От этого места веяло чем-то чужим, почти потусторонним. В сумраке едва различался тяжёлый чёрный полог, за которым скрывался Небесный владыка — глава Красного Дождя.

— По-твоему, этого достаточно?

Посланник ненадолго задумался.

— Победил не тот, на кого мы ставили. Жаль. Но крови пролито более чем достаточно. Этот проклятый Макс вмешался в последний момент и сорвал победу наследного принца, однако Рыцари-хранители успели нанести империи страшный урон. Даже победа принцессы вышла пирровой. Страна ещё долго будет зализывать раны, а значит, в дела Священного города не полезет. Мы добились своего.

— Нет. Мало.

Посланник удивлённо уставился на неподвижный полог.

— Что вы хотите сказать?

— Империи нужно ещё немного помочь. Подкинуть поводов для вражды, заставить людей подозревать друг друга, а потом дать всему этому разгореться.

— Но как?

— Правитель редко прощает подданному славу, которая затмевает его собственную. А слишком могущественный подданный никогда до конца не доверяет правителю. Стоит лишь раздуть это взаимное недоверие...

Вспыхнуло пламя.

— ...и без крови уже не обойдётся.

— А-а...

Теперь Посланник понял. Небесный владыка говорил о Максе Селтрине и будущей императрице Оскар. Их союз держался на хрупком равновесии. Достаточно было подтолкнуть одного из них, чтобы всё рухнуло.

Замысел был по-настоящему коварным. Как и следовало ожидать от мудрейшего человека на свете.

И всё же у Посланника оставалось сомнение.

— Допустим. Но хватит ли новой императрице политической силы, чтобы выступить против Макса? Личная мощь — одно, власть над страной — совсем другое.

— Ты думаешь, Макс Селтрин уже прибрал к рукам всю империю? — спокойно спросил Небесный владыка. — Его враги только и ждут удобного случая.

Гражданская война закончилась, но спокойствия не принесла. На юге и востоке, где большинство жителей поддерживало наследного принца, погибло слишком много людей. Многие погибли от рук армии принцессы. Особенно кровавый след оставили войска Макса. Можно было сколько угодно твердить о неизбежных потерях, однако горе от этого меньше не становилось.

В другой ситуации победители попытались бы задобрить недовольных и укрепить власть. Но сейчас у них не было ни времени, ни сил. Следовало как можно скорее вернуться в имперскую столицу, занять опустевший трон и хотя бы внешне навести порядок. Поэтому юг и восток остались тлеющими очагами мятежа.

Да и прочие земли нельзя было назвать надёжными. Запад открыто ненавидел Макса. Новая императрица тоже вряд ли смирится с тем, что её заслуги меркнут рядом с его победами. Дом Селтрин по-настоящему контролировал лишь центр и север. Достаточно одной искры — и война вспыхнет снова.

— Разве я не прав?

— Правы, — признал Посланник. — Во всём.

Однако Небесный владыка смотрел дальше. Его замысел не ограничивался империей.

— Когда там начнётся хаос, в игру вступит ещё один человек.

— Кто?

— Железный канцлер.

— Дростан Набор?.. Вы полагаете, королевство тоже двинется?

Посланник невольно напрягся. Герцог Бергский Дростан Набор был самым влиятельным человеком королевства Парене — одной из двух величайших держав континента. Если выступит он, за ним пойдёт всё королевство.

— Он честолюбив и терпелив, — продолжил Небесный владыка. — Пока в империи шла гражданская война, он наблюдал со стороны. Но если победители снова вцепятся друг другу в глотки, Набор решит, что второго такого случая не будет, и вторгнется.

— Тогда...

— Тогда ни империя, ни королевство не смогут вмешиваться в дела Священного города. Им станет не до нас.

По спине Посланника пробежал холодок. План охватывал уже не одну страну, а обе великие державы. Небесный владыка собирался столкнуть их и дать им захлебнуться собственной кровью.

Только он мог очистить прогнивший мир и построить новый.

Посланник опустился на колени.

— Приказывайте.

— Красный Дождь есть повсюду.

Фраза прозвучала негромко, но объяснения не требовались. Люди Красного Дождя находились в Священном городе, в королевстве и, разумеется, в самой империи.

— Значит, семена вражды прорастут изнутри...

— Нам достаточно высечь искру. Огонь они раздуют сами.

— Я немедленно займусь этим.

Тело Посланника растаяло в воздухе, словно утренний туман.

* * *

— Ну что? Удалось хоть что-нибудь выяснить?

— Ничего. Я осторожно расспросил слугу, который бывает рядом с принцессой, но даже он не знает, о чём шла речь. Похоже, она велела никого не подпускать.

— Для обычной беседы слишком много тайн.

— Значит, подслушать было некому.

— Можно судить по Максу. Как он держался после встречи?

— Как всегда. Ни тревоги, ни радости — ничего.

— Выходит, принцесса так и не решилась?

— Наверняка сказать нельзя, но похоже на то.

— Дерьмо. А я уже надеялся, что она наконец примет нашу сторону.

— И она, и маркиз будто нарочно нас не замечают.

Западные лорды сидели с мрачными лицами. Чем ближе была коронация, тем безнадёжнее становилось их положение.

Один из них не выдержал и ударил кулаком по столу.

— Всё из-за ублюдка Макса! Не будь его, жизнь вернулась бы в прежнее русло. Убрать бы этого сукина сына — и конец нашим бедам!

Никто не возразил. Каждый в комнате хоть раз думал о том же.

Но чужая истерика быстро начала раздражать.

— И что дальше? — холодно спросил сосед. — Кричать мы все умеем. Ты сам-то готов что-нибудь сделать?

— Я не об этом... Хотя знаете что?

Лорд обвёл остальных тяжёлым взглядом.

— Если представится случай, я прикончу Макса Селтрина без колебаний. Смерть меня не пугает. Куда страшнее остаться в живых и понять, что все наши жертвы были напрасны, а нас самих отодвинули в угол и забыли.

Кто-то кашлянул. Остальные отвели глаза. В его словах было слишком много правды.

— Хватит грызться, — вмешался один из лордов. — Сейчас нам нужен план. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока нас окончательно сотрут в порошок.

Спор постепенно стих. Разговор тянулся долго, но ничего лучше прежней идеи они так и не придумали. В конце концов решили собрать требования воедино и ещё раз обратиться к принцессе.

* * *

В тайной комнате царила кромешная тьма.

Тук-тук-тук... Тук.

Условный стук нарушил тишину.

Щёлк.

Засов отодвинули.

Скрип.

Дверь приоткрылась, внутрь скользнул человек. Под потолком вспыхнул тусклый огонёк.

— Поручение выполнено? — спросил Посланник.

— Да.

Перед ним стоял тот самый западный лорд, который совсем недавно клялся убить Макса.

— Хорошо. Ты подготовил почву. Теперь смута начнётся в их собственном лагере.

Посланник перевёл взгляд на второго человека — ничем не примечательного мужчину средних лет. Тот тоже принадлежал к знати, но представлял центральные земли и после поражения поклялся в верности дому Селтрин.

На самом деле он служил Красному Дождю.

Слова Небесного владыки не были пустым хвастовством. Его люди действительно находились повсюду.

Посланник протянул центральному лорду свиток.

— Используй это на коронационном пиру, когда окажешься рядом с императрицей.

В свитке было заключено мощное огненное заклинание. Убить Оскар оно не могло: Красный Дождь прекрасно знал, насколько она сильна. Но убийство и не требовалось. Куда важнее было посеять страх и заставить её усомниться в Максе.

— Понял.

— Перед смертью объявишь, что действовал по приказу Макса Селтрина. Кричи громко, держись уверенно. Покажи, как будешь говорить.

Лорд вытянулся и гаркнул:

— Ты ещё смеешь называть себя императрицей?! Только Макс Селтрин способен принести миру покой! Сдохни ради будущего империи! Да здравствует Макс! Да здравствует новый император!

— Хе-хе... Отлично. Именно так.

Посланник довольно оскалился.

— Не бойся. Ты там будешь не один. Товарищи помогут довести дело до конца.

— Да, Посланник.

Теперь настала очередь западного лорда.

— А ты сразу после взрыва обвинишь Макса. Требуй казни предателя, дави на остальных, не давай им опомниться.

— Сделаю.

План был мерзким и безотказным. Покушение должно было произойти в самый счастливый день новой императрицы. Даже спокойный человек после такого начал бы искать врагов в каждом углу. А Оскар Перезия спокойной не была. Наследный принц успел рассказать Красному Дождю, какая тьма прячется у неё внутри.

Вот будет весело.

Посланник тихо рассмеялся.

Когда в имперской столице начнётся резня, Железный канцлер наверняка двинет войска, как и предсказал Небесный владыка. Континент покатится в пропасть, а Красному Дождю только этого и было нужно.

— Не допустите ни одной ошибки.

— Во имя очищения прогнившего мира!

— Во имя нового мира!

Их голоса глухо прокатились по тёмной комнате.

* * *

День коронации наконец наступил.

Торжества устроили с невиданным размахом, будто роскошью можно было стереть память о гражданской войне. Площадь перед Императорским дворцом заполнили до отказа.

— Ничего себе... Вот это да! — Аннет вертела головой, не скрывая восторга.

Такое зрелище доводилось увидеть лишь раз в жизни, поэтому её легко было понять.

— Н-не глазей по сторонам, деревенщина, — пробормотал Камиан.

Сам-то выглядишь как парень, впервые попавший в город.

Я усмехнулся, но тут по толпе прошла волна.

— Императрица идёт!

— Смотрите!

Ворота дворца распахнулись. На площадь вышла Оскар Перезия в пышном императорском одеянии.

— Какая красавица...

— В жизни ещё лучше, чем говорят.

— Не одной красотой славна. Она милосердна и справедлива.

— Вот кто достоин править империей.

— Хватит болтать. Приветствуем императрицу!

— Да здравствует новая императрица!

— Да здравствует Оскар Перезия!

— Да здравствует империя Хайас!

Площадь взорвалась криками.

Оскар умела притягивать к себе людей. Под охраной рыцарей она направилась к Башне престола. К вершине вели сто Ступеней Вечности, а над верхней площадкой возвышался чёрный дракон — герб императорского рода. Со времён первого государя каждый новый правитель получал корону именно там.

Впечатляет.

Я позволил себе расслабиться. На площади, перед тысячами свидетелей, нападать никто не решился бы. Сегодня можно было хотя бы ненадолго забыть о тревоге.

И тут Оскар остановилась у первой ступени.

Дальше ей полагалось идти одной. По обычаю правитель мог подняться вместе с супругом, но Оскар была не замужем.

Тогда почему она медлила?

Оскар повернула голову и посмотрела прямо на меня.

Я озадаченно нахмурился.

Её голос разнёсся над площадью:

— Я, Оскар Перезия, прошу Макса Селтрина, героя империи, чья доблесть решила исход гражданской войны, подняться со мной по Ступеням Вечности.

Что за чёрт?!

Я застыл на месте.