Тут должна была быть реклама...
1
— Она зарегистрирована как Джейн Игнишн, но её настоящее имя — Наталена Бласт. Возраст — 12 лет; Пол — Женский; Американка. Судя по её фамилии, она настоящая младшая сестра «той самой» Анастасии Бласт. Хотя разница в возрасте у них и приличная.
Сейчас они находились в комнате студенческого совета старшей школы на огромном корабле.
Идеальное место для Каруты и девчат — «сильнейших в мире», для проведения тайных разговоров.
Всё также сидя в кресле-коляске, Кёка Омотэсандо возилась за компьютером. Хотя обстановка в комнате, в целом, была так себе, оборудование здесь представляло из себя терминал главного администратора предоставляющий полный доступ ко всем данным на корабельном сервере. Он имел куда больший уровень доступа чем даже терминал в комнате директора (хотя группа Каруты этого и не хотела), который там был отчасти лишь для показухи. Сбор в этой комнате группы Каруты означал, что членам студсовета следует по-быстрому очистить помещение, посему, выходя, они одарили их группу весьма эмоциональным и сердитым взглядом.
Наталену уложили в особой комнате, на корабле, в школьном лазарете.
Спать там, ей, наверное, было немного трудно, учитывая что её тело за руки и ноги было привязано к кровати толстыми ремнями, но она этого не заметила. До тех пор, пока они не решили, как с ней поступить, они конфисковали её кристальный цветок и усыпили наркозом. Наркоз штука удобная, но всё-таки это лекарственный препарат. А с ними нельзя забывать о таких вещах как: смертельная доза, побочные действия, последствия/осложнения, аллергия и так далее и тому подобное, и естественно, как и все прочие препараты, его нельзя назвать «абсолютно» надёжным.
Но обездвижить того, кто владеет «магией», как минимум так, было необходимо.
— Почему мы разоблачили её только сейчас?
— Потому что роднёй, друзьями и знакомыми Анастасии называлась такая толпа народу, что мы проморгали существование её младшей сестры. В особенности социальные сети знамени тостей, одним словом — это трагедия. Тяжело же было «Устранителям Проблем».
Анастасии, пожалуй, так было даже лучше, ведь она могла скрыть свою Ахиллесову пяту, — свою настоящую семью. Посеять беспорядок, сымитировав лес, чтобы скрыть всего одно деревце.
Личность подозреваемой же они установили, запросив видеозаписи со всего мира по данным её лица и скелета. Учитывая как легко удалось её раскрыть, Наталена, наверное, планировала своего рода блицкриг — максимально быстро навязать и провести решающее сражение. Она была готова отомстить им ценой своей жизни, даже не подумав о путях отступления.
Карута нахмурился.
— Тогда выходит Анастасия тоже была американкой? Хотя впрочем о ней же говорили что-то в духе: «обладает колоссальным влиянием на континенте Северной Америки», но всё же…
Они настолько её ненавидели что хотели одолеть даже ценой уничтожения мира. Но если так подумать, то они даже не знали откуда Анастасия была родом. Карута испытал лёгкое удивление, узнав о её «домашней» жизни, теперь, когда всё закончилось.
Я не смогу скрывать это.
Таков был искренний ответ Каруты Утагая. И чем больше он будет пытаться неумело скрывать это, тем больше будет расширяться болото, в котором он утонет. Карута заключил что сейчас нужно честно признаться и предложил следующее: может это дитя и мститель, но всё же её незрелый клинок не смог отнять ни единой жизни. Так что дело закрыто и убивать её не следует.
Он хотел доверия.
Потому что, держа это в секрете, он лишь всё усугубит.
Но правильно ли он поступил? Конечно он волновался, ведь предложив это, ему оставалось лишь продвигать данный выбор с максимальной эффективностью. Теперь, когда он начал, то уже не мог остановиться.
— …….
Взгляд Марики Амаси, опёршейся спиной на стену, тут же стал острым как меч. Он уже много раз видел её в такой стойке, наблюдающей за ситуацией со скрещенными руками, в ходе «прошлого инцидента». Среди них она строже всех разграничивала врагов и союзников, и чтобы защитить человека, которого считала «своим», она была готова пойти на что угодно. Сомневаться в этом причин не было, учитывая, как она лазером пристрелила беспомощную Элисию, которая собиралась сдаться или, возможно, стать их союзником.
Не нужен ей такой товарищ, который разрушит царящее у них идеальное согласие, если принять его в число «своих».
Вот что означала стойка Марики.
Как подруга детства, она вселяла в него уверенность. Что ни говори, а Карута знал её уже очень долгое время и поэтому безоговорочно считал её одной из «своих». Но в нынешней ситуации всё было иначе. Если он сейчас не сможет её уговорить, то о на безжалостно убьёт Наталену. Даже не взирая на то что она будет без сознания и абсолютно беззащитна.
И если так будет продолжаться, то всё повторится 1 в 1.
Раз уж они сильнейшие в мире, то им это дозволено.
Убить не подчинившуюся им 12-ти летнюю девочку.
Нельзя так поступать просто потому что таков мир. Ведь тогда, в дальнейшем, их будет ждать жизнь сильнейших, такая же как у команды Анастасии, в болоте, из которого уже не выбраться. Если бы они не были сильнейшим, им бы вынесли обвинительный приговор и бросили гнить в тюрьме, поэтому они должны были любой ценой держатся за этот титул. В этом смысле они по сути были привязаны к слову «сильнейший».
— Омотэсандо.
— Что такое?
— Какой у Наталены опыт сражений?
— Судя по просмотренным мною записям почти никакого, включая тренировки. Она какое-то время посещала местную школу каратэ, но бросила её примерно через полгода. Видимо схватки это не для неё.
— …Тогда как ей удалось солгать о своём имени и происхождении?
Океаническая академия кристальной магии Гримноа представляет из себя важнейший механизм для борьбы с, подвергнувшей весь мир опасности, «Угрозой». Пусть они и набрали в неё разом больше тысячи человек, но их данные должны были как следует проверить.
Подмена электронных данных в отслеживаемой области; взять на крючок или подкупить экзаменатора; покупка или похищение чужих персональных данных. Вариантов было несколько, но едва ли подобную пародию на шпионские фильмы в одиночку смогла бы провернуть двенадцатилетняя девочка, которая жила обычной жизнью. Прежде всего когда она вообще получила информацию о своей пригодности к кристальной магии и что это пригодится её мести? По крайней мере точно не во время решения о пригодности в помещении для тестирования в средней школе. И откуда она узнала имя Бога Анубиса? Если Анастасия скрывала «настоящую себя» от собственной семьи, едва ли она бы рассказала им информацию о магии богослужения.
Бессмыслица какая-то.
— Существует «скрытый кукловод». Скорее всего где-то в безопасном месте, за пределами корабля. — откровенно и решительно заявил Карута Утагай.
— …Вот оно как.
— То есть кто-то из связанных с Анастасией лиц, дал необходимую информацию и сделал из неё убийцу. Вот только действительно ли этот некто рассчитывал, что дилетант вроде Наталены сможет убить всю нашу четвёрку? Мне кажется, что он скорее рассчитывал на то, что: мы обратимся друг против друга обсуждая как поступить с Наталеной, после того как одолеем её.
На самом деле, у него не было никаких соображений на этот счёт.
Точнее, ему было всё равно ошибается он или же нет.
Каруте главное было, лишь отвести остриё копья (в особенности супер-агрессивной Марики) от Наталены на кого-то другого. «Скрытый кукловод», которого они не знали ни по имени, ни в лицо, был для этого почти идеальной целью. Пока они будут пытаться искать мнимого кукловода, они не будут думать о том, как бы им побить того, до кого рукой подать.
— В таком случае убивать Наталену не следует. Нам совершенно необходима информация об этом «скрытом кукловоде». Если предоставить его самому себе, в дальнейшему могут нагрянуть родители Элисии или последователи Юкино. Вообще совсем не ясно, является ли Наталена единственным зачинщиком сего происшествия. Если та же команда скрывается и шляется где-то по Гримноа, нам необходимо выдавить этот гной с корабля. Согласны?
— А в этом есть смысл. — лёгко признала Кёка Омотэсандо.
Однако,
— …В таком случае не безопаснее ли для нас будет держать её связанной и пытать или вколоть ей сыворотку правды? Удастся ли нам вытянуть из неё её истинные намерения если мы будет пров одить расследование, играя в полицию? Мы ведь всё-таки профессионалы по битвам, а не по ведению следствия.
— Тц.
В её словах не было ни хороших ни плохих эмоций. Очаровательный президент студсовета поступала абсолютно чёрство и эффективно.
Сначала убийство.
Теперь конфронтация за пытки под сывороткой правды.
Это было безумие. Но даже учитывая, что на борту Гримноа было более тысячи учеников, и какое-то число взрослых педагогов, которые контролировали и обучали их, если кто-то из «сильнейших в мире», например, Марика или Кёка примет решение, скорее всего никто не посмеет ему воспротивиться. Даже «тот» имеющий свои взгляды и хорошо сложенный учитель (?) Хадомэ Киёсава.
И стоит только площадке наклонится, как за ней последует весь поток.
Вот наст олько сильны были индивидуумы.
Ведь изначально «второй корабль» — это корабль для них.
— Я учла то как Марика настойчиво хочет убить её, но как насчёт тебя Карута? Почему ты пытаешься помочь Наталене Бласт? Дело в сочувствии? Подумай ещё раз, может это сама Наталена, по случайности, внушила тебе это.
Кстати да.
Если она так говорит, возможно так и есть.
Карута ничего не знал о Наталене. Когда она только подошла заговорить с ним, в самом начале, она жалась словно маленькое животное и выдавала что-то в духе: «А, эм», очевидная актёрская игра, ради того, чтобы он ослабил бдительность. Было бы верхом глупости полагать что он хотел из-за этого защитить её. А может не в Наталене вообще дело было, а в чувстве вины из-за того, что он своими руками убил Анастасию? А если так, то почему? Та месть была абсолютно справедливой и должна была свершиться. Защита её сестры во имя искупления разрушит саму их суть.
Карута подумал.
И ответил честно:
— Мне это не по душе…
— Что именно?
— Убивать вот так кого-либо. У нас на то нет причин, да и убивать людей в принципе — это неправильно! Во время нашей вендетты у нас просто не было другого выбора, кроме как убить их — мир был безумен. Но сейчас всё иначе!! Хотим мы того или нет, но сильнейшие сейчас — мы, и пользуясь этой позицией, должны быть мягче, и решить это дело не убивая её. Нельзя убивать людей не имея на то причин. Нет оснований — нет и убийства, верно?! Ведь таким и должен быть правильный мир, разве нет?!
— Тогда не парься Карута. — первый раз за диалог, заговорила Марика.
По части настоящих сражений она была до невозможности простой.
— Я убью её. В таком случае ты ведь не замараешь свои руки.
— Я-я….
Он не это имел ввиду. Карута хотел защитить всех, в том числе и Марику с Кёкой, но если она сама от этого отказывается, то тут уж ничего не попишешь. Потому что это её жизнь. Простая и вместе с тем свирепая, но сейчас она столкнулась сутью имеющегося у них выбора.
Если они сейчас не придут к общему согласию, то лишь навредят Наталене. Причём каждый индивидуально.
Это бессмысленно.
У человека одна жизнь. Если хоть один из них сейчас решит по прихоти сыграть карту «убить её», то судьба Наталены будет предрешена. Даже одна ошибка приведёт к их общему краху. Прямо как команду Анастасии!!
— А-ха-ха, очко за ней, а Карута? — невинно рассмеялась Кёка Омотэсандо.
А затем прикрыв один глаз сказала:
— Слушай Карута, ты конечно правильные вещи говоришь, но далеко не факт, что ты убедишь этим остальных. Ты игнорируешь ход переговоров и пытаешься заставить нас принять твою точку зрения на чувствах, но этим ты лишь отрицаешь наши собственные чувства.
— Тогда как нам поступить?
— Дай подумать… Можем бросить жребий чтобы всё было честно. Карута, будь добр, подай мне заметочник и красную шариковую ручку со стола.
Кёка Омотэсандо вырвала из него одну пустую страничку, а затем разорвала её на 4 части, и на одном из них нарисовала красный круг. Она бросила их в пустую коробочку с круглым отверстием, стоящей на столе. Скорее всего новый студсовет использовал её для распределения должностей.
В такой ситуации подсчитать было невозможно. На первый взгляд предложение казалось безвыходным положением, но парень догадался о намерен иях президента студсовета. Что и ожидалось от взрослой девушки.
Сколько сейчас Кёка бросила бумажек в коробку?
Этот способ должен был объединить их мнение, всех сильнейших в мире.
— …! Возбуждение, выходи Айнэ!!
— Йес, Жертвенник.
Из живота Каруты вылезла бледнокожая кристальная девочка.
Присутствие Айнэ, наклонившей голову в ожидании приказов с безэмоциональным выражением лица, тут же вызвало здесь волнения.
— Нам не обязательно обоим достигать успеха. Ты всё равно на моей стороне!
— Хорошо.
Не тот, однако, ответ, который ожидаешь услышать от того, кто распоряжается человеческой жизнью. Она согласилась точно также, как если бы ей предложили чашку риса с говядиной и луком в школьной столовке.
Марика, догадавшись что теперь всё изменилось, резко переменилась в лице.
— …Ох! Полагаешь что если Айночка будет тянуть в твою пользу, то твои шансы увеличатся? Но когда победа и поражения зависят от удачи, количество людей не имеет никакого значения!
— Тогда тебе нечего бояться, верно? Давайте уже тянуть. Готовы? Взяли!
Таким способом Карута однозначно выиграет.
— А! — что-то воскликнула Марика.
— ….. — многозначительно усмехнулась Кёка.
Но кто победил, а кто проиграл уже было решено.
Карута первым вытащил бумажку из коробки.
— Красный круг — моя взяла. Мы защитим Наталену. Теперь никаких возражений Марика!!
— …..М-м-м-м-м!!
Краснея всё сильнее, Марика неистово обернулась к Кёке, но президент студсовета в кресле-коляске лишь пожала плечами.
— Мы проиграли и нам остаётся лишь уповать на то, что удача не наша сильная сторона. В этом нам не одолеть Каруту.
— Так ты с самого начала…
— О чём это ты?
На этом всё и кончилось. Дверь открылась и закрылась со звуком похожим на бомбардировку. Марика ушла отсюда больше, не желая находится рядом с ними. Тем не менее теперь, Марика хотя бы не станет, предварительно не уведомив их, убивать Наталену. Если это случится, то Гримноа, стержнем которого были Карута, Айнэ, Марика и Кёка, развалится изнутри. А это пошло бы супротив точки зрения Марики, которая, хоть в словах и действиях была весьма резка, но всё же пыталась всей душой защитить «своих».
Наблюдая за тем как Марика скрылась за закрытой дверью, Карута тихонько вздохнул.
— Здорово вы продумали как разрешить эту ситуацию…
— Ах! А ты молодец что смог разгадать что я задумала Карута.
Они вчетвером одновременно засунули руки внутрь коробки, содержимое которой видеть не могли.
Но Карута гарантированно побеждал и не важно кто бы вытащил выигрышный билет, он или Айнэ. Например, Айнэ могла мешать Марике и Кёке расталкивая их руки к краям коробки, пока он сам мог сколько влезет нащупывать нужный клочок бумаги.
Кёка разорвала лист блокнота на несколько частей и вдобавок к этому круг нарисовала, красной шариковой ручкой, на одном из них очень «явно». Так что оставалось лишь определить победный клочок водя пальцем по кругу.
— Большое вам спасибо, Омотэсандо. По правде говоря, если бы не вы то я бы, наверное, проиграл…
— Чтобы ты понимал, я не вовсе не добренькая. В отличии от Марики. Я временно тебе помогаю, так как если мы сейчас убьём Наталену, то не добудем из неё информации. Пока она жива её всегда можно подвергнуть пыткам. Так что если мы не добудем информации твоим способом, я предложу вновь. Выбор между защитой и пытками.
— …
— И в следующий раз я уже тебе не подсоблю. Когда ты играешь сам по себе, правила далеко не такие как когда в команде. Считаешь что сможешь одолеть меня в настоящем споре, а Карута?
— Нет конечно, это абсурд…
В определении слабостей оппонента Кёке не было равных. Он может и пришёл бы к схожему мнению, если бы заперся в комнате на несколько часов и как следует всё продумал, но то что она смогла до этого дойти в одно мгновение можно было описать лишь одним словом — великолепно. Момент в который она это предложила, не говоря уже о самой сути идеи, был просто вне всяких похвал, благодаря чему что Карута, что Марика спокойно отложили дело, не поняв даже что всё круто поменялось. Если подобное коварство, с такой стремительностью, сейчас, вопьётся в него своими клыками, его просто моментально загонят в угол и разорвут на части не дав даже времени на размышления.
Интриганка в инвалидном кресле усмехнулась.
— Тогда готовься. Потому что мне нужен результат. А сам процесс меня мало заботит. Если ты сможешь заслужить её доверие и добыть всю необходимую информацию своим способом, то Наталену Бласт, вероятно ждёт светлое будущее.
Разумеется,
Это вовсе не значит, что Кёка Омотэсандо безоговорочно и полностью стала его союзницей.
— Но если ты потерпишь неудачу, то пеняй на себя. Профессиональные пытки очень суров ы знаешь ли. Ушибы на теле можно исцелить магией, а вот от психологических травм так просто уже не избавиться.
2
— …Как же я вас всё-таки терпеть не могу. Даже если всё это правда, всё равно вы мне до боли в сердце не нравитесь, варварская группа практиков.
— Я даже не знаю что ещё сказать, но мне правда очень жаль профессор Киёсава. И от всей души спасибо что встали на сторону этого ребёнка.
— Больше всего меня бесит как раз то, что ты — один из сильнейших, известных на весь мир, честно склоняешь голову!! Ладно бог с ним, пока проверим несоответствие в её персональных данных. Вскоре мы, наверное, решим, как с ней поступить, но я одобряю то, что вы решили не убивать её.
Он находился в школьном лазарете.
Где-то вдали слышался шум, но это из-за того, что сейчас была перемена. По несвязным обрывкам фраз он пон ял, что парни в длинном коридоре устроили соревнование по пусканию бумажных самолётиков.
— М-м… — вырвался лёгкий стон из милых губок Наталены Бласт.
Она попыталась потереть глаза, но заметила, что не может оторвать свою преобладающую руку от постели.
Да и не только её. Обе руки и ноги, а ещё её неразвитая грудь и даже живот были прикованы толстыми ремнями, и она была полностью обездвижена. Она лежала на спине и не могла перевернуться.
А Карута Утагай, тем временем, без труда осматривал её лицо.
— С добрым утром Наталена. И всё-таки как же поразительны нынешние медицинские технологии, прямо секунда в секунду.
— Ч-че…А?! Да что вообще, уп!!
— Будешь двигаться — станет только хуже. Да и понятно почему ты ремней не заметила, ведь мы до сих пор держа ли тебя под лёгким наркозом. Вот так — надев на тебя пластиковую маску.
— Откуда ты знаешь моё…
— А сама то как думаешь Наталена Бласт?
Вероятно сейчас она себя чувствовала, так, как если бы её живой положили на разделочную доску. На коже Наталены, словно как при побочном эффекте от наркоза, появились капли пота. Ну и её реальность была такова что Карута мог делать с ней всё что душе угодно. Даже то, что такая маленькая девочка и вообразить не могла.
Карута тайком облегчённо вздохнул.
Прежде всего он был рад что она в добром здравии. Странно это всё-таки, волноваться об убийце, который собирался отнять его собственную жизнь. Но он ни за что не мог позволить тем девушкам замарать руки в убийстве или пытках в которых не было надобности.
Ведь убивать людей — это неправильно.
От того будут ли они так поступать отныне и в будущем, зависела нынешняя эпоха.
Проще говоря, «то что само собой разумеется» во всём мире будет зависеть от Гримноа. Даже не важно будут ли жалеть Наталену или нет, узнав о её обстоятельствах — что она не смогла отомстить всего одному человеку убившего её старшую сестру. И если Карута сейчас не преуспеет, то они скатятся до убийств и пыток и все, кто увидит это, будет считать уроком для остального мира. Против всхлипывающей двенадцатилетней девочки встанет весь мир. А затем их будет ждать тоже что и «Устранителей Проблем». Казалось бы, сильнейшие в мире, но они банально не смогут сойти с пути, который стремительно приведёт их к смерти.
Он должен был завоевать доверие Наталены Бласт за отведённый ему промежуток времени.
Причём так, чтобы она выдала ему информацию о подсобившем ей «скрытом кукловоде».
Они были всё равно что детектив и подозреваемый в комнате для допросов.
И ему нужно было выстроить с ней доверительные отношения при том что изначально они — заклятые враги.
— Вот, на.
— А? Ой, ну… эм… что?!
Она начала извиваться всем телом, пытаясь уклониться от того что Карута хотел непринуждённо поместить на её маленькую грудь, но затем вдруг прекратила двигаться.
Поскольку обнаружила, что её полупрозрачный кристальный цветок — источник силы кристальной магии, вернули на место.
Кроме того, он полностью сдёрнул к своим ногам ватное одеяло и стал по одному отцеплять толстые ограничивающие ремни, приковывавшие её к кровати в лазарете.
В душе ему было страшно. Он не знал правильно ли поступил.
Но сейчас он должен бы л хотя бы внешне сохранять своё душевное спокойствие. В его руках была человеческая жизнь. И раз так, то он должен был выдержать это от начала и до конца. «Нельзя в такой момент расслаблять перед ней осанку», — говорил он про себя, ещё раз выпуская из клетки маленького хищника.
— Это крайне важная вещица, так что больше не теряй её. Да и кстати думаю, что из-за анестезии тебя может ещё какое-то время шатать, так что смотри не упади. В таком состоянии «пресет» барьера может вообще не сработать.
— …Чт... М-м… Ч-ч… Эм… Что ты задумал? — задала она ему вопрос, поднимаясь с кровати.
Судя по этим: «М-м; М-м; Эм», то была не продвинутая маскировка, а часть её собственной натуры. Ему аж похорошело от того, что при своём отшлифованном плане, у неё было такое, почти отсутствующие, прикрытие. Всё-таки она, наверное, не из тех, кто по природе своей склонен к злодеяниям. Группа Каруты вынудила её пойти на это. И дело тут даже не в том справедлива её месть, сама по себе, или нет. Ей просто не нужно марать в этом руки.
Карута отвёл глаза в несколько напускной манере.
— Не стоит вечно в спортивной форме ходить. Дизайны форм хоть и перешли в эту школу с первого корабля, но прямо скажем блумерсы возбуждают как-то уж очень сильно. Особенно… в районе паха…
— А-а, э, кья?!
Карута про себя улыбнулся, наблюдая как Наталена с паникующим, красным как помидор, лицом, пыталась спрятать своё тело под одеяло. Она ещё не полностью стала мстителем. Ещё не застряла в этой роли как группа Каруты. Ещё может вернуться к прежней жизни. Он понял это по её действиям.
— Я оставил форму здесь, так что задёрни занавеску и быстрее переоденься, а затем возвращайся к урокам и нагоняй всё что пропустила.
— …Т-ты отпускаешь меня? Но ведь…э-эм… как бы… ты даёшь мне свободу. Я могу когда угодно прийти и обезглавить тебя во сне, и даже если я изучу кристальную магию, сходив на занятия, использовать её я буду лишь чтобы отомстить тебе.
Она смотрела на него снизу-вверх робкими глазами. И говорила со скепсисом в голосе как тот, кто ожидает что в его лакомства подсыпят яд. Нет, должно быть она чувствовала, что нельзя вот так принять любезность врага, не обращающегося с тобой жестоко. Карута тоже, наверное, сейчас был бы нефигово так озадачен если бы «та самая» Анастасия предложила дать ему парочку продвинутых уроков магии чтобы сделать ещё сильнее.
Но даже Карута Утагай считал необходимым поддерживать хотя бы какой-то минимальный уровень безопасности. Ведь он был не единственной целью её мести. Сконцентрируйся она только на Каруте, ещё можно было бы обойтись без этого фарса, но, если существует вероятность что объектами нападения могут стать Марика и Кёка это уже совсем другая история. Да и вероятность того что ради убийства одного лишь Каруты она могла пробраться в машинное отделение и подорвать весь корабль была не нулевая. Так что к этому вопросу стоило подойти сурово.
Так что,
— Естественно я приму соответствующие меры. И когда ты узнаешь что я задумал то наверное закричишь.
— ?
Карута улыбнулся смотря на Наталену, которая в съёжившемся, и громко вздрагивающей, от страха состоянии скорее походила на маленького зверька, чем на готовую к битву.
И как только он сказал,
— Айнэ.
— Да, Жертвенник.
Из его тела показался бледный силуэт. Та что должна была быть «орудием убийства» непосредственно одолевшей Наталену, выглядела скорее, как удивлённая маленькая девочка. Должно быть она не помнила её. Уж очень искусно Айнэ тогда её повергла.
А затем Карута Утагай провозгласил:
— Находись с Наталеной Бласт 24 часа в сутки, за исключением столкновения с любого рода экстренных ситуаций. И следи чтобы она больше никогда не проказничала, в физическом смысле.
— Ч-ч…
В мышлении девочки образовался вакуум.
Но следующий удар заполнил её сознание вакуумом уже наверняка. Безвыходное, для её тонкого, ещё только входящего в половую зрелось, сознания, положение.
— Надеюсь мы с вами придём к согласию. Не ждите от этой Айнэ пощады ни в ванной ни во время переодеваний. И начиная с этой ночи мисс Наталена, мы будем спать вместе, на одной кровати. Вам может и будет так не легко заснуть, но не поймите меня неправильно, я крепко-крепко обхвачу вас обоими руками и ногами и буду держать так всю ночь, чтобы вы не сбежали.
— Чт-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т?! — раздался её пред сказуемый вскрик.
С невыразительным лицом Айнэ наклонила голову и затем дала совершенно неуместный совет:
— Ничего страшного. Теперь у нас так много времени, что вы скоро закапризничаете.
3
— Фух.
В комнате студенческого совета, наполовину ставшей секретной базой, шла беседа.
А тот облегчённый вздох принадлежал президенту студсовета в кресле-коляске — Кёке Омотэсандо.
— Что-то не так Омотэсандо?
— Да нет, ничего такого.
Президент студсовета отрицательно покачала головой на вопрос серьёзной брюнетки-иухгалтерши с короткой стрижкой.
Что бухгалтерша, что секретарша, зачисленные в ст уденческий совет были из числа Рэгулейшн 1. Это немного печалило Кёку — в данный момент единственную из Рэгулейшн 3.
(…У-ух, надо будет потом попросить Каруту и Марику побаловать меня.)
Нет, так нельзя. Хоть Кёка и считала их равными «сообщниками», разделяющих с ней все радости и беды, но с их точки зрения, она должна быть загадочной старшеклассницей.
(Как же одиноко быть старшей сестрой.)
Но жаловаться, пожалуй, было бы некорректно.
Ведь кое-что ей так не удалось сказать даже Каруте с Марикой вместе с которыми она похоронила пятерых «Устранителей Проблем».
Факт в том, что ситуация с убитыми и обращёнными в груду кристаллов в ходе «Инцидента First Out» студентами и преподавателями была не такой уж и пессимистичной. Ценой своего тела, Кёка ускорила процесс их восстановления аж в 10 000 раз, так что скорее всего они вернутся в худшем случае через год.
Остерегаться стоило двух вещей:
Во-первых, стоит только пустить новую трещину или разбить снаружи, преподавателей и студентов «первого корабля» к которым Кёка сейчас применила этот маленький фокус, и они тут же лишатся своего «ускорения в 10 000 раз». Во-вторых, она банально не могла больше никого добавить к этому ускорению. То бишь в том случае если в будущем кого-то из Второго Гримноа смертельно ранят — Кёка не сможет применить к ним тот же трюк и им придётся ждать восстановления сотни если не тысячи лет.
Для начала, обмен жизни кристального волшебника, сам по себе процесс требующий колоссальных усилий. Для активации можно использовать лишь одну часть тела и использовать её многократно просто не представляется возможным.
Тем не менее, у Кёки была простая и ясная причина, по которой она не раскрыла это своим «сообщникам» и не давала им надежды.
(…Я думала, что мы будем жить счастливо, когда закончится наша месть «Устранителям Проблем».)
Ей было очень тоскливо. Но она решила примириться с этим чтобы держать свой статус. Она была явно не из тех, кто с распростёртыми объятиями и лыбой на всё лицо носился под ярким солнцем.
Даже если она и очень хотела быть такой.
(…Словно вдали действительно есть что-то ещё.)
Неидентифицируемая «Угроза», пытающаяся загнать всё человечество в мире к порогу полного истребления.
«Скрытый кукловод» из числа людей, пытающийся извлечь собственную выгоду даже из битвы сильнейших в мире с «Угрозой».
А теперь ещё младшая сестра Анастасии.
Уж слишком юная мстительница, мстившая им точь-в-точь прямо как они в своё время.
Всё это выглядело как сложный запутанный узор из ниток, и она на самом деле понятия не имела куда они ведут. Они могли быть разрознены или же сплетены в одно целое. Она подозревала что здесь имеет место быть некоему отвлекающему манёвру с целью скрыть что-то, а может ответ изначально был у них прямо под носом.
(Я не могу распространяться об этом…)
Кёка Омотэсандо прищурилась, смотря на брюнетку-бухгалтершу с короткой стрижкой и рыжеволосую секретаршу с собранной в пучок причёской из студенческого совета, которые привязались к ней как щеночки. Кристальная магия была сильнейшей, была представителем справедливости что защитит человечество от «Угрозы» и будущее которой выглядело ясным и светлым. Часть общества строилась на вере в это.
Теперь ей придётся тщательно изучить каждую ниточку по отдельности.
Вдобавок к этому Кёка думала о том куда бы сходить собственной фигурой,
— Ну, трус он и есть трус. Всё-таки придётся мне заняться людскими закулисными интригами.
— ?
Вот о чём размышляла президент студсовета в кресле-коляске, не обращая внимания на вопросительный взгляд невинной бухгалтерши.
(…У нас есть ещё проблемы, так что нам не поздоровится если мы ослабим бдительность до того, как увидим полную картину происходящего. Простите меня Карута и Марика, но я пока не буду раскрывать вам этот секрет.)
4
Во второй половине дня Наталена Бласт вернулась к занятиям.
Здесь для всех она была Джейн Игнишн из-за чего ей было трудновато.
— Да блин. Какой-то странный баланс проводить урок кулинарии сразу после обеда.
— Да-да! Почему нельзя было поставить его до обеда?!
— Или хотя бы заставить нас сделать что-нибудь что можно придержать до ужина и ночной закуски… — ворчали такие же девочки первогодки средней школы в практической комнате, одетые в форму поверх которой была косынка и фартук.
В эти года они росли достаточно быстро, и то, какой будет их фигура, когда они вырастут, напрямую зависело от того как они питаются в этом возрасте. Но усилий они больше вкладывали в уменьшение своего живота, а не в возможность больше увеличить грудь.
Перед ними стояла впечатляющая девушка с волосами льняного цвета до плеч в костюме с обтягивающей юбкой. Она была учительницей, и звали её, кажется, София Флоренция*. Эта робкая преподавательница из группы теории и стоящая перед учительским столом, который также исполнял роль большого кухонного стола, должно быть с самого начала предчувствовала что что-то пойдёт не так и потому вдруг позвала Каруту в качест ве временного подменяющего инструктора-ассистента(?). И всё потому что он был опытен, а также один из старших и сильнейших в мире.
Сам Карута учителем не являлся, а потому просто сидел в углу практической комнаты на манер отца, пришедшего в школу на родительский день, но внимание обращали на него все и каждый.
И волновался он очень сильно.
Поэтому Карута ни за какие коврижки не хотел становится старостой класса.
Но сейчас он должен был скрыть это лицо. Лицо боящегося испытать унижение от совершённой ошибки.
Красной точкой от лазерного целеуказателя в форме ручки он указывал на то что заранее было написано на классной доске.
— Э-эм…Кристальная магия обладает «пресетом» — «регенерации», но это вовсе не значит, что он всемогущ. Алиса, Рихо, Санаэ и все остальные, попрошу внимания. И не ко мне, а к до ске.
Он увидел, как случайно проходивший мимо, тот самый учитель в трикотажном спортивном костюме бросил в него взгляд полный неприязни, а затем ушёл. Человек не имеющий даже официальной лицензии на право преподавания, по какой-то причине обучал как хотел в своём собственном стиле. Невозможно предсказать насколько ложную информацию он им преподнесёт, и какие из собственных плохих привычек им привьёт. Так что он был абсолютно прав. Карута сам был озадачен тем, почему он сейчас находится здесь, но не похоже, что робкую преподавательницу это хоть как-то заботило.
Но этот парень был из таких людей, что проявляли уважение к честным учителям. Он кивнул головой в знак приветствия в направлении коридора, так чтобы этого никто не заметил, обводя буквы на доске лазерной ручкой. Это было похоже на раскраску беспристрастных учебников и справочников люминесцентным маркером. Всё это для более углублённого понимания, но, конечно, без присутствия здесь учительницы Софии с её точными знаниями, объяснить толком ничего бы не вышло.
— Эта, так называемая «регенерация» обладает поражающей врачей высокой эффективностью, позволяющей излечить любые раны и болезни за 30 секунд. Эффект на раны, получаемые из внешних источников просто поражает воображение, однако она весьма ненадёжна в отношении того чего вам не хватает в нынешней ситуации. Например кислорода, питательных веществ или воды… «Регенерация» излечивает любые ранения «кроме» смертельных. Другими словами — в ситуации когда вы будете умирать от голода, процесс восстановления будет пропущен и ваше тело целиком кристаллизуется.
Хе-е… От такого объяснения разговоры во всём классе тут же прекратились, и все тут же сконцентрировались на доске и сидящем в углу Каруте. Вот что значит когда тебя считают «опытным в настоящих боях» — эти слова не пустой звук. Хотя он бы предпочёл, чтобы они так восхищённо смотрели ни на него, а на робкую преподавательницу, на ту, кто давала им эти точные знания с учительского стола.