Конфета на языке оказалась мятной, очень освежающей и сладкой. Юнь Тао она очень понравилась, и она не возражала против того, что Е Яо воспользовался ситуацией.

Одной конфеты на двоих Е Яо всё равно казалось недостаточно, и он достал вторую.

- Тао Тао, ты хочешь еще?

Юнь Тао шлепнула Е Яо по лицу со словами “Отвали!”.

Похожая на легкое почесывание, это тем не менее действительно была пощечина.

Е Яо был ошеломлён. Он недоверчиво посмотрел на девушку и понял, что всего за несколько мгновений она умудрилась уснуть и начала тихо похрапывать.

- Хах, довольно смело с твоей стороны.

Е Яо слегка ущипнул Юнь Тао за щеку и отпустил ее.

Выйдя из фургона, он увидел всех членов отряда, включая лидера Чон Мина, Су Пинцзе, Вэй Ли и братьев Цзи. Увидев его, они обменялись многозначительными взглядами.

Цзи Хань взглянул на рану на губах Е Яо и подумал: «Е-Гэ, Е-Гэ, какими чарами тебя околдовала эта стерва?»

- Е-Гэ, ты действительно собираешься оставить Юнь Тао? - спросил Су Пинцзе, когда Е Яо сел на стул рядом и с полуулыбкой посмотрел на Цзи Ханя.

- Она сказала, что умеет готовить, - повторил Е Яо.

- Что?! - Цзи Хань резко встал. Он знал, что Е Яо принес еду для Юнь Тао, а это значит, ей не понравился его ужин?

Да кто она такая, чтобы судить?! Он отвечал за готовку уже два года, и никто никогда не жаловался на его стряпню. Неужели она смотрит на него свысока?

Огненные глаза Цзи Ханя покраснели от гнева.

- Она шпионка, она точно шпионка, посланная Огненными! Е-Гэ, не позволяй ей себя одурачить! Если Юнь Тао останется в группе и будет отвечать за еду, кто знает, может, однажды она нас отравит!

Е Яо, казалось, не обратил внимания на слова Цзи Ханя и посмотрел на Су Пинцзе и Вэй Ли.

- Она даже сказала, что отлично готовит.

Су Пинцзе спокойно потягивал свое пиво.

- Я не возражаю.

Обладающий способностями света и специализирующийся на исцелении, Су Пинцзе был уверен, что даже если Юнь Тао попробует их отравить, никто из его товарищей не умрет.

- Я тоже не против. - Вэй Ли, который почти не ел за ужином и теперь перекусывал сосиской, тоже выразил своё согласие.

- Я возражаю, я не согласен!

Цзи Хань был непреклонен и даже привлек своего брата-близнеца.

-И Цзи Шэнь тоже!

- Я согласен, - Цзи Шэнь, спрятанный в тени от фургона, наконец-то произнес целых три слова! Это была его трёхдневная норма общения.

Цзи Хань был ошеломлён. Он начал сомневаться в своём жизненном выборе.

- Вы, ребята, слишком много на себя берёте! - Цзи Хань посмотрел на своих братьев. После стольких лет, когда они были на волосок от смерти, он впервые почувствовал себя чужим. - Неужели моя стряпня настолько плоха?

Четверо братьев хранили молчание.

Лицо Цзи Ханя потемнело. Он всегда был уверен, что, хотя его стряпня и не была вкусной, она не была и ужасной.

- По крайней мере, мои навыки улучшаются, верно? Дайте мне ещё немного времени, и я точно смогу приготовить что-нибудь вкусное!

Четверо братьев продолжали хранить молчание.

- Вы…

Цзи Хань задрожал. Согласно поговорке, братья — как руки и ноги, а жена — как одежда1. Если брат плохо готовит, разве он вообще брат?

- Прошло уже два года, - любезно напомнил ему Е Яо.

Два года. Если он до сих пор не научился, чего еще ждать?

- Погоди и увидишь!

Цзи Хань в гневе вернулся в свой фургон и достал из-под подушки потрёпанную книгу рецептов. Он стиснул зубы и пролистал страницы, чтобы изучить и улучшить свой коронный рецепт.

- Юнь Тао, лучше тебе не попадаться мне на глаза! Иначе… - Цзи Хань подсознательно напрягся, и книга рецептов с резким треском порвалась пополам.

- Черт, моя книга!

Тем временем Юнь Тао проспала до полуночи, проснувшись только от желания помочиться.

Та миска свиного корма, нет, миска с любовно приготовленного ужина была отвратительна на вкус, запах и количество соли. Юнь Тао пришлось выпить три больших стакана воды, чтобы перебить отвратительный привкус, из-за чего она проснулась посреди ночи от зова природы.

Внутри фургона стояла тьма, лунный свет проникал снаружи, отбрасывая туманные блики, в которых трудно было что-либо разглядеть.

Юнь Тао в оцепенении постепенно вспомнила, где она находится и что произошло. Она переместилась в книгу и неожиданно переспала с ее персонажем.

Девушка натянула одеяло на лицо и несколько минут собирала силы, чтобы сесть, не обращая внимания на дискомфорт и боль в теле.

В машине было тихо, и снаружи - тоже.

Юнь Тао осторожно приподняла одеяло и увидела, что на ней снова были блузка и шорты. Она невольно покраснела.

Люди - странные существа. Даже после сумасшедшего интимного опыта она может чувствовать себя неловко из-за того, что Е Яо помыл ее и одел.

Девушка сделала глубокий вдох, встала, опустилась на колени на кровати и уже собиралась поставить ногу на лестницу, чтобы спуститься, но вдруг вспомнила, что Е Яо живёт в доме на колёсах вместе с Су Пинцзе.

Е Яо там не было, но где сейчас Су Пинцзе?

Юнь Тао колебалась добрых полминуты, прежде чем решилась проверить. Она медленно перегнулась через край кровати и посмотрела вниз, на нижнюю койку…

Су Пинцзе, который всё это время не спал, посмотрел на край кровати и выглядывающую из-под одеяла призрачную голову Юнь Тао и промолчал: «…»

К счастью, он всё ещё был в сознании. Если бы кто-то другой внезапно увидел такую голову, он мог бы умереть от страха.

___

1 - Пословица интерпретируется так: братья близки друг другу, как руки и ноги: если отрезать одну из этих частей тела, её уже никогда не вернуть. Женщины в том же предложении уподобляются одежде: если одежда износится, то её, как и женщину, можно поменять на новую.