— Так ты это разрешил? Мы только недавно вернулись из Европы, а она уже снова собирается прогуливать школу и ехать в парк аттракционов?

Чхве Исео смотрела на меня с нескрываемым изумлением. Но тут стоило сразу прояснить ситуацию.

— Не я это решил. Ю Арин дала добро.

Разве не Ю Арин в прошлый раз вела переговоры с Юной, которая вознамерилась увязаться за нами на свидание?

Стоило мне указать пальцем на Ю Арин, как та внезапно издала какой-то странный, утробный звук:

— Гр-р-р-р...

— Это еще что? Что ты творишь? Я бы и рад подыграть, но хотя бы объясни, в чем суть сценки.

— Ты же сам сказал, что в игре я превратилась в букашку. Разве букашки не так рычат?

Значит, она изображала «Арин-букашку». Прости, в этот раз было сложновато догадаться. Да и вообще, разве насекомые умеют рычать?

— Ха-а... Ну почему они так ненавидят ходить в школу? — Чхве Исео прижала ладонь ко лбу и тяжело вздохнула.

Похоже, ее всерьез беспокоило то, что Юна постоянно ищет повод увильнуть от занятий. Мы с Ю Арин, напротив, переглянулись в недоумении и посмотрели на Чхве Исео.

— Школа — это место, куда по определению ходить не хочется.

— Исео, ты разве не путаешь слова местами?

Чхве Исео растерялась от нашего напора. Мы смотрели друг на друга, понимая, что наши взгляды на мир диаметрально противоположны. Ю Арин восхищенно ткнула меня локтем в бок:

— Слышь, я же говорила. У нее мышление совсем другое. Она же психопатка.

— Какая еще психопатка только из-за того, что мне нравится ходить в школу? — проворчала Чхве Исео, но, честно говоря, в этот раз Арин казалась более правой.

Нет, ну серьезно, существуют же люди, которым нравится учиться. И Исео такая, и наша Соу. Кажется, я породил монстров.

— Мы как северный и южный полюса. Именно потому, что мы такие разные, мы и притягиваемся друг к другу, Исео.

Само собой, одно дело — принципы, и совсем другое — я, женатый человек, который всегда готов вильнуть хвостом, чтобы заработать баллы в глазах супруги.

— Лесть настолько топорная, что вызывает только отторжение, — отрезала она.

Эффект оказался не таким, на какой я рассчитывал.

— Такую лесть можно выслушать раз или два. Но когда ты строчишь ею без умолку, невольно начинаешь приходить в чувство, — вставила Ю Арин.

Я тут же ткнул её под ребра, заставляя замолчать. Она зыркнула на меня, спрашивая «ты чего?», но после еще пары тычков всё же предпочла пересесть подальше.

— А если серьезно, что будем делать с Юной? Честно, я поначалу тоже сомневалась. Дети только из Европы приехали, а тут опять прогулы?

— Сама же пообещала, — напомнила Чхве Исео, упрекнув Ю Арин в том, что та подает ребенку дурные примеры. Но Арин благополучно проигнорировала замечание и продолжила гнуть свою линию:

— Я тут подумала, и, по-моему, Юна права. Лучше один раз прогулять школу и съездить развлечься. Ты посмотри, сколько среди нас знаменитостей.

— Ну, это верно.

— И что, ехать в парк в выходные? Ой, нет, там же толпы, дышать нечем. Представь, как Ким Уджин будет стоять в очередях. Он же за весь день ни на одном аттракционе не прокатится, только в очередях простоит.

Это еще что за новости? Неужели я внезапно превратился в того самого школьного изгоя из вебтунов или дорам? Роль того, кто занимает очередь для крутых ребят, а сам в итоге остается ни с чем.

Я возмущенно уставился на нее, но Ю Арин лишь послала мне «сердечко» из большого и указательного пальцев.

— Наш глава семьи! Я знала, что не ошиблась в мужчине. Ты же без проблем постоишь весь день ради детей, верно?

— Слишком явная лесть, сразу палишься.

— ...Гад, быстро соображаешь.

Я вернул ей её же слова, нанеся ответный удар. Пока я самодовольно ухмылялся, Чхве Исео снова вмешалась в разговор:

— Я не против поездки с детьми. Ты права, в выходные нам будет неудобно.

— Вот именно. В школу они ходят каждый день. А вот прогулять уроки с родителями и рвануть в парк аттракционов? Такое воспоминание останется на всю жизнь.

— ...На всю жизнь.

Редкий случай: Ю Арин удалось убедить Чхве Исео с помощью логики. Обычно она либо берет измором, либо просто прет напролом. Чхве Исео ценит учебу, но воспоминания с детьми для нее не менее важны. Она ведь хочет быть хорошим родителем.

Однако крепость здравого смысла Чхве Исео всё еще держала оборону.

— Мне тоже нравится эта идея. Создавать воспоминания — это здорово. Но если дети будут слишком часто пропускать школу, это плохо скажется на их дисциплине. Да и в школе на это посмотрят косо.

— Хм-м.

— Особенно Юна и Чхэрин. Они и так пропустили несколько дней из-за Европы, теперь им будет сложно догнать программу. Они ведь и так не особо рвутся учиться.

— Эх, и в кого они такие? — громко воскликнул я, качая головой.

Ю Арин тут же запустила в меня диванной подушкой:

— В тебя, придурок!

— Эй, я вообще-то прилежно учился. У меня даже есть грамота за стопроцентную посещаемость!

На самом деле, я ходил в школу не столько ради знаний, сколько потому, что моя семья никуда не ездила, а кормили меня всегда отменно — всякими полезными деликатесами, так что я был здоров как бык. Проще говоря, у меня не было ни единого повода прогулять, вот и получил грамоту почти принудительно.

— Может, съездим чуть позже?

— Юна очень хочет.

Вчера вечером она без умолку щебетала о том, что будет делать в парке. Хоть убей, не понимаю, что там такого крутого.

— Ха-а, ты же знаешь, что такие слова на меня действуют, — Чхве Исео надула губы и откинулась на спинку дивана. Сердце родителя всегда хочет исполнить желания детей.

На мгновение воцарилась тишина. Мы продолжали размышлять, как поступить лучше.

***

Путь домой из школы.

В просторном автомобиле, которым управляла Мин Джухи, шестеро братьев и сестер сидели на своих местах и оживленно болтали. Официально места за ними закреплены не были, но как-то само собой получилось, что каждый всегда садился на одно и то же кресло.

— Брат, глянь. Выиграл в «Викторине папы». Офигенно же, — Ким Юнхо с ухмылкой протянул свой телефон Соу. На экране была запущена мобильная игра, и персонаж выглядел весьма пафосно — явно не обошлось без доната.

— Ты что, задонатил?

— Я же говорю, в викторине выиграл. Потратил подарочную карту. Тебе бы тоже стоило поучаствовать.

— Мне и так купят, если попрошу.

— Это только тебе.

В отличие от остальных детей, которые просили что-то по любому поводу, Соу запрашивал минимум, и в основном то, что нужно для учебы. Поэтому мамы открывали кошельки для него без лишних вопросов.

— Тупица, — Ким Чхэрин, слушавшая их разговор, фыркнула и покачала головой. В её взгляде читалось сочувствие к неразумному потребителю. — Такие вещи не в викторинах выбивают. Донат в мобилках? Если по-тихому попросить папу, он почти всегда соглашается.

— ...Серьезно?

— Только надо делать это втайне от мам.

— А-а, то-то я смотрю, у тебя персонаж так резко усилился. Сколько он тебе закинул?

— Тридцать тысяч вон.

— Чего-о?! Нифига себе как много!

— ...

Мин Джухи, сидевшая за рулем, хотела было что-то сказать, но передумала. В доме было железное правило: не тратить много денег на детские игры. Но тридцать тысяч вон... это и стресс детям снимет, и даст им это пьянящее чувство «секретного бонуса»...

В общем, она решила промолчать. В конце концов, иметь возможность прибегнуть к «папиной помощи» — это ведь тоже неплохо.

«А он, оказывается, втихаря им потакает».

Джухи слегка улыбнулась, ведя машину к дому. Даже повзрослев, Ким Уджин сохранил в себе эти милые черты.

— Когда там следующая викторина? В этот раз я точно выбью себе наушники.

— Ты их до сих пор не получил? С таким везением просто скажи папе, что тебе выпал «не тот гарант», и попроси купить так.

— О? Думаю, папа на такое поведется.

«Кажется, дети начали вить из отца веревки».

Мин Джухи стало немного неловко от того, что при любой проблеме дети первым делом бежали к отцу. Папа-друг. Это определение идеально подходило Ким Уджину.

— Может, мне тоже попросить папу купить еще одну грушу? Та, что в комнате, скоро лопнет.

— А! Ким Джиан! Не бей её больше! Из неё уже вата лезет!

— Точно! Если она порвется, нам придется идти захватывать комнату пацанов!

Сигнал тревоги: боксерская груша в комнате девочек была на грани уничтожения. И в этой ситуации Ким Юна предложила решение, в котором пугающе отчетливо узнавались черты Со Йерим и Ким Уджина: не уборка, а «экспроприация» чужой территории.

Скрип!

Машина остановилась у дома. Мин Джухи отстегнула ремень, повторяя фразу, которую говорила еще с их детсадовских времен:

— Заходим и моем руки.

— Да-а!

— Есть!

— Пошли-пошли-пошли! На захват!

Дети были полны сил — даже чересчур для своего переходного возраста. Улыбаясь, Джухи последовала за ними, но заметила, что ребята замерли в гостиной, не решаясь пройти дальше.

— М?

Оказалось, путь им преградила Чхве Исео. Скрестив руки на груди, она смотрела на них не с привычной приветливой улыбкой, а крайне серьезно.

— Что случилось?

— Кто-то опять накосячил?

— Это Юна-нуна. Обычно, если такой вид, то виновата она.

Дети хорошо знали характер Чхве Исео, поэтому сразу начали искать среди своих виноватого.

— Я никого не ругаю, — успокоила их Исео, улыбнувшись. Однако с места не сдвинулась. — С сегодняшнего дня в нашем доме вводится новая система.

— Новая система?

Дети зашумели, в их голосах смешались опасение и любопытство. Обычно такие новости предвещали что-то хорошее. «Викторина папы» ведь тоже появилась подобным образом.

— Знаете «Викторину папы»? Так вот, в этот раз мы заменим её на «Экзамен мамы».

«Экзамен мамы»? Названием она явно не блеснула, но Чхве Исео продолжала с невозмутимым видом:

— В отличие от папиных вопросов, здесь я буду проверять, как вы усвоили текущую программу и насколько подготовились к новым темам.

Проще говоря: «садитесь за учебники».

— У-у-у! Не хотим!

— Это произвол!

— Мам, ну почему?! Так внезапно?

Пока дети возмущенно протестовали, Чхве Исео с улыбкой добавила главный козырь:

— Те, кто хорошо сдаст этот экзамен, получат разрешение прогулять один учебный день и поехать со мной в парк аттракционов.

***