Лейла, нахмурившись, уставилась на ловушку перед собой. Она не знала, сколько часов уже занималась этим, но… прошло довольно много времени.

Все началось с того, что у нее заурчало в животе из-за отсутствия раннего завтрака. Однако Лейла намеренно игнорировала этот звук. Она беспокойно переминалась с ноги на ногу, но все было бесполезно. Ей так и не удалось поймать даже кролика, не говоря уже о косуле или олене.

— Пожалуйста, прошу только об одном олене или кролике. Этого будет достаточно, поэтому, пожалуйста, поймай хотя бы что-нибудь, из чего можно будет сделать стейк.

Бормотание Лейлы было наполнено отчаянием. Возвращаться домой с пустыми руками было ужасно неприятно.

— Черт возьми! Хотите сказать, что это дерьмо называется ловушкой? Все эти дрянные люди барона!

Эта ловушка была одним из предметов, присланных бароном давным-давно. Когда Лейла увидела ее, то поняла, что ей не следовало ожидать что-либо большего.

В какой-то момент ей стали присылать все меньше мяса. И вот однажды вместо мясных свертков ей отправили капкан. Тогда она бросила его в угол комнаты, поняв, что ей предлагают начать охотиться и обеспечивать себя мясом самостоятельно.

— Неужели в нем что-то сломано?

В прошлом она с такой силой кинула его об стену, что по хижине были разбросаны деревянные щепки.

Лейла с сомнением на лице тихо поднялась из-за куста. Она двигалась осторожно, на случай, если в этот момент приблизится животное, которое можно было бы поймать в ловушку.

Взяв длинную палку, лежавшую рядом, Лейла неуверенно нажала в середину капкана.

~Кван!~

Она вздрогнула, сжимая палку, попавшуюся в ловушку. Капкан работал очень хорошо.

— Но почему тогда он никого не может поймать?

Бормочущая себе под нос Лейла внезапно остановилась, задавшись вопросом, может ли все дело быть в ней самой.

— Черт побери!

Возможно, животные не приближались к ловушке именно из-за исходящего от нее зловония. Дикие звери ведь тоже избегают мест, где пахнет гнилью.

— Черт подери!

От бессильной злости Лейла бормотала вульгарные ругательства, пытаясь вытащить застрявшую в капкане палку. Плотно закрытая ловушка не желала отпускать добычу, будто действительно поймала что-то ценное.

— Отпусти, ты, глупая тварь!

Лейла энергично встряхивала палку, не зная, как открыть захлопнувшийся капкан.

— Фу, брось! Ну в самом деле!

Она вытащила из кармана смятый листок бумаги и посмотрела на него, сильно нахмурившись.

Прохладный лесной ветерок пробежал между бумагой и ее напряженным взглядом.

— Черт возьми! Должна же ты уметь хоть что-нибудь читать.

Лейла долго смотрела на руководство к использованию, но в итоге скомкала бумагу. Она так и не могла прочитать ни одной надписи.

Ее неумение было очевидно. Хотя Лейла и была дочерью уважаемого барона, все же она оставалась брошенным ребенком.

В младенчестве у нее была старая няня, но через год пожилая женщина, страдавшая головной болью из-за ее зловония, уехала в свой родной город под предлогом болезни.

Шесть месяцев, три месяца или один, иногда всего три дня. Сменилось несколько нянь. И к тому времени, как Лейла начала ходить, рядом с ней никого не было.

Барон и баронесса отказались от поисков няни, которая позаботилась бы об их зловонном ребенке. С тех пор Лейла стала жить в конюшне.

Не было ни единого шанса, что к ребенку, которого бросили в конюшне, приставили бы учителей. Подслушивая разговоры проходящих мимо людей, она научилась говорить, но не писать.

Ничего не изменилось и после ее прихода в хижину. Хотя, нет, все стало еще хуже. В лесу не было никого, кто прогуливался бы просто так и вел светские беседы, поэтому она часто целыми днями не слышала живой человеческой речи.

Маленькая девочка, не имевшая ни одной из тех обычных детских книжек, не могла самостоятельно научиться читать.

— Просто использую эту бумажку в качестве розжига.

Сам принцип работы ловушки был достаточно прост — нужно было нажать на кнопку сбоку капкана, и его зубья разожмутся. Однако для Лейлы, не сумевшей прочитать руководство, инструкция осталась просто бумажкой, которая сгодится для растопки.

— Ах! В самом деле!

Встряхнув палку еще несколько раз, женщина в конце концов отпустила ее.

— Хватит! Стейк или что-либо еще, мне все равно!

Лейла обернулась и застонала. Сначала она подумала, что это какое-то безумие.

Она не могла даже прочитать инструкцию, а мысль о том, чтобы поставить ловушку для охоты, была странной даже для нее самой.

Для нее было непривычно продолжить беспокоиться, когда он сказал, что любит стейк.

Было необычно, что вчера вечером она вскочила со своего места, думая о ловушке, которой не пользовалась годами. Не говоря уже о том, что она до самого рассвета, забыв про еду и воду, всюду искала этот капкан.

Нет, самым странным были те ощущения, которые этот мужчина вызывал в ней, когда предлагал лечение. Казалось, что внутри что-то зудит и трепещет, а по коже бежали мурашки, хотя не чувствовалось никакого холода.

С тех пор, как появился этот человек, она все меньше и меньше узнавала обычную себя.

Вспомнив о Биосте, Лейла, направляющаяся к своей хижине, внезапно остановилась.

Черные волосы, сияющие золотые глаза. Лицо с добродушной улыбкой.

Раздражение медленно сходило с ее лица.

Он был первым мужчиной, который увидел Лейлу и не сказал, что от нее пахло. Нет, он был первым человеком.

Первым человеком, который сказал ей, что она красивая девушка.

Кроме того, он был первым человеком, который улыбнулся ей.

— Черт возьми! Черт возьми!

Она выплюнула ругательства, а ее щеки слегка покраснели.

Лейла развернулась. Она собиралась снова встряхнуть ловушку. И собиралась дождаться, когда какое-нибудь глупое животное попадет в расставленный капкан.

Если Биост придет снова, то она хотела бы подать ему стейк.

Это было бы здорово.

* * *

— Кажется, что… что у нас с вами произошло небольшое недопонимание.

Увидев сияющую Ариадну, стоящую в красивом платье, Сули сделал смущенное выражение лица.

— Что?

Ариадне, не понимавшей причин его смущения, ничего не оставалось, как спросить, в чем же дело.

Слуга молча посмотрел на девушку, стоявшую перед ним, а затем на экипаж позади нее. Его лицо продолжало выражать искреннее смущение.

— Что-то не так?

Барон, молча наблюдавший за ним сзади, приблизился. Он специально стоял за спиной Сули, так как его глаза все еще были красными после недавнего слезного прощания с Ариадной.

— Кстати, наследного принца нигде не видно.

Поскольку он думал, что кандидатка в наследные принцессы поедет вместе с принцем на его карете, то даже не подготовил для дочери отдельный экипаж.

— Я спустился перед его высочеством, чтобы убедиться, что все хорошо подготовлено, — солгал Сули с пересохшим ртом. — Однако теперь все стало очень сложно.

— О каких сложностях ты говоришь?

— Это... — Слуга посмотрел на людей, удивленно уставившихся на него. — Это потому, что она не тот человек, о котором я говорил уважаемому барону.

— Да? Что ты имеешь в виду? Разве ты не говорил, что наследный принц сказал, что он собирается взять мою дочь в императорский дворец?

— Все верно. Он, конечно, сказал это.

Это было правдой — наследный принц действительно предложил взять с собой дочь барона в качестве кандидатки на роль наследной принцессы. Истиной также было и то, что он намеревался воплотить свое желание в реальность.

— Хорошо, тогда что ты подразумеваешь под «она не тот человек»?

Еще одной правдой было то, что Сули немного подшутил в середине своей полулжи. Однако, будучи верным слугой наследного принца, он не хотел вовлекать хозяина в собственную забаву.

Драгоценный кронпринц проводил сейчас время в уютной комнате, занимаясь починкой своего меча. Он и понятия не имел, что происходило в саду барона.

— Итак, я хочу сказать, что это правда, что принц хочет взять дочь барона Валенсии в императорский дворец в качестве кандидатки на роль наследной принцессы, однако это не та дочь, о которой я говорил.

— Нет, что вы имеете в виду под тем, что она не та уважаемая дочь барона Валенсии!? Есть ли еще одна дочь, о которой я... не знаю... — Начавший тараторить барон, к концу фразы потрясенно замедлился. Он так и не смог договорить и только открыл рот, — …н-ни за что.

— Да. Вы правы.

Увидев заикающегося барона с бледным, как белый лист, лицом, Сули слегка улыбнулся.

— Чушь!

Слуга улыбнулся еще шире, когда Ариадна вскрикнула с испуганным выражением лица.

— В этом есть смысл. Уважаемая дочь барона Валенсии, которую мы хотим видеть наследной принцессой — Лейла, старшая дочь.

У Сули, только что вбившего последний клин в надежды Валенсии, все еще была улыбка на лице.

Возможно, принц и не станет его винить. Хотя может сказать, что Сули сделал что-то бессмысленное.

— Э-этот ребенок… как наследная принцесса… в императорский дворец...

— Мы отвезем ее туда.

Аккуратно завершил предложение Сули, видя как ухудшились языковые навыки барона.

— Это не имеет смысла.

— Почему же? В этом достаточно смысла.

— Как это возможно? Когда наследный принц мог видеть ее?

— Он сказал, что встретил ее в хижине в лесу. В тот день, когда заблудился во время охоты.

— Даже если ты говоришь, что он ее видел! Как это может быть тот ребенок!

Руки Ариадны сжались в кулаки и задрожали. Если бы Сули не был слугой наследного принца, то она бы сразу же ударила этого болтуна кнутом по губам. Если бы ее действия не достигли бы потом ушей Биоста, то она прямо сейчас оторвала бы голову стоявшей рядом служанке или пнула дерево поблизости. Но поскольку Ариадна ничего из этого сделать не могла, у нее не было другого выбора, кроме как подавить свой гнев, крепко сжав кулаки.

— Нет, что это за глупость такая? Кроме того, я уверен, что дал тебе денег, чтобы ты присматривал за моим ребенком.

— Да. Это верно.

— Вот именно! Такова была договоренность, и ты даже получил бонус!

— Разве это не очевидный успех? Ведь уважаемая дочь барона собирается в императорский дворец в качестве кандидатки на пост кронпринцессы.

— Нет, что это такое?! Эта не та дочь, о которой я говорил!

— Разве Лейла не дочь барона? Кроме того, разве она не прекрасный старший ребенок?

Сули не ошибался. Лейла тоже была его дочерью. Была той, кого он бросил.

— Поскольку у вас две дочери, между нами, похоже, возникло небольшое недопонимание, но теперь, когда оно разрешилось, я думаю, что это было даже к счастью. Не будет ли для Лейлы-ним слишком затруднительно уехать сегодня?

— Нет, это...

— Тогда я дам вам время до завтра. Увидимся завтра, в это же время, прямо на этом месте, с уважаемой дочерью барона, которая должна была быть здесь сейчас.

С этими словами Сули развернулся.