Такси, мчавшееся по дороге, резко свернуло в безлюдный переулок. Было шесть вечера и солнце уже клонилось к закату. Магазины, готовясь встречать ранний вечер, один за другим зажигали яркие неоновые вывески. Те же, что ещё пребывали в дневном свете, напротив, выглядели грязными и зловещими. Типичная картина криминального района задворок Демерси.

Жёлтый автомобиль остановилось на этой тусклой, задымлённой улице, и вскоре дверца машины открылась. Тонкие, словно вот-вот рассыплющиеся в руках волосы, изящно развевались на ветру. Это были непривычно длинные волосы, потому как большинство женщин предпочитали короткие стрижки. Хоть причёска и была совершенно немодной, слепящее, захватывающее дух сияние красивых платиновых локонов приковывало к себе взгляды мужчин. На Лилии было надето длинное платье, доходящее до щиколоток, с вырезом-лодочкой, а на руках, которые могли бы быть обнажены, лежал пышный меховой жакет. Единственным, что подчёркивало изящные изгибы её тела, были бусины на поясе платья, утягивающим талию. Но не было никаких сомнений, что эта сдержанная красота делала её ещё более заметной для окружающих. Она была подобна белому лебедю, невзначай ступившему в грязную лужу.

Послышался свист, и в адрес девушки полетели крайне пошлые шутки. Лилия легко отмахнулась от этих недостойных её внимания слов и уверенно направилась к одному из заведений.

[Де Люсия.]

Это был старый бар и одна из опорных точек семьи Бенедетти.

“Уэйн рассказывал мне о нём, но я здесь никогда не была. Вот что это за место, оказывается,” – неожиданным был сам внешний вид заведения, которое выглядело так, словно было построено два добрых десятка лет назад. Видимо, здание даже не ремонтировали – с первого взгляда оно казалось старым и обветшалым, что скорее походило на разваливающуюся забегаловку, чем на место, где собираются члены мафии. Едва слышимые звуки, доносящиеся из-за двери, были устаревшими песнями, которые можно было услышать только по радио 40-х годов. – “Может быть, это своего рода уловка? Благодаря такому виду обычные люди сюда точно не сунутся,” – Лилия взялась за покрытую патиной дверную ручку. Сзади снова послышались громкие шутки.

— Эй, мисс, Вы адресом не ошиблись?

— Если позволите дать Вам совет, то лучше туда не входите.

Хотя они не имели в виду ничего плохого, их предостережение прозвучало так, будто они говорили обо всей её жизни. Словно, если она войдёт, её жизнь уже не будет прежней. И девушка это хорошо знала. Если бы она стёрла из памяти существование Бенедетти и Кореллы, то смогла бы прожить совершенно другую жизнь, и ей не пришлось бы рисковать. Однако, раз уж она приняла решение, назад дороги не было. Лилиана повернула ручку и отворила дверь. С лёгким звоном колокольчика, сидевшие на потёртых деревянных табуретах и что-то выпивающие люди, вдруг обернулись ко входу. В том же направлении посмотрел и седовласый бармен, который, только увидев Лилию, поднял одну бровь.

— Кхм… – мужчина поставил стакан, который протирал, и подошёл к девушке. – Желаете выпить? Сожалею, но сегодня…

— Нет. Я ищу работу, – от такого неожиданного заявления бармен насупился, а в каком-то из уголков бара даже раздался смешок. Только Лилиана Моретти сохраняла полное спокойствие, и вновь невозмутимо заговорила: – Мне сказали, что это джаз-бар, и я хотела узнать, есть ли вакансия вокалистки, – такое решение было принято ей прошлой ночью; в качестве первого шага к тайному проникновению в организацию она была готова петь для них.

“Было бы здорово ещё хоть раз выйти на сцену,” – вот, какая мысль пришла девушке в голову. Джаз-бар, безусловно, был одним из самых непринуждённых заведений организации. Вакансия вокалистки позволила бы ей беспрепятственно общаться с её членами и налаживать связи. Потому, лучшего способа для этого не существовало.

***

В бар «Де Люсия» захаживали самые разные посетители: не только члены самой организации, но и те, кто пришёл вернуть им долги, и те, кто как-то связан с ними по бизнесу… Так же были и простые гражданские, которые не знали, чья это территория. В общем, действительно люди всех мастей.

И бермен Маурицио являлся мастером в том, чтобы убеждать обычных людей вежливо уйти, но сегодня мужчина был изрядно сбит с толку. Женщина, спрашивающая о работе, бесцеремонно сунула ему в руки документы, не дав даже шанса отказать. Он ошеломлённо посмотрел на то, что держал в руках: обычное резюме, включающее стандартные данные о девушке, стоявшей перед ним, и предложения о контрактах на выступления от нескольких известных отелей и баров в городе.

“Похоже, она довольно хороша…” – Маурицио цокнул языком и вернул документы; больше нечего было рассматривать или обдумывать, это место являлось не настолько простым, чтобы принимать сюда неосведомлённую женщину.

— Вакансий нет. Вам лучше поискать в другом месте.

— Нет вакансий вообще или их нет для обычной женщины? – мужчина замер, услышав столь чёткий вопрос. Знала ли что-то эта неожиданная гостья?

“Судя по тому, что уже было сказано, она, кажется, примерно понимает, что это за место,” – Маурицио нахмурился, и на его лице мелькнуло раздражение. Было очевидно, что девушка что-то услышала об этом баре и пришла с нелепыми фантазиями. Иногда попадались такие люди: те, кто просит принять их, словно этот мир дарует какую-то великую честь. Это не совсем неверно, однако эта девушка стала неожиданностью. Её образ не соответствовал тому человеку, который бы жаждал стать частью криминального мира. – “Что ж, внешность может быть обманчива. Впрочем, смелости ей не занимать. Или она просто не понимает, что может вляпаться в большие неприятности?” – мужчина вздохнул и осторожно толкнул к двери эту особу в белоснежном одеянии, на котором, казалось, не покоилось ни единой пылинки. То было минимальное проявление заботы с его стороны и острое предупреждение.

— Вам лучше не вмешиваться в дела этого места. Спокойно возвращайтесь к своим делам.

— М-м. Погоди, погоди, – в этот момент кто-то вдруг неожиданно вмешался. Вовлечение «этого мужчины» было крайне неожиданным, поэтому Маурицио на мгновение прикусил язык. То же самое сделала и Лилия, которая несколько препиралась. Взгляд девушки устремился на вальяжно приближающуюся к ним фигуру. В отличие от остальных посетителей в костюмах, он был в кожаной куртке и байкерских ботинках, что уже было довольно необычным. Его чёрные волосы были зачёсаны высоко надо лбом, точно как у Элвиса Пресли. Внимательно разглядывая его лицо, Лилия быстро поняла, кто он.

“Антонио Бенедетти?” – разумеется, сама Лилиана не была с ним знакома, однако не могла не знать его. Как следовало из фамилии, он был кузеном братьев Бенедетти, и… – “Являлся человеком дурного нрава, о котором ходила слава сумасшедшего на всю голову,” – вспомнилось ей. Однако, почему же он здесь? Очевидно, что мужчина был не в очень хороших отношениях с владельцем этого района.

— Красотка, видно, не в том положении, чтобы выбирать, да? – его вопрос требовал ответа, но намерения были неясны, и, пока девушка обдумывала, последовал глухой вкрадчивый голос: – раз ты, оставив нормальные места, пришла сюда, значит, твои дела совсем уж плохи. Помочь? – Внезапно в голове Лилианы загорелась лампочка тревоги. Губы Антонио, стоящего напротив, изогнулись в ехидной усмешке, и сквозь них вырвался сладострастный голос: – Ну же, выкладывай. Я могу дать тебе работёнку, которую ты ищешь.

— А… – это был совершенно не тот сценарий, на который она рассчитывала, и абсолютно не в том направлении развития. В её воспоминаниях Антонио был капорежимом[1], управляющим районом Уэст-Филд. А место, где сейчас находилась Лилия, находилось под управлением совершенно иного человека. У неё была причина, по которой она выбрала именно это место, хотя у них было множество других баз. В глазах девушки замерцало беспокойство.

“Что этот мужчина здесь делает… Всё должно было быть совершенно иначе…” – ко всему прочему, девушка, кажется, понимала, о какой работе говорит Антонио, и потому ещё больше не хотела прислушиваться к его предложению. Проблема заключалась в том, что у неё не было предлога отказать, даже не выслушав. Лилия сглотнула и задала вопрос, который был ей не по душе.

— Какую работу… Вы можете мне предложить?

— Есть тут кое-что. Работёнка прямо для тебя, дорогуша. К нам наведываются особые гости, и твоя задача – обслужить их.

— Я…

— Обслужить – не так уж и сложно. Нужно просто послушать их истории, а если захочешь, можешь и спеть. Работа непыльная, но платят хорошо… – Антонио ненавязчиво обнял Лилию за талию и прошептал ей на ухо: – и внимания будет хоть отбавляй… – по спине девушки мгновенно пробежал жгучий холодок. От этого неописуемо неприятного ощущения Лилия зажмурилась и перевела дыхание. Её тонкие веки нервно подрагивали.

“Ха-а…” – когда она снова открыла глаза, их зелёный цвет под прикрытыми ресницами был таким же ярким, как июньская трава. Но, вопреки их живому оттенку, взгляд был холоден и суров, словно морозный зимний ветер. Не нужно было спрашивать подробнее, чтобы понять, что за работу ей предлагали. Девушка надеялась, что ошиблась, но её догадки оказались верны. – “Как красиво маскирует, что даёт работу в борделе.”

* * *

[1] Капорежим – это термин, используемый в структуре итало-американской мафии (и других подобных преступных организаций) для обозначения главы или капитана одной из «команд» или «отрядов» внутри мафиозной семьи. По сути, капорежим – это младший босс, который командует группой полноправных членов и ассоциированных с ними лиц. Он напрямую отчитывается перед боссом семьи или андербоссом и передаёт их приказы своим подчинённым. Капорежимы обычно отвечают за определённые виды преступной деятельности или за определённые территории.