Прошла половина ноября, листья на деревьях уже опадали. И из-за того, что бежать приходилось по мокрым листьям, пару раз можно было довольно больно упасть. И речь не обо мне, а о сестре. Это ведь опасно, нечего под дождём бегать.

Тёплые деньки прошли, а утром и вечером становилось холоднее. Солнце садилось рано, и уже чувствовался скорый приход зимы.

И вот как-то утром в воскресенье.

Я был у себя в комнате. Сидел за столом и водил ручкой по графическому планшету. Уже несколько дней я продолжал рисовать... И вот закончил.

Не мангу, а иллюстрацию.

На экране была светловолосая сестрёнка с маленькой грудью. Она сидела в ванной на открытом источнике и смотрела своими сексуальными глазами.

— Давно я не рисовал... Но вроде неплохо получилось.

Я и правда уже два месяца не рисовал. В первый день я даже растерялся, что с программой делать, но потом снова вспомнил и обвыкся.

Думал, за два месяца вообще навыки растерял, но получилось неплохо. Пока рисовал мангу, техника впиталась в организм.

А может я ошибаюсь. Слишком себя нахваливаю, а на деле вышло не так уж и хорошо. Хотя что хотел, я нарисовал.

Я рисую просто чтобы успокоиться. А то в последнее время слишком много причин для волнения. И я решил снова рисовать как до встречи с сестрой.

Конечно хотелось бы показать кому-нибудь свои рисунки, а по возможности ещё и похвалу услышать... Но для этого у меня была лишь сестра.

И эротические и не очень хорошо нарисованные картинки добрая сестра всё равно похвалит.

Однако неловко члену семьи такие изображения показывать. Потому я решил нарисовать не пошлую картинку и показать её сестре.

До конца месяца я покоя не находил. Ещё надо два-три изображения набросать.

— Я дома!

Я думал, что дальше рисовать, и тут прозвучал голос из прихожей. Я перевёл компьютер в режим сна и пошёл в гостиную встретить сестру.

— С возвращением. Вы поздно.

— Заглянула кое-куда.

Она поставила пакет на стол, сняла плотный кардиган и повесила на вешалку. А её зацепила на деревянный меч, висевший над потолком на крюке, предназначенном для сушки белья, после чего села на диван.

— Так что? Сфотографировались?

— Да. Идеальный снимок вышел. Сейчас покажу.

Сестра достала из кошелька карту.

Продлённые водительские права.

Сегодня она надела не только спортивный костюм, вот я и спросил, куда сестра собирается, а она ответила, что за новыми правами. При этом прозвучало довольно решительно.

Она говорила, что когда снималась в тот раз, то из-за яркой вспышки прищурилась.

Моя сестра переживает из-за фотографии.

Услышав, я удивился... Но когда увидел права, понял, о чём она.

Многие используют водительские права в качестве удостоверения личности, и конечно не хочется показывать их, когда ты на снимке хмуришься и жмуришься.

... Как глазищи разинула, похоже старая лучше была.

— Ну что? Я же широко глаза открыла!

— Т-точно. Широко!

Но главное, что самой сестре нравится.

— Кстати, а это что? — спросил я, пока она документ убирала.

Сестра открыла пакет, и я ощутил вкусный запах.

Сладкий жаренный картофель.

— Наткнулась по пути назад. Оставила машину возле дома и сбегала. Кадзуки, будешь?

— Конечно. Когда профессионал готовит, он в разы лучше домашнего получается. Не представляю, как он у них такой вяжущий получается.

— Я тоже, но твой мне тоже нравится. Вот, это тебе.

Она передала мне жареный картофель, всё ещё горячий.

Прямо представляю, как она спешила домой, желая накормить меня ещё тёплым картофелем.

— Спасибо, сестра.

— Тебе спасибо за спасибо от всего сердца! Давай есть, пока ещё горячий.

— Да! Приятного аппетита!

Я разломил пополам, и стал расходиться пар вместе с приятным запахом. Золотистый картофель был таким мягким и вызывал аппетит.

Во рту ощущалось приятное послевкусие без явной примеси сахара.

Как же вкусно! Куда лучше, чем то, что у меня получается!

Я доел и, прежде чем браться за второй, пошёл на кухню. Налил чай нам двоим и принёс за стол.

Мы пили чай из одинаковых чашек и ели жаренный сладкий картофель... И тут заговорила сестра.

— Кадзуки, чем днём занимался?

— В комнате сидел.

— Мангу читал?

— Что-то вроде.

С прищуром она посмотрела на меня.

— Ч-что, у меня на лице что-то?

— Ничего. Я тебе в глаза смотрю. Это глаза... Обманщика.

Вот же прозорливая.

Обманешь неумело, и всё, считай ты уже её добыча. Раз так, лучше сразу сказать правду.

— На самом деле...

— Нет, можешь не говорить. Я не заставляю.

— Тогда промолчу.

Только беспокойств больше.

— Важно проявить чуткость в такие моменты, когда тема щекотливая.

— Щекотливая?

— Ты же мужчина. И пока сестры нет, занимаешься тем, о чём не можешь рассказать другим.

Она всё не так поняла!

— Я ничего такого не делал! Просто рисовал!

— Рисовал — это какой-то код, который лишь мужчины понимают?

— Это значит, что я рисовал.

Я сказал правду, и девушка заинтересовалась.

— Новую мангу рисовал?

— Не мангу, иллюстрации. Взрослую женщину на горячих источниках, слегка непристойную...

— О, правда?! Хочу увидеть! Покажи!

Она проявила интерес. Чего она так зацепилась?

Из-за горячих источников?

Наверняка. С тех пор как из путешествия вернулись, она каждый день соль использует.

Я взял её к себе в комнату и включил компьютер. Она с сияющими глазами смотрела в монитор.

Однако...

— ...

Когда открыл иллюстрацию, огонёк в глазах погас.

А? Не такая реакция, как я ожидал. Будто она шокирована...

— ... Плохо получилось?

Она широко открыла глаза и замотала головой. После чего погладила меня по голове.

Не сильно... Но шея ходуном заходила.

— Очень хорошо! Вот что значит мой брат!.. Хорошо конечно, но... Это ведь не я.

А, вот как.

Когда услышала, что я женщину нарисовал, подумала, что я её в качестве модели выбрал.

— Это я после смены имиджа? Миниатюрная, худышка, глаза раскосые, волосы светлые и короткие... Будто вообще другой человек.

— Ну да. Я рисовал её не похожей на вас.

— Не похожей на меня?!

Она схватила меня за плечи и начала трясти. Весь мозг мне вытряхнет!

— Зачем ты это сделал?! Я что, настолько далека от твоего идеала сестры?!

— Н-нет! Дело не в том, что мне нравится, а что нет, просто если бы я вас нарисовал, только лишний раз разволновался.

Это было шоком.

Она перестала меня трясти и опустилась на колени.

Но в следующий миг поднялась.

— Я поняла, что ты хотел сказать! Пойду подстригусь!

— Что? Хотите сделать короткую стрижку?!

— Хочу! Я подстригусь и перекрашусь! Стану как она!

Сестра воспринимала девушку с изображения как соперницу.

Переполняемая неприязнью, она схватилась за грудь.

— Когда разберусь с волосами, отрежу сиськи! Буду пригибаться, чтобы выглядеть ниже, изолентой раскосые глаза сделаю! Подожди, Кадзуки! Скоро я стану идеальной сестрой.

Моя идеальная сестра — не этот ужас!

— Не надо образ меня! Я вас не ненавижу.

— Н-но ведь... Ты сказал, что волнуешься, когда видишь меня.

— Не вижу, а рисую. В моей манге, которую я отправил, вы были в качестве модели.

— Угу.

— И скоро должны результат сообщить.

— Ну да.

— Я в последнее время начал нервничать... Когда вас в качестве модели использую, сразу вспоминать начинаю.

Результат должен быть в конце этого месяца. Если выиграл, скоро со мной могут связаться.

Понимаю, что глупо ждать, но в этот раз я был уверен в своей работе.

Хотя беспокойство и напряжение никуда не делись.

— Вот оно как...

Услышав всё, сестра испытала облегчение. Она вздохнула и снова схватила меня за плечи.

Правда трясти не стала.

Посмотрела на меня и улыбнулась.

— Всё хорошо будет. Получилось очень интересно, так что ты наверняка выиграешь.

— Но там наверняка есть и другие интересные работы...

— Но твоя самая лучшая!

— Мне приятно слышать это... Но награждать или нет, решает издатель...

Она пыталась успокоить меня. Девушка с серьёзным выражением на лице задумалась... И вот хлопнула в ладоши.

— Надо у бога попросить!

— Пойдём в храм?

— Ага. В путешествии-то мы так и не сходили! Так что это отличная возможность.

В том месяце мы ездили в путешествие на два дня, и из-за похмелья на второй день никуда не ходили.

До самого выселения она всё стонала под одеялом, и тащить весь наш багаж оказалось очень непросто... Сестра противилась до конца, и в итоге сумку взял я.

К моменту, когда сели на синкансен, голова у неё болеть перестала, но она всё убивалась из-за того, что испортила поездку. Я пытался её поддержать, и в итоге она успокоилась.

Но где-то глубоко в душе девушка продолжала винить себя.

И если сходим в храм, возможно ей полегчает.

— Неплохая идея. Идёмте!

— Вот и решено!

Не уверен, что в этом толк есть, но это отличная возможность переключиться.

Один я всё волнуюсь. А с сестрой мне будет спокойнее... Правда беспокоиться я начинаю уже в другом смысле.

На машине девушки мы поехали в храм.

***До стоянки мы добрались после четырёх вечера.

Храм был не рядом, тут я никогда не бывал.

Это наш первый визит. Но раз даже стоянка есть, храм явно немаленький.

Вот уж не думал, что она меня в самый настоящий храм привезёт. Тут стоит только благодарить, что в такую даль повезла.

Когда вернёмся, стоит ей плечи помассировать за это.

Я вышел из машины и задрожал от подувшего холодного ветра.

— Холодно. Погоди немного. Вроде в багажнике было... Есть. Надень.

— Спасибо.

Я надел ветровку, и сразу же стало теплее. От неё пахло сестрой, ощущение такое, будто это она меня обнимает.

Чувствуя тепло душой и телом, я пошёл вместе с ней к воротам.

— Вы часто тут бываете?

— Не особо, только на новый год приходу. А ты?

— Я в храм возле дома хожу. А новый год дома провожу.

— Вот как...

— А, но в этом году на новый год я бы хотел пойти с сестрой в храм.

— Вот как! Значит пойдём сюда на новый год. Чтобы ты не потерялся, я тебе сегодня всё тут покажу!

Мы прошли через тории на территорию храма.

Мы пошли по каменной дорожке и добрались до павильона для омовения рук. Я хотел подойти, но сестра меня остановила.

— Вначале туда.

А? Разве вначале не руки помыть надо? Это же вроде правило такое.

Мы сошли с дорожки и пошли в противоположном направлении.

Мы двигались по гравиевой дорожке, и впереди нас ждала большая сакура. Под ней была панель для фотографирования с синтоистским священником и жрицей.

Ясно, вначале она хочет воспоминания оставить.

Однако почему-то тут никого не было. Все мыли руки и шли дальше по дорожке.

И странно было бы кого-то ждать...

— Будем ждать, пока кто-то придёт?

— Нет, вместе снимемся на новый год. Давай я тебя сфотографирую.

Я просунул голову в дырку, где должна была находиться голова священника, а потом сестра сунула свою на место жрицы. Мы проверили, что получилось, и на лице сестры появилось довольное выражение.

— Отлично получилось. Тоже распечатаю и вложу в альбом.

Скоро уже пора будет второй альбом заводить.

Она убрала телефон в карман и сказала «теперь сюда». Мы вернулись в городе, прошли ещё немного и оказались у моста через пруд.

— Тут карпы.

— Угу. Раз уж пришли, я подумала, что надо покормить. Подожди.

Она купила в начавшем ржаветь автомате два пакетика с кормом для карпов и один дала мне.

Ожидая, что их сейчас будут кормить, под мостом уже собрались рыбы.

— Этот на сестру похож.

— В каком месте? Нет у меня ничего общего с карпом...

— Как вы на запах еды спешит.

— Всё же ты считаешь меня обжорой... Похоже моё достоинство убывает...

— Это не так. Такой сестрой можно гордиться.

— Кадзуки!.. Я хочу обнять тебя прямо сейчас, но на мосту делать это опасно, потому заобнимаю, когда домой вернёмся!

Настроение у неё поднялось, и она стала кормить карпов. Они высовывались из воды и ели.

— С таким аппетитом едят... Так вкусно? — сестра посмотрела на пакет с едой для рыбы.

— ... Только есть не надо.

— К-кто это есть собирается?! Я же старшая сестра, и не поступлю так, это же почти что воровать!

Аргумент странный, но раз есть не будет, я спокоен.

— Ох, совсем забыла.

Вспомнив, она сняла меня, а потом сделала сэлфи. Мы закончили кормить, проводили расплывавшихся карпов и пошли дальше.

Я думал, что уж теперь мы в храм пойдём, но отправились в другом направлении. Мы молиться вообще будем? Хотя и правда весело.

Мы сошли с дорожки и оказались у магазина.

Тут обереги продают?

Однако сестра прошла мимо и посмотрела на то, что было рядом.

Площадка для метания колец.

Неприметная, чтобы детишек не привлекать.

И деревянная скамейка выкрашена не была.

На двух столбах была прибита табличка с надписями «удача с деньгами» «удача со здоровьем» «исполнение желаний» «удача в работе, учёбе», «удача в любви», и внизу торчали столбики.

— Тут можно удачу испытать. На новый год тут оживлённо, но сейчас место пустует.

— Как интересно. Хотя не ясно, почему пустует.

— Попытка всего одна. Надо сосредоточиться, прицелиться и бросить. Всё серьёзно. Я выбирала «исполнение желания» и оно сбылось.

— И что за желание?

— Я братишку хотела. К тому же братишка оказался даже милее, чем я представляла. А значит и твоё желание сбудется даже лучше, чем ты бы хотел.

Я выслушал сестру и подумал, что может и правда всё работает. Можно и попробовать. Я взял кольцо, и когда сестра закончила снимать, прицелился в «исполнение желаний».

— Йей!

А! Обидно! Об столбик ударилось!

— Не вышло...

Я расстроился, а она похлопала меня по плечу.

— Рано сдаваться. Я пожелаю, чтобы Кадзуки был счастлив! Оно обязательно исполнится, и ты будешь счастлив!

Совершенно серьёзная она посмотрела на столбик... Бам.

— Ва, круто!

Получилось!

— Видел, Кадзуки! Это сила твоей сестры!

— Меньшего я от вас не ждал! Вышло просто круто!

— Чувствую... Чувствую, как достоинство увеличивается...

Сестра была рада больше меня.

Я сфотографировал её, и мы вернулись на дорогу. Теперь мы омыли руки и пошли в храм.

Мы встали перед ящиком для пожертвований, сестра достала кошелёк, вытащила десять тысяч йен и протянула мне.

— Разменять?

— Это пожертвование.

— А не слишком много?.. Вы всегда десять тысяч йен жертвуете?

— Обычно пять йен. И молилась, чтобы у меня появился милый братишка.

— Тогда и я должен пять пожертвовать...

— Это разные вещи. Вряд ли бог деньги считает, но в десяти тысячах чувств побольше, чем в пяти йенах, а значит и ответ должен быть лучше.

— Чувств возможно и больше...

— Тогда не сомневайся. Думай: «За десять тысяч все мои желания точно сбудутся!» — и ни о чём не переживай.

Сестра...

— Спасибо. С радостью так и сделаю.

Я взял купюру и забросил в ящик. То же и сестра сделала.

— А вы зачем?

— Если пожелаем оба, шанс увеличится.

Я удивился, но назад деньги уже не забрать.

Мы свели руки, закрыли глаза и загадали желания.

Пусть мне повезёт в конкурсе новичков!

А ещё пусть сестра себе ничего не повредит!

И пусть мы оба будем здоровы!

А ещё... Я хочу счастливо жить с сестрой!

Загадав желания, я открыл глаза. В то же время и сестра открыла глаза, и мы пошли.

— Так, а теперь давай купим оберег.

Свернув с дорожки, она пошла к магазинчику.

— Сколько хочешь? Десять? Двадцать?

— Одного достаточно.

— Да не отказывайся. Чем больше, тем надёжнее, тебе ведь так спокойнее будет.

— Мне и правда столько не надо. И мне спокойно, когда вы рядом.

— Я оберег Кадзуки...

— Самый надёжный союзник.

— То есть оберег?!

— Ну, вроде как.

— Ты так сильно меня любишь?

Она заулыбалась и протянула мне десять тысяч.

— Раз я твой оберег, может взять любой, какой понравится.

Я согласился и стал осматривать обереги.

И в итоге выбрал «исполнение желаний» написанное золотыми буквами на фиолетовом фоне, а потом повернулся к сестре...

Это что?

— Вы это купили?

— Угу. Вроде должен удачу приносить! — сказала она и показала огромного Манеки-неко. Ещё и золотом сияет.

С виду дорогой...

Я на ценник взглянул, дороже десяти тысяч стоит.

— Может стоило маленького взять?

— От большого больше удачи. Поставлю на твой стол, чтобы к тебе удачу притягивал!

— Я так точно не успокоюсь!

— Тогда в шкаф.

— Туда наверное можно...

Она дала Манеки-неко мне и сфотографировала, после чего забрала назад и спросила:

— Кадзуки, а какой оберег ты взял?

— Вот.

— Он или я — кто надёжнее?

Не ровняйте себя с оберегом...

— Сестра надёжнее.

— Вот и отлично!

Я вернул довольной девушке сдачу.

— Что ж, возвращаемся.

— Да. Спасибо за сегодня.

— Да не бери в голову. Я только рада прогуляться с тобой, — с улыбкой сказала она, и мы пошли на стоянку.

К тому времени голубое небо стало закатным.

Было уже шесть вечера. Когда вернёмся, поужинать только к восьми сможем.

— Может нам где-нибудь поесть, а потом вернуться?

— Хм. Чтобы ты выиграл, стоит пройтись по всем суевериям[*] и поесть котлеты.

— Может зайдём в то заведение с катсудоном?

— Давай. Значит тебе тоже понравилось?

— Было вкусно. И порции большие.

Сегодня мы и так много денег потратили, потому я переживал можно ли устраивать серьёзный кулинарный вызов... Но перед этим я отдал сдачу. И этого вполне должно хватить.

Мы сели в машину, и когда небо уже потемнело, добрались до ресторана.

— Добро пожа...

Когда вошли, сотрудница ахнула. Похоже узнала сестру. И запереживала, что она опять мега порцию закажет, и всё же вежливо поприветствовала.

— Определились, что будете заказывать?

— Мне обычную порцию как в тот раз. А вам, сестра?

— И мне мега порцию как в тот раз.

— Сестра, не надо то же самое брать!

Она забыла, как ей плохо было?!

— У меня в желудке пусто. И после того случая я прокачала свой желудок. Если в тот раз справилась, то и в этот раз справлюсь, — уверенно заявила она и заказала мега порцию. Вскоре нам принесли большой глиняный горшок.

И двадцатиминутный вызов начался.

Вначале всё шло хорошо... Но постепенно.

— У, дура... Я дура... Гхо...

Она доела, но цена была высока, и девушка всё стонала внутри машины.

***Конец ноября.

После похода в храм я успокоился, но три дня назад снова начал переживать.

К тому же куда сильнее, чем раньше.

Так сильно, что это даже на повседневной жизни отражалось.

Витал в облаках, пережаривал еду, забывал школьную сумку, плохо запоминал на уроках, в кровати мечтал о том, что стану мангакой, и не мог заснуть.

В итоге у меня начался недосып.

Но сонливости я не ощущал.

— Староста, командуй!

Встать, поклон, классный час подошёл к концу.

После занятий я вылетел из класса. Бежал по коридору к выходу, там переобулся и выбежал на улицу.

Сердце начало биться быстрее ещё до того, как я побежал.

Сегодня день оглашения результатов конкурса новичков.

Но из издательства мне не позвонили. Деталей я не знаю, но вроде с победителем должны до оглашения связаться.

И раз со мной не связались, значит я не выиграл.

Хотя это было лишь моё предположение, что с победителями связываются. Возможно сотрудник был просто занят и забыл это сделать.

Возможность низкая, но нулю не равна.

Потому сегодня я весь день был напряжён.

Но скоро всё закончится.

— Э-это, пожалуйста!

Тяжело дыша, я забежал в книжный и взял ежемесячный журнал, заплатил и побежал к станции. Там я перевёл дыхание, добрался до нужной станции и добежал до дома.

Я зашёл домой, в своей комнате поставил сумку, повернул Манеки-неко на себя.

Хлопнул в ладоши и поклонился коту.

— Прошу, пусть результат будет положительным!

Кот не ответил, но это золотой Манеки-неко, приносящий удачу. От того, что помолился, стало немного легче, и я пошёл с журналом в гостиную.

Положил его на стол, сел на диван и разволновался ещё сильнее.

Результаты внутри. Хотелось быстрее проверить.

Но может стоит дождаться сестры. Хотя она сказала не ждать её, но как-то неправильно одному смотреть.

К тому же хочется в случае успеха, чтобы сестра рядом была. Хочется с ней радость разделись.

Я решил подождать и налил чай, чтобы успокоиться.

— Я вернулась!

После шести вернулась сестра. Распахнув дверь, она ворвалась внутрь.

— Ну что?! Выиграл?!

— Только собираюсь проверить.

— Ждал меня?.. Одному смотреть страшно? — с надеждой спросила она, а я кивнул.

— Скорее уж беспокойно.

— Тогда правильно сделал, что меня дождался! Я ведь твой оберег! — уверенно заговорила она, и беспокойство ослабло.

Она села рядом и смотрела так, будто предлагала начинать листать страницы. Я же в ответ взял журнал и проверил последнюю страницу. Нашёл ту, где были результаты...

— Начинаю?

— Угу! Открывай.

— Ну ладно...

Я открыл.

Там крупными буквами было написано: «Один победитель и пять работ, заслуживающих отдельного упоминания!».

Справа был победитель, а слева пять заслуживающих упоминания.

Хорошо нарисованные, хорошо поставленные, драматичные, с уникальным видением, с сильной экшн-составляющей...

Моей манги не было.

... Ну да. В первый раз не на что рассчитывать было. И во второй тоже. Таких как я море.

И у победителя рисунок хороший, а история интересная, мне с ним не ровняться.

Прямо чувствуется разница в способностях.

Когда такая разница, в причине проигрыша не сомневаешься.

Но... Всё же обидно.

Я хотел выиграть и порадоваться с сестрой.

Получить приз и как-то отблагодарить её.

Стать мангакой и братом, которым сестра сможет гордиться.

Я столкнулся с реальностью, и все фантазии, что мне чудились перед сном, растворились словно дым.

— Странно, — сказала сестра. — Я не вижу твоего имени. Ты псевдоним в последний момент сменил?

— Нет, так и оставил «Кадзуки».

— Может страницы не хватает?

— Не в этом дело. Просто я не выиграл.

— Ты не выиграл? У тебя же такая интересная манга! А вдруг... Точно! Ты другую награду не мог взять?

Тогда я был бы в «достойных упоминания» как «особо отмеченный» или «награда за большую любовь к сестрёнке». Но раз меня там нет, значит не вышло.

Я смирился, но сестра не унималась. Она взяла журнал и стала листать страницы...

И я заметил.

В углу страницы. Мелко, там, куда читатели обычно не смотрят...

— Нашёл! Вот, моё имя!

— Что?! Где?!

— Вот! Здесь!

Четыре работы, прошедшие окончательный отбор... А под ними «те, кому оставался один шаг» было моё имя!

— О, о-о-о! О-о-о-о-о! Имя Кадзуки! Здорово же! В журнале твоё имя напечатали! Ты теперь знаменитость!

— До знаменитости мне ещё точно далеко.

До победы шага или двух не хватила.

Но это значительный шаг вперёд по сравнению с прошлым разом.

Ранее становление мангакой было лишь мечтой, но она становилась более реальной.

— О! И смотри, деньги выплачивают! Значит мангой зарабатывать можно? Ты теперь профессионал?

— Меня пока рано профессионалом называть.

— Но ты уже приближаешься к этому! Так здорово... Ты ведь так старался...

В глазах появились слёзы счастья, и она нежно потрепала меня по голове.

Я был тронут тем, как она радовалась за меня, и у меня на глаза тоже наворачивались слёзы.

Не знаю, стану ли... Но если получу награду, потрачу её на сестру.

Так я решил, глядя на плакавшую от счастья девушку.