Я и правда должен буду потом извиниться перед Айей и остальными, но при Селии и Харпер я никак не мог посвятить их в свой замысел, сиречь угрозу.

Заключённый прототип Алого Тумана находился не в хрупком стекле. Он был заключён в прозрачный металл, который мне пришлось бы разбивать магией.

Это было всё равно что приставить себе к голове заряженный пистолет, только у него был бы сточен боёк, и мне ещё пришлось бы сначала нарастить на нём металл, чтобы он вообще сработал.

Было ли оружие у меня в руке смертоносным?

Оно было чудовищно смертоносным.

Но выпустить его я бы смог только в том случае, если бы очень, очень постарался.

Как бы то ни было, я держал его на столе, пока всеми силами пытался превратить угрозу в реальность для Селии и Харпер.

Харпер, возможно, уже и сбежала из своих земель, но она всё равно годилась как свидетельница, способная убедить тех, с кем нам в итоге придётся иметь дело.

Но смотрел я только на Селию.

В красном жилете и таких же брюках, в белой рубашке и чёрном галстуке Селия выглядела так, будто сошла с обложки «Vogue» в разделе «мода для финального босса». Волосы у неё были убраны назад, черты лица заострились. От той порывистой юной женщины, что бросила мне вызов в самую нашу первую встречу, не осталось и следа. Передо мной сидела правительница Хранителей Луны после их восстания против собственных аристократический традиций. Теперь это был лидер, который без малейших колебаний бросит колоссальные массы материалов и нежити на любую возникшую проблему.

Но у этой подфракции дипломатия была полнейшим дерьмом, а прирост влияния – ещё хуже, так что именно на это я и рассчитывал, чтобы получить желаемое.

— Сейчас мы должны встать единым фронтом. Враг уже у ворот. Если ради того, чтобы этот континент встретил настоящих врагов наших народов лицом к лицу, понадобится моя жизнь, значит, так тому и быть, — я снова повторил свою мысль и коснулся маленькой капсулы с прототипом Алого Тумана. Внутри его было достаточно, чтобы убить меня за считанные секунды ещё до того, как я вообще что-либо почувствую, и после этого уже не было бы ни исцеления, ни пути назад. Было крайне важно, чтобы все, кто меня охраняет, были в ужасе. Напряжение здесь было необходимо. — Харпер, твои земли сейчас в смуте, но твоему народу предстоит встретить одновременно Вознёсшихся и Стимфалийцев. Двух врагов Древних, которые вполне способны пустить в ход те тела, которые твой народ штамповал, чтобы бросать их против моего народа.

— Я... мы... Да откуда нам было знать!? Твой народ уже стоял у наших ворот! Экспедиции вовне несли почти одну только смерть и почти никакой выгоды, а Кузнецы уже давили нам на границе! Как мы должны были укрепить целую горную цепь!? — Харпер почти ударила кулаком по столу, но в последний момент остановилась. Позади меня раздался щелчок. Курок взводимого оружия, скорее всего Илиш, готовой прострелить ей голову, если она всё-таки ударит по столу и хоть как-то встряхнёт капсулу. Надо мной нависла тень, и в край поля зрения вошла рука, но я сам положил ладонь поверх медальона и капсулы и даже не повернул головы. — Как мы должны были готовиться к угрозе извне, когда у нас на пороге уже стоял враг, который собирался замуровать нас в металл!?

— Ты могла бы обратиться к нам. Могла бы услышать нас. Могла бы сделать куда больше, чем просто посвящать себя собственному трону. Не притворяйся, будто не могла. Один только факт, что весь твой дом сейчас здесь, говорит мне, что влияния и богатства у тебя было в избытке.

Торговцы охотно идут на перемирия и дипломатию, когда прижаты к стенке. До такой степени охотно, что под них игроки даже делали моды, отключающие их вечные просьбы о перемирии каждый ход, если ты сильнее, чем они. Или хотя бы вводили на такие просьбы стоимость по влиянию, чтобы они не могли разбрасываться ими бесплатно.

— Исполнительный директор Харпер, не лги сама себе. Ты вспоминаешь тот миг на Совете Королей каждый божий день. И именно ради того единственного мига ты обратила всё и вся, чтобы ударить по мне, даже ценой превращения тысяч детей в усиленных солдат.

Айя подала заранее подготовленные документы и папки, а я, как только получил их, сразу подвинул одну Харпер, а другую Селии. Когда наши взгляды встретились, в глазах Айи стояла почти мольба. Она явно хотела просто отобрать у меня это оружие. Ещё немного – и, казалось, она расплачется. Да, извиняться мне потом точно придётся.

— Это... это... — Харпер запнулась, когда донесения и наброски, сделанные Итерантами, разложились на столе, раскрывая ей и Селии всю правду. Да, Селия, всё, в чём её обвиняли, – лишь вершина айсберга. Она натворила куда больше, чем ты вообще можешь себе представить. Харпер буквально рухнула обратно в кресло в своём чёрном костюме и маске. Затем она сняла широкополую шляпу, которую носила вместе с этим костюмом, и её острые пушистые уши прижались к голове. — Как?

— Моему народу драгоценные металлы почти ни к чему, в то время как твой ценит их превыше всего, — я дал ответ, который ответом по сути не был, но и его оказалось достаточно, чтобы кровь схлынула с лица Харпер. Она безмолвно осела в кресле. Я использовал момент и посмотрел на Селию, глядевшую на меня так, будто я действительно держу в руке бомбу. Технически так оно и было. — Канцлер, я должен поздравить тебя и твой народ. С тех пор как у вас произошла революция, я почти ничего о вас не слышал. Только редкие отголоски.

— Убери это оружие, Король-Мудрец. Для подобных переговоров оно не нужно, — несмотря на весь тот путь, который Селия прошла и все перемены, случившиеся с ней за эти годы, она так и осталась стойким, нормальным лидером Хранителей Луны. Её мотивы. Её стремление. Всё это осталось прежним. Путь её мог измениться, тактика тоже, но цели не изменились. Как и её нравственные границы. И потому она была не права. — Можно иначе...

Я оборвал её, сжал ладонь в кулак и, при помощи небольшой ловкости рук, заставил по комнате раскатиться звон стекла.

Сама капсула с прототипом Алого Тумана звенеть при ударе вообще не должна была.

Если подумать, надо было просто сделать нечто, что выглядело бы как Алый Туман.

Чёрт, иногда я всё-таки бываю туповат.

Как бы то ни было, после этого звука вся комната взорвалась движением, но я к этому был готов.

— Держите её.

Селия двинулась с той скоростью, какая и подобает Чемпиону, но это уже ничего не значило, когда я заранее знал, что именно она сделает и когда. Илиш и Рита обе перехватили её, а Айя уже успела протянуть руку к моей. Остановилась она только тогда, когда я убрал ладонь с оружия и показал ей, что капсула цела и даже не тронута.

Тем временем Селию уже держали Илиш и Рита, а её собственные два Чемпиона всё ещё были в добрых двенадцати шагах от нас.

— Отпустите меня! Ваш лидер угрожает своей жизнью! Я пытаюсь спасти его от этого безумия! — идеалистичная и героическая. Законопослушно-добрая. Практичная и при этом честная. Великолепные качества для союзника и правителя... в любые иные времена, кроме нынешних. Сейчас, когда на нас навалилось всё это, все эти качества вполне могли погубить целый континент. — Дай мне помочь вам!

И тут я сделал свой ход.

— Я дам тебе бой, Селия. Твои армии против моих – за право править этим континентом. Когда мы впервые встретились, так давно, ты уже бросила мне вызов, чтобы выяснить, кто будет вести, а кто – следовать, — здесь я позволил себе немного вольности с памятью. Большую часть времени в Академии я просто читал всё, до чего мог дотянуться, и убивал часы на поиски огнестрела. Капец, если бы я нашёл его тогда, то, спорю, уже давно выдал бы всем своим войскам автоматы. Боеприпасы сожрали бы безумные суммы денег, но сам объём огня против тварей с кучей здоровья и почти без брони был бы великолепен. — И теперь, если ты не хочешь, чтобы это оружие было применено, я навяжу тебе свой вызов.

Я поднялся и взял капсулу в руку, прекрасно зная, что сейчас все смотрят только на неё, а затем вытянул её между нами двумя.

Я, сидевший.

Она, удерживаемая Илиш и Ритой и отчаянно пытавшаяся вырвать эту штуку у меня из рук.

— Выезжай со мной. Завоюй со мной оставшуюся половину континента. Давай увидим Цитадели в их полной силе, а затем разделим их между нами, — даже если бы мы не сумели захватить весь остальной континент, одна-единственная дополнительная Цитадель, включённая в систему, уже была бы колоссальным усилением их производительности. И спалось бы мне после этого куда спокойнее. — Когда враги Древних будут повержены и когда мы будем стоять на безопасном континенте, тогда пусть и состоится последний спор. Твоя армия против моей.

Селия молчала несколько секунд, а затем наконец посмотрела мне в глаза:

— Твоя армия с двумя Божественными Двигателями против моей? Ради этого я должна предать всё, на чём стоят Хранители Луны, и заранее принять поражение.

Мило, конечно, но, честно говоря, чтобы победить тебя, мне не понадобилась бы ни одна из них. Даже если ты контролируешь половину континента, с тем, насколько хреново ты выжимаешь максимум из своих городов, тебе уже не догнать меня по выхлопу. А уж действительно победить? Да брось.

— Прекрати это безумие, Джек. Если ты и правда намерен объединить континент, тогда просто нажми на спуск. Развяжи войну по всему миру, поставь его на колени и правь им... Но сначала избавься от того безумия, которое держишь в руке!

Как я и ожидал, Селия не собиралась ни отступать, ни ломаться.

Этой маленькой затее я и давал-то процентов пятьдесят на успех... если бы дело было только в Селии.

Но в комнате была ещё и Харпер, и она сказала именно то, чего я от неё и ждал.

— Я сделаю это. Дай это же предложение мне, и я доведу дело до конца. С твоей помощью я могу взять Торговцев, а именно Торговцы тебе и нужны, — беспринципная, бесстыдная и легко запугиваемая. Великолепный набор качеств для партнёра по переговорам. Глаза Селии расширились, и она резко повернулась к своей бывшей союзнице. Женщина, которую она приютила и защитила, сейчас так просто отбрасывала её в сторону. Харпер сняла маску и шляпу. Глаза её были влажными, всё её тело дрожало, а лисьи ушки у неё плотно прижались к голове. Перепуганная, нервная, но всё равно стоящая на своём, чтобы выторговать себе сделку. Кто-то назвал бы это мужеством. — Я пущу в ход всё, что у меня осталось. Всё моё богатство, все связи, всех людей. Всё ради последней попытки снова подчинить себе Торговцев, а затем с их помощью взять Цитадели Кузнецов и Стражей.

Харпер произнесла именно то, что мне и нужно было от неё услышать.

А значит, после её бесстыдного предложения настал мой черёд бить по Селии тем, что, как я надеялся, должно было сработать.

— Я куда охотнее заключу союз именно с Хранителями Луны, Селия. Твой народ все эти годы вёл себя честно и достойно. В твоих землях никто не голодает, никого не заставляют рожать детей ради того, чтобы потом сделать из них солдат, и никто не живёт в рабстве, — сначала я похвалил её народ, а затем нанёс главный удар. — Но я готов взять самого себя в заложники ради спасения собственного народа. Неужели ты правда думаешь, что после этого я откажусь принять предложение Исполнительного директора Харпер?

Я встал и шагнул через стол к Селии.

Затем протянул к ней руку, пока Илиш и Рита уже подняли её на ноги и удерживали за руки.

Селия не отрывала взгляда от смертельной капсулы в моей руке и упрямо не смотрела мне в лицо.

— Убери это, Джек, — голос у неё был тихим и мягким. Но этого уже оказалось достаточно, чтобы все, кто понимал, что сейчас происходит, сразу всё поняли. В краю моего зрения у Харпер поникли уши и опустились плечи, а сама Селия всё же подняла взгляд на меня. Губы её были искажены оскалом, и, честно говоря, одного её взгляда, будь оно возможно, хватило бы, чтобы я уже тысячу раз умер. — Сейчас.

Я кивнул и передал Алый Туман Айе.

Та моргнула, едва коснувшись поверхности капсулы, а я, прежде чем снова повернуться к Селии, успел подмигнуть ей так незаметно, как только сумел.

— Я принимаю твоё предложение, но всё должно быть сделано правильно. Захват трёх оставшихся Цитаделей пройдёт под командованием моего народа. О нынешней встрече... и особенно о том, что ты сделал... никто не узнает, — Селия озвучила свои условия, и я кивнул. Я изо всех сил старался не заорать от радости и не выдохнуть с облегчением. Полный потенциал всех Цитаделей, разделённый между двумя державами? Даже если все четыре кризисные фракции будут править остальным миром и даже если существует ещё и пятая, о которой я не знаю, теперь у нас появлялся настоящий шанс. Процентов сорок на победу. А не просто на выживание. — Наработки Кузнецов будут уничтожены. Лагеря размножения Торговцев будут ликвидированы. Использовать воскрешение для создания бесконечных армий солдат будет запрещено.

Она произносила это таким тоном, будто я сам хотел использоваться всё из перечисленного.

Да какого она вообще мнени... а, ну да. Я только что угрожал всей комнате самовоспроизводящимся ядовитым роем.

Ладно.

Справедливо.

— Да будет так, как ты сказала. Их земли станут твоими... и пусть это станет знаком доверия, — ни Ханроу, ни Ригерта рядом со мной сейчас не было, зато все кольца Цитаделей находились у меня. Я не носил их одновременно. Только одно за раз. Остальные по очереди держали при себе Итеранты. Так что даже если бы вдруг случилось какое-нибудь безумие, мы не потеряли бы их все разом. Итеранты, державшие кольца при себе, вышли вперёд, а я снял своё кольцо и потянулся к руке Селии. Она поколебалась, но всё же подала её мне. На секунду у меня мелькнула мысль встать на колено, но я почти уверен, что за это меня просто прибили бы. — В этот день да будет известно: между тобой и мной заключён договор. Давай переживём все грядущие испытания, а уже потом решим, кому из нас править всем, когда всё будет окончено.

Селия долго смотрела на меня, пока на её руке лежали сразу пять колец Цитаделей.

Теоретически она могла в тот же миг направить всех Стражей Цитаделей, чтобы они начали резню по нашим землям.

Но я знал, что этого она не сделает.

После короткого кивка, удостоверившись, что всё в порядке, она сняла четыре кольца, вернула их мне и снова заговорила:

— Да будет так.

Мне стоило гигантского усилия не вскинуть оба кулака и не заорать от восторга.

Десятки ходов, блядь, и я наконец-то, сука, сумел заключить союз!