— Кто-то приближается со стороны деревни. Верхом на коне.

Слова наёмника, первым заметившего всадника, оборвали царившую до этого болтовню. Две фигуры неспешно двигались по дороге, уходящей вдаль в направлении Края Королевства.

— В эту захолустную дыру никто не суется без крайней нужды.

Даже редкие торговцы наведывались сюда от силы раз-два в год – прибыль того не стоила.

— Клин, позови Сорина.

Грузный капитан наёмников, известный под прозвищем Борода, отдал короткий приказ.

Их нанял Сорин, чиновник из Костеграда, отвечавший за общественный порядок и безопасность.

— Рыцарь и слуга. Или, быть может, оруженосец. – Пробормотал кто-то из наёмников.

Когда Сорин, наконец, подъехал верхом, Борода тут же отрапортовал:

— Вы уверены, что это рыцарь? Зрение у меня уже не то, что прежде.

Сорину было далеко за пятьдесят. Несмотря на старательно поддерживаемую прямую осанку, годы брали своё, и зрение его неуклонно слабело.

— Я видел, как от его груди блеснул металл. Да и сложен он крепко, высокий.

Мускулистый всадник, облачённый в стальные доспехи… двадцать лет наёмничьего опыта недвусмысленно кричали об опасности.

— Более того, он движется прямо на нас, ни на секунду не замедляясь, даже увидев нас.

В этом суровом мире неписаным правилом при встрече с незнакомцами была осторожность: остановись, присмотрись, оцени.

Но эти двое продолжали приближаться, не выказывая ни малейшего беспокойства, несмотря на то, что их было вчетверо меньше. Это означало лишь одно: они вовсе не считали наёмников угрозой.

— Да этот тип точно рыцарь.

Самая смертоносная боевая единица, которую когда-либо порождало это жестокое время.

— Как там называлась эта деревня? Королевский Тракт?

— Край Королевства. Звучит помпезно, а на деле – грязная дыра. Заезжал я туда однажды – пиво было хуже болотной жижи.

— Так с какой стати рыцарю появляться из такого места?

Наёмники нервно перешёптывались.

Рыцарей боялись едва ли не больше, чем кровожадных чудовищ. Они были самыми опасными противниками, с которыми мог столкнуться наёмник.

От монстра ещё можно было попытаться убежать. Но повернуться спиной к рыцарю на коне? Это было равносильно самоубийству.

Если рыцарь во время битвы врезался в строй? Противостоять этому было невозможно. Бегство каралось смертью, а попытка удержать строй заканчивалась пронзённым телом или растоптанными костями.

— Как выглядит этот рыцарь? Он стар?

В то время как наёмники пребывали в напряжённом ожидании, Сорин, напротив, казался весьма довольным.

Его задачей было доставить официальное приглашение от Костеграда сэру Гопри, который, по слухам, доживал свой век в Краю Королевства.

Не могло быть и речи о том, чтобы в этой богом забытой деревушке обитал ещё один рыцарь. Его миссия внезапно стала на порядок проще.

— Нет, он выглядит совсем молодым.

Но, как это часто бывает, планы редко воплощаются в жизнь без сучка и задоринки.

— Ты уверен, что не ошибся?

— Поверьте, капитаном наёмников не становятся с плохим зрением.

Хоть отряд и был невелик – всего восемь человек – звание капитана свидетельствовало об остром глазе и безошибочных инстинктах. Иначе ему бы просто не выжить.

— Вы правы. Прошу прощения.

— Ничего страшного.

На лице Сорина теперь читалось разочарование.

— Капитан… он же не собирается на нас напасть, правда?

— А вдруг это какой-нибудь заблудший рыцарь, ищущий лёгкой наживы в окрестностях?

— Не дрейфьте, дурни.

Несмотря на явное беспокойство своих подчинённых, Борода сохранял невозмутимое спокойствие. У него были веские основания для уверенности.

— Мы выполняем официальное поручение от самого города Костеграда. Ни один здравомыслящий человек не посмеет вести себя безрассудно.

— Совершенно верно.

С гордостью согласился Сорин.

— Если он родом из этой дыры, скорее всего, у него нет ни земель, ни титула.

Рыцари, безусловно, внушали трепет, но это была не их территория, и баланс сил явно склонялся в пользу Костеграда.

Если только этот незнакомец не был полным безумцем, ни один рыцарь не посмел бы напасть на людей, выполняющих официальное поручение от Костеграда, да ещё и у самых его стен.

***

Тем временем, пока Сорин и наёмники подозревали Юджина в том, что он может оказаться рыцарем-разбойником, сам Юджин испытывал не меньшую подозрительность по отношению к ним, принимая их за обычную бандитскую шайку.

Но, в отличие от них, Юджин сохранял внешнее спокойствие и невозмутимость.

После сражений с чудовищным вепрем, тренировок под руководством Гопри и даже столкновения с элитными бойцами Маркуса, он уже имел чёткое представление о своих истинных силах.

Небольшая группа наёмников, разглядывающих его с полу-осторожностью, полу-страхом? Совершенно не представляла угрозы.

— Я – Сорин, послан городом Костеградом по официальному делу в Край Королевства. Это мой эскорт из наёмной компании Клина.

— Я – Юджин Майер. Это мой слуга, Хоми. Какое совпадение – мы сами направлялись в Костеград.

Юджин приветливо улыбнулся и представился.

Обмен репликами был кратким, но Сорин мгновенно проникся уверенностью, что Юджин – рыцарь благородного происхождения.

Его речь была чёткой и размеренной, каждое слово произносилось отчётливо, а в его лексиконе присутствовали формальные выражения, незнакомые простым крестьянам. Подобно изысканному наречию высшего света, это было нечто, доступное лишь тем, кто получил воспитание в знатной среде.

Уверенная осанка, добротное снаряжение, породистый боевой конь – лишь тот, кто вырос в атмосфере рыцарской доблести, мог излучать такое явное превосходство.

Тем временем наёмники не отрывали взгляда от массивного арбалета, которая несла Хоми.

Только их лучник, Сова, использовал лук – и это был слабый короткий лук, едва ли способный пробить добротный доспех.

Но этот гигантский арбалет Хоми выглядел достаточно мощным, чтобы свалить разъярённого вепря одним выстрелом. Их хлипкие деревянные щиты не имели бы против него ни единого шанса.

—:Мы достаточно отдохнули – пора выдвигаться. Но, сэр рыцарь, я бы посоветовал вам разбить лагерь здесь.

Вежливо произнёс Сорин.

— Почему? Солнце ещё высоко.

— Между этим местом и Краем Королевства есть несколько весьма удобных мест для ночлега. Но дальше вы не найдёте ничего подходящего по крайней мере полдня пути. В итоге вам может придётся заночевать в гораздо худших условиях.

Выбор места для лагеря во время путешествия имел первостепенное значение.

Доступ к воде, хорошая видимость для предотвращения засад, наличие путей отступления, укрытие от непогоды.

Место ночлега могло стать разницей между лёгкой простудой и верной смертью. А даже простуду в этом суровом мире не стоило недооценивать.

— Благодарю за совет. Я впервые еду этой дорогой поскольку долгое время жил в Краю Королевства.

— Понимаю. Это тихая, спокойная деревня. И люди там весьма добродушны.

Глаза Сорина оживились – и Юджин это заметил.

— Если вас интересует что-либо о деревне, не стесняйтесь спрашивать. Я сторонник взаимовыгодного обмена.

Наёмники начали проникаться дружелюбием Юджина. Им стало казаться нелепым, что они ещё несколько минут назад испытывали перед ним страх. Но бдительность они всё же не теряли.

— Вы знакомы с сэром Гопри? Мы слышали, он остановился в местном монастыре.

— Я хорошо его знаю. Но почему вы его ищете?

Юджин уже был внутренне готов к немедленным действиям. Лучником он по-прежнему был озабочен в первую очередь.

— Мы прибыли из Костеграда, чтобы официально пригласить его. Вот официальное письмо от городских властей.

Сорин достал свёрнутый пергамент, скреплённый печатью магистрата Костеграда.

Напряжение мгновенно спало с обеих сторон.

Юджин убедился, что перед ним не враги, а наёмники наконец узнали истинную цель своего путешествия.

Им заплатили щедро, велев не задавать лишних вопросов – лишь доставить письмо. Если это и впрямь всё, работа была идеальной.

— Боюсь, вы опоздали. Он уехал совсем недавно. Даже если вы поспешите в деревню, его там не найдёте.

— Мы слышали, он был там всего пару месяцев назад. Что-то случилось?

— Он отправился в паломничество. Раз вы не встретили его по дороге, значит, разминулись совсем немного.

— Ох, нет!

— Даже если бы вы и встретились, он бы отказался. Он не желает более впутываться в мирские дела.

Сорин вздохнул, разочарованный, но в то же время почувствовав облегчение. Теперь у него была вполне уважительная причина доложить о неудаче.

— Вы, кажется, хорошо его знаете. Осмелюсь спросить, каковы ваши отношения?

— Он посвятил меня в рыцари. Он обучал меня владению мечом и даже передал свои доспехи. Я его прямой ученик.

Юджин коснулся своей нагрудной пластины.

— О-о-о! Так вы наследник его славы! Это, должно быть, сама судьба. Не окажете ли вы нам честь прочесть это письмо?

Сорин протянул свиток.

— Я не мой учитель.

— Но как его прямой ученик, вы более чем достойны. Город примет вас с распростёртыми объятиями.

В этом мире вести распространялись медленно. Прибыть на место и обнаружить, что искомый человек или предмет исчез, было обычным делом.

Именно поэтому запасные планы были так важны. Прямой ученик Гопри подходил для этой роли как нельзя лучше.

— Хорошо.

Юджин кивнул, и Хоми шагнула вперёд, приняла письмо и, опустившись на одно колено, почтительно протянула его ему обеими руками.

"Он умеет читать." – Подумал Сорин, окончательно убедившись в правдивости рассказа Юджина.

Добротное снаряжение, благородная осанка, образованная речь, давнее проживание в Краю Королевства… идеальное совпадение.

— Гм...

Юджин беззвучно пробежал глазами письмо. Большая его часть состояла из вежливых оборотов – восхваления чести и подвигов Гопри.

Лишь последняя часть содержала истинную цель послания:

— Мы будем весьма почтены принять рыцаря вашей славы в наших стенах. Просим вас посетить нас. Мы окажем вам величайшее уважение.

Однако причина приглашения так и не была указана.

Неужели город в беде и нуждается в помощи? Или же они просто пытаются произвести впечатление на некоего важного гостя?

— Город в опасности?

Сорин глубоко вздохнул, прежде чем ответить: — По правде говоря, в последнее время обстановка напряжённая. Дворяне с запада – из Горда — начали проявлять активность.

Война на континенте стала чем-то вроде жестокой забавы.

Маркус прибыл с небольшим отрядом, чтобы спасти Марию, потому что и их семья находилась на грани войны с соперничающим кланом.

Костеград, прежде умевший избегать конфликтов путём переговоров, достиг предела своих дипломатических возможностей.

— Значит, если я приму приглашение, меня могут отправить на войну?

— Нет! Ни в коем случае!

Сорин заметно занервничал.

— Это приглашение исключительно ради чести разделить трапезу с великим рыцарем. Больше ничего.

Приём известного рыцаря значительно повышал престиж города.

Когда знатный гость бесплатно пользовался гостеприимством, это было одновременно поводом для благодарности и предметом гордости.

— Если город окажется в кризисе, мы можем обратиться за помощью. Но примете вы её или нет – решать только вам.

Это не было спонсорством с выплатами или обязательствами. Лишь чистое гостеприимство. Гопри часто говорил, что использовал подобные приглашения для путешествий, избегая при этом обременительной работы.

Юджин внимательно обдумал предложение, затем взглянул на Хоми.

(Как пожелаешь.) — Беззвучно прошептали её губы.

Юджин принял решение.

— Хорошо. Я принимаю приглашение.

— Благодарю вас!

Сорин просиял. Теперь он мог доложить об успехе миссии, а не о провале.

Наёмники тоже были довольны. Нет нужды тащиться в Край Королевства – плату они получат ту же.

Юджин также был рад. Вместо того чтобы бесцельно скитаться по незнакомым землям без всяких связей, официальное приглашение в город значительно упрощало дело.

Если город попросит о чём-то незначительном, он сможет заслужить расположение. Если же просьба окажется опасной, он всегда сможет отказаться.

— Тогда я с нетерпением жду вашего общества на обратном пути.

— И я вашего.

— Борода, разбить лагерь!

— Есть, сэр!

Наёмники с оживлением принялись за обустройство ночлега.

Юджин прислонился к дереву, пока Хоми помогала ему снять доспехи. Наёмники собирали хворост и запекали картофель на костре.

— Как сэр рыцарь будет ужинать?

Борода приблизился с двумя дымящимися картофелинами в руках, почтительно склонив голову. Крепкий мужчина, чьё прозвище едва ли было настоящим именем – вряд ли родители нарекут своего ребёнка «Борода».

В их ремесле использование прозвищ было обычным делом. Расспрашивать о прошлом считалось дурным тоном.

[— Даже если ты рыцарь, а он всего лишь наёмник, не спрашивай. Среди наёмников это правило так же свято, как и гостеприимство.] — Наставлял Гопри.

— Если вы не приготовили ничего своего, это всё, что мы можем предложить…

— Благодарю вас. Хоми, нам следует предложить что-нибудь взамен.

Юджин с самого начала намеревался поделиться. На костре уже закипал котелок с густым сладким чаем, заваренным из корней растения, похожего на ямс.

— Весьма признательны!

Хоми отнесла котелок наёмникам, которые тут же принялись доставать свои потрёпанные деревянные миски.

Горячий бульон в дороге был большей редкостью, чем можно было подумать. Для наёмников, привыкших к холодной росе, тепло было редким и желанным удовольствием.

— Сладко! Как сладко!

— Словно горло прочистило!

— Сегодня я буду спать как убитый.

В этом мире, испытывающем постоянный недостаток сахара, горячий сладкий бульон во время ночёвки в лесу был настоящим чудом.

Их тела и души словно растворялись в этом тепле.

***

Наступила ночь.

Естественно, ночное дежурство полностью взяли на себя наёмники. Однако Хоми также внесла свой вклад благодаря обострённым чувствам, присущим зверолюдям.

Ещё не рассвело? Хоми, до этого спокойно спавшая, внезапно резко села и зарычала в определённом направлении.

— Ч-что случилось, госпожа оруженосец?

Заикаясь, спросил молодой наёмник, стоявший на страже. Тем временем опытный ветеран быстро сообразил и посмотрел туда, куда уставилась Хоми.

Вскоре из кустов примерно в восьмидесяти метрах блеснули две пары жёлтых глаз.

— Волки!

Ветеран задумался, стоит ли будить остальных. Звери пока держались на почтительном расстоянии, лишь поблёскивая глазами из густой лесной чащи.

Затем Хоми шагнула вперёд.

— Ррррр—

Она издала особый, низкий рык, который далеко разнёсся в ночной тишине, словно грозное предупреждение.

Несколько мгновений спустя жёлтые глаза исчезли.

— Они ушли?

Хоми кивнула.

Она спокойно вернулась на своё место для сна и снова свернулась калачиком. В её милой пасти, словно соску, покоился кончик её пушистого хвоста.

— Видел? Вот что значит настоящий оруженосец великого рыцаря.

Ветеран не упустил возможности покрасоваться. Наёмники никогда не упускали шанса похвастаться перед новичками – даже по мелочам.

— Ух ты, вот это да.

Хотя в рассказе и сквозило некоторое преувеличение, наивный новобранец мог лишь благоговейно смотреть на происходящее.