— Кровавый дождь? — Цзян Яо не ожидал, что кажущийся равнодушным Юэ Люли так сильно заинтересуется этим словосочетанием, поэтому он невольно навострил уши. 

— Как я уже говорил, я никогда не видел никакого кровавого дождя, это просто легенда, — начальник станции Цяо покачал головой, его тон почти не изменился.

— Легенды не возникают на пустом месте. Кроме того, судя по реакции местных жителей, боюсь, этот кровавый дождь — не просто легенда, верно? — слова Юэ Люли звучали спокойно, но в них чувствовалась агрессия. — Простой плач вызвал панику среди стольких пассажиров. Если бы он не пробудил их скрытые страхи, всё это не привело бы к давке. Как один из пассажиров, которые чуть не пострадали, я имею право знать правду.

Ты? Чуть не пострадал?

Цзян Яо украдкой взглянул на Юэ Люли, стоявшего рядом, и увидел, что тот лжет, ничуть не смущаясь. Однако молодой человек понял, что мужчина просто пытается вынудить начальника станции сказать правду, поэтому присоединился к разговору:

— Да, ситуация была невероятно опасной. Я сам видел, как чуть не затоптали маленькую девочку, — Цзян Яо шагнул вперёд, выражение его лица было очень серьёзным. — Как работник станции, вы явно не справились со своими обязанностями, не так ли?

— Затоптали?.. — выражение лица начальника станции слегка изменилось. — Это было в зале ожидания? Были ли еще пострадавшие?

— Физически никто не пострадал, но многие получили психологические травмы, — сказал Цзян Яо, подражая манере речи некоего рыжеволосого мужчины. — Вот почему мы хотим знать, что именно послужило причиной паники стольких людей? Если это действительно всего лишь легенда, то нет необходимости скрывать ее от нас, верно?

— Это…

— Так называемый “кровавый дождь” — это кроваво-красный дождь, падающий с неба, — прежде чем начальник станции Цяо успел заговорить, раздался спокойный женский голос. Серьезная на вид женщина средних лет в униформе подошла к собравшимся и медленно произнесла: — Легенда гласит, что если идет кровавый дождь, значит, поблизости бродят призраки людей, умерших несправедливой смертью, и всех присутствующих постигнет несчастье.

— Заместитель начальника станции Фан, вы… — начальник станции Цяо слегка нахмурился, услышав объяснение сотрудницы.

— Начальник станции Цяо, в сложившейся ситуации, если мы не объясним всё, боюсь, что эти пассажиры не уедут. Кроме того, в наших краях эта информация не является секретом, — сказала женщина, повернувшись лицом к Цзян Яо и остальным. — Я заместитель начальника станции Иньцзячжуан, Фан Ци. Я могу ответить на все ваши вопросы, но после этого я попрошу вас следовать указаниям персонала и покинуть станцию как можно скорее.

— Покидать или нет — это нам решать, — Юэ Люли скрестил руки на груди и посмотрел на заместителя начальника станции. — Скажите, почему местные жители так боятся легенды о кровавом дожде? Они видели его своими глазами?

Фан Ци взглянула на чудака, лицо которого было скрыто. Она была явно немного недовольна его поведением, но быстро взяла себя в руки и заговорила:

— Много лет назад недалеко от нашей станции Иньцзячжуан произошел несчастный случай, в результате которого погибло много людей. Ходили слухи, что в ту ночь шел кровавый дождь. С учетом того, что в нашем районе с древних времен существовала поговорка, что в ночь кровавого дождя появляются мстительные духи, это привело к появлению слухов о привидениях. Однако, никаких доказательств нет, и все эти утверждения — просто суеверия.

— А как насчёт плача, звучавшего по радио? — спросил Цзян Яо.

— Это просто неисправность оборудования, — Фан Ци внезапно взглянула на молчаливого начальника станции, уходя от ответа. — Несколько дней назад, вроде бы, ходили слухи о кровавом дожде у Сумеречной горы в соседнем уезде. Возможно, именно поэтому пассажиры решили, что это связано с призраком.

Глядя на заместителя начальника станции Фан, Цзян Яо отчетливо ощутил, что та что-то скрывает. Она вела себя так, словно не хотела вдаваться в подробности.

— Я сказала всё, что хотела. Можете идти, — лицо Фан Ци помрачнело, и она снова взглянула на чудака, веля уходить.

— Что вы знаете о кровавом дожде у Сумеречной горы несколько дней назад? — Юэ Люли не двинулся с места.

— Я не знаю подробностей. Если вам действительно интересно, можете поспрашивать местных, — Фан Ци, похоже, было лень объяснять что-либо еще, и она отвернулась, не сказав больше ни слова.

— Изначально мы планировали поехать туда, но, боюсь, в сложившейся ситуации мы не сможем добраться туда на поезде, — Цзян Яо обеспокоенно посмотрел на начальника станции Цяо. — Есть ли другой транспорт из Иньцзячжуана в уезд Мусэ?

— Из-за оползня наземное движение поблизости практически парализовано, и на то, чтобы выехать из города, может потребоваться дня три, — начальник станции Цяо покачал головой. — Я советую вам остаться в Иньцзячжуане на пару дней и дождаться возобновления движения…

— Ч-что?! Три дня? — не успел мужчина договорить, как издалека донесся громкий крик. Цзян Яо перевел взгляд и увидел две знакомые фигуры, одну толстую, другую худую, выбегающие из зала ожидания. Присмотревшись, он понял, что это не кто иные, как те самые светловолосый и толстяк, которые ранее спровоцировали Юэ Люли. — Начальник станции Цяо, у нас срочное дело в уезде Мусэ! Нельзя ли что-нибудь сделать? — светловолосый сделал шаг вперед и поспешно протиснулся к начальнику станции.

— Да, мы с двоюродным братом спешим домой на похороны моей троюродной тёти. Если мы опоздаем на сегодняшний поезд, то даже не сможем с ней проститься! — возмутился толстяк.

Зачем эти двое вернулись?

Цзян Яо с легкой опаской взглянул в сторону Юэ Люли, но обнаружил, что тот, похоже, погрузился в свои мысли, совершенно не обращая внимания на двух парней, отчего молодой человек почувствовал облегчение. Однако эти два дурака, спорящие с начальником станции Цяо, казалось, были полны решимости добиться своего.

— Начальник станции Цяо, вы говорили, что поезда не могут прибыть из-за оползня неподалёку, но я только что сходил на южную платформу и посмотрел. Там стоит зелёный поезд! Почему он не отправляется? — светловолосый упер руки в бока и указал на юг.

— Зелёный поезд на южной платформе? — в спокойных глазах услышавшего это начальника станции промелькнула тревога. — Нет! Только не этот поезд!

— Почему? — тут же вспыхнул светловолосый, снова начиная кричать.

— Этот поезд в депо, он все еще на ремонте, он не может перевозить пассажиров! — позиция начальника станции Цяо была очень жесткой, но, очевидно, он не смог убедить собеседника.

— Ремонт не займет много времени, так почему же его нельзя использовать? — парень толкнул локтем толстяка рядом. Тот тут же всё понял и крикнул оставшимся пассажирам:

— Раз есть поезд на ходу, нет смысла держать нас здесь! В конце концов, если бы наш поезд не задержался на два часа, он не попал бы под оползень. Это ваша вина. Вы должны нести за нас ответственность, иначе мы все подадим жалобу в железнодорожное управление!

— Пассажир, встреча с оползнем — неконтролируемый фактор, пожалуйста, будьте благоразумны, — заместитель начальника станции Фан больше не могла этого выносить, ее и без того строгое лицо стало еще серьезнее.

— Но вы должны что-то придумать! Говорите, что нужно остаться здесь на три дня? Если мой бизнес остановится на три дня, даже лилейник остынет [1]! Можете ли вы позволить себе оплатить эти потери? — в этот момент из дальнего угла закричал бледный, худой бизнесмен средних лет. Он сжимал в руках портфель, его ноги дрожали. Мужчина периодически поглядывал на телефон, а его мутные глаза были полны тревоги. — Как бы то ни было, мне нужно уехать сегодня же!

[1] Лилейник остынет (黄花菜都凉了) — идиома, означающая, что возможность упущена и уже слишком поздно. Часто используется для критики опаздывающего человека.

— Хм, раньше ты паниковал, а теперь спешишь сесть на поезд. Не боишься, что этот ливень превратится в кровавый дождь и тебя будут преследовать злобные призраки? — со стороны послышалась холодная насмешка студентки, которая ранее давала показания в защиту Юэ Люли.

Бизнесмен слегка вздрогнул при этих словах, его лицо вдруг побледнело ещё сильнее. Тем не менее, он остался на месте, похоже, больше обеспокоенный потерей денег, чем злыми духами. Что же касается светловолосого и толстяка, то они всё ещё спорили с начальником станции Цяо, не слыша ничего вокруг.

— Кровавый дождь? Хотелось бы на него посмотреть. Я поеду на этом поезде, — Юэ Люли усмехнулся, неожиданно присоединившись к беседе спорщиков. Это удивило Цзян Яо, но сам молодой человек хотел как можно скорее добраться до Сумеречной горы, так что слова напарника пришлись как нельзя кстати.

— Ты… — начальник станции Цяо нахмурился. Он явно желал что-то сказать, но так и не решился. Наконец мужчина решительно покачал головой: — Как бы то ни было, на поезде, не прошедшим техосмотр, нельзя ездить!

— А? Начальник станции Цяо, я слышала, что зелёный поезд давно отремонтирован и уже довольно долго простаивает, — пока он говорил, из-за спин группы внезапно раздался чарующий голос. К ним подошла длинноволосая женщина в униформе проводника, а за ней — высокий худой мужчина в похожей форме. Это были Чэн Юэ и Линь Ли, которых начальник станции Цяо ранее отправил помогать к окну обслуживания клиентов. Похоже, возврат средств остальным пассажирам был уже оформлен. — Раз уж его отремонтировали, он не может продолжать занимать нашу платформу. К тому же, сейчас нам нужно спешить в округ Мусэ, чтобы сообщить о ситуации с оползнем, а задерживаться в городе — не самая лучшая идея. Так почему бы нам просто не перегнать туда поезд? Что скажешь, начальник Чэн? — Линь Ли незаметно подмигнула Чэн Юэ, но, обнаружив, что тот фактически проигнорировал ее, немного помрачнела. — Начальник Чэн, в чем дело? — с лёгким раздражением спросила женщина.

— Лили, этот поезд немного “несчастливый”, — тихо прошептал Чэн Юэ, взглянув на толпу впереди и быстро отводя Линь Ли в сторону.

— Что ты имеешь в виду под “несчастливым”? Почему ты такой суеверный? — Линь Ли сердито вскинула бровь. — В горах сошел оползень. Вся связь отключена, а транспорт парализован. У нас даже интернета нет. Ты что, думаешь, я буду терпеть эту ужасную ситуацию три дня? У меня завтра прямая трансляция!

— Ай… Лили, я знаю, что ты интернет-знаменитость. Ничего страшного, если ты пропустишь один день. Будет другой день…

— Нет! Я потеряю многих подписчиков, если пропущу!

— Это… — Чэн Юэ пытался её успокоить, но, похоже, безуспешно. Видя, что они привлекли внимание остальных, мужчина немного смутился, и в его словах послышался гнев: — Ладно, если хочешь ехать — давай! Я не могу…

— Айя! Этот начальник Чэн действительно выручает нас в этой экстренной ситуации! Он даже предложил повести поезд! — не успел Чэн Юэ договорить, как светловолосый льстивым тоном громко перебил его. Он не заметил, что лицо начальника станции Цяо за его спиной тут же помрачнело.

— Чэн Юэ! Ты же знаешь, что этот поезд… — начальник станции Цяо собирался что-то сказать, когда вдруг позади них раздался пронзительный крик:

— Нет! Вам нельзя ехать на этом поезде! — все вздрогнули и обернулись на голос. Неподалеку они заметили пожилого мужчину в инвалидной коляске.

Пожилому мужчине на вид было лет 80. Его бледная, сморщенная кожа была покрыта пигментными пятнами. Выпученные глаза и перекошенное лицо придавали ему зловещий вид. В этот момент он свирепо оглядел всех присутствующих и медленно произнес:

— В этом поезде призрак! Каждый, кто сядет на него, умрет!