Мишируши Мацурика расчесала волосы и прибралась в комнате.

Что совсем на неё не похоже — она даже заявила, что хочет новую одежду и косметику.

Пустяки, но для деревенских, ещё помнящих её выходки перед тем, как её заперли, этого хватило, чтобы раздуть жутковатые слухи.

Вот бы они смотрели на меня с уважением и говорили: – Этот учитель — чудо! Он понемногу возвращает принцессе-монстру человеческое сердце, слава богу!

Но всё с точностью до наоборот…

– Эй, ты слышал?! Барышня Мацурика начала ухаживать за собой, даже косметикой пользуется! Стала настоящей женщиной!

— Бьюсь об заклад, этот учитель уже вовсю лапал её, вот увидишь!!!

Если бы дело ограничилось лишь фразой вроде «Нет на свете такого мужика, чтобы связаться с этим чудовищем…», это ещё не мешало бы работе.

Но Мишируши Мацурика — молодая леди из семьи Мишируши.

Если я её лишу невинности, даже мой клиент не станет этого терпеть…

— Райчи-сан… Как продвигается лечение Мацурики-сан?

Слово «лечение» подразумевает врача, а я не доктор, так что этот термин неуместен… Вот что я хотел сказать, но холодно проглотил слова.

Передо мной дилетант, да и сам я в медицине — полный профан. Учитывая это, проще сыграть по её правилам.

Впрочем, я к этому готовился.

Когда мадам пригласила меня: — Я приготовлю чай, не разделите ли со мной чашечку?», я сразу подумал: — Ну конечно, она хочет поговорить об этом.

— Я слышала, в последнее время состояние Мацурики-сан немного изменилось…?

— Я наконец смог установить с ней контакт, пусть и понемногу. То, что она начала следить за собой — одно из проявлений этих изменений. В любом случае, пока её сердце закрыто, ни о каком лечении не может быть и речи.

— Никогда не слышала, чтобы врач, имея дело с простудившимся пациентом, начинал лечение с неторопливого налаживания отношений…

— Само собой разумеется, что для любого лечения нужно открыть сердце. Разве больной простудой не идёт к врачу, доверяя ему своё выздоровление? Например, Огино-сэнсэй, изучая менструальный цикл, поначалу не мог получить точные данные — женщины не раскрывались ему.

— Ох, боже…

Даже в середине XX века табу на обсуждение менструации смывается не так-то просто.

Мадам выдавливает напряжённую улыбку — словно попала в неловкое положение и не знает, как реагировать.

Теперь инициатива в разговоре в моих руках.

– Вы же получили рекомендательное письмо от Роккайдо-сэнсэя. Позвольте мне действовать по-своему. Если метод вам не понравится — скажите прямо.

— …Я бы не посмела. Покойный муж всю жизнь лечился у Роккайдо-сэнсэя и отзывался о нём с огромным уважением. Раз он доверил вам нас, я не могу это игнорировать. Да и мой дед строго-настрого велел…

Получив такой контрудар, мадам вряд ли теперь станет высказывать грубые подозрения.

Я воздержался от новых атак и принялся наслаждаться чаем…

Мадам тихо вздохнула, слегка расслабив строгую осанку.…

Ну и ну. Она что, снова за своё?

— Скажите, Райчи-сан…

— Да?

— …Знаете, мне всё равно... Даже если эта девчонка с кем-то переспит, мне плевать, с кем именно…

— Так, гипотетически, если бы я лишил невинности вашу дочь?

От переводчика: чисто гипотетически)))

— Гипотетически. Я вторая жена. Мне наплевать на неродную дочь. …Но она — леди семьи Мишируши. И у неё есть важная роль.

Вот именно. Эта «важная роль» и стала инкубатором, в котором выросло чудовище.

Если бы с этой ролью разобрались до того, как монстр вылупился, Мацурика никогда бы им не стала.

Но теперь уже поздно. Она уже монстр.

И что бы ты ни делал с инкубатором после вылупления — это бессмысленно.

— Я уже сообщила заинтересованным сторонам, что помолвка состоится, как только её состояние улучшится. Они ждут уже полгода…

— …Хорошо бы, если эти грязные слухи о барышне до них не дошли.

— Дошли. Но делают вид, что ничего не знают... Видно, и их сторона не ждёт от нас многого. Фуфуфу…

То, что Мацурика — единственная незамужняя девушка в семье Мишируши, и есть причина, по которой мой клиент хочет вернуть ей человеческий облик как можно скорее.

То есть — потому что у неё есть жених.

Впрочем, когда Мацурика только стала монстром, наверняка все думали, что причина именно в этом.

Но её последующие выходки оказались настолько чудовищными и настолько за гранью общепринятого, что все перестали искать человеческие мотивы — теперь это просто «действия монстра.

— …Может, мне стоит обследовать и жениха Мацурики?

— Фуфуфу… Нет необходимости. Это не болезнь. Он такоюим родился.

— Брак двух монстров... Я должен считать это нормой?

— О, неужели вы так думаете? Хи-хи-хи… Странно, я что, плеснула бренди в чай?

И это тоже проблема… Для того, кого ей сосватали.

Похоже, деревенские и его зовут монстром. Если спросить меня, то это не монстр. Это отброс. Совсем другое.

Монстром рождается, когда человек разбивает свою скорлупу...

Вернее, её разбивают за него.

Есть монстры, радующиеся своему перерождению, или те, кто мечтал быть ими с рождения… Но если узнать их историю — становится ясно: никто из них не хотел бы становиться монстром изначально.

Поэтому почти все они страдают в одиночку.

Мир их не принимает — они мучаются от одиночества, прячутся и тоскуют.

Услышать — Ты имеешь право жить как монстр, — может вернуть им волю к жизни.

Но пока мир принадлежит людям, монстрам приходится подчиняться его главному правилу — вне своего логова они должны вести себя как люди.

Иначе их насилие и выходки навлекут беду и на других монстров, живущих тихо.

Тех же, кому плевать на последствия — и для людей, и для себе подобных — мы называем зверями.

Зверь рождается из монстра.

А отброс рождается из человека.

Это не монстр. Но со стороны их поведение кажется одинаковым.

На деле отброс — гнилой человек, раздутый от эгоизма и грубости, сваливающий последствия своих поступков на других.

Он утоляет свои комплексы и жажду признания, возвеличивая себя и попирая нормы морали.

В подростковом возрасте это ещё простительно — такие эмоции помогают найти себя.

Но если человек не пытается меняться, если всё, что он делает — безответственно и эгоцентрично, если он не признаёт своего невежества и навязывает свои правила другим, даже не пытаясь понять их…

Настоящие монстры ненавидят, когда их ставят в один ряд с такими тварями.

Они называют их отбросами.

Монстры соблюдают правила. Даже звери следуют своим собственным законам.

Но отброс не знает правил.

В зависимости от обстоятельств, он забудет о любых принципах, которые только что провозглашал, лишь бы сохранить психологическое преимущество.

Он может рявкнуть: — Заткнись и не смей ко мне лезть, старая карга! — но при следующей возможности орет: —:Почему мне не сказала, а?!

И монстры, и звери охотятся на людей ради собственного удовольствия.

Но отброс вредит окружающим даже без причины — просто потому, что в данный момент ему так захотелось. Он не чувствует угрызений совести, даже если сам не получает от этого никакого кайфа.

Он даже сам не понимает, что ему нравится, что раздражает, какие обиды копятся в нём изо дня в день.

Что бы ни случилось, он просто гниёт — существо, способное лишь копить недовольство.

Вот что такое отброс.

Людям сложно отличить монстра от отброса.

Поэтому мы с Роккайдо-сэнсэем иногда изучали отбросов.

Но даже он писал: «Возможно, в будущем их удастся лечить, но сейчас это вне моей компетенции».

И понятно почему: отброс не считает себя отбросом, а значит, никогда не согласится быть пациентом.

Он настолько гнилой, что его невозможно в этом убедить — поэтому он и отброс.

К сожалению, даже в моих знаниях нет ни намёка на способ «лечения» таких……Хотя…

Если это можно назвать лечением… может, кое-что и есть?

Если кратко, отбросы и монстры могут казаться похожими, но это совершенно разные сущности.

Как показывает наш с Мацурикой пример… Монстры в принципе могут полюбить друг друга, если совпадут.

Но между монстром и отбросом это абсолютно невозможно.

Потому что отброс воспринимает партнёра как игрушечную лошадку — покатался, пока она не сломалась, а потом обвинил её в том, что она сломалась.

Уверен: шансы Мацурики обрести счастье в браке с отбоосом — менее 0,01%.

— И всё же… Принуждение к браку — это стресс.

— Говорят, у женщины нет дома в трёх мирах, да? Хорошо бы, если бы штаб поскорее улучшил права японских женщин…

Благодаря введению женского избирательного права ситуация медленно меняется…

Но патриархальные устои всё ещё сильны, особенно в сельской глуши, где всем заправляют знатные семьи.

— …Мне жаль Мацурику-сан. Выдать замуж за такого мужчину… Но разве не так живёт большинство женщин в нашу эпоху? Смотрины по воле мужчины, свадьба по воле мужчины, развод — если не родила наследника. Огино-сэнсэй начал свои исследования как раз чтобы облегчить страдания сельских женщин…

Похоже, мадам сочувствует Мацурике… Но в её словах слышится и другое: — Со мной было то же самое… Так что не высовывайся, будь хорошей девочкой.

— Вам это кажется несправедливым, но… Эти жёсткие порядки — основа деревенских общин. Исключения недопустимы... А если их всё же допускают…

— Тогда взрывается ярость тех, кто терпел несправедливость.

— …Есть и такие глупые женщины. Они знают, насколько этот патриархат уродлив… И всё равно навязывают его своим детям. Просто потому, что если не ломать детей так же, как сломали их самих — значит, их собственные страдания были напрасны… Я ведь тоже одна из таких глупых женщин.

— Раз уж вы заговорили так откровенно… Может, отмените помолвку Мацурики-сан?

— ...Видите ли, я не могу. Это решение принял мой дед как глава семьи совместно с другой стороной. Мой дед намерен погасить свой долг благодарности этим браком...

На одной из шёлковых фабрик, принадлежащих семье Мишируши, произошёл несчастный случай, потребовавший срочного крупного займа.

Именно тогда знатная семья из соседней деревни выступила их поручителем, спасая от катастрофы.

Когда Мишируши выразили желание отблагодарить, те ответили: — А не сосватаете ли вы невесту для нашего младшего сына?

В реалиях той эпохи оставаться холостым в определённом возрасте считалось порочащим обстоятельством — особенно для почтенных семей, дороживших репутацией.

А если этот сын к тому же отброс — шансов на достойную жену не было.

Так глава другой семьи потребовал невесту для своего отпрыска...

Конечно, старейшина Мишируши тоже понимал, каков этот жених.

Но его непоколебимое чувство долга и патриархальное высокомерие — привели к этому браку.

Мишируши Мацурика уже знала своего жениха до помолвки.

И вот...

В ночь перед тем, как её обручили с этим отбросом — изнеженная барышня, никогда не осмеливавшаяся противиться мужской воле, никогда не имевшая права на своё слово...

Впервые...

Стала монстром.

_____

От переводчика:

Тг-канал с инфой по выходу глав и прочей инфой

https://t.me/destrosunofficiant