как это был кратчайший путь. Там он встретил поистине странную человеческую женщину.

Она отреагировала совсем не так, как другие люди, которые при виде тигра впадают в страх, кричат или трясутся, обнажив меч.

Крошечное личико, кожа белая, как снег, большие глаза — редкая красавица. Поморгав длинными ресницами, она обратилась к нему со словами о его ране, но Бэк Хви не поверил тому, что услышал.

Это была всего лишь мелкая царапина, полученная по неосторожности во время стычки с леопардами. Ничтожная ранка, которая к завтрашнему дню заживёт сама собой. Кровь, конечно, немного сочилась, но это не было такой уж большой проблемой. И эта человеческая женщина предлагала вылечить эту ранку.

Пф, да ты ведь безоружная.

— Грррррр... — вырвался у него низкий предупредительный рык.

Но та, вместо того чтобы испугаться, напротив, приблизилась.

«Ну и женщина попалась».

От изумления у него готов был вырваться смешок. С этим хрупким тельцем, которое, казалось, сломается от одного взмаха его лапы, она ещё собирается кому-то помогать?

Пока он усмехался про себя, женщина, не смущаясь, подобрала подол юбки и начала отрывать полосу от ткани.

Мелькнувшая на миг изящная щиколотка заставила его дыхание на мгновение прерваться. Бесстрашная и бесстыжая человеческая женщина.

— Конечно, с такой раной сильный и храбрый зверь, как ты, наверное, справится самостоятельно... Но тебе же должно быть больно и неудобно. Правда? Так что позволь мне помочь.

Её слова, похоже, предназначавшиеся для его утешения, были до крайности нелепы. Поэтому он лишь остолбенело наблюдал за действиями женщины.

Та принялась перевязывать его лапу оторванным лоскутом. Бэк Хви, никогда с рождения не знавший подобного унизительного обращения, пребывал в лёгком ступоре. Когда её маленькие руки касались его, он испытывал странное чувство и внимательно всматривался в её лицо.

Чистые, ясные глаза, ровные брови, упрямо сжатые губы — всё, казалось, говорило о её характере. Во всяком случае, в ней не наблюдалось ни капли алчности и эгоизма, которые он так презирал.

— Готово.

Бэк Хви нахмурился, разглядывая тщательно перевязанную рану, для которой она не пожалела свою ленту для волос. Зрелище было весьма неловким.

«Если я вернусь в таком виде — сразу же стану мишенью для насмешек».

Сколько же человек сможет удержаться от смеха, увидев, как правитель клана тигров является с изящной шёлковой лентой, туго обмотанной вокруг лапы?

Пока он размышлял об этом, женщина, пристально глядя ему в глаза, произнесла:

— Теперь твоя очередь. Съешь меня.

От этой абсурдной фразы у него непроизвольно вырвался короткий смешок. Съесть?!

«Неужели она приняла меня за одну из тех низших тварей, что лакомятся человеческой плотью?»

Но поскольку он был в облике тигра, она услышала только низкое тигриное рычание.

«Наверное, быть проглоченной за один раз — не так уж и больно?»

Он был очень, очень большим тигром. Возможно, он сможет проглотить её целиком? С такой мыслью Ын У наклонила голову, подставляясь ему, чтобы тигру было удобнее её съесть.

Бэк Хви тяжело вздохнул, глядя, как она раз за разом совершает невообразимые поступки.

«Может, и правда съесть её?»

Он приподнял бровь, серьёзно раздумывая.

Правила клана тигров строго-настрого запрещали есть людей. Это было причиной, по которой они так долго могли сосуществовать с людьми в человеческом облике, и минимальной данью уважения, которую они желали соблюдать.

Но, вопреки здравому смыслу, у него начала активно выделяться слюна. Он почувствовал странный голод, словно перед ним стояла желанная добыча. Столкнувшись с подобным чувством впервые, Бэк Хви недовольно поморщился. «Да что же это за человеческая женщина, от которой так вкусно пахнет?»

Может, стоит хотя бы попробовать её руку?

Пока он размышлял об этом, вдали послышались признаки приближения.

— Ваше Высочество, Вы где?

Бэк Хви, не желавший встречаться с другими людьми, уже собрался скрыться, но остановился и бросил на Ын У быстрый взгляд.

«Раз сегодня не удалось попробовать её на вкус, возможно стоит отложить эту идею на потом».

Впервые, встретив человека, он испытал подобное чувство, и у него возникло желание разобраться в во всём.

*Хлюп!*

Острые клыки обнажились, и огромный язык выскользнул наружу, липко лизнув Ын У по щеке.

Таким образом он оставил на ней метку, чтобы впоследствии по своему запаху отыскать её. Затем Бэк Хви в мгновение ока разбежался и исчез в темноте.

Ын У в ступоре смотрела на тигра, который вместо того, чтобы съесть её, облизал, словно счастливый пёс, и скрылся. Она не могла понять, был сон это или явь.

— Ваше Высочество, полчаса уже прошло! Если Вы и дальше будете нарушать обещания, что же с нами будет? Из-за Вашего Высочества мои дни сочтены!

Причитание Кым Ён не доходило до её сознания. Ын У потрогала свою щёку, влажную и липкую от слюны, оставленной тигром.

— Ваше Высочество?

Видя, как Ын У застыла с пустым взглядом, уставившись в одну точку, Кым Ён наклонила голову с недоумением. «Неужели известие о замужестве с варварами так сильно её потрясло?» С трудом сдерживая накатившие слёзы, Кым Ён повела Ын У обратно в покои.

— На улице холодно. Вам нужно вернуться.

— Кым Ён, ты случайно не видела огромного тигра?

— Что-что? Тигра?

Кум Ён переспросила с побледневшим лицом. Она беспокоилась, не повредился ли рассудок госпожи от потрясения.

— Нет, ничего. Если не видела, то и ладно. Возвращаемся.

Ын У в последний раз окинула взглядом место, где стоял Бэк Хви, и, словно оставляя раздумья, покачала головой.

***

В самой глубине горы Инвансан, в священном месте, куда не ступала нога человека, находился дворец, где обитала королевская семья клана тигров. Как только Бэк Хви вернулся в свои покои и вновь приняв человеческий облик, его встретил его приближённый, Гон Пиль.

— Господин, Вы ранены?

— Пустяки.

Представители клана тигров в основном жили группами, принимая человеческий облик. Их правитель и законный лидер, Бэк Хви, проживал в большом дворце в самых глубинах Инвансана, куда никто не мог приблизиться без соответствующего разрешения. Гон Пиль был одним из немногих, кому было дозволено служить при дворе, а так же он был давним другом Бэк Хви и его правой рукой.

Пусть Гон Пиль был самым надёжным человеком, сражался в первых рядах в каждой битве и обладал выдающимся мастерством, у него был один недостаток — полное отсутствие такта.

— Какие пустяки? Впервые вижу, чтобы Вы позволили так перевязать свою рану.

Когда Гон Пиль, не отступая, стал настаивать на осмотре раны, у Бэк Хви заныли виски, и он схватился за лоб. Как он и ожидал, заметив красную шёлковую ленту, повязанную на руке Хви, Гон Пиль повысил голос.

— Что это? Разве это не лента для волос, какие носят человеческие женщины? Неужели Вы под предлогом ранения позволили вольность и вот так вернулись?

— Так вышло само собой.

— Само собой? Говорите «само собой», но если Вы не расскажете подробно, как именно это «вышло», это будет лишь подозрительнее. Неужели Вы нарушили запрет и вкусили человеческой плоти?

Бэк Хви испустил тяжёлый вздох и нахмурился. Отсутствие Чон Хва, которая обычно его выручала, сегодня особенно было не кстати.

— Я тут ни при чём. Одна человеческая женщина сама попросила меня съесть её.

Наконец приблизительно поняв о чём он, Гон Пиль украдкой усмехнулся.

— Выходит, Вы всё-таки встретили человеческую женщину.

От неожиданно проницательного для Гон Пиля вопроса бровь Бэк Хви дёрнулась. Его настойчивость вызывала раздражение.

— Я не стал её есть.

В ответ на твёрдый тон Бэк Хви, Гон Пиль принялся обдумывать сказанное. Здесь определённо что-то не так было. Как он ни старался не обращать внимания, но аромат, витавший вокруг с самого его прихода, не давал Гон Пилю покоя.

— Однако, почему же этот запах на Вас так отчётлив...?

«Неужели?» Он думал, что оставил свой запах только на ней, но, видимо, ошибся. Зрачки Бэк Хви дрогнули.

— Быть может, Вы почувствовали... голод при виде той человеческой женщины?

— И откуда... ты можешь это знать?

Хви прищурил глаза и уставился на Гон Пиля с подозрением.

— Думали ли Вы о том, чтобы съесть ту человеческую женщину?

Бэк Хви, которому не нравилось, что Гон Пиль, словно присутствовавший при этих событиях, с лёгкостью задаёт такие вопросы, произнёс:

— В чём дело? Говори сразу, что тебе известно.

Увидев реакцию Бэк Хви, Гон Пиль удостоверился в своих догадках и расплылся в самодовольной улыбке.

Прошло уже десять лет с тех пор, как Бэк Хви стал правителем клана тигров. Все эти годы были наполненны постоянной работой: усмирением враждующих кланов тигров, отражением вторжений леопардов. Он никогда не проявлял интереса к противоположному полу и оставлял своё сердце никем незанятым, что было причиной немалых тревог.

В последнее время, когда старейшины Совета оказывали на него сильнейшее давление, даже простая симпатия к женщине была бы радостной вестью. Пусть даже ею оказалась не тигрица, а человеческая женщина.

— Вас тянет к ней.

— Что?

В ответ на слова Гон Пиля Бэк Хви резко нахмурился. От совершенно неожиданного заявления он засомневался с собственном слухе.

— Тянет как к спутнице, — повторил Гон Пиль.

— Вздор.

Хви скривил лицо и отрицательно мотнул головой. Этого не может быть. Гон Пиль, должно быть, помешался на своих глупых фантазиях.

— Что ж, думаю, со временем Вы и сами убедитесь в этом, — уклончиво ответил Гон Пиль.

В ответ во дворце раздался низкий, грозный рык раздражённого тигра.

***

На следующий день, прогуливаясь в саду, Ын У вздрогнула и опустила плечи, увидев появившегося перед ней принца Кван Мёна. Встреча с ним во дворце была редким событием, и, похоже, в последнее время на неё обрушилась череда неудач.

— Приветствую Ваше Высочество.

Поклонившись, она заметила, как Кван Мён жестом отослал свиту.

— Отойдите.

По приказу Ын У придворная дама Мун и Кым Ён с каменными лицами отошли на достаточное расстояние.

Принц, имевший собственный дворец за пределами резиденции, не мог свободно посещать покои принцессы, поэтому он поджидал её на пути, создавая видимость случайной встречи.

Ын У с тревогой ждала того, что он выскажет ей на этот раз, но, старательно скрывая чувства, встретила его спокойным и бесстрастным лицом.

— Я как раз думал навестить тебя, чтобы узнать новости, и случайно встретил здесь. Разве это не удача?

Его голос был холодным, без единого намёка на искренность.

Ын У не радовала эта встреча. Хотя за его спиной и шептались, что он превосходит наследного принца, её всегда воротило от амбиций и жестокости, которые читались в его взгляде.

— Видимо, так и есть, — безразличным тоном ответила Ын У, вскольз оглядев мужчину, стоявшего позади принца.

Он стоят поодаль, и его лица не было чётко видно, но исходившая от него тяжёлая аура не оставляла сомнений — он был не простым человеком.

— А, это мой спутник. Не обращай внимания, — мгновенно прервал её взгляд Кван Мён с лёгкой усмешкой. — Кстати, я слышал новости. Говорят, ты выходишь замуж весной. Зима пролетит быстро, так что, наверное, уже пора готовиться. Я не могу не беспокоиться, раз уж моя сестра отправляется в такую даль. Если потребуется что-то из вещей, не стесняйся, пришли список. Я всё подготовлю.

Если принцесса Сук Хэ была откровенной злодейкой, не скрывавшей враждебности, то принц Кван Мён был искусен в сокрытии своих истинных намерений при сближении. Это делало его ещё более опасным и пугающим врагом. Приняв ранее его «доброту» не один раз, Ын У всегда оказывалась в затруднительном положении, но на этот раз она не собиралась поддаваться обману.

— Благодарю за вашу милость. Однако, поскольку это династический брак, всё необходимое будет приготовлено для меня королевским двором. Не стоит беспокоиться.

Когда Ын У провела чёткую границу, Кван Мён на мгновение нахмурился. Ему не нравилось, что та глупая девочка, которую он мог всегда обмануть, незаметно выросла и научилась отвергать его предложения. Но сегодня это было не важно.

— В самом деле? Значит, я проявил излишнее беспокойство. Что ж, тогда я пойду.

— Да. Счастливого пути.

Ын У попрощалась с поклоном и покинула то место. Чем дольше длилась бы беседа, тем более утомительной она бы стала.

Когда она удалилась, человек, стоявший за Кван Мёном, Тхэ Сок, приблизился.

— Увидел?

— Так точно, Ваше Высочество.

— Она может быть полезна нам?

На вопрос Кван Мёна Тхэ Сок ответил, растягивая губы в улыбке:

— В ней есть куда больший потенциал, чем мы предполагали.

Кван Мён с удивлением медленно провёл рукой по подбородку.

— Что? В чём же?

— От принцессы исходит дух... тигра.

— Тигра? Ты сказал «тигра»?

— Именно так. Настоящего тигра.

Они обменялись злобными усмешками и многозначительными взглядами.