Под луной стоял прекрасный черный зверь.

Темный гладкий мех поблескивал в свете мерцающих факелов, а красивые золотистые кошачьи глаза, зрачки которых расширились из-за ночной тьмы, сияли, как драгоценные камни.

Черный ягуар, гибкий, опасный и изящный, стоял на спине упавшего человека.

— Откуда он вдруг здесь взялся?

Эти слова слетели с губ Ганса. Пока он паниковал, не зная, что предпринять, ягуар спустился со спины своей жертвы и, виляя гладким хвостом, направился в их сторону.

Ганса от ягуара отделяло несколько человек, но все они в страхе отшатнулись назад, не найдя смелости вступить в бой с черным зверем.

Излишне говорить, что ягуар, стоящий перед ними, был слишком велик. Настолько, что мог соперничать в размерах со львом или тигром.

Одна из его передних лап, казалось, была размером с человеческую голову, а ее силы, как они только что видели, было достаточно, чтобы свалить взрослого человека, будто тот ничего не весил.

— Пустите!

Пока остальные были отвлечены появлением черного зверя, Лейла изо всех сил пыталась освободиться. От шока человек, державший ее за ноги, разжал руки, и теперь она могла стоять на твердой земле.

И только тогда глаза Лейлы наконец смогли увидеть то, что видели и другие.

— Было ли что-то настолько большое в этом лесу?

Даже прожив в лесу десять лет, она никогда не встречала ничего подобного. Однажды она нашла следы когтей на дереве и предположила, что где-то в чаще жил медведь. Однако она никогда не видела настолько большого ягуара.

Зверь шел очень грациозно, в каждом его движении ощущалась неспешность.

— В-воу!

В конце концов, все, кто был перед Лейлой, отступили ей за спину, и теперь перед зверем стояли Ганс, она и люди, державшие ее за руки.

Ганс взмахнул факелом перед ягуаром в попытке отогнать его. Но черный зверь даже глазом не моргнул.

— К-какого черта он...

Зверь не боялся огня. Ганс поколебался и отступил на шаг. Толпа позади него тоже подалась назад, увлекая за собой и Лейлу.

— Ты сделала это!

Мужчина, державший Лейлу, дернул ее за руку.

Лейла подумала о том, что ей бы хотелось, чтобы слова этого человека были правдой. Тогда бы она не была так удивлена тому, что существует настолько большой зверь.

— Разве это не очевидно?

Однако не было никакой необходимости говорить правду. Лейла блефовала, не отрицая того, что это именно она призвала зверя.

— Немедленно отошли его!

— Но что если я не хочу этого делать?

Лицо мужчины скривилось, когда он услышал резкий отказ. Казалось, он действительно верил в то, что во всем виновата именно Лейла.

— Твое отношение к просьбе об одолжении неправильное.

Лейла бросила холодную насмешку. Конечно, истинная причина ее отказа заключалась в том, что она не имела власти над зверем и не смогла бы прогнать его, даже если бы захотела.

Вопреки ожиданиям деревенских жителей, Лейла была обычной хрупкой женщиной, и прямо сейчас ей хотелось осесть на землю из-за боли в запястьях и лодыжках.

— Убирайся прочь!

Ганс вновь направил факел на зверя, который шаг за шагом приближался к ним. Однако черный зверь даже не шелохнулся.

Это было странно.

Горные звери должны были бояться огня. Нет, прежде всего, дикие животные не подошли к такой толпе людей.

Более того, ягуар не съел того человека, которого завалил первым. Зверь напал на них, будто это была не охота, а игра, и он, казалось, веселился и был рад видеть, как люди вздрагивают при его появлении.

Ганс перевел взгляд на Лейлу, стоявшую позади него. Он не знал, действительно ли этого зверя призвала именно ведьма.

Они были начеку, и никто не видел, чтобы она произносила какое-либо заклинание. Так каким же тогда образом ведьма призвала такого чудовищного зверя?

— Агх!

Ганс швырнул в зверя факел, который до этого держал в руке. Огонь пролетел мимо черного ягуара, едва задев кончик его уха. На мгновение зрачки зверя сузились из-за света, но затем снова расширились.

Эта перемена, длившаяся всего мгновение, заставила его выглядеть так, будто он был зол. Зверь пригнулся и зарычал, угрожающе обнажив зубы.

Однако Ганс этого не видел. Он молниеносно развернулся и бросился к Лейле. Если он пронзит сердце ведьмы своим мечом, то черный ягуар, появившийся из-за ее магии, исчезнет.

— Сердце ведьмы...

Когда Ганс вытащил меч, который носил на боку, то почувствовал что-то странное. Его рука не касалась меча. Он ничего не чувствовал.

Ганс несколько раз непонимающе моргнул. На лицах людей, что стояли перед ним, появилось выражение удивления. Даже злобная ведьма смотрела на него удивленно.

Почему... с какой стати...?

Все вопросы вскоре исчезли. Он почувствовал мучительную боль в плече. Нет, дело было не только в плече. Почти половина его туловища адски болела, и каждый нерв кричал от непереносимой муки.

— Аааааааааа!!

Из тела Ганса хлынула алая кровь. Мужчина, на туловище которого сомкнулись огромные челюсти зверя, издал ужасающий крик.

Зверь слегка качнул головой, и крики Ганса прекратились. Примерно треть его туловища была оторвана одним укусом, так что было естественно, что он затих так быстро.

— О, Боже мой...

При виде ужасного зрелища, свидетелем которого ей никогда раньше не приходилось быть, Лейла непроизвольно прикрыла рот рукой. В этот момент золотистые глаза зверя метнулись к ней. Когда ее глаза расширились от удивления, глаза ягуара заблестели.

Он вновь открыл пасть, и тело Ганса, точнее его часть, упало на землю.

— Аааааааа!!

Те, кто стал свидетелем жестокой смерти своих товарищей, начали убегать. Некоторые просто повернули назад и побежали туда, откуда пришли, другие пытались затаиться в высокой траве, что росла поблизости, а некоторые в спешке скрылись где-то в глубине темного леса.

«Черт возьми!»

Убегая, кто-то разбил окно хижины и бросил внутрь факел.

— Агх!

Пламя факела перешло на занавески, сделанные из старой одежды Лейлы, а затем распространилось по всей хижине.

Лейла подумала, что ей нужно как можно быстрее потушить огонь, поэтому попыталась вбежать в хижину. На кухне стояло ведро, и с его помощью она могла бы набирать воду из ручья на заднем дворе и пытаться залить пламя…

Лейла, ведомая этой мыслью, уже двинулась вперед, но внезапно остановилась.

Она медленно развернулась. Позади нее было окровавленное тело. Немного поодаль лежали несколько мужчин, и Лейла не знала, живы ли они или уже нет.

А среди тел был черный зверь.

Что с того, что она потушит пожар в хижине? Будет ли она продолжать там жить? Разве все будет как обычно?

Человек умер.

Все, кто сбежал, скажут, что во всем виновата ведьма.

Ведьма, живущая в хижине в лесу, вызвала черного зверя и убила человека. Оставят ли они ее в покое?

Эти люди, намеревавшиеся убить ее, даже когда она не причинила им никакого вреда?

Отец Лейлы дал разрешение на ее убийство.

Она и раньше думала, что ее бросили, но в этот раз поняла, что от нее действительно окончательно отвернулись.

Огонь лениво пожирал хижину.

— Все кончено, — пробормотала Лейла.

Несмотря на то, что дом, в котором она жила десять лет, сейчас горел, она ничего не чувствовала. Там были все вещи Лейлы, но она не чувствовала себя обязанной что-либо спасать.

Нет ничего, что было бы ей дорого. По крайней мере, там.

И за пределами горящей хижины также ничего не было. Родители бросили ее. Ни один человек не хотел называться другом. И возлюбленного, конечно же, не существовало.

У Лейлы не было ничего и никого. Всегда.

Она снова медленно отвернулась от горящей хижины. Черный ягуар, сидевший теперь на земле, смотрел прямо на нее.

У него не было намерения причинить ей вред. Его золотые глаза все еще остро блестели, но он спрятал когти и клыки.

— Ты...

Лейла открыла и вновь закрыла рот.

Если бы она спросила его, кто он, зверь не смог бы ответить. Это было то же самое, что и расспрашивать его, откуда он взялся.

Вместо этого Лейла спросила о другом.

— Почему ты не нападешь на меня?

Она задала вопрос не потому, что надеялась получить ответ.

Зверь, конечно же, ничего не сказал. Он просто неотрывно смотрел на Лейлу, прожигая ее взглядом золотых глаз.

В тот момент, когда Лейле показалось, что его глаза кажутся ей странно знакомыми, сзади послышался громкий шум.

Когда она обернулась, то увидела, что крыша сгоревшей хижины с треском обрушивается.

— Акх!

Лейла, пытаясь избежать нестерпимого жара, сделала пару шагов назад, а хижина начала гореть еще яростнее, будто ожидая чего-то.

— Это будет опасно…

Когда Лейла повернула голову, думая, что ей следует избегать близкого общения с диким зверем, позади нее никого не было.

Черный ягуар, до этого тихо сидевший, будто большая кошка, бесшумно исчез.

— Куда он делся?

Она попыталась оглядеться, но он уже исчез без следа.

Лейла тихо проговорила:

— И вновь я одна…

Даже если это был просто дикий зверь, но он был первым, кто был на ее стороне. Конечно, затруднительно было приравнивать его к человеку, но он был первым, кто помог ей.

Слушая одинокое бормотание Лейлы, хижина горела.