Как-то на перемене, заглянув в соседний класс – просто поболтать, – я увидела, как один мальчишка в тот самый миг бросает тетрадь в мусорное ведро. Раз он отправил её туда, значит, решил, что она ничего не стоит. Он швырнул тетрадь почти не глядя – будто хотел поскорее избавиться, – и сразу вышел из кабинета. Пока весь класс был увлечён разговорами и смехом, только я одна провожала его взглядом.

– Сейчас, подождите минутку, – сказала я подругам.

Отошла от их парт и наклонилась к ведру. Тетрадь, выброшенная туда, испачкалась от другого мусора и была ужасно грязной.

– Что случилось, Айри?

– Да так… ничего.

Мне было неловко – словно я делаю что-то неправильное, – но я всё-таки подняла тетрадь. Просто… лицо этого мальчика, когда он уходил, было таким мучительно-горьким, что мне стало страшно любопытно: с каким чувством он решил выбросить это?

Вернувшись домой, я сразу же раскрыла тетрадь. Листала страницу за страницей и читала так, чтобы не пропустить ни единого знака.

– …Потрясающе.

Слова восхищения сорвались сами собой. Вся тетрадь была исписана от руки – плотными строчками там шёл роман. История чистой любви: тяжело больная девочка, стоя перед лицом смерти, всё равно не опускает взгляд и встречает его прямо – рядом с одним мальчиком, с которым решается быть до конца.

Похоже, это было не дописано: текст обрывался на сцене смерти, в тот момент, когда героиня, уже на краю, произносила: «Я люблю тебя». Дочитав, я вдруг заметила, что плачу.

Я плакала над книгой впервые в жизни. Раньше я всегда слушала подруг, которые говорили: «Я прочитала – и разрыдалась», и думала, что они просто преувеличивают. Я бралась за рекомендованные книги, мне бывало интересно – да, – но плакать… такого со мной не случалось ни разу.

Настолько «крепкими» были мои слёзные железы. И всё же – рассказ, написанный мальчиком, имени которого я даже не знала, с пугающей лёгкостью всколыхнул во мне чувства. Без сомнений: это ударило в самое сердце сильнее, чем всё, что я читала раньше. И оттого ещё поразительнее было осознавать – это написал ровесник, такой же первогодка старшей школы.

Почему же он решил это выбросить?

Жалко. Другого слова я не находила.

Каждый раз, перечитывая, я всё глубже вживалась в эту девочку – такую стойкую, такую отчаянно честную, которая продолжала смотреть вперёд, несмотря ни на что.

И я подумала. Я тоже… как она… до самого последнего мгновения – изо всех сил…