Я отправился посетить деревню эльфов, но обнаружил, что на неё напали слизни, и деревня совершенно опустела.

Покончив с прозрачными монстрами и начав искать эльфов, я обнаружил, что они укрылись в домиках на деревьях.

Ранее эльфы рассказывали мне, что прочные домики на деревьях, построенные из брёвен, были устроены таким образом, чтобы при необходимости использовать их и как убежища. Так оно и оказалось.

Поскольку эльфы боялись слизней, мы изменили первоначальный план и решили вместе с ними заняться уничтожением оставшихся врагов.

Когда мы стали предоставлять им еду и прочее, они сказали, что хотят отблагодарить нас.

Если говорить о благодарности в данном случае, то подразумевалось кое-что весьма определённое (сексуальная близость), но при наличии Лилис и Анемоны я никак не мог позволить себе такое.

К слову, зверолюди в основном придерживаются многожёнства, поэтому к подобным вещам относятся терпимо.

Говорят, что их семья обычно устроена так, что сильный самец держит при себе множество самок.

Исходя из всего этого, Мяле и Нямэна, которые ничего не говорят по поводу человеческих женщин, совершенно иначе реагируют, когда речь заходит о женщинах-зверолюдях.

Возможно, когда речь идёт о представителях собственного вида, они становятся более строгими в своих оценках.

Когда наступила ночь, мы так и легли спать в домике-контейнере, но Акира, спавший в палатке снаружи, похоже, среди ночи незаметно ушёл к эльфам.

— На следующее утро в деревне эльфов.

Пока я готовил завтрак, Акира явился с самым невинным видом.

— Осу!

— Осу-осу!

Утром по просьбе всех я приготовил гранолу.

С тех пор как в Сакуру приехал Санбаку и стал готовить для нас, даже с утра у нас появилась нормальная, так сказать, обычная еда.

Я ему за это очень благодарен, но, с другой стороны, теперь даже если мне хочется съесть на завтрак какую-нибудь вредную пищу, сделать этого уже не получается.

Сначала я думал, что только у меня так, но, похоже, остальные чувствовали то же самое.

Тогда, пожалуй, стоит посоветоваться с Санбаку и хотя бы раз в неделю устраивать день с вредной едой.

Если будет такой день, Санбаку тоже сможет немного отдохнуть.

Акира молча ест гранолу, но ничего не говорит — и я тоже ничего не говорю.

То, что он ходил к эльфам, совершенно точно, и зверолюди с их острым слухом наверняка тоже это заметили, но они тоже ничего не говорят.

Лилис и Анемона спали, но заметили ли они что-нибудь?

Этого я не знаю, и если они действительно ничего не знали, то, если я заговорю об этом, только сам себе создам неприятности.

Тем более я не могу спросить, с кем именно он был — с мужчиной или женщиной.

Молчание — золото.

Пока я молча ел гранолу, эльфы стали собираться вокруг.

Они пришли выпрашивать гранолу.

Когда мы раньше здесь останавливались, я угощал их гранолой, так что, должно быть, они это запомнили.

Похоже, они не переносят коровье молоко, поэтому, как и в прошлый раз, я использовал соевое молоко.

— Вкусно! — Вкуснотища!

И эльфы-мужчины, и эльфийки набивали рты гранолой, но взгляды эльфийских мужчин, направленные на Акиру, явно отличались от обычных.

Увидев это, я всё понял.

Впрочем, я лишь сделал выводы и ничего не сказал.

— Кэничи-и-и!

Эльфийка с короткой стрижкой каре бросилась мне на шею. Как ни крути, именно с этой эльфийкой у меня было больше всего контактов.

Её звали Сэтэра.

— Что такое? Ещё гранолы?

— Это тоже, но не только. Вчера вечером мы все собрались и обсудили кое-что. Возникло предложение отправить в вашу деревню одного эльфа в качестве представителя.

— Представителя — посла, значит. Но в деревне ведь ничего нет? У меня даже собственного поместья пока нет.

— Но ведь место, где жить, у вас есть?

— Вместо дома я построил и предоставил им в пользование вот этот железный ящик.

Я указал на домик-контейнер.

— Железный дом всё-таки выглядит гораздо солиднее, чем дома, которые строим мы.

— Но разве вопрос с послом не относится к секретным делам?

— Да ничего это не секретное, да и ничего особенно важного тут нет.

Я положил ей в тарелку ещё гранолы.

Полив её соевым молоком, она принялась есть.

— Кэничи, что говорят эльфы?

— Хотят назначить в Сакуру эльфийского посла.

— Господин, значит, теперь пограничное графство официально вступит в отношения с эльфами? — протянула Мяле.

— Эльфы-то, мя-а-а.

Обычное представление людей, в том числе зверолюдей, об эльфах заключалось в том, что они замкнутые и неохотно идут на контакт.

Поэтому никто не был уверен, станут ли эльфы вообще поддерживать нормальные отношения с людьми.

— Ну, получается, что так. С нашей стороны нет причин отказываться.

— Если мы действительно собираемся всерьёз заняться торговлей, то это будет необходимо.

До этого молчавший Акира наконец заговорил.

— Акира прав, но всё же… Разве ваш вождь не был против подобных вещей?

— Именно поэтому вождь и возражает. Я ему сказала: после того как вы столько для нас сделали, если мы не пойдём вам навстречу, разве это не заденет честь эльфов? — но…

— Если всё так и сложится, мы сможем импортировать отсюда какао и бананы.

— Да. К тому же вы ведь научили нас, как убивать слизней.

— А, точно. Я дам вам песок, созданный с помощью магии, так что можете хранить его здесь в запасе.

— Спасибо-о-о. Правда, я уже не знаю, что делать с этим упрямством нашего вождя.

— Он ведь просто настолько серьёзно относится к сохранению эльфийской культуры, верно?

— Это так, конечно.

Сэтэра обняла меня и стала тереться щекой о мою щёку, но Лилис и Анемона, наблюдавшие за этим, постепенно начали мрачнеть.

— Не могла бы ты немного отстраниться? Моя законная жена и наш маг начинают сердиться.

— Э-э-э? Ну и пусть.

— И ещё кое-что. Независимо от вопроса с послом, огромный монстр, живший в озере, тоже уже уничтожен, так что теперь вы можете спокойно переправляться через озеро.

Я показал ей рисунок кракена, выполненный художником.

Это была копия: я сфотографировал оригинальную картину, а затем распечатал снимок на цветном принтере.

— Неужели существовал настолько огромный монстр?!

— Ага. Я задействовал всех имевшихся у меня магов и изрядно намучился, прежде чем мы его одолели.

Сэтэра отреагировала на слова Акиры, произнесённые вполголоса.

— Говорят, ты Драконоборец. Мне рассказали об этом мужчины.

— Ха-ха, ну да.

— Иногда бывало, что кто-нибудь уходил далеко от деревни и пропадал без вести. Значит, вполне возможно, что его сожрал тот монстр?

— Вполне возможно. Похоже, среди жителей ближайшей деревни на берегу озера тоже были жертвы.

— Тогда получается, вы отомстили за наших сородичей.

— На этот раз я лишь помогал. Последний удар нанёс Кэничи.

— Понятно…

Выслушав наш разговор, Сэтэра отправилась к вождю.

Прошло некоторое время, и как раз когда мы закончили завтрак, к нам пришёл эльфийский вождь.

— Я выслушал рассказ. Вы отомстили за наших сородичей, которые пропали без вести.

— Нельзя утверждать наверняка, что именно огромный монстр из озера погубил тех, кто пропал.

— Нет, эльф не станет исчезать, не связавшись со своими товарищами. Должно быть, с ним случилось какое-то непредвиденное происшествие.

— Ну, мы уничтожили монстра, чтобы защитить жизнь жителей наших владений. Я всего лишь исполнил свой естественный долг как правитель, так что не стоит придавать этому значения.

— Однако если, получив столь великую услугу, мы ничего не отплатим, то мнение окружающих об эльфах окажется на самом дне.

До этого эльфийский вождь был непреклонен, но теперь и он уступил и, похоже, хотел отблагодарить нас, однако так и не решался сам предложить, чем именно отплатить.

Возможно, поскольку наши расы и культуры совершенно различны, он просто не знал, что именно можно преподнести в качестве благодарности.

Или же… возможно, с их стороны считалось бы невежливым самим предлагать вознаграждение за оказанные услуги.

— Хм-м, я не знаю эльфийских обычаев, но могу ли я сам попросить что-нибудь взамен?

— Разумеется.

Мне показалось, что вождь слегка облегчённо вздохнул.

— Тогда подумай насчёт торговли. Например, о здешнем чече и бананах. Разумеется, подойдут и магические предметы, если они у вас есть…

— И вас это устроит?

— Да. Как я уже сказал, я всего лишь исполнил то, что обязан был сделать как правитель.

— Мы выращиваем всё это не ради торговли, поэтому много отдать не сможем.

— Конечно, подойдёт то, что останется после выращивания. Это ведь не налог и не натуральная подать.

— Тогда это возможно.

— Если у вас появится денежный доход, вам станет проще покупать в наших владениях соль и муку. Можете обратиться в торговый дом Малоу, который является официальным поставщиком нашего владения.

Тут появилась Сэтэра.

— Ну что, договорились?

— Да, договорились. Мы начинаем торговлю.

— Ура-а-а! Тогда послом буду я!

— Эй-эй! Сэтэра, не решай всё сама!

— Вот именно!

Другие эльфы, услышавшие о разговоре, стали возмущённо выкрикивать свои протесты.

— Если не я, то кто же тогда поедет?!

— Очевидно, что я!

— Нет, я!

Эльфы ещё долго спорили, перекрикивая друг друга, но вскоре они встали в круг и начали что-то делать.

Внутри круга всё залило сияние.

— Эй-эй, что вы там делаете?

— Играем в камень, ножницы, бумагу.

От слов Акиры я не поверил своим ушам.

— В камень, ножницы, бумагу?

— У эльфов острое зрение и быстрый ум, поэтому они способны играть в нечто вроде абсолютной игры на опережение, где невозможно проиграть роботу, всегда показывая свой знак после того, как увидят ход противника.

— А, то есть они видят руку противника и мгновенно меняют свой знак.

— Именно.

— Но если все способны на такое, разве шансы не должны быть равными?

— Эта способность у каждого развита по-разному. После более чем тысячи лет споров и экспериментов они, похоже, в конце концов пришли к способу использовать духов.

Если слова Акиры были правдой, становилось ясно, что бросать эльфам вызов в игре в камень, ножницы, бумагу было крайне глупой затеей.

— Но почему в круг вместе с остальными эльфами встал даже вождь?

Вместе с остальными эльфами вождь тоже участвовал в том, что, судя по всему, было игрой в камень, ножницы, бумагу.

— Кто его знает… Хотя, несмотря на все его слова, думаю, вождю тоже хотелось побывать в Сакуре.

— Он хмурился и говорил что-то вроде «ради эльфов…», но, может быть, на самом деле просто заставлял себя?

— Вполне возможно.

Пока мы разговаривали с Акирой, похоже, определился результат.

— Ура-а-а!

Одна из эльфиек подняла руку.

— Сэтэра, ты жульничала?!

— Э-э? Ты собираешься придираться к результату, который выбрали духи? Если будешь так делать, духи перестанут меня слушаться-а-а!

— У-у…

В итоге, как и было предложено в самом начале, выбор пал на эльфийку по имени Сэтэра с короткой стрижкой каре.

Она была высокой и стройной, а грудь у неё была небольшой — впрочем, все эльфы такие.

Если бы женщины-эльфы ещё и грудь бинтовали, то их вообще невозможно было бы отличить от мужчин.

Пока Сэтэра обнимала меня, подошёл вождь Мэйсара.

— Какое разочарование… Если бы пограничный граф пожелал этого, я был бы не прочь отдать ему своё тело.

— А? С чего это вдруг разговор зашёл о таком?

Сэтэра объяснила причину.

— Потому что в книгах написано, что, когда человеческий дворянин хочет эльфа, ему нужен эльфийский мужчина.

Да это же сюжет из книжек для взрослых (эвфемизм для эротической додзинси).

— Нет-нет, ни за что! Хотя, может, такое и бывает, но со мной такого точно нет.

На всякий случай я спросил у Лилис.

— Бывает. Если дворянин нанимает мужчину-эльфа, то без сомнений, именно для этого.

— Э-э? Правда?

— Да!

Похоже, действительно бывает и такое.

В Собане я слышал, что эльфы заходят в поместья дворян, но, выходит, дело обстояло именно так?

Тогда, если бы в Сакуру приехал мужчина-эльф, все бы на сто процентов решили, что именно для этого.

— Вот же напасть, у господина опять прибавится женщина.

— Точно, мя-а. И надо же — эльфийка.

— Эта эльфийка — посол, понятно? Я не собираюсь принимать её к себе.

— Кто знает…

— Точно, мя-а-а.

Зверолюди мне, похоже, не верили, но ведь меня уже просили больше никого не добавлять… Да и продолжительность жизни у нас разная.

Мы наверняка очень быстро состаримся и умрём.

А для эльфа это будет всего лишь короткой забавой.

— Ха-ха-ха, чтобы иметь дело с эльфами, нужно немного привыкнуть к ним.

— Не очень-то хочется привыкать. К тому же я не собираюсь общаться с ними вне работы.

— В таком случае, надеюююсь на наше сотрудничество!

— И каким образом одно следует из другого?

Анемона втиснулась между мной и Сэтэрой, которая всё никак не отпускала меня.

— М-м-м! Слишком близко-о!

— …М-м-м, какая прелесть!

— А-а-а-а-а!

Сэтэра отпустила меня, подняла Анемону на руки, начала гладить её и тереться щекой о её щёки.

Возможно, в глазах эльфийки Анемона выглядела примерно как младенец.

Получив неожиданную атаку, Анемона запаниковала и спряталась за моей спиной.

— Эльфийка говорит, что ты милая.

— Неправда! Тут определённо что-то не так! Смотри!

Анемона закатала рукав, и я увидел, что у неё пошли мурашки.

— Тогда можно и эту девочку.

— А-а-а! Что это такое?! Что ты вообще собираешься со мной делать?!

Увидев, как Сэтэра принялась гоняться за Лилис, я всё понял.

— Сэтэра. Только не трогай наших женщин, хорошо?

— Э-э? Нельзя-а?

Движения эльфийки мгновенно прекратились.

— Нельзя. Если речь идёт о мужчине, то при его согласии можно.

— А я люблю девушек.

Вот же какие хлопотные создания эти эльфы.

Возможно, ничего не поделаешь, ведь мы разные расы и у нас совершенно разные культуры.

— Тогда тебе и обнимать меня незачем, разве нет?

— Просто когда я обнимаю Кэничи, мне как-то так приятно…

Неужели это из-за того, что после получения благословения она обрела способность пользоваться магией?

— Тогда подойдёт и Акира.

— Эй, Кэничи. Не впутывай меня!

В итоге было решено, что Сэтэра отправится в Сакуру, но ради защиты от слизней мы решили остаться здесь ещё на один день.

Кроме того, хотя соль и была рассыпана вокруг исключительно ради уничтожения слизней, я беспокоился о возможном засолении почвы.

Я достал из Инвентаря экскаватор Ю○бо и решил снять верхний слой почвы отвалом.

— О-о-о-о!

Эльфы столпились вокруг ревущего зелёного железного зверя — особенно мужчины.

— Ничего себе-е-е!

Они с огромным интересом заходили в рабочую зону, так что это было крайне опасно.

До сих пор я прятал его в тени жёлтой Ко○цу-сан, но и этому зверю пора было поработать.

Снятый верхний слой почвы мы с помощью эльфов загрузили в пластиковые контейнеры, а позже убрали в Инвентарь.

Если просто выбросить землю в мусорный бак, работа будет закончена.

Мы целый день следили за слизнями вокруг пруда, но прозрачные монстры так и не появились, поэтому решили, что нынешнее нападение закончилось.

Я собрал всех эльфов и объявил об окончании опасности.

Глядя на выстроившихся передо мной эльфов, я почувствовал себя школьным учителем.

— Кэничи, прямо как собрание перед школьной экскурсией.

— Я как раз думал о том же… «Экскурсия заканчивается только тогда, когда доберёмся домой!» — что-то вроде того.

— Ха-ха-ха.

Но это так, к слову. Я попрощался с эльфами.

— Тогда завтра с самого утра мы вернёмся в Сакуру.

— И я вместе с вами-и-и.

Сэтэра снова обняла меня, отчего Анемона и Лилис только и могли, что бессильно злиться, но приблизиться не решались, потому что боялись эльфийку.

Стоит им подойти, чтобы возмутиться, как на них нападают — настоящий сильный противник.

Стало темнеть, и мы спокойно поужинали.

Анемона, Лилис и зверолюди ели готовое карри.

Мы же ели лапшу быстрого приготовления, онигири и карааге.

Эльфы ели свою собственную еду.

Похоже, у них всё-таки есть представление о приличиях: после того как мы столько для них сделали, было бы уже слишком нагло ещё и постоянно клянчить у нас еду.

Правда, Сэтэра не в счёт.

Она сидела здесь и ела вместе с нами.

— Почему ты не ешь вместе с остальными эльфами?

— Э-э? Потому что теперь я уже из этой компании-и-и.

— Кэничи, дай мне тоже карааге.

Лилис ела карри, но, похоже, ей захотелось попробовать и карааге.

— Карри с карааге тоже очень вкусное.

Я разделил карааге и с теми, кто ел карри.

— А что это за коричневое блюдо?! Цвет у него какой-то совершенно невозможный!

— Это блюдо с пряностями. В нём есть мясо зверя, так что не знаю, подойдёт ли оно эльфам.

— А это?

Сэтэра подцепила кусочек карааге.

— Это курятина, обваленная в муке и обжаренная в масле. Курятину вы ведь едите?

Услышав мои слова, Сэтэра сунула карааге в рот.

— М-м, вкусно!

— Глы-глы-глы…

Акира молча пил пиво из банки, но…

— Эй, Акира. Ну как тебе наши мужчины?

— Пф-ф-ф!

Он выплюнул пиво, которое как раз пил.

Хотя мы молчаливо договорились ничего не говорить, она без всяких колебаний перешла к этому вопросу.

Эльфы — это действительно нечто страшное.

— Кхе-кхе! Кхе-кхе! Я просто ходил выпить.

Акира начал оправдываться, пока пиво текло у него из носа.

— Врёшь-вру-у-ун! Я от мужчин всё слышала. Ты ведь Драконоборец империи.

— Акира, я всё понимаю, так что не переживай. Но, к сожалению, я не могу быть твоим партнёром.

— Да не об этом речь!

Лилис и Анемона, слышавшие наш разговор, тоже присоединились.

Похоже, они не понимали, о чём говорит Сэтэра, но, увидев, как Акира заметался, по одному лишь чутью обо всём догадались.

— О чём это вы?! У меня предчувствие, что разговор идёт о чём-то интересном!

— Что-что? Я тоже хочу послушать!

— Анемоне ещё рановато…

— Ничего мне не рано-о-о!

— А-а, это, что ли?

— Ну, у человеческих мужчин бывают самые разные предпочтения, мя.

Зверолюди тоже, похоже, догадались, но особого интереса не проявили.

— М-м-м… Без комментариев.

Акира снова принялся пить пиво.

До сих пор он никак себя не выдавал, поэтому, вероятно, можно было предположить, что это его пристрастие распространялось исключительно на эльфов.

Мы закончили есть и вошли в домик-контейнер.

Вокруг уже начинало темнеть, но внутри комнаты всё заливал свет светодиодных фонарей, и наступило спокойное время отдыха после ужина.

Похоже, сегодня Акира, не таясь, снова отправился к эльфам.

Хотя, возможно, учитывая поздний час, он действительно собирался всего лишь выпить с ними…

Ну, это ладно, но вот Сэтэра находилась внутри домика-контейнера.

— Ты что, тоже с нами спать будешь?

— Жестоко-о! Неужели ты хочешь, чтобы я одна спала снаружи?

— Могу просто достать ещё одну такую железную комнату.

— Мне это не ну-у-жно! Можем ведь просто спать вместе.

Сэтэра стала медленно приближаться к Анемоне.

Она двигалась прямо как человек, обожающий кошек и внезапно заметивший милого котёнка.

— Не-е-ет!

Анемона выскользнула из рук эльфийки и спряталась за моей спиной.

— Тогда я буду спать вместе с Кэничи.

— Зачем тебе вообще спать со мной? Ты ведь собираешься приехать в Сакуру в качестве посла?

— Конечно. Разве посол не должен делать такие вещи?

— Должен? Разве не должен?

— Э-э? Не должен? Тогда как насчёт этих девушек?

— Даже когда я сплю с ними, мы обязательно делаем это по одному и в отдельной комнате. Анемона ещё маленькая, поэтому с ней я пока такого не делаю.

— У людей, оказывается, принято любить детей. Как необычно.

— Не надо намеренно искажать мои слова… Это совершенно неправильное представление.

Похоже, вопрос о том, чтобы Сэтэра осталась здесь на ночь, уже стал для неё принципиальным.

— Ничего не поделаешь. Придётся достать ещё одну кровать.

Односпальной кровати будет вполне достаточно.

— Эй, заберитесь-ка на эту кровать.

— А что ты собираешься делать?

— Достану ещё одну кровать.

Я достал из Инвентаря односпальную кровать и поставил её рядом с той, на которой лежали мы.

— Инвентарь — удобная штука, да-а.

— Ещё бы.

— Тогда я буду спать здесь вместе с Кэничи.

Она схватила меня своими длинными руками и потащила к кровати.

Сила у неё оказалась на удивление большой. Я снова в полной мере осознал, что она не обычный человек, а совершенно другое существо — эльф.

— Погоди-ка. Анемона и Лилис, вы не против?

— Конечно, против. Но, прости меня, но… если она переключится на меня, мне как-то не очень…

— Я тоже…

Если я откажусь, получается, что в эту трясину вместо меня затянет либо Анемону, либо Лилис.

— Я что, жертва?

Зверолюди молча продолжали придерживаться позиции «нас это не касается».

Похоже, они решили, что лучше не связываться с бедой («если не трогать бога, он не проклянёт»).

— М-м-м…

— Ладно, если так всё уладится, ничего не поделаешь… Но я ничего не буду делать, ясно?

— Э-э? Не будешь?

— Не буду.

— Э-э-э?!

После того как мы несколько раз повторили один и тот же разговор, она начала снимать одежду, похожую на китайское платье.

Она стянула её настолько быстро и бесцеремонно, что я даже не успел её остановить.

Акира говорил мне, что эльфы довольно раскованно относятся к вопросам секса, но это уже чересчур.

— Может, приготовить тебе одежду для сна?

— Не ну-у-ужно.

Похоже, эльфы спят совершенно голыми.

Белоснежная, словно фарфоровая кожа и золотистые волосы, сверкающие в свете светодиодных ламп.

Пока я невольно любовался ею, меня затянуло в одеяльную «ловушку» («муравьиный лев», здесь образно: ловушка, из которой трудно выбраться).

— Гну-ну…

Лилис недовольно ворчала, но, похоже, не могла ничего сказать: если она вмешается, то следующей в эту ловушку затянут уже её.

Что ж, видимо, она решила смириться с этим, раз уж дальше ничего не будет…

Но это ладно. Вот только не возникнут ли проблемы, если я привезу эту эльфийку в Сакуру?

Если неприятности окажутся слишком серьёзными, мне останется лишь вежливо попросить её вернуться домой…