Я чувствовала, как падают мои солдаты без меня, чтобы вести их, всё больше и больше их трупов лежало на лесной подстилке с каждым мгновением. Через свою волю зверя я чувствовала их жизни и их смерти… осталось так мало защитников… из-за меня — потому что я позволила этому человеку манипулировать мной, изолировать меня и убрать с поля боя.
«Рад, что ты так высоко меня ценишь, но, как и ты, я всего лишь выдающийся солдат», — прохрипел он, кровь сочилась из уголков его рта. — «Разница между нами в том, что, в отличие от тебя, я знаю, что лишь притворяюсь лидером».
— Начало После Конца, Книга 7: Расхождение, Глава 218
Для читателей новеллы не секрет, что на протяжении седьмого тома Тессия принимает крайне… сложные решения. Поскольку её одиночная битва против Вернетта подходит к концу в эпизоде комикса на этой неделе, я захотел использовать эту порцию лора, чтобы обсудить её персонажа, её выбор и мои собственные решения при её написании в таком ключе. Большая часть этого поста не содержит спойлеров для читателей комикса, но будьте осторожны, когда дойдёте до последней части — там вы определённо наткнётесь на спойлеры.
Если мы говорим о решениях Тесс и её роли в войне, невозможно оставить её семью и их историю за рамками разговора. Задолго до Второй Войны люди и эльфы жили в мире друг с другом, поддерживая тёплые отношения, построенные на жизненно важной необходимости торговать. Они не начинали с плохих отношений, но по мере роста торговли росла и жадность. Эгоизм и желание большего с обеих сторон начали создавать трения. Когда человеческое королевство начало расширяться, эльфы попытались вернуть северную часть Сапина, которая, как они считали, изначально принадлежала их народу. То, что начиналось как словесные территориальные разногласия, в конечном итоге переросло в полномасштабную войну.
В то время правителем Эленуара был Вирион, и, хотя изначально он поддерживал эльфов, желавших вернуть свою родину, он быстро устал от постоянного напряжения между расами. Кроме того, надвигалась новая угроза — даже несмотря на то, что для поиска неопровержимых доказательств потребуются десятилетия, были обнаружены ранние признаки существования цивилизации за пределами Дикатена. Вирион всегда верил, что объединившись, три расы станут сильнее, и поэтому именно он сыграл главную роль в окончании войны. Он считается лучшим правителем, который когда-либо был у Эленуара, и когда он ушёл со своего поста, Алдуину, отцу Тессии, пришлось взять на себя огромную ответственность.
Невыполнимая задача соответствовать наследию Вириона и ожиданиям стать идеальными правителями бросила тень на Алдуина и Мериал, а следовательно, и на саму Тессию. Взгляды Алдуина на другие расы не были такими же всеобъемлющими, как у Вириона. Сформированный войной, он вырос как ребёнок, чью мать забрало насилие, а отец ежедневно боролся за то, чтобы положить конец бессмысленным сражениям. Хотя война официально закончилась примерно за пятьдесят лет до событий НПК, отголоски конфликта сохранялись в первые годы правления Алдуина и унесли ещё больше жизней эльфов, включая семью Алеи Трискан. Пограничные стычки между солдатами-отступниками, бандиты, нападавшие на небольшие окраинные города, и похитители, кравшие эльфийских детей для продажи в рабство. Всё это вылилось в ограниченное мировоззрение и предрассудки Алдуина, и поэтому Тессия воспитывалась в условиях чрезмерной опеки.
Её родители очень боялись помещать её в любые ситуации, где она могла бы пострадать, и ей было позволено участвовать в континентальном турнире Триединства (обратите внимание, что эти игры ознаменовали пятидесятый год с момента окончания войны) и посещать Академию Ксайрус только по дипломатическим причинам. Её руководящие роли принцессы и президента студенческого совета были в основном для вида — она преуспела в качестве образца для подражания для своего народа и сверстников в Ксайрусе, но от неё никогда не требовали принимать по-настоящему важные решения. На самом деле, нахождение в центре внимания было лишь ещё одним способом держать её под защитой, поскольку её могли охранять на таких видных должностях. Таким образом, Тессия для меня всегда представляла собой персонажа, которого втянули в ситуацию, к которой он не был готов. Со своим долгом единственной наследницы Королевства Эленуар и делая всё возможное, чтобы подражать Артуру и Вириону, людям, на которых она равнялась больше всего, она пыталась доказать, что может справиться с реальной ответственностью — но к жертвам войны никто не может быть по-настоящему готов.
Что касается темы того, что Тесс является единственной наследницей Эленуара, у меня были люди, которые задавались вопросом, почему Эралиты не произвели на свет нескольких наследников, так как для большинства королевских семей стандартно иметь более одного ребёнка, чтобы обезопасить свою родословную. Правда в том, что Алдуин и Мериал определённо могли бы попытаться завести ещё одного ребёнка, и, вероятно, это было бы мудрым решением. Однако я всегда знал, что хочу, чтобы Тессия получила воспитание в условиях гиперопеки и имела несколько наивный характер, и то, что она была единственным ребёнком, подчёркивало, как она была воспитана и каким человеком стала. Как я говорил в предыдущей порции лора о парах братьев и сестёр в НПК: братья и сёстры, а также их отсутствие, меняют то, кем вы являетесь как личность, в лучшую или худшую сторону.
Некогда оживлённый эльфийский городок позади нас давно эвакуировали, но мы знали, что беженцы будут двигаться медленно, среди них было много детей и стариков. Если мы сбежим отсюда — если не сможем продержаться достаточно долго — они все погибнут. Дело было не только в защите заброшенного городка на окраине, это был наш шанс остановить продвижение алакрийских сил и показать им, что мы не отдадим Эленуар без боя.
Моё сердце бешено колотилось в груди, колени подкашивались. Неважно, насколько сильным было моё ядро маны, неважно, сколько я тренировалась, — в тот момент я не чувствовала ничего, кроме страха.
Но я не могла его показать — и не собиралась.
— Начало После Конца, Книга 7: Расхождение, Глава 217
Перейдём к фактическому участию Тессии в войне — её бой с Вернеттом — это её самая первая крупномасштабная битва, в которой она выступает в роли лидера, и принимаемые ею решения напрямую приводят к смерти её солдат. Мы мельком видели её в роли Главы в пятом томе, когда она зачищала подземелья, но, несмотря на отсутствие заражённых зверей маны, ставки в её битве в седьмом томе были намного выше. Ей было недостаточно просто хорошо сражаться и слаженно работать в команде, на ней лежала ответственность защищать гражданских лиц и оставаться непоколебимой, даже когда солдаты умирали вокруг неё.
Самая большая разница между Артуром и Тессией как лидерами заключается в том, что у Артура больше опыта, как в этой жизни, так и в его предыдущей, и он лучше приспособлен к тому, чтобы жить с последствиями своих действий. Тессия гораздо больше полна надежд и оптимизма. С её сильной преданностью и любовью к своему народу она хочет, чтобы все жили в гармонии и мире. Если бы это зависело от неё, ни одному из её людей и ни одному дикатенцу не пришлось бы умирать в этом конфликте. Однако она быстро понимает, что быть лидером — это не просто убивать врагов, но и принимать решения, которые могут погубить её собственных союзников. Принятие на себя этой ответственности и необходимость жить с этими жертвами сломали её психику больше всего.
Когда Вернетт приблизился к Тессии в битве, она бежала от того, чтобы отдавать приказы своим войскам. Она нашла кого обвинить в конфликте и чрезмерно сосредоточилась на его убийстве, думая, что смерть её солдат прекратится, и все её проблемы будут решены, если она победит большого плохого парня. Это решение Тесс вызывает большие разногласия среди читателей, но я всегда представлял, что это было решение, которое Тессия приняла, потому что думала, что так бы поступил Артур. И, в какой-то степени, это то же самое решение, которое Артур принимал в предыдущих обстоятельствах.
На протяжении седьмого тома Тессия излишне уверена в своих силах. Звериное ядро Стража Древнего Леса, которое Артур дал Тесс, и полученная в результате звериная воля стали для неё как плюсом, так и минусом. Это сделало её сильнее, но также поставило под угрозу её жизнь. Но помимо физического воздействия, это повлияло и на принятие ею решений. Обладание звериной волей S-ранга сделало её исключением из правил, подобно Артуру. Если бы она была сильной в обычном смысле этого слова (без звериной воли, просто действительно хорошим магом), ей пришлось бы больше полагаться на свою команду и окружающих её людей, и у неё не было бы иного выбора, кроме как стать хорошим лидером. Ей всё равно пришлось бы научиться жить с последствиями своих выборов, но она бы рассматривала эти решения как более стратегические и расчётливые. Имея звериную волю, она думает, что может пробиться через свои проблемы чистой силой, предпочитая подвергать риску себя, а не приносить в жертву других — она в точности копирует то, что сделал бы Артур.
Артур отправляется в одиночку сражаться с Джагретт, оставляя дикатенских солдат умирать в бою. Он делает то же самое, когда покидает свой пост на Стене, а затем в Этистине. Причина, по которой его выбор вызывает меньше споров, чем выбор Тессии, заключается просто в том, что в (большинстве) этих случаев он выбирал правильно. Ставя себя на место Тессии, я думал о ней почти как о человеке, погрязшем в долгах, который постоянно играет в азартные игры всё больше и больше, пытаясь сорвать большой куш. Если бы Вернетт действительно был могущественным лидером, и Тессия успешно убила его, она могла бы по-настоящему изменить ситуацию. Возможно, ей всё равно бы сделали выговор за то, что она покинула свой пост, но нет никаких сомнений в том, что к ней отнеслись бы как к герою, к кому-то, кто смог думать и действовать, основываясь на собственной интуиции, а не просто следуя приказам. Цель оправдала бы средства. Её выбор и логика в этой битве были здравыми, и она могла бы добиться успеха — но она проиграла ставку и ей пришлось понести последствия. Кария получила тяжёлые ранения, и Тессия навсегда потеряла доверие и уважение своих товарищей по команде. После этого каждое решение, которое она принимает в седьмом томе, становится лишь чуточку более отчаянным, заставляя её совершать всё более серьёзные и критические ошибки.
[Ниже следуют очень откровенные спойлеры к новелле, так что читайте с осторожностью.]
Моя задача была оставаться здесь, помочь силам Стены одолеть эту орду зверей. Даже если всё это было лишь отвлекающим манёвром, моя семья и Рога Близнецы всё ещё были здесь. Что, если я уйду, и с ними что-то случится? Но с другой стороны, что, если Тесс в опасности? Учитывая, сколько эльфов размещено вокруг Сапина, Эленуару было бы почти невозможно должным образом защититься от армии такого размера.
‘Я знаю, это трудное решение’, — ответила она, её успокаивающий голос слегка умиротворил меня. ‘Будь уверен, я поддержу любое твоё решение’.
Шестерёнки в моей голове завертелись, пока я размышлял. Алакрийские силы будут в невыгодном положении, сражаясь в Эльширском Лесу из-за тумана, но это не помешало им пройти почти до самого сердца Эленуара, и, насколько я мог судить, они превосходили численностью эльфийских защитников на десятки тысяч. Ловушки, уже установленные у Стены, уравняют шансы между защитниками Стены и приближающейся ордой, хотя, если я уйду, останется ли здесь кто-нибудь, способный справиться с крупными мана-зверями S-класса? Я не мог быть уверен.
Поджимаемый временем, поскольку и орда зверей, и алакрийская армия неумолимо продвигались к своим целям, я принял решение.
«Сильви, мы отправляемся в Эльширский Лес».
—Начало После Конца, Книга 7: Расхождение, Глава 217
Сражению Артура с Силритом никогда не суждено было стать грандиозной битвой, заслуживающей особого внимания. Я не собирался проводить прямую параллель между боем Тессии против Вернетта и Артура против Силрита. Напротив, акцент должен был быть сделан не на самой битве, а на параллели между их выбором. Артуру также предстоит принять важное решение: остаться на самовольно назначенном посту или покинуть свою позицию, чтобы сразиться с более могущественным врагом. Силрит был для меня всего лишь предлогом потянуть время. Если бы Силрит не вмешался, Артур смог бы очень быстро добраться до Тессии и решить все её проблемы перед возвращением на Стену. Но поскольку он поглощён битвой с Силритом, битва в Эльширском Лесу заканчивается, и ему приходится повернуть назад. Может быть, это потому, что Артур смог провести очень крутую битву против Силрита, или потому, что мы смогли свалить вину на Тродиуса Флеймсворта, но мне всегда казалось интересным, что выбор Артура покинуть Стену не вызывает столько споров — даже несмотря на то, что эгоистичные действия Артура, покинувшего свой пост, чтобы выбрать Тесс, имеют очень реальные, разрушительные для всего мира последствия: умирает его отец.
И, наконец, я прописал Тессии принятие некоторых действительно тяжёлых решений, поскольку знал, что хочу, чтобы она могла сопереживать Сесилии. Очевидно, что они во многом очень похожие друг на друга персонажи, но их ошибочные решения намеренно напоминают друг друга. Выбор, который Сесилия сделала в своей прошлой жизни, был продуктом персонажа, загнанного в отчаянное положение, пытающегося довольствоваться тем, что ему дано, но в конечном итоге делающего неправильный выбор. Когда Сесилия вселяется в её тело, Тессия не поддерживает и не соглашается с решениями Сесилии, но она понимает, что заставило её стать тем человеком, которым она была — хотя Тесс росла в любви и под гиперопекой по сравнению с сиротской жизнью Сесилии, она тоже не хотела ничего больше, чем вернуться в более простые дни счастья.
Разница, конечно, в том, что Тессия смогла усвоить, что её действия имеют последствия, и что ей придётся жить с каждым из них. Сесилия, для сравнения, предпочла отрицать это и настаивать на том, что её действия всегда были правильными, даже когда ей раскрыли правду. Она слишком боялась того человека, которым стала, и в глубине души она знала, что если она признает свои ошибки, ей придётся смириться с виной за убийство людей ради Агроны.