- Хорошо. Я пойду на уступки, но позже тебе придётся сделать то, что я захочу.

Он почувствовал, как рука Тилии, предчувствуя что-то зловещее, снова потянулась к нему, но мужчина, не дожидаясь ответа, уже поднялся с дивана и направился к первой лампе.

С чудовищно раздутой нижней частью тела он передвигался по гостиной.

Лампы гасли одна за другой, пока не осталась только одна маленькая у окна. В приглушенном свете Айлекс стоял перед диваном.

Он смотрел на свою жену, сидевшую там, словно она была аппетитным куском мяса. И действительно, более точной метафоры и быть не могло – как у человека, который слишком долго голодал его рот наполнился слюной.

Чтобы насладиться трапезой в полной мере, он подавил свое вожделение. Он опустился на одно колено на мягкий диван, а затем притянул руку Тилии к краю своей рубашки.

- Сними ее. Быстрее.

Он произнес это умоляющим тоном, уткнувшись носом в ее маленькое плечо. Сдерживая смех, Тилия вскоре приняла серьезный вид солдата, выполняющего приказ, и начала расстегивать пуговицы.

Тем временем Айлекс облизывал ее подбородок и покусывал затылок, словно верный сторожевой пёс.

- Щекотно…

К тому моменту, как она хихикая смогла расстегнуть примерно половину пуговиц, его губы уже коснулись её щеки.

Времени уклониться не было. Их горячие губы встретились.

Ах. Уже от одного этого он может кончить. Айлекс глубоко погрузил язык в ее узкий рот, по его спине пробежали мурашки.

Он погладил ее чувствительное нёбо, провел по основанию языка, затем втянул ее нерешительный язык в свой рот и сосал его, пока тот не стал сладким.

Пока влажный шум эхом отдавался в их ушах, Тилия застыла на месте, не в силах пошевелить рукой. Расстроенный Айлекс сам снял рубашку.

- Вот.

На этот раз он направил её пустую, болтающуюся в воздухе руку к передней части своих брюк.

- Расстегни.

Даже в темноте румянец был ярким. Айлекс внимательно наблюдал, как Тилия, щеки которой слегка покраснели, возится с пуговицами на его брюках. Он смотрел на нее, словно змея, выслеживающая добычу, а затем, как только она расстегнула пуговицы, схватил за руку и засунул внутрь.

- Агх.

Ее тонкие плечи вздрогнули от испуга, вызванного жаром и влажностью под его нижним бельем. Прижав губы к ее губам, Айлекс провел ее пальцами с красными кончиками по своему члену.

- Ммм, вот… погладь вот так…

После нескольких неуклюжих движений Тилия начала медленно двигать рукой, подчиняясь его умоляющему тону.

Пуговицы были расстегнуты, но брюки все еще были тесными и удушающими.

То же самое можно сказать и о сдерживаемой там похоти. Чувствуя, как ее белая рука отчаянно поглаживает томительное место, Айлекс зарычала, как зверь.

Он больше не мог сдерживаться. Почувствовав, как его возбужденный член проталкивается сквозь полурасстегнутые брюки, Айлекс, наконец, уложил Тилию вниз.

 - Кьяа!

Испугавшись неожиданной атаки, она резко вскрикнула, когда он коснулся ее одежды. Его руки, в отличие от ее, не были ни нежными, ни деликатными, они быстро расстегивали завязки и пуговицы.

Хрясь. В итоге он оторвал несколько пуговиц. Теперь она лежала под ним обнаженная, и он смотрел на нее сверху вниз горящими от жажды глазами.

Ее грудь судорожно вздымалась, пики уже затвердели. Хотя он был так возбужден, что казалось, даже волосы вот-вот загорятся, а преякулят стекал с его члена до пупка, он притворился спокойным и дразняще погладил ее упругие соски кончиками пальцев.

- Когда они затвердели?

В его голосе, шепчущем ей на ухо, когда она лежала на спине на диване, слышалась стальная нотка.

- Когда ты трогала мой член? Или когда я вернулся, выключив свет? Или, может быть…

Он зажал острый розовый бутон между большим и указательным пальцами и надавил ровно настолько, насколько нужно.

- Когда ты увидела, что мой член так сильно возбудился, что хочет войти в тебя?

- Ммм…!

Тилия покачала головой и оттолкнула его руку, словно говоря: «перестань дразнить». В ответ Айлекс изогнул губы в улыбке и поцеловал её раскрасневшуюся щеку, словно успокаивая.

Но в следующее же мгновение губы, которые только что нежно целовали ее, стали яростными и жадно поглотили грудь.

- Ха…!

Застигнутая врасплох, Тилия застонала, когда ее грудь начали сосать, а ее пальцы запутались в светлых волосах мужчины. С каждым сильным всасыванием мягкая плоть втягивалась, а затем снова и снова возвращалась к своей первоначальной форме. Беспомощная перед мужчиной, который держал ее грудь во рту и надавливал языком на сосок, Тилия могла лишь тщетно мотать головой.

- Мм, аах.

Можно подумать он собирался оставлять другую грудь в покое. Ее ощупывали, сжимали, даже щипали, и Тилия могла лишь издавать прерывистые вздохи.

Айлекс, сменивший положение и теперь сосущий ее левую грудь, чувствовал то же самое.

Сладкий аромат плоти был почти удушающим. Эти мягкие холмы, которых у него самого нет, всегда пробуждали жестокие инстинкты, о которых он забыл.

Желание пережевать и проглотить эту прекрасную плоть. Стремление сделать её своей навсегда, чем-то, чем мог обладать только он.

- Хм, мм…!

Охваченный этим желанием, мужчина не пришёл в себя, пока нежная кожа его жены не покрылась красными отпечатками рук и зубов.

Но даже тогда он не раскаялся. Вместо этого он широко раздвинул вялые стройные ноги женщины и просто посмотрел между ними.

При виде её блестящих влажных складок на уголках рта мужчины появилась зловещая улыбка, подобная улыбке инкуба*.

(*П.П. Инкуб - это распутный демон в средневековых европейских легендах, который ищет сексуальной связи с женщинами. Считалось, что он «возлежит сверху» (от лат. incubare), часто описывался как демон, появляющийся ночью, вызывающий удушье, чувство страха, а также эротические ощущения. В мифологии является мужским аналогом суккуба.)

Даже когда её самое сокровенное место было полностью обнажено, Тилия лишь прикрыла глаза рукой и жадно дышала - она не пыталась сопротивляться.

Возможно, это была выученная беспомощность. Покорность, порожденная пониманием того, что сопротивление станет для этого мужчины лишь еще одним источником развлечения.

Услышав, как женщина время от времени всхлипывает, Айлекс без колебаний протянул руку.

Самая нежная часть её мягкого тела ощущалась на ощупь как тёплое желе. Словно играющий ребёнок, он провёл пальцами по нежным складкам, прежде чем погрузить их во влажное отверстие.

- Хм…

Как и ожидалось, ее стройные бедра задрожали и приподнялись. Улыбка мужчины стала шире.

И потемнела не только его улыбка. Ритм его пальцев, проникающих во влажную пещеру и выходящих из нее, становился все более интенсивным. Добавив еще один палец в тугое отверстие, Айлекс нежно поглаживал ее клитор большим пальцем, одновременно стимулируя верхнюю стенку влагалища указательным и средним пальцами.

- Тебе хорошо, Тилия?

Он наклонился и многозначительно спросил, на что она покачала головой. Улыбаясь, он подробно описал, насколько горячо и липко внутри, и как она сжимается вокруг его пальцев. Тилия прикусила губу и попыталась закрыть уши, но влага, вытекающая снизу, выдала ее возбуждение.

- Тебе же нравится.

- А, н-нет. Да, хаа…

Даже ее отрицание сопровождалось пронзительным стоном. Айлекс лизнул ее щеку своим горячим языком и, словно в наказание, вставил третий палец.

- Ммм!

Наконец, ее тонкая талия начала выгибаться с каждым ритмичным движением его длинных пальцев. Наблюдая, как Тилия задыхается и извивается под ним, Айлекс наслаждался ощущением того, как ее стенки сжимаются словно облизывая его пальцы.

Как бы он ни думал об этом, это было слишком большой роскошью для пальцев. Это ощущение должен был испытывать его член. Это его пенис должен стимулировать липкую, теплую плоть.

Не выйдет. В тот момент, когда он, не в силах побороть разочарование, собирался заменить пальцы языком…

- Хннгх…!

Тилия достигла оргазма быстрее, чем ожидалось.

Уже? Вопрос длился всего мгновение. Айлекс, не колеблясь, склонил голову и погрузил губы в бьющий источник.

- Ангх, мм, нет, хааах…!

Он грубо прижался языком к ее клитору и неустанно стимулировал пальцами точку возбуждения. Тилия сопротивлялась, почти крича, но он закинул ее ноги себе на плечи, и прижав губы к влагалищу, начал сосать.

- Ах, нн, нет, мм…!

Тилия вцепилась ему в голову и закричала. Но для Айлекса ее мольбы были музыкой. Приятной мелодией для его ушей. Наслаждаясь звуком, он проталкивал свой язык все глубже и глубже в ее сочащуюся сердцевину.

Нажатие. Его острый нос уткнулся в клитор.

Ааа. Под Тилией, которая выгнула спину, издавая прерывистые стоны, хлынул поток доказательств возбуждения словно потоп.

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21