Пришло донесение о выполненной миссии от Илиш, и я смог чуть спокойнее выдохнуть.

Как ни посмотри, но всегда рискованно отправлять всего двух Чемпионов убивать Легионную Амальгаму, не сточив сперва ни её саму, ни её войска. В идеале, если берёшься за такую штуку в одиночку, её надо взять в кольцо, бить вспомогательными армиями без Чемпионов, стачивать дальним огнём, вырезать её армию и одновременно выжигать запасы энергии твари. И так по кругу, пока не придёт время вводить основной кулак, чтобы именно он получил жирную порцию Опыта, а вспомогательные армии заодно набрали ветеранских лычек.

Но я уж лучше приму несколько сотен убитых и тысячу раненых из десяти с лишним тысяч бойцов в обмен на смерть этой твари.

Особенно теперь, когда перед нами уже показался главный город Повелителя Смерти.

Который уже горел, стоял в осаде и методично превращался в пепел.

— Хорошие новости, мой король? — Ригерт подошёл ко мне после того, как прилетел на нашей летающей крепости.

Её носовая часть была покрыта воронками и выжжена добела. Но многослойная защита, устойчивая к магии, сделала своё дело. И задачу корабль тоже выполнил: выплюнул на вражеский город замороженных Стражей Цитадели из своего трюма, а следом за волной разумных, почти неуничтожимых лезвий хлынули Завоеватели. Короче, всё прошло именно так, как я и хотел: город накрыла настоящая операция устрашения, с которой Повелителю Смерти пришлось разбираться лично. Завоеватели были тяжеловесами с огромными пушками, а Стражи Цитадели – юркими, стремительными тварями, способными располосовать почти что угодно. Сейчас корабль нависал над городом; маги на его борту били вниз, пока внизу армия рвала всё на части.

— Илиш справилась со своей миссией?

— Ага, справилась. И уже восстановилась – нашла по дороге, кого из монстров можно прирезать.

На нежити, правда, не срабатывала та регенерация, которую давала её экипировка. Но, судя по её уровню и снаряжению, Илиш и без этого должна была справиться: и броня, и меч у неё уже на финальных стадиях развития, а в силе она растёт без остановки с тех самых пор, как я её встретил. Наверное, сейчас она где-то на середине своей ветки навыков.

— Она ведёт армию не торопясь, — сказал я. — Будет здесь через три-четыре недели.

— Не послал за ней транспорт, чтобы доставить её убить Повелителя Смерти? Как великодушно с твоей стороны.

— Илиш сильна, но даже ей надо отдыхать. После убийства титанической твари из мифов ей полагается несколько спокойных недель марша.

Ну и, кроме того, Морган с Ритой тоже нужна экспа. Нельзя складывать все яйца в одну корзину и сливать всю экспу только в Илиш. Такой риск мне не нужен. Впрочем, я и не ждал, что Ригерт поймёт механику опыта RPG-системы – его мозг ещё не настолько прогнил, чтобы его протаскивали через перерождения.

— Да и план уже запущен, — продолжил я. — Мы уже в наступлении, так что любые внезапные корректировки только всех запутают.

Древняя Башня, которой теперь пользовался Повелитель Смерти, возвышалась над кое-как слепленным городом, объятым пламенем; его бомбардировала артиллерия Селии, управляемая фамильярами, его терзал мой воздушный десант, а моя основная армия вместе со Стражами Подземелий уже прорывалась внутрь. Это был здоровенный бардак: обугленный, горящий город, в который одновременно врывались четыре армии с разными стратегиями, разными способами боя, а главным средством связи при этом оставались гонцы и сигнальные флаги.

На бумаге подтянуть ещё войска звучало заманчиво, особенно теперь, когда остатки сил Повелителя Смерти окопались, а сам он бился за собственную жизнь, но на деле это только сделало бы всё хуже. Когда у противника нет огнестрела, брать город куда менее опасно. По сути, это было ближе к тому, чтобы послать солдат с огнестрелом и пушками усмирять толпу, вооружённую одним холодным оружием, однако это не означало лёгкую прогулку.

Это и так уже был лютый, полнейший цирк с конями, так что мы сознательно не пихали в город вообще всё подряд.

— Ну, тогда, если больше ничего нет, я пойду. Никогда ещё не брал целый город, — кивнул Ригерт, и я кивнул в ответ.

Я ещё раз его оглядел. Ригерт Святого Топора был из известен под прозвищем «Слив Экспы», но Чемпион есть Чемпион, так что я просто отправлял его разведывать, крошить всякую дрянь и в целом качаться. Раньше он полагался на усиленное тело и магию, чтобы выдерживать удары, но теперь был закован в броню с головы до пят и даже обзавёлся стилизованным шлемом с бычьей головой. Вместо туповатого варвара на коне с охрененно огромным топором он теперь по смертоносности больше напоминал основной боевой танк. А может, и что похуже.

— Если только я тебе не нужен для чего-то ещё? — спросил он,

— Нет. Иди. Проследи, чтобы Кхалай и его люди не рванули слишком далеко и слишком быстро.

Стражи Подземелий оказались именно настолько рьяными, как я и боялся. Эрлан аж даже пожаловался на них. Этот мужик едва ли вообще говорил о том, как собственный народ буквально бросил его подыхать, но тёмные эльфы всё-таки вывели его настолько, что он озвучил это вслух. Но дальше больше, жалобы слали и мои офицеры. Потерь из-за этого пока не было – Стражи были достаточно умелы, чтобы этого не допустить, – но постоянные опасные моменты всё равно били по морали и расшатывали слаженность подразделений. Ригерт, с его опытом вожака боевой дружины и специализацией на усилении Юнитов Ранга 1 и общем командовании армией, был для такой задачи чуть ли не лучшим выбором.

— Как только вы свяжете защитников у подножия башни, — продолжил я, — Морган, Рита и те из Хранителей, кого они сами решат отправить, ударят сверху и убьют Повелителя Смерти. Если Сирена захочет к ним присоединиться, не мешай. Но Кхалая мы терять не можем. Он их лидер, даже если на передовой ведёт себя как какой-то паладин.

Ригерт выглядел так, будто ждал дополнительных объяснений, но я только покачал головой:

— Не усложняй ничего. Координация там будет сущим адом. Держи в голове главную цель, а если не уверен, что делать, просто продолжай напирать и убивай всё вражеское.

— Как пожелаете, мой король, — легко рассмеялся Ригерт и шпорами тронул своего закованного в броню боевого коня. — Сделаю всё возможное, чтобы приструнить фанатиков и не лишиться из-за них головы.

Пришлось сдержаться, чтобы не закатить глаза:

— Скажи им, что труп можно будет забрать. Пусть сжигают, запечатывают, делают с ним что угодно. Это должно помочь.

Ригерт на миг изумился, потом ухмыльнулся и надел шлем.

Мгновение спустя он уже мчался в бой во главе своей личной свиты, а за спиной у него развевалось алое знамя.

В другой жизни, будь я до смешного перекачан и знай я, что могу в драке уложить почти любого на планете, я бы ему даже завидовал – настолько круто он выглядел, когда скакал брать город.

А сейчас?

Я просто хотел, чтобы всё это уже закончилось и можно было начинать готовиться к следующей войне.

Для вас всех это событие, которое изменит жизнь и войдёт в историю... но, ребят, это всего лишь туториал.

Чем быстрее мы с ним покончим, тем быстрее перейдём к мидгейму и начнём набирать обороты.

* * *

Интерлюдия: Ригерт

Он называл эту операцию хаосом и боялся вводить лишние войска, и всё же взятие города Повелителя Смерти оказалось делом жестоким и поразительно отлаженным.

Здания и укрепления сравнивали с землёй ещё при нашем приближении.

Вражескую магию отражали.

Мы шагали по жалким построениям врага и резали глотки скорее как мясники, чем как солдаты.

С высоты я смотрел на укреплённый город с тревогой.

Его окружали многоярусные рвы и частоколы. На каждой дороге стояли баррикады, занятые солдатами. Из башни Повелителя Смерти нежить текла, как вода, навстречу врагам, а его магия хлестала во все стороны. Даже сверху бастион Повелителя Смерти выглядел как чёрная опухоль, утыканная шипами и сочащаяся мертвечинным гноем.

А потом на город обрушились Стражи Цитадели и в один миг смели всякое организованное сопротивление, оставив нам лишь зачистку.

— Скопление нежити впереди! — крикнул один офицер, и приказ прокатился по всей колонне, двигавшейся по городской дороге.

Дома вокруг нас – из дерева и тёсаного камня – теперь лежали в руинах. Проходящие мимо солдаты внимательно следили за завалами, пока не подходили маги и не прошивали их чарами сверху донизу, чтобы в развалинах наверняка не осталось ничего шевелящегося.

— Колонна, стой!

— Колонна, стой! — передавали по рядам, пока не остановилась вся растянувшаяся на несколько кварталов колонна. — Колонна, стой!

Не прошло и минуты, как всё застыло, и никто сзади уже не напирал, подталкивая нас вперёд.

— Разрешите вступить в бой, сэр? — офицера, командовавшего этой частью войска, звали Бартоломью. Лица его я так ни разу и не видел: он всегда носил шлем, едва приподнимая забрало. — Или у вас есть други...

— Да, есть. Оставь это мне и смотри в оба, вдруг заметишь что-нибудь странное. Для штурма башни вы мне нужны свежими.

Я говорил небрежно, но чем ближе мы подходили к шпилю, тем сильнее тот давил одной своей громадой. Когда-то это была всего лишь высокая башня Древних – такие у нас обычно служат для наблюдения за границами региона. Но Повелитель Смерти переделал её под свои нужды. Она была покрыта извивающимися массами мёртвой плоти и кости. Повсюду на ней виднелись зловещие жёлтые глаза, смотревшие во все стороны, словно пытаясь объять взглядом всё поле боя. В каком-то смысле это напоминало нашу систему наблюдения, только без Итерантов и куда менее эффективную.

— Я сам ими займусь, — сказал я.

Бартоломью один раз кивнул, затем жестом указал вперёд и свистнул.

Передние ряды разошлись в полном порядке, словно створки ворот, а не строй закованных в броню солдат, в пять шеренг в глубину и десять человек по фронту.

— Если понадобится помощь, сэр, подайте сигнальную. Иначе будем ждать, пока вы не зачистите дорогу.

Какая-то часть меня ещё скучала по былому почтению и весу имени, но уж лучше пусть ко мне относятся без лишнего пиетета, чем новое поколение растеряет эту дисциплину и силу.

— Так и сделаю, друг. Не тревожься. Это не займёт много времени. А ты смотри в небо, вдруг оттуда ударят. Если что, отбивайте, — отдав ему поводья моего коня, я спешился, на миг размял ноги и направился к нежити впереди. Там было шесть или около того громадных мертвецов разных видов, множество гулей и десятки скелетов с поднятыми трупами. — Сейчас вернусь.

С этими словами я сосредоточился на враге и рванул вперёд со всей силой, которую давали мне возвращённая молодость и новая выучка.

Передний край врага передо мной рухнул сразу.

Кость и плоть разлетались, пока я окутывал себя пульсирующей силой – именно так рыцари делают верхом на своих скакунах. Но скакун мне был ни к чему: сила, дарованная самими обстоятельствами моего рождения, позволяла обходиться без него. Как Чемпион, я одним рывком прорвал врага насквозь, даже не взмахнув топором, и за одно мгновение перебил больше трети вражеского скопления.

Прежде чем они успели отреагировать, прежде чем поняли, что потеряли треть своих, прежде чем осознали, что я преодолел разделявшее нас расстояние за считанные удары сердца... я взмахнул топором, вложив в удар всю свою силу. Топором, напитанным чарами, которые Древние создали, дабы разить своих величайших врагов и орды собственной нежити, что обратилась против них.

Из моего топора сорвался полумесяц света. Внутри меня знакомо опустело, будто из тела что-то вынули. Но с тех пор, как мне вернули молодость, эта потеря стала лишь долей от прежней доли. Это было лучше, чем просто снова стать молодым. Я сохранил все свои способы беречь силу, всё мастерство и всё знание о том, как сделать удар лучше, и вместе с тем вновь обрёл молодое тело.

Меня не вернули к былому расцвету.

Меня сделали лучшим, каким я только мог быть.

Световая дуга прорезала путь через дома и рассекла всё на своём пути. Удар прошёл через всё скопление врагов и уничтожил его. Скелеты и поднятые трупы распались, гули умирали, ещё пытаясь уцепиться за жизнь и доползти до ближайшей живой плоти, а великаны все разом лишились ног и с грохотом рухнули наземь.

Я быстро подошёл к каждому из них и добил, отделив головы от туловищ.

А затем вернулся к Бартоломью, который уже ждал меня с моим конём.

Я вновь вскочил в седло, и на мне не было ни капли крови.

— Вы сильнее, чем я ожидал. Почему вы не с теми, кто идёт убивать Повелителя Смерти?

— Ставишь под сомнение приказ своего короля? Опасное дело, — поддел я молодого офицера, но в ответ получил лишь пустой взгляд. Тишина заставила меня прочистить горло и лишила тех остатков хорошего настроения, что ещё оставались после столь стремительного истребления сотни врагов. — Я здесь потому, что умею вести армии и сражаться против армий. Те, кто идут дальше, убийцы иного рода. Чемпионы бывают разными.

— Ясно. Благодарю, что объяснили, — кивнул молодой офицер и свистнул. Трубач дважды протрубил в рог, и вскоре мы снова двинулись вперёд, тихо шагая через поле боя. Ни ликования. Ни похвал. Лишь спокойное принятие того, что я исполнил свой долг и сделал то, что обещал. Отрадно. — Я буду рассчитывать, что вы повторите это, однако говорите, если вам нужен отдых. Я сделаю всё возможное, чтобы силы и жизни моих людей.

Я кивнул и вновь подготовился к медленному, бдительному маршу через разрушенный город.

Сталь в сердце, суровость во взгляде и, когда перед ними встают мерзости нежити, осторожность, а не слепой ужас и паника.

Порой мне казалось, что Джек чересчур бережёт свои войска и должен действовать ими смелее.

А потом я понимал простую вещь: без такой осторожности не было бы людей вроде капитана Бартоломью.

Ещё несколько лет назад это были юноши, рвавшиеся в поход за славой и почётом.

Теперь почти каждый из них был ветераном, для которого Чемпион – это ресурс, который нужно грамотно пустить в дело, а монстр – враг, которого следует убить как можно эффективнее.

Именно такие солдаты понадобятся нам перед грядущими ужасами.