— ... Эй, эй, идеальный результат...

В кабинете после занятий через несколько недель после похода в школу Харуэ.

Я проверил самодельный тест Макото и пробормотал дрожащим голосом.

— Это курс за второй год... И ни одной ошибки.

— Я старалась, — с серьёзным видом она показала мне знак «мир». — Просто позанималась серьёзно. Ну и вот.

Выглядела она такой же спокойной, но щёки слегка алели.

По едва заметной улыбке можно было разглядеть её настроение.

Ну а я.

— Я всегда знал, что ты можешь, если захочешь, — искренне удивлённый приложил руку ко лбу. — Но чтобы настолько. Ты даже слишком умная...

Повторюсь и скажу, что требовались знания об астрономии за старшую школу. А ещё свежие новости и теории.

И всё же... Она выучила всё за пару недель.

Даже месяца не занималась, а уже знает всё на уровне профессионала.

Да она настоящий гений.

Я провёл с ней три года, но совсем этого не замечал...

— Ого, круто.

— Ты точно сможешь поступить в нашу школу.

Наблюдавшие Игараси-сан и Рокуйо-семпай были впечатлены не меньше.

— Ч-что вы...

— Не принижай себя!

— Да. Будь увереннее в себе.

— Увереннее...

Макото пока так и не открылась им.

Но как по мне, они уже вполне неплохо ладили.

— ... Вокруг меня собрались одни таланты, — сам не заметил, как пробормотал это. — Нито, Рокуйо-семпай, Игараси-сан, все потрясающие...

... После встречи с Нанамори-саном.

Наша мотивация возросла.

Хотя мы и до этого верили, что сможем сдать экзамен.

Я и Макото учились и занимались активностями клуба, расслабляться мы не думали.

И всё же... Соперники. Нанамори-сан, которого можно уважать, но при этом так просто не обойти, действительно сильный враг.

Из-за этого я и Макото стали учиться с удвоенной силой. И сейчас Макото (да и я тоже) вполне можем сдать экзамен.

— ... Остаётся лишь не сбавлять темп, — со вздохом сказал я ей. — За тест можно не переживать. Вопросом остаётся собеседование.

— Точно, — с серьёзным видом кивнула Макото.

— Там и будет определён победитель.

Школа Харуэ тоже наверняка наберёт высший балл.

А значит надо бороться на собеседовании.

Что спросят, и что ты ответишь. Результат зависит от этого...

— Мероприятие начинают проводить лишь с этого года, потому неизвестно, что там будут спрашивать.

Стоя перед доской, я держал маркер.

— Скорее всего вопросы будут двух видов. Что было и что будет.

— Ага, ага, — внимательно слушая, закивала Макото.

— Вот тут всё просто. Чем занимаемся, каких результатов добились. Тут нам есть что рассказать. Мы делаем ролики, к тому же число просмотров у нас растёт. В принципе ответ достойный.

— Да. Мы должны произвести впечатление.

— Вопрос в том, что будет дальше.

Я написал это на доске и скрестил руки.

— Почему хочу открыть астероид? Почему решил присоединиться? То есть... — я сделал небольшую паузу. — ... У нас спросят о причине, почему мы решили присоединиться к мероприятию.

... Причина.

Почему я хочу найти небесный объект?

Почему решил присоединиться к мероприятию?

... Если так подумать, то причин не так уж и много.

Потому что я люблю астрономию.

Потому что это весело.

Потому что хочу оставить хорошие воспоминания.

То есть самые обычные школьные мотивы.

Ну так... И что насчёт меня? Да и что насчёт Макото?

Как нам донести это до организаторов?..

— Тут... Лучше не спешить, — ответил я пристально смотревшей на меня Макото. — Надо всё как следует обдумать и подобрать достойную причину. Но тут... Важно говорить от всего сердца.

Всё же от этого исход зависит.

Школа Харуэ и другие тоже вряд ли будут говорить какие-то банальности.

Надо быть искренними, и пусть нас оценивают.

Они должны понять наш энтузиазм.

Есть лишь этот путь, и он лучший.

— Так что нам надо внимательно подумать. Зачем мы хотим принять участие в мероприятии.

— Да, верно, — восхищённо вздохнув, кивнула Макото. — Я подумаю...

После этих слов она опустила взгляд.

Судя по лицу начала о чём-то думать. Настоящий стоик, я в очередной раз был восхищён ей.

... И.

— ... О.

Тут завибрировал телефон в кармане.

Это сообщение от Нито? Она не пришла, потому я подумал именно так и проверил.

— А, Нанамори-сан.

Это он прислал сообщение.

С того дня мы общались о том, как проходит подготовка, говорили про астрономию и советовали друг другу каналы про космос.

Он мой первый друг из другой школы.

До этого у меня таких друзей не было.

Я был этому очень рад, он для меня стал особенным человеком...

И в этот раз.

— ... О! — вырвалось у меня при виде того, что он прислал.

— Что такое? — спросила Макото, и я показал ей экран.

Вот что... Написал Нанамори-сан!

Нанамори Такуя: «Привет. Как проходит подготовка?»

Нанамори Такуя: «Может проведём небольшую встречу, где обсудим, как у нас идут дела?»

{{Подзаголовок|***}}

— ... Значит и вы уверены, что тест сдадите на отлично...

Выходной.

Место действия — семейный ресторан в Синдзюку.

Отпив кофе, Нанамори-сан улыбнулся:

— Да, полагаю, и вы тоже.

Всё такой же спокойный с интеллигентными очками.

Чёрные волосы слегка взъерошены, он производил вид слегка неотёсанный.

Тот, кого можно описать как «красавчик-учёный», поднёс к губам кружку.

— Макото, ты отлично постаралась.

Я же больше на гуманитария тянул, потому и вздыхал.

— Я сам впечатлён, как далеко получилось зайти.

— Настоящий талант. Нам бы такую в клуб.

— Ч-что ты... Nы явно преувеличиваешь...

Под взглядом Нанамори-сана она неловко отвернулась.

— Не так уж я и старалась...

— Но смогла добиться подобных результатов, всё же у тебя талант.

Ну, всё и правда именно так.

Я в своей первой петле вообще не старался.

Макото поддерживала меня, и я был признателен уже за это.

Тут я понял.

— Кстати, Нанамори-сан, — обратился я. — А что по участникам школы Харуэ? Идёшь ты вместе с заместителем?

Во время похода в и их школу и потом мы говорили только о том, что идёт Нанамори-сан.

Участвовать может группа, состоящая из двух человек.

Судя по уровню их клуба, сдать тест может любой. Он уже должен был выбрать себе напарника.

— Да, точно, — он озадаченно улыбнулся. — Тут никто не дотягивает.

— ... Не дотягивает? — повторил я, услышав нечто неожиданное.

То есть нет тех, кто бы мог принять участие...

Их так много, и мотивация должна быть на высоте.

— Желающие есть, так что кандидатов хватает... — расстроенно он опустил взгляд и вздохнул. — Мы пробовали провести тест и собеседование... И всем будет довольно непросто...

— А... Вот как.

Непросто, значит...

Я думал, что у них всё отлично может быть, потому и не мог подобрать слова.

Конечно, всё же там не должно быть всё просто.

Но неужели при такой численности никто больше не может с этим справиться?..

— Кстати, а что ты думаешь о собеседовании? — спросил Нанамори-сан, точно только вспомнив об этом. — Думаю, исход нашего противостояния решится там.

— Да, верно! Я тоже считаю, что оно важнее...

— Как я понял, будут спрашивать про клубную деятельность и дальнейшие планы. И почему мы хотим присоединиться к мероприятию...

— ... Ну да.

Он пришёл к тому же выводу.

Кто себя лучше представит, того и выберут.

Как рассказать о себе и о своих планах?

— Тогда... Ты серьёзный противник, — поставив локоть на стол, улыбнулся Нанамори-сан. — Ты же рассказывал о своём детстве. И сказал, что так восхитился звёздным небом, что у тебя проявился интерес к космосу. Ты хочешь стать астрономом, чтобы дать имя небесному объекту...

— Да, верно, — попивая дынную соду, кивнул я. — Но это лишь фон...

Я думал об этом в последнее время.

С какой целью я хочу найти астероид?

Чего я хочу добиться?

В принципе было достаточно того, что я сказал Нанамори-сану.

Я рассказал ему тем вечером, что хочу стать астрономом.

Однако...

— ... Теперь дело не только в этом.

... Есть ещё кое-что.

То, что тормошит меня сильнее всего.

«Будущее», которого я хочу достичь...

— Во мне есть то, от чего я не могу отказаться.

— ... Ого, — улыбаясь, кивнул он.

Парень вопросительно склонил голову:

— Можно... Узнать, что это? — слегка скромно спросил он. — Конечно на следующей неделе мы столкнёмся как соперники. И ни к чему раскрывать свои карты. Это важно, потому я не разозлюсь, если ты не захочешь говорить. Но... — на его губах играла лёгкая улыбка. — Мне и правда интересно, — обращался он ко мне. — Что тобой движет? Я бы хотел знать, что подталкивает тебя вперёд.

— ... Вот как?

После таких слов мне захотелось сказать.

Вообще не скажу, что я не испытывал противоречивые чувства. Всё же это личная тема, да и звучит немного жалко.

И нельзя было раскрывать известность Нито.

При том, что мы соперники, следует скрывать свои козыри. Всё именно так.

Но... Нанамори-сану и правда интересно.

И я был рад этому, и даже хотел ответить на его чувства.

— ... Я кое с кем встречаюсь, — неуверенно начал я. — Она невероятная. Просто недостижимая... — говоря, я представил Нито.

Её песни расходятся по миру с умопомрачительной скоростью.

Она ушла очень далеко.

— Не могу рассказать всего, — с улыбкой продолжил я. — Но её деятельность признали, и она становится популярной. А я остаюсь где-то позади. Я могу лишь быть рядом и наблюдать за тем, какая она потрясающая...

На прошлой неделе начался её тур по стране, какое-то время она не будет посещать занятия.

В разных местах её ждал успех, я и сам видел обзоры в сети.

Мы переписываемся, и она часто говорит о том, как устаёт.

Но в итоге... Я считал, что могу лишь оставаться рядом с ней.

Так она может отбросить проблемы.

Как-то разрешить то, что изводит её.

Ведь не стоит зацикливаться на том, что бессмысленно.

Скорее уж я начал думать о том, что смогу её изменить.

И потому сейчас ей легче.

Она улыбается, и со своей короткой стрижкой стоит на сцене.

Но... Сильнее всего Нито изменилась внутри.

Моя жизнь не сильно изменилась с прошлой жизни в старшей школе.

Я случайно встретил Нито, и остаюсь тем же обычным парнем...

— И это наверняка делает ей больно.

... Когда-нибудь Нито исчезнет.

Перестанет показываться перед нами.

Уверен, причина этому не одна. Я не могу считать, что дело только во мне.

Но. Нет, именно поэтому.

— Я... Хотел бы стоять рядом с ней.

... Я признался Нанамори-сану.

— Но мало просто быть рядом. Я хочу, чтобы она явственно воспринимала моё присутствие. И для этого...

Я глубоко вдохнул.

— ... Я хочу открыть астероид.

... Мне казалось это грустным.

Нито столько раз проживала эти три года в старшей школе.

Она столько лет и десятилетий сражалась в одиночестве.

И если могу быть рядом с ней... Я бы хотел доказать это.

Только так я могу сделать это. Так я буду двигаться вперёд.

То, что я хочу заполучить...

— Я хочу... Дать название небесному телу.

... Я уже и о названии думал.

Хотя явно тороплюсь.

Я ещё ничего не нашёл, даже на мероприятие меня ещё не выбрали. А я уже думаю о названии.

Однако я решил.

Этот объект... Я назову в её честь.

Дам её звучное имя.

И ничто не заставит мои чувства усомниться.

— Я не проиграю, — я бесстрашно улыбнулся Нанамори-сану. — На тесте победа будет за нами.

Да, это наше противостояние.

Сражение, ставкой в котором жизнь. Важный бой для нас обоих.

И я искренно горд тем, что моим противником будет Нанамори-сан...

... Он улыбнулся в ответ.

Принял мои чувства и желания.

И потом...

— ...

Нанамори-сан вздохнул.

Туда... Примешалось «разочарование».

За столом воцарилась тишина.

Улыбка пропала с его лица, он опустил взгляд.

А потом тяжело-тяжело вздохнул.

И с его аккуратных губ сорвалось...

— ... Грязно...

— ... А?

— ... Это грязно.

... Коротко он сказал.

— ... Использовать звёзды вот так — грязно.

... Грязно.

Такого слова я не ожидал.

Когда он сказал это... Я не ожидал, что будет такая критика.

По спине пробежал холодок.

Меня точно холодной водой окатило.

— Конечно люди науки так же любят, — продолжал Нанамори-сан. — Я знаю, что они сделали много мировых открытий. Но я не могу принять этого.

Тут он прав.

В истории учёных тоже были романтические эпизоды. Шрёдингер ступил на путь науки ради любви. Создатель системы планетария Оохира Такаюки сделал это ради «популярности» и чтобы «цеплять девчонок». И Эйнштейн говорил, что испытывал явный интерес к женщинам.

Но голос Нанамори-сана оставался таким же жёстким.

— Но... Наука — это наука.

Его серьёзные глаза были направлены на меня.

— Желание понять и объяснить всё в этом мире. Это в первую очередь желание исследовать. Так я считаю.

... Я понимал, что он хотел сказать.

Чтобы изучить этот мир, нужны строгость и сухость.

Аналитическая рассудительность, далёкая от человеческих желаний.

Если замешать лишний шум, желания и мечты слабого человека, «истина» окажется далеко.

Потому... Это и правда грязно.

Любовь, желания, надежды.

То, что движет мной, не назвать чистым.

— Я лишь хочу знать о космосе, — глядя прямо на меня, говорил он. — Просто желаю побольше узнать о мире, в котором мы живём. Только это. Такого моё желание, — он ещё раз вздохнул. — Потому... Я не проиграю, — с вызовом сказал он мне. — Не проиграю тому, чьи мысли настолько грязные...

... Кольнули.

Его слова глубоко кольнули меня.

Я хотел ответить ему. Хотел, чтобы он извинился.

Чтобы успокоился и ещё раз всё обдумал.

Но... Всё же это было шоком для меня.

Такой добрый к нам Нанамори-сан. Человек, который оценил нас и мог стать нашим хорошим другом. И теперь он... Говорит мне такие жестокие слова...

— ... И что в этом плохо?!

... Прозвучал крик.

Макото... Которая всё это время молчала... Закричала.

— Семпай серьёзен! — она подскочила со стула и высказала всё. — Мы каждый день занимаемся, наблюдаем за небом! Он столько всего мне рассказал! И мы можем сдать тест! Так что мы не подходим к делу спустя рукава!

От такого развития событий... Я дара речи лишился.

Не ожидал, что ученица средней школы вот так выступит против старшеклассника.

Её чёрные волосы растрепались, в миндалевидных глазах был гнев, голос был напряжённым...

Я впервые видел её такой.

Я впервые вижу её такой взволнованной и злой на кого-то...

— Это я и не собирался отрицать, — спокойно ответил Нанамори-сан. — Сакамото-кун серьёзен. Я это понимаю.

— Это чувство... Любовь движет человеком.

— Нами должна двигать наука. Не люди.

— Но разве не люди двигают науку?!

— Да. Потому мы и ведём этот разговор, — голос парня оставался спокойным.

Видя разницу между взволнованной девушкой и спокойным парнем... Я понял, что мы относимся к звёздам совершенно по-разному.

— Нанамори-сан, ты ведь и сам сказал, что это тоже способ двигаться вперёд! В истории были такие учёные.

— Всё так.

— Ну тогда! — тут Макото замолчала.

И вот... Решительно.

Уверенная в себе, она ответила.

— Семпай... Ни в чём не ошибся!

За столом стало тихо.

Не понимая, что случилось, другие посетители смотрели на нас.

И сотрудник подошёл к нам:

— Простите, можете вести себя тише... — хмурясь, говорил он.

— Простите, будем осторожнее... — поклонился смущённый Нанамори-сан.

А потом...

— ... Акутагава-сан права, — вздохнув, продолжил он. — Я ведь не говорил, что Сакамото-кун в чём-то не прав. Не говорил, что с ним что-то не так. Если уж честно, то такие учёные даже сильнее.

... Его слова были искренними.

Не ожидая такого, Макото лишилась дара речи.

Однако.

— И потому... Да, — Нанамори-сан грустно улыбнулся.

Он подпёр голову рукой и посмотрел в окно.

А потом заговорил, будто прощаясь.

— ... Не нравится, — грустно улыбался парень.

— Мне такое не нравится.

***— ... Спасибо.

Мы тряслись на поезде линии Собу.

И, смотря на огни города за окном, я обратился к Макото.

— Что защитила меня перед Нанамори-саном.

Она сказала, что я ни в чём не ошибся.

Я был так рад, что даже готов расплакаться.

Всё же Макото хорошо меня знает.

Мои чувства к Нито и к звёздам. Моя вторая жизнь в старшей школе, в которой я пытаюсь спасти Нито.

И оттого, что она меня признала, мне сейчас было теплее на душе.

— Пожалуйста.

Она вздохнула, похоже немного устала.

— Думаю, ты и сам понимаешь. Ни к чему переживать из-за слов Нанамори-сана. Это лишь слова, у него и самого есть свои такие же чувства...

— ... Да, точно, — ответил я как можно жизнерадостнее. — Я понимаю это. И не считаю, что был в чём-то неправ. Мне за мои поступки не стыдно.

... Если честно, он немного вывел меня из равновесия.

Всё же мой мотив не самый чистый.

Я начал испытывать чувство вины.

И конечно я не думал говорить об этом Макото.

Было нечто более важное для меня.

— Просто...

— ... Просто?

— Нанамори-сан... Сказал, что не проиграет.

Я вспомнил, как он тогда выглядел.

— Он с болью сказал, что не проиграет... До сих пор не могу выкинуть это из головы...

После он продолжил.

— ... У меня есть только астрономия.

— ... Больше меня не за что похвалить.

— ... Я больше не нашёл ничего, чем бы мог увлечься.

— ... Потому не проиграю тому, кто дорожит ещё чем-то.

... Не за что похвалить.

Это чувство я мог понять.

То, чем ты дорожишь в этой жизни.

То, что любишь всем сердцем и ради чего живёшь.

Вообще... Для Нито чем-то таким является музыка.

И она дорожит своими друзьями и мной.

Как её парень я отлично это понял.

Но... Она столько раз переписывала свою жизнь в старшей школы, не сдавалась до самого победного конца, и причиной всему была музыка.

... Она может жить.

Она сама сказала, что музыка изменила в ней всё.

В тяжёлые дни лишь музыка дала ей надежду.

Лишь с ней она всё ещё живёт. Музыка приносит ей радость в жизнь.

Вот что такое музыка для неё.

Потому она не может её отбросить. Это одновременно проклятие и благословение.

— ... Так же и для Нанамори-сана.

Вспоминая разговор с Нито, я продолжал разговор с Макото.

— Вот что такое астрономия для Нанамори-сана. Потому для него это мероприятие так важно. Намного важнее... Чем для меня.

Я снова вспомнил, как он выглядел.

Он был таким грустным... Потому что был разочарован.

Он определённо считал меня своим другом.

Хотел, чтобы я стал его дорогим другом.

А я... Оттолкнул его.

Его отношение к звёздам было иным, и он не признавал меня.

На его лице отразилась грусть, направленная на меня.

— И всё же, — заговорила Макото, пока я придавался размышлениям. — Обстоятельства Нанамори-сана нас никак не касаются.

— ... Верно.

— Что важно для него, нас совершенно не должно волновать. Мы выступим против него и размажем.

— Размажем... Довольно грубо.

— Да, верно, — Макото повернулась ко мне.

И шаловливо улыбнулась.

— Я... Вот такой человек. Обиду никогда не забываю.

— Да...

— За те три года ты ничего такого не видел?

— Вот такого не видел...

— Понятно. Похоже перед тобой я притворялась милой.

— И зачем было милой притворяться?.. — хмыкнул я, ничего не понимая.

... Я рад, что Макото присоединилась ко мне.

Так было и раньше, но сейчас она постоянно меня выручает.

— Фух... — я вздохнул, глядя в окно.

Освещённые светом ламп поезда мы отражались на стекле.

Я выглядел таким же обеспокоенным и не способным стряхнуть тревоги.

Я снова вспомнил, как выглядел Нанамори-сан.

***... После.

Мы продолжали готовиться к мероприятию.

От теории мы не отказывались, но сейчас было важнее подготовиться к собеседованию.

Вместе мы отрабатывали возможные вопросы и ответы на них.

— ... Акутагава-сан, почему вы хотите попасть в эту группу? Что вы рассчитываете получить, открыв небесное тело?

— ... Да, наблюдая за звёздами вместе Сакамото-семпаем, я поняла, что являюсь частью космоса. Потому, ища новые небесные тела, я подтверждаю своё собственное существование...

Школ участвует не так много.

Уровень вопросов и ответов должен быть высоким.

И ответ Макото звучал очень гладко.

Если бы работу искала, то её бы уже приняли...

И конечно я не собирался от неё отступать.

— ... Это случилось вечером на обратном пути из семейного путешествия.

— ... Я смотрел на ночное небо по дороге домой, пока отец мне рассказывал много всего. Тот свет был для меня всем. Все эти звёзды, астероиды и спутники, и все мы живём в этом мире.

— ... С того дня я решил, что сам найду астероид.

Я вспоминал чувства, испытанные в тот день.

Вспоминал то, что видел тогда, и говорил.

Конечно это не было игрой. Моё сердце реагировало на мои слова.

Те чувства отражались в груди точно воспроизведённая музыка на старой пластинке.

Думаю, ответ получился неплохим. По крайней мере, искренним. Мои чувства должны понять.

Однако... У меня есть и дальнейшие цели.

Если говорить о моих искренних чувствах, надо говорить и о том, что дальше.

— ... А ещё у меня есть любимая.

— ... И я не хочу отставать от неё.

Да... Речь о моих чувствах к Нито.

Речь о чувстве, которое отрицал Нанамори-сан.

Однако.

— ... Она потрясающий человек. Только в старшей школе, но занимается музыкой... И добилась солидных результатов. И в дальнейшем... Станет лишь более популярной...

— ... И я бы хотел... Быть рядом с ней...

Сам понимаю.

Во мне есть сомнения.

И это есть в моём ответе.

На подбор слов потребовалось время. Надо было без стеснения сказать всё.

После первой части тут шли колебания.

Ну... Это не смертельно.

Жюри заметить не должны.

А даже если и заметят, примут за эмоциональность или напряжение, потому отнесутся с уважением.

И всё же... Я был в замешательстве.

Слова Нанамори-сан всё ещё сидели во мне.

Парень, который мне нравился, сказал, что он меня ненавидит... И это больно.

— ... Думаю, лучше не рассказывать, что я связан с Нито.

Макото раскрыла мои чувства.

Я улыбнулся своему естественному желанию скрыть это и сказал:

— Эту часть говорить не обязательно... Если звучит странно, лучше вообще не говорить.

— ... Наверное, — исполнявшая роль собеседующей Макото посмотрела на меня, склонив голову. — Первая часть и правда звучит лучше, думаю, с ней можно бросить вызов, но...

— ... Но?

— ... Ну просто я, — Макото опустила взгляд.

Сомневаясь, она подбирала слова.

— ... Есть ведь то, что надо сказать, — тихо проговорила девушка. — Надо не просто рассказать о логичной причине... Но и донести чувства.

— ... А, понятно.

— Лично у меня... — её голос становился всё тише.

А потом, точно признавая какое-то поражение, девушка добавила.

— ... От этого сердце испытало волнение.

— ... Вот как.

— Всё же... Ты переживаешь, — сидя напротив, Макото смотрела прямо на меня.

Свет её кошачьих глаз был устремлён в мою сторону.

— Не можешь забыть слова Нанамори-сана?

— ... Да.

Это я тоже не смог скрыть.

И честно ответил Макото.

— Если честно, я и правда никак не могу забыть. Всю ночь об этом думал... И я очень рад, что ты сказала те слова. Но... И его слова я игнорировать не могу...

Он чем-то напоминал Нито.

Потому я хотел с ним подружиться и никак не мог выкинуть из головы.

Но что в таком случае делать?

Смогу ли я вот так сдать экзамен?

— ... Хм.

Откинувшись на спинку стула, Макото скрестила руки.

— Тогда... Ничего не поделаешь, — она достала телефон и принялась что-то искать. — В таком случае остаётся принять меры...

— ... Меры?

— Да, — кивнув, она продолжила смотреть в телефон. — Я... Немного подумала об этом, — спокойно говорила девушка. — Подумала о мерах противодействия... Сейчас всё сделаю.

— А-ага...

Думала о мерах противодействия.

Что она имеет ввиду?

До экзамена осталась всего неделя.

Что можно успеть за это время?

Я не знал. Даже не предполагал... Но это же Макото.

И в прошлый заход, и в этот она много раз меня выручала.

Хотя не слишком правильно излишне не неё полагаться. Неправильно, что я всё скидываю на ученицу средней школы.

И всё же я испытывал лёгкое волнение, когда мы принялись прибираться в кабинете.

***— ... Ладно, я пошла!

И вот... Следующие выходные.

Время заката.

Покидая отель... Макото обратилась к нам.

Она повернулась ко мне и Тиёде-сенсей.

— Отличная погода для наблюдения за звёздами! Вы чего делаете?! Поспешим к маяку!

Девушка была непривычно взволнована.

Она едва не пела, а её волосы раскачивались в танце.

На белых щеках появился румянец.

Я последовал за ней:

— Погоди! Я вообще-то вещи несу... Холодно!

— Ва! Точно... Холодновато...

Выйдя из здания, я и Тиёда-сенсей остановились.

— Ветер сильный!.. Сенсей, вы в порядке?!

— В-вроде бы! Хорошо, что кучу грелок взяла... Сакамото-кун, у тебя есть?

— Простите, нет...

— Ну же, быстрее! — очень жизнерадостно говорила Макото, когда мы уже успели серьёзно отстать. — Смотрите! Млечный путь видно! Идёмте быстрее!

— ... Да-да.

— Сколько у учеников средней школы энергии.

Усмехнувшись, мы поспешили за Макото.

... Префектура Тиба, Инубосаки.

Я, Макото и Тиёда-сенсей прибыли в место, где была снята заставка одной известной кинокомпании[1].

Наша цель — наблюдение за звёздами.

В качестве особенного наблюдения за звёздами и внеклассного занятия перед экзаменом Макото предложила приехать сюда.

К тому же... С ночёвкой.

Если будем поздним вечером наблюдать за звёздами, в этот же день в Токио не вернёмся.

Мы были вынуждены заночевать тут, и Тиёда-сенсей составила нам компанию.

— ... Акутагава-сан хорошая девочка.

Мы шли позади Макото.

И Тиёда-сенсей проговорила, глядя ей в спину.

— Она за тебя очень переживает. А то ты в последнее время ведёшь себя немного странно.

— ... Странно? Я?

— Да, немного, — кивнув, женщина улыбнулась мне. — Не сказать, что ты стал менее бодрым. Скорее просто сомневаешься и о чём-то думаешь.

— ... Вы заметили.

Я не думал демонстрировать это перед ней.

Хотя мы видимся, когда я возвращаю ключ от комнаты, когда мы наблюдаем за звёздами и на её уроках. Хотя более этого не общаемся...

— Хи-хи-хи, я довольно прозорливая, — хитро стала улыбаться она.

Она выглядела молодо, мне даже показалось, что я говорю с ровесницей.

— Скажу больше, — она приложила палец к губам. — Ты начал странно вести себя после того, как сходил поесть с тем мальчиком из школы Харуэ. Если думать о том, что могло случиться, то можно подумать, что ты поругался с Нито-сан или что-то такое...

— ...

А, что-то мне страшно...

Кто она такая?.. Как может настолько точно читать других?

Она какой-то детектив?

При ней лучше глупости не делать...

— В любом случае.

Я был поражён, а она так же добро улыбалась.

Хитринка пропала с лица, осталось только веселье.

— Не знаю точно, зачем она решила привезти нас сюда. Но скорее всего, чтобы просто сменить обстановку. А может есть ещё какая-то цель...

— Этого и я не знаю...

Она предложила понаблюдать за звёздами.

И не с крыши школы, а из известного места наблюдения за звёздами, из Инубосаки.

Она наверняка что-то задумала.

Но что именно, я до сих пор понять не мог.

На что нацелилась веселившаяся впереди меня Макото?

С какой целью она прибыла сюда?..

— ... Ну, — я поправил телескоп на плече.

В сумке были бинокль и другие необходимые для наблюдения вещи, потому от тяжести уже руки отнимались.

— Главное, чтобы было весело, — улыбнулся я закутавшейся в шарф Тиёде-сенсей. — Я очень жду сегодняшнее наблюдение. Повеселимся как следует.

— ... Точно, — кивнула Тиёда-сенсей.

И мы посмотрели перед собой.

— ... Блин, чего так медленно! — недовольно обратилась к нам добравшаяся до маяка Макото, и мы поспешили к ней.

... Место наблюдения — северная сторона маяка.

Там находился песчаный пляж.

— Ува... Млечный путь.

— Совсем не то, что из Токио.

От маяка мы спустились на пляж.

Стоило взглянуть в небо, и мы увидели млечный путь.

Отель мы покинули пятнадцать минут назад.

Глаза уже успели привыкнуть к темноте.

И всё же... Всё вокруг видно. Мы находились в месте, где вообще не было освещения.

Отсюда было видно куда больше звёзд, чем с крыши, и я ощутил, как по спине пробежали мурашки.

И вот.

— ... Здесь.

Мы прибыли на место.

Шум волн и бескрайнее чёрное море.

Горизонт был бескрайним, а звёздам в небе не было числа...

Поставив вещи, я осмотрелся... И меня захлестнули эмоции.

... Не такие, как обычно.

Звёзды, которые я видел с крыши школы Аманума в Огикубо.

Звёзды, которые я видел со школы Харуэ.

Они везде были красивыми. Хотелось наблюдать за ними целую вечность.

Но тут... Всё было иначе.

Небо было настолько просторным, что никакого взгляда не хватит, чтобы объять его, будто тут раскинулся бескрайний океан. Я переставал понимать, где верх, а где низ.

У меня закружилась голова, и я спешно напряг ноги.

Я осознал, что нахожусь на Земле.

Лучше чем на фотографиях или в планетарии... Тут космос ощущается явственнее всего.

Вдалеке отсюда галактики, туманности и тёмные материи.

Именно это я смог ощутить здесь.

Тихо я приступил к подготовке.

Под ногами песок, так что лучше использовать не телескоп, а бинокль.

Я достал его из сумки и настроил.

А потом посмотрел на млечный путь.

... Передо мной раскинулось море звёзд.

И я его часть.

Множество частичек света.

Во тьме точно расцветали мраморные узоры.

И почему-то мне казалось, что тело парит.

Будто вес пропал, я освободился от силы гравитации и стал частью космоса...

Даже когда убрал бинокль от глаз, ощущение не пропало.

Я сейчас в космосе.

На окраине космоса, на Земле. Возле берега Макото и Тиёда-сенсей смотрели на звёзды.

... А я подумал о Нито.

Она сейчас должна быть в Тохоку.

Ездит по городам и поёт свои песни.

И она под теми же звёздами.

Под тем же небом она где-то на севере. Возможно тоже думает обо мне.

Думает обо мне или нашем будущем.

Нечего стоять без дела, я достал телефон.

Сделав несколько снимков, я отправил их Нито.

Что удивительно... Она сразу же прочитала.

А потом пришло фото и от неё.

Похоже это вид из гостиницы, она сняла город и вечернее небо.

Город выглядел знакомым, похоже Сендай.

Раньше... Я бы подумал, что она очень далеко.

Бессердечное чувство расстояния.

Но сейчас... Мне казалось, что она рядом.

В этом огромном космосе мы на одной планете, в одной стране.

Мне казалось, что я ощущаю её тепло ладонью...

Потому... Я ещё раз подумал.

Что хочу больше узнать о космосе.

Хочу найти астероид и дать ей имя...

Это то... Что я чётко ощущал.

С того дня, как увидел небо по пути домой из путешествия.

Да, это моя отправная точка.

Момент, когда я захотел найти астероид.

И сейчас у меня появилось ещё кое-что важное.

Девушка, живущая со мной на одной планете.

Я хотел всегда быть рядом с ней...

Это самое обычное чувство... Сейчас я чётко осознавал его.

— ... Спасибо, — потому я обратился к Макото, наблюдавшей за восточным небом. — Макото... Спасибо, что придумала это.

На это она и рассчитывала.

Мои чувства пошатнулись. Я переживал, что не смогу нормально ответить на собеседовании.

Потому она заставила вспомнить то, что стоит за мной.

Макото напомнила мне, какой я.

Теперь... Я смогу ответить. Я смогу сказать о себе и о том, чего желаю.

— М? Да я ничего толком не придумывала, — она покачала головой. — Просто хотела посмотреть на звёзды вместе с семпаем.

— ... Правда?

— Правда, — Макото... Улыбнулась. — Хотела вместе увидеть самые красивые звёзды.

Из всего, что я видел. Даже с учётом тех трёх лет это были самые искренние чувства.

— ... Самые красивые.

Я вновь взглянул на небо.

— Наверное ты права. Я рад, что увидел их, хотелось бы наблюдать за ними всегда...

— Точно.

Макото сделала несколько шагов в направлении моря.

А потом повернулась ко мне.

— ... Этого ведь вполне достаточно.

Спокойно говорила она.

— Просто делать то, что тебе хочется.

Да... Наверное всё именно так.

Изначально нужно было лишь это.

Это то же самое, что и моё желание переписать жизнь в старшей школе.

Надо было просто посмотреть в лицо самому себе.

И раз так... Ясно, что надо сделать.

Ни к чему сомневаться...

— ... Точно, — улыбнувшись, я подошёл к Макото. — Ты в очередной раз права.

Сидя на песке, Тиёда-сенсей наблюдала за нами.

Примечания переводчика:

1. Речь о Toei, если что.