— ... Простите, что прошу об этом!

На следующий день после занятий. Как обычно в специальном кабинете.

Рокуйо-семпай... Поклонился.

— Я очень... Хочу победить Нито и главную сцену. Я должен сделать это. Но вряд ли всё получится как есть. Сам я с этим не справлюсь...

Семпай всё объяснял.

Про то, что мечтает открыть собственную компанию. И что его отец категорически против.

Он поставил условие... Собрать зрителей больше, чем будет у основной сцены, но сделать это одному не получится.

И вот парень поднял голову.

И посмотрел на каждого участника...

— Потому... Я хочу, чтобы вы помогли.

Он прямо попросил об этом.

— Я бы хотел, чтобы мне помогли все те, кто здесь и кто не пришёл сегодня...

... Сказал.

Я восторженно наблюдал за происходящим.

Рокуйо-семпай, который упорно продолжал стараться в одиночку, сказал, что ему нужна помощь.

Я чувствовал, как в груди разгорается тепло.

Вчера наши чувства столкнулись.

Мы пробежались под дождём, а потом открылись друг перед другом.

И это изменило Рокуйо-семпая.

Уверен, этот выбор требовал смелости. Всё же менять жизнь страшно.

Лично мне было страшно. Я не знал, как мои слова могут повлиять на Рокуйо-семпая.

Заставят ли мои чувства двигаться его вперёд?

Потому... Я молился.

Чтобы его слова достигли всех.

Чтобы его чувства изменили нашу сцену.

И вот... Прямо передо мной.

Все собравшиеся выглядели озадаченными.

Такого услышать они не ожидали. Всё же от их выступлений зависит чья-то жизнь.

Изначально никто не знал, для чего их тут собрали.

И линкоры Потёмкини, и Адзума Кирара-семпай.

То же относилось и к OBORO Лунная ночь, и к FLIXIONS, и к другим участникам.

Их взгляды бегали, и они советовались, как им поступить.

— ... Если честно, — продолжил говорить им семпай. — Я пока никак не смогу отплатить вам за это. Вам никакой выгоды делать этого. По сути вы просто потратите время и силы...

Это... Было правдой.

Рокуйо-семпай просил их лишь ради себя.

Было бы нечестно обманывать всех.

— Потому, если нет желания, вы просто можете проигнорировать мои слова. Обещаю, моё отношение к вам не изменится. Я буду так же уважительно относиться к вам, как и раньше... Но, — тут его голос стал более решительным. — Хотя бы немного... Если вы хотите попробовать. Если хотите помочь мне... Хотя бы малость, в пределах того, что вам по силам... Я бы хотел, чтобы вы помогли. Давайте подумаем, как собрать побольше людей и устроить отличное представление!

Голос Рокуйо-семпая разнёсся по кабинету.

А потом он низко поклонился.

— Так что... Рассчитываю на вас!

... В его голосе ощущалась сильная воля.

Его голос был таким же вольным.

Но... В нём ощущалось беспокойство, будто он вот-вот может дрогнуть.

Какое-то время в кабинете было тихо.

Никто даже вздохнуть не решался.

Но ещё до того, как его голос растворился. До того, как атмосфера впитала просьбу семпая.

— ... Я в деле.

Прозвучал лёгкий голос одной из участниц.

Мягкий аниме-тон.

Он был очень уж весёлым.

Посмотрев, я увидел...

— Я буду стараться в полную силу.

... Адзуму-семпай.

Форма на ней сидела неаккуратно, а сама она вся была в украшениях.

От девушки исходила атмосфера модницы, когда она весело подняла руку.

— ... Правда?

Это слегка удивило.

Но с облегчением на лице Рокуйо-семпай улыбнулся.

— Спасибо, я очень рад.

— Пожалуйста.

— Но ты уверена? Адзума, ты вряд ли что-то с этого получишь.

— Не страшно, — она замахала руками.

А потом мило улыбнулась и проговорила

— Просто меня бесит Nito!

?..

— Она ведь только в этом году занялась этим? — точно напевая, говорила девушка. — Раньше в школе только я была известна в сети, и тут началось. Она переманила часть фанатов. Потому я ей уступать не собираюсь.

Понятно. Вот в чём дело...

... И всё же это пугает!

То, как она мило произнесла всё это, слишком жутко!

Её чувства можно понять, но с улыбкой говорить, что её кто-то бесит...

Больше я не смогу с невинными чувствами смотреть на танцы Адзумы-семпай...

А Рокуйо-семпай весело улыбнулся:

— Вот как... Отлично, сокрушим её вместе.

— Да. Я улучшу мой танец и буду каждый день рассказывать обо всём моей паблике. Зрители в сети ведь тоже в счёт? Тогда я неплохо смогу помочь.

— Спасибо, ты очень выручишь!

— Что ты. Всё для победы над Nito.

И на это.

— Вражда между девушками пугает.

— Да! Мы не хотим в это ввязываться.

Голоса подали Потёмкины.

Голоса были весёлыми и хитрыми.

Они точно достигли ушей девушки.

— ... Хм, — она уставилась на них. — И что вы будете делать? Подожмёте хвосты и сбежите? Слабаки.

— Нет, нет.

— Конечно же мы в деле!

Потёмкины ответили сразу же.

— Рокуйо-кун присматривает за нами. И мы должны отплатить за это.

— И как-то бесит, что эта Nito-сан может победить.

— Вначале пересмотрим подход. Потом разрекламируем на канале в сети.

— ... А, что касается рекламы в сети, — заговорил басист OBORO. — Мы могли бы ролик сделать.

— А? Вы и такое можете?!

— Ага, — он спокойно ответил подскочившей Адзуме-семпай. — Мы уже делали рекламу для себя, все рекламные ролики перед концертами лично наши. Будут материалы, а сверстать не проблема.

— А, ну тогда! Можно снять новый ролик!

Голос подала лидер FLIXIONS.

— Типа тизеров, можно сделать несколько...

— ... Чтобы победить главную сцену, нужно наоборот чётко выразить свой посыл.

— ... А неплохая мысль!

— ... И зрители порадуются.

Начались... Активные обсуждения.

Участники и персонал обсуждали идеи.

Звучали новые задумки. Что-то предлагали улучшить, а иногда выдавали вообще противоположные мнения.

Вызывались добровольцы воплотить некоторые из идей.

— ... Это.

Этот вид... Вызывал тепло.

Ещё недавно все относились более спокойно.

Всех устраивало, что просто будет весело. Всем было достаточно, что их похвалят за «неплохое выступление».

И это неплохо.

После этого тоже останутся радостные воспоминания.

Но теперь... Атмосфера накалилась.

Все стали единой командой, желающей победить главную сцену.

... Возможно что-то и получится.

Я впервые подумал именно так.

... Возможно мы и правда сможем противостоять главной сцене.

Конечно пока чёткого плана не было.

Главная сцена сильна, и возможно ничего не изменится.

Но... С таким пылом.

Если мы будем так же стараться... Мы сможем противостоять им.

Победа уже не будет казаться невозможной...

— ... Ну раз так.

Я смотрел на них.

Пока все живо обсуждали идеи, перед Рокуйо-семпай вышла Игараси-сан и сказала:

— Раз так... Мы тоже должны постараться.

— ... Точно.

— Раз уж семпай полон решимости. Мы тоже должны что-то сделать...

— ... А, по этому поводу, — я повернулся к девушке. — Тут у меня есть одна идея.

— ... Идея?

— Да. Она поможет с рекламой и раззадорит выступающих...

И... Я принялся рассказывать.

Идея довольно безрассудная. Но если выгорит, эффект будет солидным...

***— ... Позвольте устроить трансляцию во время обеденного перерыва.

После окончания уроков в учительской.

Передо мной сидел завуч, Хигаси-сенсей.

— Сейчас выступающие сцены желающих очень воодушевлены. И мы подумали, вдруг получится вести радио-передачу...

... Радио-передача.

Эту идею подкинула мне Игараси-сан.

Изначально об этом думал Рокуйо-семпай.

Вести трансляцию про фестиваль в обед. Можно будет поговорить про нашу сцену и рассказать про неё ученикам.

Может получиться довольно эффективно.

Если хочешь собрать побольше людей, стоит в первую очередь рассказать им обо всём.

К тому же у людей появится интерес к выступающим. Важно заинтересовать людей в выступлении.

Так что если они выступят в школе по радио... По радио, по которому почему-то не дают выступать в обед, это произведёт солидный эффект.

Я и Игараси-сан были уверены в этом и пошли договариваться.

Однако.

— ... Я же уже сказал, что нельзя! — громко ответил завуч. — Обед надо проводить в тишине! Никаких трансляций в это время!

Почему-то он был слишком взволнован из-за этого.

Всё же Потёмкины его просто идеально изобразили.

Часть учеников он раздражает, но вообще мне нравится его манера речи.

— Я и председателю вашему сказал! Можете не надеяться на помощь! — так же настойчиво говорил он.

Да... Рокуйо-семпаю тоже отказали.

Завуч придерживался правила, что во время обеда должно быть тихо, и отступать не собирался.

Ну... Это довольно эгоистично.

Он не позволяет этого ученикам, просто потому что ему не хочется.

Скорее всего... У нас в обед не ведутся трансляции исключительно поэтому.

Потёмкины правы, ему просто нравится защищать правила.

И его бесконечное следование своим правилам вызывало лишь усмешки учеников.

Однако.

— Конечно мы слышали об этом от Рокуйо-семпая, — сказала Игараси-сан и протянула листок. — Потому мы всё подготовили и пришли ещё раз.

Да. Мы пришли, подготовившись.

Мы сделали кое-что, чтобы побороть мнение завуча и пришли во второй раз.

— ... Хм, что это? — он посмотрел на листок. — Это... «Общественное радио Сугинами», специальные выпуски...

— Точно, — подавшись вперёд, я стал объяснять, указывая в листок. — Посмотрите, трансляция будет в городе. Управлять будут из района Сугинами. Это как местное радио. Вещание будет проходить не только в Огикубо, но и в Нисиоги, Асагае, вплоть до линии Сейбу, очень многие смогут услышать.

Говоря, я представлял.

По дороге в школу или из школы, когда идёшь повеселиться или за покупками.

В городе постоянно ведётся радиовещание.

Мы его слышали, когда ходили за покупками. Когда я сказал Нито, что буду помогать в мероприятии, я краем уха слышал трансляцию.

— На днях мы уже ходили, чтобы посоветоваться, — продолжал я говорить. — Мы узнали, позволят ли нам вести передачу сцены желающих на «Общественном радио Сугинами». И нам разрешили до дня фестиваля Хекитен.

— ... А. А?!

Похоже это было для него неожиданностью.

Завуч снял очки и стал изучать листок.

— Районный офис... Разрешил вести передачу...

— Да.

— К-как же так? — он поднял голову и посмотрел на нас. — Вы предупредили кого-нибудь из учителей?! Ученики не могут сами принимать такие решения!

— Да, предупредили. Мы сообщили курирующему фестиваль Митарай-сенсею и классной Тиёде-сенсей. Тиёда-сенсей ходила в тот день с нами.

— ... П-понятно.

— Так что... — я подался к кивнувшему завучу. — ... Могли бы вы дать согласие, — решительно говорил я.

— Разрешение на передачу уже получено.

... Их руководству тоже понравилась эта идея.

Они обрадовались, когда мы принесли наш план.

Чтобы их слушала молодёжь, они хотели вести программу, которую будут проводить местные школьники. А тут как раз наш план по поводу фестиваля. И цель у нас понятная — победить главную сцену.

Причин отказываться у них попросту не было.

Так что участники будут проводить тридцатиминутное вещание каждый день по «Общественному радио Сугинами». Вообще на первую и вторую передачу... Адзума-семпай уже всё записала. Осталось лишь дождаться, когда её пустят в эфир.

— Так что... Они не против того, чтобы школа Аманума поучаствовала в трансляции, — говорил я завучу. — Они будут рады интересной передаче. И глава района похвалил за идею.

— Даже глава района...

— Что скажете? — спросил я у теперь уже сомневавшегося завуча. — Можно будет вести трансляцию в обед? Может всё же получится сделать это и в нашей школе?

... Это должно сработать.

Обожающий правила завуч слаб перед указаниями свыше.

Если что-то решено, он будет отстаивать это, и если чего-то желал «район», он не мог отказать...

... Рокуйо-семпай не умеет бить по таким слабым местам.

Для прямолинейный людей завуч неудачный противник.

И потому... Нужен человек вроде меня.

Способный на разные хитрости человек сможет тут справиться.

Вот такой и была моя идея.

И вот. Прошло несколько секунд.

— ... Хорошо, со вздохом, сказал нам завуч. — Во время обеденного перерыва... Я разрешаю вести трансляцию.

***На следующий день после разрешения вести трансляцию.

После уроков, когда впервые прошла передача.

— ... Давно такого не было.

— Ага.

Я встретился с Нито и возвращался с ней домой.

— В последнее время мы почти не пересекались.

— Точно.

Мы вот так не болтали... С того самого дня.

Когда Нито сказала, что испортила мою жизнь.

Мы шли по знакомой улице, ведущей к станции. Солнце заходилось, и небо на востоке уже было тёмно-синим.

Небо на западе окрасилось алым, раскрашивая волосы Нито.

Наблюдая за всем этим, я говорил с ней.

— До фестиваля осталась неделя. Немного успокоилась?

— Да. Хотя всё ещё считаю, что моё выступление не достаточно хорошо.

— А, правда? Как по мне, ты всегда великолепна.

— Ну не знаю. Утверждать не могу. Стоит раз оступиться, и я уже точно буду нервничать во время выступления.

Говорила она лёгким тоном.

Мы вели разговор как обычно.

Однако... Дистанция между нами ощущалась.

Мы были так близко, что едва не касались плечами, но разговор всё равно был слегка неловким.

... Всё же Нито так и не собиралась прощать себя.

Она продолжала испытывать вину за то, что причинит боль Рокуйо-семпаю и в итоге может испортить жизнь мне.

Так что... Я собирался сказать.

Хотел рассказать, о чём я думаю.

Ведь я хотел... Чтобы и Нито могла радоваться.

Не знаю, какой по счёту это фестиваль для неё, но хотелось бы, чтобы он прошёл хорошо.

— Я...

... Продолжая идти.

Я вдохнул и сказал.

— ... Стану счастливым.

Это было так неожиданно, что Нито посмотрела на меня.

Я посмотрел ей в глаза и улыбнулся.

— Я... Что бы ни случилось, стану счастливым.

Я сделал признание Нито.

— Конечно ты считаешь, что испортишь мою жизнь. Может я был несчастлив, и строго говоря... Я могу это представить.

Я уже один раз прожил жизнь в старшей школе.

Провёл три года, так ничего и не сделав.

Я не считал, что это из-за Нито, и во всём был виноват лишь я сам.

— Потому я принял решение, я снова посмотрел перед собой на район возле станции.

Я уже столько раз проходил здесь. И уже привык видеть это место, освещённое фонарями.

И всё же...

— Я изменюсь, первым делом я сделаю счастливым себя.

... Он казался мне более живым, чем по время моей первой жизни.

Он казался мне красивее, чем в то время, когда я боролся с величием Нито и наблюдал за тем, как она отдаляется.

И теперь... Я мог посмотреть на него вот так.

— Если так подумать, я ничем не обделён, — с улыбкой говорил я Нито. — У меня хорошие родители, мы не богаты, но на жизнь нам хватает. Я живу в большом городе, хожу в старшую школу. У меня есть хорошие друзья. А ведь в мире полно людей, у которых ничего такого нет.

— Это... Правда.

— Так что не о чем переживать, всё, что будет дальше, моя ответственность. За свою жизнь я хочу отвечать сам. И буду стараться, чтобы достичь своей цели. И что бы ни случилось... Это будет не из-за тебя.

Так я искренне считал.

Я по своей воле буду находиться рядом с Нито.

И это не чья-то ответственность, а лишь моя.

Я не собираюсь её отдавать никому.

— И думаю... Рокуйо-семпай считает так же.

Рокуйо-семпай.

Когда я произнёс его имя... Нито прикусила губу.

— Он сам собирается ухватиться за своё будущее. Получится или нет, это зависит лишь от него самого.

Тут... Мы уже почти подошли к станции.

Станция Огикубо, где в общежитии жила Нито, я столько раз её видел.

Вокруг светились огни, и они отражались в глазах Нито.

И я...

— Нито... Сделай то, что должна.

... Сказал ей это.

Точно поддерживая.

Будто стараясь слегка подтолкнуть.

— Уверен, это связано с нашим счастьем.

— ... Вот как, — опустив взгляд, пробормотала она. — Это наше счастье...

— ... Но вообще знаешь, — я стал говорить громче. — Если честно... Дела у нас шли так себе. И потому теперь мы полны решимости и занимаемся продвижением!

Да... Мы сделаем всё возможное.

Нечего говорить, что мы уже сделали всё возможное.

Станем им хорошими соперниками.

Как достойный соперник я хочу стоять перед Нито.

— Вообще мы уже начали верить, что сможем одолеть тебя.

На эти слова... Нито открыла рот.

При этом удивлённо, будто увидела голубя с ружьём.

... Скорее всего она услышала эти слова впервые.

Она уже столько времени провела в этой петле.

И я впервые сказал ей такие слова...

У меня получилось удивить Нито. Я показал ей «неизвестное будущее».

В душе я сжал кулаки.

Однако... Нито ещё не проиграла.

— ... Хе, — непривычно для неё самой она оскалилась в улыбке. — Вам меня не победить...

— Да. И было бы неправильно, если бы ты была подавлена. Мы хотим сделать это, наслаждаясь атмосферой фестиваля.

— Хм...

На брошенный мной вызов она радостно прищурилась.

— А ты уверен в себе. Попробуй победить нас своим составом.

— Да, — кивнул я ей в ответ. — Мы все будем стараться. У нас нет таланта, и мы будем сражаться.

... У нас нет таланта.

Да, я понял, что бывает и такой стиль ведения боя.

Каждое выступление по отдельности уступает тому, что будет на главной сцене.

По точности, красоте и технике они намного обходят нас.

Но... Дух.

С нашим духом мы можем бросить вызов любому.

Так мы можем многое изменить.

Всё же место сражения — сцена фестиваля Хекитен. Это не конкурс и не гонка... А фестиваль.

— Буду ждать... — Нито слабо улыбнулась.

Её высокомерие слегка бесило, но в то же время воодушевляло.

Она гордо выставила грудь и улыбнулась.

И, выглядя невероятно мило, заявила:

— Я... Одолею вас всех.

Сказала прямо как последний босс...

— ... Покажу вам, что мы в разных измерениях.